Двое на дороге рвут под собой асфальт, чтобы побеждать

~Я отдам тебе всю любовь, Если это значит остаться с тобой навсегда. Я не хочу потерять тебя вновь, Чтобы потом искать и в итоге не найти никогда.~ Старый, видавший многое гараж заполняла музыка, вырывавшаяся из колонок. В помещении витал запах пота, машинного масла и немного алкоголя. В этот летний вечер было жарко, особенно под капотом автомобиля, над которым битый час гнул спину Ли Минхо, опытный водила этого маленького городка, в котором царил хаос на дорогах, как только сумерки опускались на город. И он был известен, как "папочка дикого Мустанга". Минхо был дерзок и ловок, когда дело касалось гонок, ведь это было его призванием. Протерев пальцы тряпкой от грязи, Минхо обвёл взглядом гараж. По ящику катали какую-то музыкальную программу, смысл которой Ли не понимал от слова совсем; недалеко от него Хëнджин натирал до блеска своего железного коня, сдувая с него пылинки; Чан стоял между широко разведённых ног Чанбина и пытался по всей видимости, достать языком до гланд парня, который сидел на капоте одной из классных тачек их гаража; и Сынмин, мозг их компании, как обычно, зависал в компьютере. Его друзья были настолько разношерстны, что ненавязчивая мысль о том, как они все могли сдружиться то и дело посещала голову Минхо. Со стороны их компания выглядела очень странно, однако, их всех объединяла одна страсть — крутые тачки и гонки. Это было у них в крови. — Народ, вы не забыли, что сегодня в шесть у нас съезд? — Ким оторвал глаза от экрана ноутбука, привлекая к себе внимание остальных. Чан с громким чмоком оторвался от уже красных и пухлых губ своего парня, жадно проведя ладонями по его бёдрам. — Мы собираемся тащить туда свои тощие задницы? — Говори за себя, окей? — ответил Хван, даже не прерываясь от своего дела. — У кого у кого, а у меня задница точно не тощая, понятно тебе? — Бин скрестил руки на груди, принимая вид обиженного человека. — Никто и не говорил, что она у тебя такая, Бинни. — промурлыкал ему куда-то в шею Чан. — Потому что я занимаюсь спортом. — буркнул он. — Мы все это знаем, малыш, мы все это знаем. — успокоил его старший. Видно, Крису было, в принципе, не важно, где они и кто их окружает, когда дело касалось его Чанбини, ведь старший готов был сделать ради него всё, даже поставить все свои деньги и машины на гонку, чтобы принести победу своему парню. Хотя, стоит сказать, такое и правда было. В том году. Бан смог обогнать пятерых соперников на трассе, при этом не угробив машину и финишируя первым из всех. То была гонка всех времён. И стоит сказать, Минхо иногда завидовал этим двоим, хотя бы потому что они действительно любили друг друга и видели друг в друге смысл своего существование. Ли хотелось также. Хотелось посвящать себя кому-то. Всего. И без остатка. Хотелось быть крутым и дерзким только для одного единственного, показывая свою ранимую сторону. Стоит отметить, что такой человек и в правду был. И имя его Хан, мать его, Джисон. Хан, что носит вечно короткие джинсовые шорты, Джисон. Хан, сводящий, его, Минхо, каждый чёртов день с ума, Джисон. Хан, которого любит Ли Минхо, Джисон. Хан, единственный и неповторимый на всём белом свете, Джисон. Хан Джисон. Парень, что смог заставить его сердце пропустить удар, и даже не один раз. Хан Джисон, которого очень хочется иметь в своей тачке во всех смыслах этого слова. Хочется обладать этим прелестным парнем, что постоянно посещает подобные съезды гонщиков каждый вечер. И сегодняшний не исключение. — Не знаю, как вы, ребята, но я собираюсь надрать там задницы всем, кто хоть как-то умеет