Исповедь

Комната. Нас двое. Стены, испещренные трещинами времени, словно шепчут о забытых бедах и страданиях, а лица, изображённые на иконах, будто становится свидетелями нашей близости. Твои нежные губы шепчут слова мольбы, а я словно хочу услышать, как ты вызываешь к Богу, но по причинам, которые не были такими святыми. -Я скорее уничтожу себя, чем позволю потерять контроль и прикоснуться к тебе. Ты не виновата в том, что я не могу жить по-другому. Может быть, ты повинна отдельных поступках, но никак не в целые картине происходящего. Ты приходила ко мне, ища убежище и каясь, а я, несмотря на лёгкую вину и беспокойство, которое должен был чувствовать, ощущал влажность твоих глаз и аромат твоего тела, закладывая греховно мысль в голову, пока утешал тебя. Словно сам дьявол нашептывал мне на ухо тошнотворно-сладкие слова искушения, подогревая мое желание к тебе. -О, дьявол, зачем ты надломил мой хитиновый покров? Я сжал в руках четки, будто это последняя капля и взглянул на твое бездыханное тело. Словно художник, создавший шедевр. -Нужно признать, что душа моя темна, и жить с этим. Либо не скидывать ответственность на тех, кого не существует. И ведь даже ржавой ночи слышен шепот любви.