Полярная звезда

            «звёздное небо как и в глазах твоих в них много света»

      Когда-то он назвал ее Полярной звездой. Это было брошено словно случайно, как-будто Каин оговорился и вообще не это имел ввиду. — Что? — Лэйн на мгновение замерла. — Почему ты так назвал меня? Каин поджал губы, пряча руки в карманы брюк. Девушка перед ним высоко задирала подбородок каждый раз, когда они стояли слишком близко друг к другу. Что в его лице Лэйн пыталась разглядеть, когда ангел появлялся в поле её зрения? Кем он ей приходился? Или это был просто интерес с научной точки зрения? Не каждый день стоишь так близко к бессмертному существу. — Забудь, — отрешенно бросил Каин, разворачиваясь к ней спиной так резко, что едва не снес ее своими белыми крыльями. Видя его удаляющийся по заснеженному Роткову силуэт, Лэйн только лишь слегка вздернула бровь. Она уже перестала удивляться резкой перемене в настроении ангела. Ну, ожидаемо. Если бы он все объяснил по-человечески — была бы сенсация. Хотя, он же не человек. Нахохлившись, Лэйн поспешила внутрь поместья.

***

      Образ, представший перед глазами Лэйн в скрытом кабинете Романова, не отпускал ее всю ночь. Девушка ворочалась с бока на бок, пытаясь уснуть. Когда подсчет баранов превысил тысячу, криптограф окончательно убедилась, что сегодня сна ей точно было не видать. Приподнявшись на локтях в своем спальном мешке, Лэйн с хмурым видом уставилась на мирно храпящего солдата, имя которого вылетело из головы стремительней, чем улетал Каин, когда от него требовали объяснений. Издевательство. И как, извините меня, мы должны здесь высыпаться? Лэйн захотелось прижать к его лицу подушку. И ждать. Ждать, пока не перестанет брыкаться. Так, отлично, Лэйни. Теперь ты желаешь смерти своим коллегам по несчастью. Она почувствовала себя гадиной поменьше, чем большая гадина. Надо отвлечься. Подумай о чем-нибудь приятном, Лэйни. Откинувшись обратно на подушку, девушка уставилась в потолок. Приятная мысль тут же скользнула в образе Бориса Романова. Крепкое и подтянутое тело было туго перетянуто бинтами, от чего мышцы на его животе напрягались чуть сильнее. На широких плечах болталась распахнутая рубашка, а сверху — пальто с меховым воротом. Борис был выше на полторы головы, а может — и две. Когда он говорил, голос его переодически хрипел, видимо, от ноющей боли в недавно полученной ране. Господи…это невозможно. Хватит об этом думать. Всю ночь вспоминаешь! Перевернувшись на бок, Лэйн обвела помещение взглядом, но тут же уперлась им в Каина. Он, казалось, совершенно не замечал, как спальный мешок Лэйн шуршит уже несколько часов. Ангел вальяжно сидел на стуле, покачивая закинутой на колено ногой. Они встретились взглядами. В полумраке блеснуло два красных огонька. Лэйн решительно поднялась вместе со спальным мешком. Когда она, преодолевая все препятствия в виде спящих «соседей», оказалась подле него, красный огонь в глазах Каина разгорелся еще сильнее. — Попросишь меня спеть тебе колыбельную? — хмыкнул ангел, наблюдая за тем, как Лэйн гнездится у стены рядом. Девушка малодушно промолчала, заворачиваясь в спальник с головой. Несколько минут полежала, а потом развернулась к ангелу лицом, хмуро глядя снизу вверх. — Что? — Каин приподнял бровь. — У вас на Небесах есть какие-нибудь способы быстро заснуть? — Полно, — мужчина пожал плечами. — Вот тебе первый: ложишься на подушку, закрываешь глаза и засыпаешь. — Смешно, — безэмоционально прокомментировала она. — Баранов считала? — Каин сцепил руки в замок вокруг колена. — Люди ведь так и делают, когда не могут уснуть. — Я с ними в одном помещении сплю. Отвечать на это ангел, естественно, не стал. Лэйн перевернулась на спину, сцепив руки на животе. — Я назвал тебя тогда Полярной звездой, — голос Каина прозвучал так неожиданно, что девушка вздрогнула. Она повернулась к нему, встречаясь с голубизной глаз. — Почему? — Всему свое время, Лэйн, — мужчина слегка улыбнулся уголком губ, — всему свое время. Тебе пора перестать задавать ему вопросы, Лэйни. Табуретку разговорить будет легче, чем этого ангела. Сон пришел очень быстро. Во сне ей привиделось давно забытое…

***

«— Почему ты зовешь меня так? — девушка из сна хихикнула, когда белое крыло коснулось обнаженной спины. — Смертные совсем звезды не изучают? — обладатель белых крыльев лукаво улыбнулся, блеснув рубинами в глазах. — Не люблю астрономию, — девушка закатила глаза, поглаживая белые перья. — Полярная звезда — это ориентир. Она является главным и единственным ночным светилом, которое никогда не меняет свое местоположение на небе. Они уставились друг на друга. — Получается, я твой ориентир? — Ты моя постоянная, неизменная и яркая звездочка в непроглядной тьме. Если когда-нибудь я снова упаду во мрак, моя Полярная звезда всегда приведет меня «домой». Во сне они целовались. Кажется, этой девушкой когда-то была Лэйн… — А если Полярная звезда погаснет?»