держать баранку в руках и давить педаль газа в пол. — Минхо швырнул тряпку на пол в полной решимости и уверенности посетить данное мероприятие. — Никто и не сомневался, что ты там появишься. — Хëнджин запрыгнул на мотоцикл. — Ради своего ненаглядного Джисона. — он закатил глаза. Минхо наградил его гневным взглядом, мол, ещё хоть слово о нём и тебе конец. — Ты долго будешь подбивать клинья к нему? — казалось, да, вопрос вполне логичный, и спасибо Киму за него, но ответ Ли всегда будет тем же: да, попытается добиться Джисона во что бы то ни стало. Однако Минхо ответил следующее: — А ты долго будешь покорять своего строптивого лиса? Как говорится, прилетела ответочка откуда не ждали. Неожидавший подобно Сынмин подавился воздухом. — Кажется, кое-кто так и не дождётся, пока ты будешь тут греть свои яйца о старый обогреватель. — он прыснул от смеха и от выражения лица Сынмина. Да, не один Минхо тут побитым псом пытается добиться красивого парня, но и Ким страдает тем же, который год пытаясь подкатить к Чонину, но младший его отшивает. Правда, у Яна причины всегда разные. То Сынмин якобы не дозрел до серьёзных отношений, либо утверждает, что у Кима лишь тачки да гонки в голове и позаботиться о нём, Чонине, будет не кому. Можно подумать, Сынмин выберет залить бак своей малышке, чем принести стакан с водой Чонину. Нужно же понимать, что это бред. А именно последняя её часть. На самом деле, это шутка. — Я посмотрю на тебя сегодня, как ты будешь из кожи вон лезть, чтобы впечатлить Хана. — предупредил его Ким, захлопнув крышку ноутбука. Вообще, Сынмин у них не тот человек в команде, который часто садиться за руль, хотя бы потому что он их глаза и уши на дорогах, но в свободное от этой работы время он, естественно, рассекает ночной город скоростью своей машины, оставляя после себя чёрные полосы на асфальте. — А я посмотрю на тебя. — и это были последние слова Минхо перед тем, как он накинул на татуированные плечи кожаную куртку и запрыгнул в свою тачку. *** Рёв мотора заглушал тяжёлые басы музыки. Три крутые тачки — мустанг форд, форд ф-450, нисан скайлайн R34 GT-R, и один мотоцикл — дукати— плавно заехали на небольшую стоянку на сегодняшней вечеринке. Мотор под капотом гудел так, что сотрясался асфальт. На сегодняшнем съезде уже присутствовали участники гонки со своими машинами. Девушки и парни, что не принимали участие в заезде, толпились у автомобилей, попивая алкогольные напитки. Их разговоры тонули в какофонии звуков. Припарковав свой мустанг красного цвета, Минхо, подобно звёздам в Голливудских фильмах, вышел из машины. Рядом с ним стоял дукати Хëнджина, водитель которого в это время уже снимал шлем. Пикап Чанбина и Чана сделав большой круг вокруг людей, остановился рядом с ними. Их "чудовище" — так в шутку называли машину все члены их команды — низко пророкотал, и вскоре его мотор был заглушен. Сынмин был бы не Сынмином, если бы не сделал полицейский разворот прямо перед Чонином. К слову о нём. Тот сегодня выглядел чуть иначе. Его глаза были подведены чёрным карандашом, что лишь подчёркивало красоту его лисьего выреза глаз. Черная юбка едва прикрывала его колени, а белая майка подчёркивала небольшие кубики пресса. Под ручку с ним был Феликс, парень Хвана, который в этот день выглядел ещё милее, чем обычно. Он, словно солнце, пестрил своей красотой и одеждой среди остальных людей. В его светлых волосах путались лучи заходящего солнца. Его широкая и искренне улыбка, казалось, могла освятить самый пасмурный день. Он бы витамином С для Хëнджина, который в это время уже заключил в объятия своё солнышко. Они все вместе