Еще одна Вселенная

      Яков Штольман              Междугородний автобус остановился на пыльной площади. Яков соскочил с подножки, закинул на плечи большой рюкзак. Неброский, даже чуть выгоревший, но великолепного качества. От чемодана отговорил Влад – мобильность важнее, большинство вещей можно докупить и позже. И любимые костюмы с иголочки также остались в прошлой жизни.       Он будет первым в истории хирургом, пришедшем устраиваться на работу в драных джинсах – зацепился в автобусе за сидение, и с выгоревшим рюкзаком. Надо было еще не побриться, перекинуть через плечо гитару, и сбылась бы его мечта – приняли бы его дворником.       Впрочем, хирургом его взяли всё равно – вакансий в отделении хирургии, совмещенном с ЛОР, наличествовало целых три. Представился, сослался на общего знакомого из Новосибирского медцентра. Помнил из прежней жизни. Главврач сразу зав.отделением вызвал. Немолодой уже мужик глянул пристально, долго и задумчиво рассматривал диплом. Не так и прост – явно в курсе былых слухов.       Полистал трудовую:       - Какой у вас стаж?       - Двадцать лет.       - Тоже через месяц сбежите?       Яков пожал плечами:       - Хотелось бы, но вряд ли.       - Месяц на испытательном сроке.       - Как скажете.              Столбы ему снились ночью. Пришел к начальству.       - Мне вообще выходные положены? Про отгулы я молчу.       - Так месяц еще не отработан.       - А совесть где? Выходные раздежуривайте вдвоем, мне нужны три дня.       Зав.отделением махнул рукой:       - Езжай уже.       Вне работы они давно перешли на «ты».              Яков заказал место в том же глэмпинге. Не было там нынче никаких шаманов. Были веселые и далеко не трезвые студенты, еще группа из нескольких человек, приехавших с целевой экскурсией по мистическим местам Алтая. Вокруг оказалось слишком шумно. Жрать кроме шашлыков, подгоревшей каши и водки было нечего.       И это сюда он привозил Анну в прошлый раз?       Шел пешком, смутно вспоминая дорогу. Вышел на место, как ни странно, сразу же. Балка, густо поросшая деревьями, за нею луг, скошеный, с уже увязанными в тюки сеном, далее уже горы, пологие, тоже с довольно густым лесом по склонам. А прямо перед ним ровная, цветущая долина, усыпанная более мелкими камнями – приходилось все время смотреть под ноги.       В центре столбы – неровные высокие камни, пожалуй, метра два с лишним. Один белый, с неровными наплывами, второй темный, почти черный, словно обугленный. Вовсе не каменные бабы, как указано в очередной легенде – ни очертаний лица, ни туловища, как на многих похожих. Просто камни. Просто луг.       Прошелся и мимо, и по кругу. Потрогал, пощупал.       Посмеялся сам с себя: постучал и громко сказал «тук-тук».       Обычные камни, чуть нагревшиеся на солнце. Здесь, посреди луга, более всего они напоминали футбольные ворота.       Как там: талисман станет ключом, а ворота – дорогой. Впрочем, вести они его никуда не собирались.       При слове «талисман» машинально опустил руку в карман. Пусто. Осколок серого гранита потерялся то ли в море, то ли уже в больнице. Осколок того утеса, который обрушил когда-то великий нарт Ашамез, из легендарного народа нартов, жившего еще до появления на земле людей. Как там было, в легенде: «Возьми кровь мою и жизнь мою, но помоги мне».       Когда он видел осколок в последний раз? Яков вдруг вспомнил. Когда шел по аллее, понимая, что всё гораздо серьёзнее, чем он ожидал. Что впереди враги, и их слишком много. А отступать и пытаться найти помощь слишком поздно. И он невольно и привычно вновь сжал в пальцах осколок, наверное, слишком сильно – острый край вдруг врезался в ладонь, разрезая кожу до крови. Да, он бил всерьез, но те пятеро двигались, как ему казалось тогда, слишком медленно, он успевал просчитать все движения, и главное, падали слишком быстро – и поднимались не все.       Смотрел на каменные столбы – чужие, молчаливые и равнодушные. «Никогда и ничего не просите. Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас».       Оказывается, он уже потратил свой ключ.