***

      Медленно плетясь по улице, как довольно прогнившее отродье, Лэйн прикидывала, как часто ей придется бегать из поместья Романова в его охотничий дом в лесу. Нет, какой-то частью себя она радовалась, что увидит хозяина поместья, но большей частью негодовала, почему именно ей поручили носить ему ампулы с лекарством. Как будто у меня больше забот нет. Поднимаясь по ступенькам, девушка потопталась на месте, стряхивая с сапог налипший снег. Постучав пару раз по массивной деревянной двери кулаком, отошла на шаг назад, дожидаясь. Отдам лекарство и сяду за книгу. Да, на приглашение попить чай — отказывайся. Да, точно. Скажи, что генерал не отпустил. Да. План был хорошим до тех пор, пока дверь ей не открыл сам хозяин дома. И снова эта его распахнутая рубашка и бинты… — Добрый вечер, Лэйн, — Борис улыбнулся, пропуская гостью внутрь. — Не думал, что пошлют Вас. — Меня часто любят посылать, — зайдя внутрь, Лэйн стянула с головы расписной платок, стряхивая снег на пол. По плечам рассыпались медовые локоны. — Знал бы, что отправят именно Вас — пошел бы навстречу. Мужчина легко улыбнулся в своей привычной манере — чуть с прищуром ярко-голубых глаз. — Это Вам, — достав из-за пазухи небольшой сверток с ампулами, Лэйн протянула их Романову. — Генерал сказал, что этого должно хватить. Если не поможет, даст что-то серьезней. Простите, название вылетело из головы… — Как великодушно с его стороны, — Борис лукаво прищурился, принимая «подарок». Только сейчас девушка вгляделась в стоящего перед ней мужчину. Он был бледнее обычного, широкая грудь, перетянутая бинтами, часто вздымалась, а руки слегка подрагивали. — Что с Вами? Краше в гроб кладут, — спросила Лэйн, стягивая перчатку с руки и дотрагиваясь до лба мужчины. Он тут же блаженно закрыл глаза, чувствуя живительную прохладу от ладони. — Да у Вас жар. — Не волнуйтесь, — он вымученно улыбнулся, убирая ее руку. — Бывало и не такое. — Нужно сбить температуру, — говоря это, Лэйн быстро принялась расстегивать пальто. — Вы один? Где Люба? Наблюдая за своей гостьей, Борис улыбался. Она суетливо вытащила руки из рукавов своего черного пальто, быстро размотала красный шарф и сбросила вторую кожаную перчатку. Такую же красную, как и шарф. Видя ее сегодняшний наряд, мужчина сжал челюсть. Кровь в жилах закипела сильнее, чем вода в самоваре. — Уже поздно, а Люба рано ложится спать, — связывать слова в предложения с каждой минутой становилось все тяжелее. — Если Вы будете не против, я бы хотел попросить, чтобы Вы немного помогли мне с этим. Лэйн решительно кивнула. Не смотря на внешний вид Романова, к своей спальне на втором этаже он шел уверенно. — Хочу заметить, — начала Лэйн, проходя за мужчиной в комнату, — я никогда не делала уколы. — Значит, сегодня и научитесь, — он ободряюще улыбнулся, подходя к небольшому столику у большой кровати. Там лежали бинты и баночки со спиртом. — Я криптограф, а не хирург, — вся уверенность растерялась в тот момент, когда мужчина стянул рубашку с плеч. — Зашивать меня, увы, уже не нужно, — Борис потянулся к заправленному краешку бинта, но тут же скривился от резкой боли. — Не поможете? Отложив сверток с ампулами, Лэйн подскочила к мужчине, но отдернула руки. Спокойно. — Что-то не так? — из-за большой разницы в росте, мужчине приходилось ссутулиться, практически нависая над ней. — Просто руки грязные, — Лэйн подняла глаза. — Сейчас я. Тело девушки словно окаменело под взглядом голубых глаз. Невероятным усилием она заставила себя сдвинуться с места, ему за спину. Открутив крышку, девушка капнула на ладони немного спирта, принявшись растирать их между собой. — Не переживайте так, Лэйн, — он наблюдал за ней с каким-то странным выражением лица. Заинтересованность? Смесь страха? Желание? Замолчи. Какое, к черту, желание? У него жар, рана воспалилась, а ты думаешь только о том, как же сексуально его тело. — Может, лучше позвать