сбились в кучу. Сынмин сыпал дурацкими шутками и, видно, тайно надеялся, что их оценит Ян, но тот был холоден с ним. Чан и Чанбин мельтешили где-то рядом. И лишь Джисона нигде не было видно, что не могло не расстраивать Минхо. Кто-то из толпы уже подвыпивших ребят подходил к нему, предлагал себя, чтобы весело, незабываемо и беззаботно провести эту ночь вместе, но все эти люди не были Ханом. Джисон был одним единственным и неповторимым. Грехом было сравнивать его с другими. Минхо и не старался делать этого. Ему это было незачем, ведь...ведь его сердце уже было отдано парню с беличьими щёчками и большими глазами. — Всем минуточку внимания! — организатор этих экстремальных съездов вышел в центр. Он два раза хлопнул в ладоши, привлекая внимание людей. — Сегодня будут соревноваться лишь двое. Лучшие из лучших. — он указал на Минхо и ещё одного парня в толпе, который тоже славился хорошей ездой. — Это будет главная гонка на сегодня. Победителю достанется две машины — что будут участвовать в заезде, — три штуки и... — он сделал многозначительную паузу. Вокруг резко стало тихо. — ...Хан Джисон. Проигравший идёт домой пешком. На этом всё. — этот парень ушёл туда, откуда пришёл, оставив после себя ворох мыслей в голове Минхо. Джисон в виде приза? Его Джисони? Такого не может быть. Либо это ошибка, что вполне вероятно, либо... — Привет, Минхо. — рядом послышался голос того, в которого он был долгие годы влюблён. Хан Джисон, ниже его на голову, задрал нос к небу, отчего вид на его кадык в виде милого и маленького сердечка был обеспечен Минхо. Временами так хотелось прикоснуться губами к его Адамову яблоку, провести по нему языком и подушечками пальцев. Хотелось заставить Джисона плавиться в его руках. Но, наверное, это лишь мечты. Ему необходимо выиграть гонку во что бы то ни стало, а иначе его Хани достанется кому-то другому. — Привет, Джисон. — Готов? — лукавый огонёк появился в глазах напротив. — Всегда. Но...но почему ты...? — Приз? — закончил за него Хан, на что Ли кивнул. — Это весело, разве нет? — Весело? Для тебя это весело? — казалось, он никогда не мог разозлиться на своё чудо, однако этот день станет для них обоих исключением. — Подожди...то есть ты хочешь сказать, что будешь зависать эту ночь с каким-то незнакомцем или со мной? — Но я же знаю, что ты выиграешь. Всегда это делал. И сегодня тоже. Для меня. — тихо произнёс Джисон, проведя кончиком языка по верхней губе. Это выглядело возбуждающе! Но...Хан всегда в него верил и верит по сей день? Это не сон? Разве это реальность? Такое вообще может быть? Поток его мыслей, который был подобен рою пчёл, прервала возбуждённая толпа вместе с рёвом мотора второго водилы в этом заезде. Это заставило Минхо принять хоть какие-то действия. Он бросил взгляд на Джисона, который выдергивал нитки из джинсовых коротких шорт, смотря при этом куда-то в асфальт. Его белая футболка в стразах имела V-образный вырез, и поэтому можно было заметить точеные ключицы парня. Ли пробежался рентгеновским взглядом по фигуре Хана. Он, словно пытался запомнить его всего перед тем, как окажется в салоне автомобиля и унесется вдаль, уверенный в своей победе. Минхо сел за руль, хлопнув дверью. В салоне присутствовал лёгкий запах чайного дерева, который всегда его успокаивал перед гонкой. И всё бы ничего, да вот только сегодняшний заезд отличается от всех привычных, хотя бы потому что на кону стоит его Джисони. Его милый бельчонок с очаровательными большими глазами. На дорогу вышла девушка из толпы. Он знал её — она часто давала старт гонщикам и резко махала платком перед копотами машин. Вот и