Анну? — принявшись разматывать повязку, Лэйн гнала от себя прочь все те мысли, что посещали ее голову прошлой ночью. Девушка намеренно старалась избегать контакта с кожей, боясь, что если дотронется, то просто сгорит. И в прямом, и в переносном смысле. — У Вас получится, — ободряюще улыбнулся Романов, наблюдая за ее махинациями и подмечая, как старательно она избегает его кожи. Ткань отходила легко, не причиняя практически никакой боли. Когда бинты были сняты, перед глазам Лэйн предстала не очень приятная картина: несколько глубоких порезов были рвано зашиты, в некоторых местах сочилось что-то бело-красное, а кожа вокруг швов покраснела. — Не так я хотел производить на Вас впечатление, — он хмыкнул, проходя к кровати и усаживаясь на нее не без труда. — Вы произвели его в тот момент, когда закрыли меня собой, — только сейчас она осмелилась поднять на него взгляд, от чего сердце ухнуло уже где-то в пятках. Под глазами мужчины залегли темные круги — он явно плохо спал. — Обычное дело для мужчины, — легкая полуулыбка не сходила с его лица. — Сейчас будет самое сложное. Лэйн отложила грязные бинты на столик, подальше от чистых. Раскрыв сверток с ампулами, девушка выудила оттуда одну штуку. — Куда нужно будет колоть? — Сюда, — длинный мужской палец указал на швы. Девушка на секунду замешкалась, следуя взглядом по его обнаженному торсу. Даже не смотря на жуткую картину, ей нестерпимо хотелось прикоснуться. Огладить шею, спуститься руками по широким плечам, к груди, проскользить пальчиками по торсу и под брюки. — Кхм, в рану? — отгоняя мысли, она откашлялась. — Рядом, — Борис аккуратно показал пару точек пальцем возле воспаленной кожи. — Вам будет очень больно? — Не больнее, чем знать, что Ваш генерал заставляет Вас разносить посылки. Учитывая всю ситуацию в Роткове. Лэйн вскинула голову, нахмурившись. — А какая здесь ситуация? Романов промолчал, продолжая испытывающе смотреть на девушку перед собой. Ей не нужно это знать. Пока не нужно. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Лэйн протерла руки вместе со стеклянной ампулой, отломав у нее носик. Стекло легко поддалось. Взяв шприц и набрав в него жидкость, девушка с готовностью повернулась к мужчине. — Выпустите из шприца немного воздуха, — посоветовал Борис. — Да, достаточно. Она подошла к мужчине, склоняясь над ним. — Я лягу на спину, Вы садитесь рядом, Лэйн, — он поймал ее встревоженный взгляд, — так руки будут меньше трястись из-за наклона. — Хорошо, — ее голос дрогнул. Борис аккуратно откинулся на спину, вытягивая руки вдоль туловища. Пару секунд поколебавшись, девушка взобралась на край мягкой перины, подложив одну ногу под зад. — Сюда, сюда и вот сюда, — он показал места возле шва. — Колоть надо неглубоко, на одну четверть иглы. Рукой не шатайте, укололи, выпустили миллилитр и сразу вытащи. — Поняла. Девичьи руки тряслись, а сердце гулко билось о ребра. — Придвиньтесь ближе, я не кусаюсь, — блики от свечей делали его ухмылку какой-то слишком одержимой. — Может быть кусаюсь я? — Лэйн встретилась с ним взглядом. — Значит, быть укушенным Вами — мое самое заветное желание. Лэйн была исполнительной. Она была ведомой, но никогда не ведущей. Ей говорили — она делала, не вступая в полемику. Так ее научили. Она наклонилась ближе, делая первый небольшой прокол в коже. Сделала именно так, как он ей и сказал: уколола, выпустила, вытащила. Он поморщился, сильно сжимая веки и плотно смыкая губы. Лэйн замерла, обеспокоено наклонилась еще ближе, вглядываясь. У Бориса были мягкие черты лица, даже красивые, благородные. Так близко она еще никогда не рассматривала его. Высокие скулы, полные губы, небольшие морщинки на лбу и невероятные голубые глаза. Каждый раз, когда они встречались взглядами, Лэйн тонула в них, как в самом глубоком океане. Черты его лица разгладились, он приоткрыл глаза. — Все хорошо, продолжайте. Девушка сосредоточенно кивнула, делая второй прокол. Борис снова болезненно зажмурился, шумно втягивая носом воздух. Внутри у Лэйн было тихо. Все страхи и сомнения смело в тот момент, когда игла проткнула кожу. Она перестала волноваться, перестала трястись, словно обкалывать воспаленные швы ей уже приходилось. В мыслях всплыл тот странный сон, где кто-то с белыми крыльями звал ее Полярной звездой. Был ли это Каин? Лэйн не знала, но ей бы этого хотелось. Наверное. Быть так близко к одному мужчине, но сердцем тянуться к другому. Да, есть ли вообще у меня сердце? Кажется, я потеряла его вместе с воспоминаниями. Погребла под базой «Сибирь». Третий прокол был сделан, и Лэйн с готовностью выпрямилась, заглядывая в глаза Борису. — Ни за что не поверю, что Вы никогда этим не занимались, — мужчина приподнял голову. — Может, и занималась, — девушка пожала плечами, спрыгивая с кровати. Отложив использованный шприц в небольшой металлический поднос, она потянулась за бинтами. Рука дрогнула, стоило коснуться белой ткани. « — Не дергайся ты так! — девушка пихнула ангела в плечо, придерживая его белое крыло. Оно было неестественно выгнуто в сторону. — Больно вообще-то, — ангел поморщился, оборачиваясь через плечо. — Нужно уколоть, иначе рана загноится. — Ты криптограф, а не врач. — А ты — бессмертный, — она передразнила его, — но от лихорадки все равно можешь умереть. » Это были не ее воспоминания. Нет, вряд ли ее. Она бы точно помнила, кому помогала и чьё белое крыло держала. Каин? Это был Каин? Однажды он спрашивал, вспомнила ли я его. — Лэйн, все хорошо? — глубоко погрузившись в собственно сознание, девушка не сразу заметила, как Борис встал с кровати и оказался рядом. — Да, — она кивнула. — Надо Вас забинтовать. Взяв выстиранные Любой бинты, Лэйн аккуратно накинула один край на мужское плечо. Из-за большой разницы в росте, ей приходилось стоять на носочках. Чтобы хорошенько закрепить ткань, девушке пришлось приобнять мужчину за талию, несколько раз оборачивая вокруг нее бинты. Думать о том, насколько близко к ее лицу было его сильное тело, Лэйн себе запретила. — Готово, — она отпрыгнула от мужчины слишком быстро, лишь бы он не подумал ничего дурного. — Спасибо Вам, — Борис улыбнулся в своей лукавой манере, с трудом набрасывая рубашку на плечи. Меньше сексуальности, тем не менее, в его виде не стало. — Пожалуйста, — она кивнула. — Я пойду. Не хочу снова выслушивать гневливые отзывы на свой счет от Дмитрия. — Вас кто-то встретит? — Нет. Отправили одну. Даже удивительно. — Я провожу Вас. На улице уже очень темно, а в нашем городе не всегда бывает безопасно. — У Вас высокая температура, — она сказала это как-то очень неуверенно, словно боясь, что мужчина тут же отзовет свое щедрое предложение. — Мы так ее и не сбили. Вам бы поспать. — Я провожу, — повторил, — лекарство скоро подействует, не волнуйтесь. Романов указал рукой на дверь, пропуская девушку вперед.       Одевались они молча, даже немного нервно. Оказавшись на улице, Лэйн глубоко втянула носом морозный воздух. Внутри охотничьего дома было слишком жарко. Или это горела сама Лэйн? Она тут же мотнула головой, двинувшись к кованым воротам. Заперев дверь, Борис пошел следом. На улице уже действительно было темно. Даже зловеще темно. Глумливое воображение рисовало жуткие картины из голых деревьев. Всюду сгущались тени, завывал ветер. Если бы не снежные сугробы, добавляющие хотя бы немного света, Лэйн бы точно свихнулась. — Ваш генерал всегда так обращается со своими людьми? — заговорил Борис, поравнявшись с ней. — Посылает лаборантов поздно вечером бродить по улицам? — Ко мне у него особое отношение, — зябко поежилась девушка, сильнее надвигая на лицо расписной красный шарф. — Прицепился как репей к собачьему хвосту. — Вы явно не оставляете его сердце в покое, Лэйн, — Романов улыбнулся. — Когда мужчине небезразлична женщина, он не оставляет попыток как-либо воздействовать на нее. А уж если