сейчас, она вытянула руку вверх и в эту же секунду резко присела на корточки на своих каблуках и махнула запястьем вниз. Это значило лишь одно — погнали. Однако, второй водила среагировал быстрее Минхо, и его автомобиль уже пересёк черту старта. Мотор его машины заревел, а из труб повалил дым и он вырвался вперёд. Минхо бросил взгляд на Джисона, который стоял где-то рядом с его машиной. Хана обволакивал дым от первого автомобиля, а в его глазах зарождалось волнение. Позади него стоял Чан и на его лице субтитрами было написано: "и почему ты стоишь? разве ты не должен вдавливать педаль газа в пол и уже быть первее твоего соперника? или ты позволишь ему выиграть и забрать Джисона, как приз? неужели ты так поступишь с ним?" Инстинкты сработали быстрее. Педаль в пол. Визг шин. Минхо крутанул руль — ему нужно было выехать на трассу вслед за соперником, что он и сделал. Толпа людей последовала за двумя машинами. Они будут стоять недалеко от старта, а кто-то из них будет стоять на финишной прямой, чтобы встретить победителя. И этим победителем должен быть Ли Минхо, который по уши влюблён в Хан Джисона. Из-за того, что он задержался на старте, тот парень был на несколько метров впереди него, петляя с одной полосы на другую. Минхо знал это трюк и сам часто им пользовался — так труднее обогнать соперника. Ему иногда приходилось ехать по встречке, маневрируя между приезжающими легковушками. Они встречали его предупреждающим сигналом, который резал слух Ли. Ему нужно обогнать того парня во что бы то ни стало. Из-за запредельной скорости всё тело было словно приковано к сиденью. Для новичков, конечно, такая гонка покажется очень трудной и невозможной, однако не для опытного Минхо, который с подросткового возраста уже научился держать баранку в руках и угонять от копов. Да, нужно сказать, их хобби временами бывает опасным. Правильнее будет сказать, оно всегда такое. Либо тебе на хвост упадут легавые, либо ты сыграешь в ящик. Одно из двух. Третьего, увы не дано. Всё просто — такова жизнь. Запах перегретого моторного масла витал в салоне автомобиля, смешиваясь с запахом чайного дерева. К этому букету из запахов добавлялась шепотка жажды скорости и победы, а секретным ингредиентом являлась безграничная любовь Минхо по отношению к Джисону. Всё это собой представляло термоядерную смесь. Стоит зажечь спичку — и всё сгорит к чертям собачьим. За окном его мустанга мелькал пейзаж, на который он бы обратил внимание в обычное время, но только не сейчас. Деревья сменяли друг друга, машины на трассе пролетали разноцветными пятнами перед глазами Минхо. Он следил лишь за машиной, что мчалась вперёд, водитель который не собирался даже оглядываться назад, заставляя Ли глотать пыль. Так не должно быть. Точно не сегодня. Казалось, вжимать педаль газа было уже не куда, однако Минхо не собирался просто так сдаваться. Его соперник вырвался вперёд, и шанс на победу у Ли значительно катился вниз по наклонной. Перед глазами появился образ Джисона. Его милого бельчонка, настроение которого меняется каждые пять минут. То он булочка с корицей, то уже уверенно флиртует, что не остановить. Но Минхо это нравится. Даже очень. И всё-таки, хочется иметь Хан Джисона у себя в тачке. Впереди показалась фура. Его соперник петлял с полосы на полосу, не зная, по всей видимости, куда лучше пристроится. Нужно сказать, трасса — не самое лучшее место для гонок, так как поток машин является большой проблемой. Выжать из мотора самый максимум вряд ли получится, так как очень велика вероятность того, что поцелуешь чей-то бампер. Фура ехала навстречу Минхо, водитель которой