женщина тебя ненавидит, ей явно не всё равно. — Очень сомневаюсь. Шагая, девушка не сразу заметила наледь, припорошенную снегом. Нога в высоком сапоге тут же поехала вперед. Лэйн смешно взмахнула руками, как испуганная курица крыльями. — Поверьте мне, — Борис ухватил ее за локоть, придерживая, — я знаю. Дальнейший путь они шли молча, но ее руку Борис не отпустил. Наоборот, перекинул девичье запястье через свое предплечье. Хочу видеть лицо Дмитрия, когда я заявлюсь под руку с хозяином поместья. На горизонте замаячил особняк Романовых. Лэйн обреченно вздохнула, но тут же удивленно приоткрыла рот. К ним на встречу, широко чеканя шаг, шел Дмитрий. Если бы над ним скомковалась черная туча, его можно было бы легко разглядеть даже из леса. — О, глядите-ка, Лэйн, — Борис чуть склонился, почему-то шепча на русском, — К нам в Тулу приехал Ваш самовар. Уловить смысл фразы мешал языковой барьер. Лэйн хорошо знала русский язык, но интерпретировать сказанную метафору не смогла. — Причем тут самовар? Когда они все поравнялись, Дмитрий скользнул колким взглядом по девушке. Она чуть ссутулилась под тяжестью обращенного на нее внимания. Лицо Бориса все так же излучало искусственное добро. — Романов, — коротко кивнул Дмитрий. — Генерал, — так же кивнул Борис. Лэйн предпочла промолчать, все еще цепляясь за руку Бориса. Дмитрий это заметил, брови на его лбу грозились срастись в одну целую. — Извините за мою бестактность, но, — генерал сложил руки на груди, — какого черта, Лэйн? — Я объясню, пока ты не препарировал ее взглядом прямо здесь, — улыбаясь собственной шутке, владелец поместья Романовых похлопал Лэйн по костяшкам пальцев. — Я попросил помочь мне с инъекциями. — Она не врач, не медсестра, — если из глаз Дмитрия вдруг полетели бы кинжалы, один точно бы воткнулся Лэйн меж глаз. — И все же, она отлично справилась. — Я послал ее к тебе с одной целью — отнести лекарство. — Она не врач, не медсестра, но посыльный? — Борис откровенно веселился, глядя на хмурого генерала. Лэйн же просто молчала, надеясь, что сольется с окружающими ее сугробами. — Ты бы знал, Романов, как мне иногда хочется в тебя выстрелить, — Дмитрий покачал головой, пытаясь сохранить хотя бы долю самообладания. — Главное, дышите глубже, генерал. Лэйн всегда подозревала, что у нее есть особенные способности к притяжению неприятностей. Там, где что-то происходило, она всегда оказывалась рядом. Поэтому цинично предпочла молчать, надеясь, что буря ее минует. — Пошли, Лэйн, — Дмитрий поправил ворот пальто. — На этот раз запру тебя в библиотеке на ключ. Окна заколочу, чтобы было неповадно вылезать. А если снова вылезешь — посажу на цепь. Девушка закатила глаза, отцепляясь, наконец, от руки Бориса. Он придержал ее за локоть. — Если Вас запрут, ключи я сунул Вам в карман пальто, — он шепнул ей это на ухо. — Они открывают все двери в поместье, и кандалы — тоже. Дмитрий прищурился, сжав челюсть. — Спасибо, — прошептала Лэйн в ответ, резво двинувшись в сторону генерала. Дмитрий круто развернулся на пятках, воинственной хмурой тучей направляясь обратно в дом. Лэйн поковыляла следом, как прибившийся к ноге цуцик, так и не заметив взгляд Бориса, направленный в ее спину. — Интересно…

***

      На этот раз, чтобы Лэйн случайно не промахнулась мимо охотничьего поместья, вместе с ней отправили Грега. Идея снова отправить ее одну и испытать удачу Дмитрию не нравилась, но и отправлять ее с кем-то — тоже. — Так вот, а я ему и говорю… Лэйн, ты слушаешь? — идя с ней рядом, Грег пихнул задумавшуюся девушку локтем. — Ты так много говоришь, что я потеряла нить разговора еще у дверей поместья, — процедила она сквозь зубы. — Какая ты циничная, — обиженно буркнул парень, пряча руки в карманы. — Я говорил, что мне нужно в город. Я провожу тебя, а на обратном пути — заберу. — Еще за руку начни водить. — Ты так часто куда-то вляпываешься, что скоро тебя привяжут к