уже вовсю ему сигналил. Его соперник ехал по правой полосе. Но у Минхо был план. И он надеется, что он сработает во что бы то ни стало. Он набрал скорость. Он был подобен комете, что оставляет после себя след в небе, но только Минхо оставляет его на асфальте в виде чёрных полос. Ли был непоколебим и в полной решимости ехал на встречку. Оставалось пару метров до столкновения, как фура резко зарулила влево, из-за чего её большой состав изогнулся под неестественным углом. За счёт этого её прицеп стал перпендикулярен дороге, и поэтому образовался большой зазор между подвеской кузова и асфальтом. Это было отличной возможностью проскочить под фурой и вырваться вперёд своего соперника, что и сделал Ли. Он резко дёрнул коробку передач на себя, тем самым разворачивая машину на 180 градусов. Спустя десять метров он вперёд спиной проехал под фурой, слегка задев крышей её подвеску. Благо колёса фуры не зажевали его мустанга. На долю секунды он скрылся под большой машиной, но после вновь появился в свете заходящего солнца и в свете предстоящей победы. Минхо развернул машину снова на 180°, и уже теперь его автомобиль рассекал трассу своей скоростью. То был полицейский разворот, к которому он часто прибегал во время заездов. За счёт того, что фура искривилась, её передняя часть зацепила первого гонщика и из-за этого его машина влетела в опознавательный знак ограничения скорости. Из под копота машины повалил дым, а её водитель выскочил из машины, со злостью хлопнув дверью. В этой гонке побеждает лишь один. И это Ли Минхо. Всегда. *** Ли Минхо пересёк финишную прямую, приехав, соответственно, первым. Он выиграл в этой гонке. И выиграл Хан Джисона, которому хочет отдать своё сердце. Его красный мустанг сделал круг вокруг людей, подняв большой столб пыли после себя. Мотор под копотом знатно гудел, заглушая радостные крики восхищённых его ездой зрителей. — Кирпич мне в фару, он сделал это! — команда Минхо встретила его объятиями. Крис притянул Ли к себе, взъерошив его и без того непослушные, взмокшие после гонки волосы. — Как ты, Хо? В начале ты ехал не важно. — Всё нормуль. — он ловко выскользнул из рук Чана. — Да ему просто в задний бампер никто не дышал, вот поэтому он и тащился, как черепаха. — прыснул Сынмин. Минхо наградил его предупреждающим взглядом. В его глазах так и читалось, мол, я посмотрю, как ты будешь выжимать из машины максималку. — Но нужно сказать, ты был крут. — Хван стукнул его кулаком в плечо в знак поддержки. Минхо лишь кивнул. — Итак, победитель, я смотрю, очевиден! — голос ведущего этих экстремальных заездов послышался где-то рядом. — И это вновь Ли Минхо, что буквально рвёт под собой асфальт, чтобы побеждать! Поздравляю с победой! Увы, первая машина не выжила в этом заезде, поэтому сумма денег будет чуть больше. — он щелкнул пальцами. — А, и да, твой ненаглядной тебя уже ждёт. — он указал в на направлении Джисона, который стоял в нескольких метрах от него. Его беличьи глаза выражали беспокойство, но на дне плескалась благодарность за то, что приехал первым. — Привет, бельчонок. — прошептал он, как только пересёк эти несчастные метры, что отделяли их друг от друга. Гонщик заправил светлую прядь парня за ухо. — Привет, дерзкий котёнок. — Джисона переплëл их пальцы рук между собой. — Ты выиграл. — Даже не вопрос? — Утверждение. — хмыкнул он. — То есть ты знал? — Всегда. — выдохнул Хан. — Но волновался. Не мог не делать этого. Ты же знаешь. — он опустил глаза в пол. Засмущался собственных слов. Такой скромняшка. — Знаю, бельчонок, знаю. — он сделал шаг навстречу Хану, отчего носки их кед соприкоснулись. — Ты составишь мне компанию, чтобы уехать в закат в лучах моей победы и славы? — Всегда. — милая и очаровательная улыбка появилась на губах младшего. *** — А максимальная скорость этого жеребца какова? — Джисон посмотрел на сидящего за рулём Минхо, который расслаблено вёл машину и смотрел вдаль. Лучи заката отражались в тёмных омутах гонщика. — 250 км/ч. А что, малыш? — он посмотрел на него в ответ, на секунду отвлекшись от дороги. Их взгляды пересеклись. — Хочешь проверить? — Может быть и хочу. — Только если ради тебя. — Хо подмигнул Джисону и резко дал по педали газа. Коробка передач на себя. Дым повалил из труб. Асфальт задрожал от рëва мотора. Рык машины разнёсся по пустующей дороге. Эта гонка только для них двоих. Мустанг быстро пронёсся по трассе, поднимая после себя пыль. От шин отскакивали мелкие камушки с дороги. Хан звонко засмеялся. Он подобрал под себя свои изящные ноги. На его лице расцвела широкая и счастливая улыбка. — Тебе нравится, бельчонок? — Очень! — его пальцы дотронулись до руки Минхо, что покоилась на коробке передач. По их телам словно пробежал ток. В воздухе витали запах моторного масла и искорки любви между двумя людьми, что готовы мчаться по дороге настолько быстро, насколько хватит спички, потому как если она догорит, то всё сгорит к чертям собачьим под влиянием их химии. Под влиянием этой термоядерной смеси. Внезапно раздавшаяся сирена полицейских машин заставила Хана обернуться назад и знатно испугаться. — Минхо, скажи, что это не за нами, пожалуйста! — Я не уверен, за нами ли они или нет. Хотелось бы, чтобы не за нами. — он кинул быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Когда дело касалось гонок, Ли всегда был серьёзен и собран. Вот и сейчас — его руки сжимали руль в полной уверенности и решимости оторваться от хвоста. — Джисони, держись крепче, сейчас немного будет быстро. Хан обхватил руками колени, прижимая их к груди. Его беличьи глаза были широко открыты. Он был напуган. Это и понятно. Не хотелось бы эту ночь провести в тюремной камере. Минхо прибавил газу, сворачивая на грунтовую дорогу. Их автомобиль немного трясло, когда его колёса собирали каждую яму на дороге. Ли старался объезжать все неровности, однако это не всегда получалось хорошо сделать. Сирена полицейской машины ещё какое-то время сопровождала и проследовала их, пока красный мустанг не скрылся в облаке пыли, что он оставил после себя, когда делал крутой разворот и умчался вдаль. Минхо припарковался в тени большого дерева. Вокруг — ничего, лишь холмы, горы да дорога. — С тобой всё в порядке? — он взял ладони Джисона в свои, оставляя на них маленькие и невесомые поцелуи. — Испугался? — Это было неожиданно. — признался он. — Иди ко мне! Секунда, и Хан удобно устроился на коленях гонщика, уместив свои ладони на его широких плечах. — Так лучше? — глаза в глаза. — Угу. Минуты три прошло в полной тишине, прерываемой звуком отдалённо проезжавших на трассе машин и стуком двух сердцем, чьи обладатели делили одно дыхание на двоих. — Ты идиот, Ли Минхо, ты знаешь это, ведь так? — Джисон соприкоснул их лбы. — Почему ты сразу меня оскорбляешь? Я же ничего... — Вот именно. — даже не дал договорить. — Ты ничего не делаешь. — он щëлкнул хëна по носу. — Я думал, мы проведём с пользой минуты в этой тишине. — Подожди, то есть...