кому-нибудь. Надеюсь, не ко мне. Я еще хочу жить. На его едкую шутку Лэйн только равнодушно глянула, ускорившись. Охотничий дом Романова было уже видно. — Без меня никуда не уходи, — сказал Грег ей в спину, наблюдая, как Лэйн неловко семенит ногами по обледеневшим дорожкам к дому. — Буду примерно через час. — Ага. Взлетев белкой-летягой по ступенькам, Лэйн ударила пару раз кулаком по двери. За дверью раздалось шуршание, и на пороге предстала милейшая «няня» Бориса. — Ой, здравствуй, лебёдушка! — поздоровалась Люба, пропуская Лэйн внутрь. — Боренька, тут твоя Царевна Несмеяна пожаловала! Лэйн чуть вскинула брови, слегка улыбнувшись скорее из вежливости. Пройдя внутрь, принялась стаскивать с себя верхнюю одежду. Шаги хозяина дома послышались на втором этаже, и через пару секунд Борис уже спускался к ним по лестнице. — Доброе утро, Лэйн, — мужчина легко улыбнулся, остановившись на предпоследней ступеньке. — Вы сегодня опять без провожатых? — У моих провожатых много дел, — повесив верхнюю одежду на вешалку, Лэйн собиралась было шагнуть навстречу, но была остановлена сухонькой рукой. — Эй, куда обутая? — Люба дернула девушку за руку, кивком головы указывая на ее мокрые от снега сапоги. — Вам лишь бы пол топтать, да чаи распивать, а дерево беречь от влаги кто будет? Я? Мне, чтоб ты знала, уже под пятую точку лет! — Люба, — по-доброму предостерег Борис, подходя ближе. — Лэйн наша гостья. — Гостья, гостья, — заворчала женщина, уперев руки в боки. — А обувь все равно пускай снимает. — Ты сама стоишь обутая, — Борис продолжал улыбаться, играясь перстнем на безымянном пальце. — Так я в домашнем! Лэйн молча наблюдала за их несерьезной, как ей казалось, перебранкой. Они говорили по-русски, криптограф понимала их без труда. Правда, пару слов она все-таки не смогла разобрать. — Все в порядке, я разуюсь, — в подтверждении своих слов, девушка наклонилась к замку на сапогах. — Вот правильно! — Люба задрала указательный палец кверху. — А то в прошлый раз столько натоптала, столько натоптала. Спрашивать, откуда женщина знала, что это была именно она, Лэйн не стала. Послушно выполнив просьбу, девушка оставила сапоги на ковре возле двери. Ей тут же выдали мягкие войлочные тапочки. — Просушу их на печи и пойдешь в тёпленьких, девица-краса, — прихватив обувь, женщина зашуршала по полу длинными юбками в соседнюю комнату. — Пойдемте, — Борис жестом пригласил девушку наверх. Кивнув, Лэйн достала из кармана пальто очередной сверток с ампулами. Следуя за хозяином поместья по лестнице, девушка отметила, что выглядел он уже довольно хорошо. По крайней мере, лицо его не было таким серым. Пройдя в кабинет, мужчина остановился у письменного стола. — Простите за это представление, Лэйн, — Борис сдержанно улыбнулся, разворачиваясь. — Люба очень любит порядок. — Ничего, — Лэйн кивнула. — Я почти привыкла, что здесь любят разуваться. Тапочки очень милые. Она подергала носками ног, от чего войлок начал слегка топорщиться. Мужчина скользнул по ней взглядом. Сегодня она была в длинном платье с разрезом. Талию туго стягивали черные ремни. Из-под выреза выглядывали плотные чулки. — Не холодно Вам так ходить? — кивком головы мужчина указал на ее чулки. — Морозы в Роткове весьма беспощадны. — У меня очень теплое пальто, — Лэйн чуть нервно отдернула плотный край наряда. — Вам очень идет, — Борис улыбнулся, облокачиваясь о стол, сжимая пальцами край лакированного дерева. Лэйн прокашлялась, подходя и протягивая ему сверток с ампулами. — Как Ваша рана? — Уже хорошо, спасибо. — Дмитрий просил передать, что это — последние. Она кивнула на сверток. Мужчина принял его, откладывая на стол позади себя. Вернув внимание к стоящей перед ним девушке, Борис чуть склонил голову. Почему он так смотрит? Как-то не по себе. Почему тут так жарко? Уф. Напряжение, откуда-то возникшее в воздухе, можно было потрогать рукой, пропустить сквозь пальцы. Они оба стояли