ты хочешь сказать, что всё это время ты делал мне намёки, и эта гонка была одной из них? — руки Ли легли на бёдра Хана, приблежая его к себе ещё ближе. — Оу, я смотрю намёк понят. — он хитро улыбнулся. — Но ты пропустил самое важное и главное. — он двинул бёдрами навстречу бёдрам Минхо, отчего создалось трение между их телами. — Ты забыл вот это. — Нет, не забыл. — с этими словами он припал к губам Хана. Казалось, Минхо незаметно для самого себя взял несколько советов от Чана, а именно как дотянуться языком до гланд своего партнёра за считанные секунды. И нужно сказать, у него почти это получилось сделать, раз Джисон громко задышал через нос, сжимая плечи хëна в своих ладонях. Хан плавно продолжал двигать бёдрами навстречу бёдрам Минхо. Вскоре их поцелуй был прерван. Его бельчонок заскулил ему куда-то в шею, оставляя на ней багровые отметины. Одна была темнее другой. — Малыш, малыш, потише. — Ли взял Хана за подбородок, останавливая его действия. — Ты настолько голодный? — он по-доброму усмехнулся, всё ещё не до конца веря в то, что сейчас происходит. — Да, потому что кое-кто не понимает намëков от слова совсем. — от младшего прилетел удар кулачком в плечо. — Хэй, не обязательно было это делать, Джисон-а! — в плену его рук оказались запястья Хана. Он несильно скрутил их у него за спиной, отчего спина младшего была подобно струне, так же натянута и пряма. — Иначе... Ли изобразил грубый толчок. Его член упёрся в аппетитные ягодицы младшего. Одежда была лишней в данной ситуации. Не прошло и пяти минут, как Джисон стянул через голову свою футболку, избавил хëна от кожаной куртки и майки. Перед его взором предстал литой торс, которого тут же захотелось коснуться не только пальцами, но и языком. Захотелось оставить на таком теле свои следы в виде отметин и поцелуев. Захотелось уделить внимание и татуировкам на плечах старшего. Захотелось обвести кончиком языка каждый кубик, ведя носом ниже, ниже и ниже, пока не почувствуется тяжесть члена во рту, а по подбородку будут течь предсемя вперемешку со слюной. Всего этого захотелось сразу, но Хан не знал, с чего стоит начать первее. Минхо был словно вкусный и сладкий леденец, сладость которого хотелось сохранить подольше на своём языке. Но его размышления прервал сам же Минхо, который успел избавить их от оставшихся вещей, и поэтому сейчас их обнажённые и горячие тела были готовы слиться друг с другом в одно целое этим вечером. — Я не буду спрашивать, готов ли ты, так как ответ, соответственно, очевиден: готов, при чем давно, поэтому лишь скажу, чтобы ты отпустил все свои тормоза и просто наслаждался. — Не сомневайся в этом, папочка! — маленький поцелуй пришёлся в нос хëна. — Твой мальчик готов на всё! Да, нужно сказать, после этих слов сорвало тормоза у Минхо, а не у Джисона, ведь он низко зарычал, совсем как мотор его мустанга перед гонкой и начал выцеловывать линию челюсти Хана, в то время как его пальцы огладили внутреннюю часть бёдер младшего. Его бельчонок судорожно вздохнул и его ресницы затрепетали, подобно крыльям бабочки. — Расслабься! — прошептал Ли ему на ухо, при этом слегка куснув его мочку уха. Минхо не разобрал дальнейшего ответа от Хана, так как его пальцы дотронулись до тугого колечка мышц. Тихий вздох сорвался с губ младшего и он закусил губу, видно, думая, что громким быть не стоит. — Хэй, малыш, я хочу слышать тебя! Ты можешь стонать так громко, как только захочешь. Мы здесь одни. — успокоил его Минхо, прибавляя уверенности. Он чмокнул его в приоткрытые губы. Вскоре они снова слились в поцелуе. Он вышел влажным: языки сплетались друг с другом и обводили каждый зуб. Они слегка покусывали губы друг друга. За ласками и нежными словами от Минхо, Хан и не заметил, как уже три пальца плавно входили и выходили из него, касаясь простаты подушечками пальцев. В ходе всей растяжки он порой бывало тихо, а иногда и громко вскрикивал, слегка качаясь на бёдрах гонщика. После пары секунд растяжки, Ли осыпал всё лицо своего бельчонка поцелуями, успокаивая и готовя его к самой важной части. — Готов? — Ты же сам сказал, что я готов. — фыркнул Джисон. Он вновь качнул бёдрами, чтобы головки их членов соприкоснулись. — Но я хочу услышать это от тебя. — Минхо заглянул в глаза напротив. В них плескалось желание. — Я хочу этого. Тебя. Всего. Всё это. Прямо сейчас. — выдохнул он ему прямо в губы. И это было последнее, что сказал Джисон, потому как Минхо услужливо приподнял его на руках и плавно, аккуратно и нежно опустил на свой член. В эту же секунду салон автомобиля заполнился протяжным и сладким стоном его бельчонка. Он не был тих, как и попросил его Ли, что лишь ласкало ему слух. Джисон носом зарылся в шею и мокрые волосы Минхо, выстанывая его имя и подмахивая бёдрами в такт толчкам. В салоне мустанга было душно, окна запотели, и в воздухе витал запах любви. В этот вечер они подарили друг другу много поцелуев, объятий, нежных фраз, слов и темных отметин по всему телу. Они любили друг друга всю ночь... *** Рёв мотора. Три машины и мотоцикл стояли в линии в одном из темных переулков, освещённых одиноким светом уличных фонарей. Свет от фар освещал дорогу перед гонщиками. На светофоре всё ещё горел красный. — Хо, ты готов? — сквозь рёв мотора послышался голос самого старшего среди них. Чан выглядывал из окна своего пикапа. Рядом с ним хихикал Чанбин, через каждую секунду переключая песни в их машине. — Да, будь уверен. — Ли закатил глаза. Его ладонь огладила колено Джисона, сидящего на соседнем сиденье. — Смотри, не отставай! Гонять будем не по-детски! — вставил свои пять копеек Хëнджин. Он расслабленно сидел на своём боевом коне, а со спины его обнимал Ликс, который и сегодня вечером был подобен солнцу. — Я надеюсь, твоя рухлядь не рассыпется по дороге, а то не хотелось бы... — засмеялся Сынмин, но Чонин, сидящий рядом с Кимом, стукнул его в плечо. — А мне не хотелось, чтобы твой зубной состав тронулся. — буркнул Минхо. — Ребята, ребята, давайте не будем ссориться! — остановил поток ласковых слов Крис, чуть посигналив. — Вот именно. — кивнул Бин. — Давайте все признаемся в том, что наша машина получше будет ваших ржавых корыт. — Мы сейчас это и узнаем. — сказал Минхо. Он перевёл взгляд на светофор. Шли секунды до зелёного знака. Пять, четыре, три, два, один... Они все резко вдавили педаль газа в пол. Столбы дыма повалили из труб. И они одновременно сорвались вперёд, минуя линию старта. Переулок, в котором они все вместе устроили незапланированные гонки, был узким, поэтому машины и мотоцикл почти ехали вплотную друг к другу. Рёв мотора казался оглушительным в столь поздний час. — Ли Минхо, ты идиот, ты знаешь это, ведь так? — крикнул сквозь рёв мотора Джисон. — Ты снова меня оскорбил без видимой на то причины? — он рискнул оторвать взгляд от дороги. Хан смотрел на него в ответ, при этом глупо и счастливо улыбаясь. — Да, я снова сделал это, потому что, я кажется, люблю такого идиота, как ты! — он притянул к себе Минхо. Их губы соприкоснулись. — Люблю тебя, бельчонок. И буду любить до пустого бака в машине. — А я люблю тебя, мой дерзкий котёнок! Их машина вырвалась вперёд, оставляя позади остальных и чёрные полосы на дороге. Он скрылся за поворотом в столбе дыма, пыли и света фонарей на улице. И лишь двое влюблённых на этой заполненной другими машинами дороге рвут под собой асфальт, чтобы побеждать. Во мне нет страха ибо ты со мной. Все, кто презирал меня, пусть стыдятся, и опозорены будут. Те, кто шел на меня войной — сгинут. Я обрету силу, высшую цель, и я добьюсь триумфа.