в непозволительной близости. — Чаю? — нарушил тишину Борис, лукаво прищуриваясь. Рядом с ним внутри Лэйн всегда что-то клокотало. Словно тёмная и вязкая жидкость, как смола, заполняла вены, обволакивала кости. Сердце качало вовсе не кровь, а что-то более едкое, взрывоопасное. — Не хочу. Лэйн плавилась. Мозг то и дело подкидывал ей его полуобнаженный образ. Какой он был высокий и сильный. Как напрягались его мышцы, как горела кожа, как сбивалось дыхание от ноющих ран. Лэйн и сама тогда горела. И позже ночью — тоже. Такие яркие чувства претили ей. — А чего хотите? Он заметил. Понял всё сразу, но продолжал играть с ней, испытывать. Он хотел, чтобы она сама прыгнула в этот капкан. Загонять добычу и, наконец, поймать. Протянув руку, Борис поддел пальцем ее ремешок на талии, осторожно потянув на себя. Лэйн сделала пару шагов навстречу, но все еще недостаточно близко, чтобы сорваться и пожалеть о своем решении. — Скажите мне, Лэйн, — его голос стал тише, вкрадчивей, — чего же Вы хотите сейчас? В тот момент, когда она впечаталась в его губы своими, ей показалось, что она рухнула в пропасть. В бездонную, черную и вязкую. Из этой пропасти звезд она бы точно не увидела. Из этой пропасти не увидеть даже Полярную звезду. Тут же сделала трусливый шаг назад, отодвигаясь. Все случилось так стремительно, что Лэйн негромко вскрикнула. Обхватывая девичью талию рукой и приподнимая над полом, мужчина захватил чужие губы своим ртом. Развернувшись к столу, он грубо ссадил Лэйн на столешницу ягодицами, спихивая стоящие там предметы. Ампулы с лекарством рассыпались по полу с противным звоном. Войлочные тапочки слетели с ног. Широкие ладони стиснули ее по бокам, сильно сдавливая ребра. Лэйн попыталась сделать вдох, но вместо этого раскрыла рот шире, впуская язык Бориса глубоко себе в горло. Поцелуи были слишком животными, в них не было ни намека на какую-то мягкую нежность, даже легкую взаимную симпатию. Образ Бориса, всегда сдержанного и уравновешенного, с треском разлетелся об огонь, что разгорелся за считаные секунды. Сейчас он был несдержан, напорист и властолюбив. Он был даже груб. Мужская рука скользнула вверх по затянутому в чулок колену. Обхватил за талию и приподнял, чтобы задрать длинное платье до живота, а затем, Борис потянулся к пряжке на брюках, отстегивая ее. Лэйн отстранилась, тяжело дышала. Упираясь руками в столешницу, она лихорадочно следила за действиями мужчины. Платье сильно задралось, обнажая белье. Шальная мысль о том, что в данный момент она скучала по кружеву, больно кольнула виски. Приспустив брюки вместе с трусами, мужчина потянулся к ее белью, с какой-то животной одержимостью стягивая его и отбрасывая в сторону. Обхватив член рукой, совершенно забывая о прелюдиях, Борис дернул Лэйн свободной рукой ближе к себе за талию, и тут же размашисто толкнулся внутрь нее во всю длину. Она настолько хотела его, настолько горела им, что влажности было более чем достаточно. Лэйн подавилась воздухом, протяжно застонав, но мужская рука тут же зажала ей рот. — Молчи, — процедил, стискивая ей скулы пальцами, продолжая грубыми толчками проникать внутрь. Лэйн кивала, держа свой вес на дрожащих руках. Это не было занятие любовью, как писали в каких-нибудь романчиках. Нет, он грубо вбивался в ее тело, с влажным хлюпаньем и шлепками. Борис не сводил с ее лица взгляда, одержимого, безумного. Нависал над ней, неумолимо сжимая одной рукой ее талию, а другой — рот. — Молчи, я сказал, — снова сквозь зубы прошептал он возбужденно, когда Лэйн простонала ему в раскрытую ладонь от очередного размашистого толчка. Красный огонь в ее глазах полыхнул, она придвинулась к нему ближе, хватая за белые волосы и стягивая в кулак. Мужчина хрипло усмехнулся, но напор не ослабил, обхватывая ее поперек спины, прижимая к своему телу ближе. Швы на груди отозвались дикой пульсацией, но на адреналине ему было абсолютно плевать. Сместив руку на ее шею, Борис сжал горло, придвигая ее лицо к своему, впиваясь в распахнутый в стоне рот. Лэйн обхватила мужскую шею, охотно подстраиваясь под ритм, практически насаживаясь на большой член. Мужчина уткнулся ей в шею, больно стискивая зубами ключицу через ткань платья. Лэйн зеркалила его: обезумевши вцепилась зубами в вену на шее. — Боря! — возглас Любы, донесшийся с первого этажа, был таким оглушающим, что они оба замерли в той позе, в которой были секунду назад. — Боренька! Им понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать всю ситуацию. Резко выйдя из нее и сняв со стола, Борис лихорадочно натянул брюки, трясущимися руками застёгивая их. Лэйн спустила платье вниз, нервно поправляя его. Черные ремни на талии перекрутились, волосы растрепались по плечам, а лицо нещадно горело. Борис шагнул в сторону окна, распахивая его настежь, впуская морозный воздух. Шаги уже были слышны на лестнице. Заправив рубашку в брюки, Борис обвел обеспокоенным взглядом свой кабинет, замечая женские трусики на полу, а так же разбросанные ампулы. Девушка была так сосредоточена на своем внешнем виде, что не обратила внимание на то, что именно подобрал с пола Борис. Лэйн влетела в тапки с такой скоростью, что едва не подкосились ноги. Она пошатнулась, но Борис вовремя придержал ее за руку. В тот момент, когда в дверном проеме медленно нарисовалась Люба, рука мужчины убирала что-то в карман, а другая — держала Лэйн за локоть. Люба замерла на пороге, оглядывая пару. — Там куркуль твой пришел, лебёдушка, — пояснила женщина, хитро бегая взглядом по комнате. — Мой — кто? — хриплым голосом спросила Лэйн, намертво пригвоздившись к месту. — Твой, кхм… Ваш провожатый, — пояснил Борис, приглаживая волосы назад. — Самое время сказать: «это не то, о чем ты подумала», — Люба прищурилась, глядя на мужчину. — Это не то, о чем ты подумала, — повторил Романов, плечом загораживая девушку. — И встречный вопрос: а о чем ты подумала? Люба стояла с таким выражением лица, словно всё, что только произошло в кабинете, было ей известно в мельчайших подробностях. Как здесь говорят? Свечку держала. — Пойдем, ягодка, а то твой солдатик уже всю кровь мне выпил. Лэйн кивнула, на негнущихся ногах проходя мимо Любы. Женщина все так же хитро ухмылялась, пропуская гостью мимо. Борис последовал за ней. Заставив себя не оборачиваться, Лэйн спустилась по лестнице, замечая у порога Грега. — Ты чего красная такая? — спросил он чуть громче положенного, но ей показалось, что прокричал в рупор. — На улице стояла, — ляпнула она, запихиваясь в пальто. Люба принесла ей сапоги. Они действительно были теплыми. Надевала их Лэйн с каменными выражением лица. Сейчас я бы охотно упала прямо в снег лицом. — Не пустили внутрь, потому что боялись, что ты опять чего удумаешь? — едко поинтересовался Грег. — Помолчи! — сняв с передника кухонное полотенце, Люба двинула им по голове парня. — Эй! Наговорить гадостей, к сожалению, не получилось, потому что за спиной любимой няни вырос Борис. Он чуть сдвинул брови, глядя на солдата. — Пошли, — Грег дернул Лэйн за рукав, выходя. Она кивнула, вываливаясь на улицу следом. Напоследок обернувшись, Лэйн встретилась взглядом с Борисом. Он смотрел на нее с ироничным блеском в глазах. Впрочем, как и Люба.       По пути в поместье, Грег снова что-то болтал, а она — не слушала. Шла рядом, но хотелось бежать, не оглядываясь. Чувства внутри Лэйн смешались, окрасились в тёмные тона. В кабинете Бориса Романова Лэйн потеряла себя прошлую, закаменевшую. Она отвернулась от света. Отвернулась от белых крыльев, что мелькали в ее искалеченном сознании. Она больше не будет для него Полярной звездой. Самые большие звезды быстро сгорают и взрываются, превращаясь в черные дыры. Только на половине пути до Лэйн вдруг дошло, что кое-какой части ее гардероба недоставало. Мороз на улице скрыл покрасневшее от ушей до кончика носа лицо.