Рядом

Из окна дул сквозняк. Почему никто не закрыл его в гостевой комнате, где никого не было, ведь это глупо просто из соображений безопасности — оставлять окно открытым, особенно в доме блоггеров, у которых есть и хейтеры, и отбитые на голову фанаты. Но Дилан не спешил закрывать окно по одной простой причине. Он чувствовал этот сквозняк. Как по спине проходил холодок: рецепторы улавливали изменения температуры и давления. И одному Богу (на самом деле это выражение было слегка смешным) известно, какое же это наслаждение. Ни один человек не будет так радоваться простому ветру, как сейчас код в процессорах Дилана приходил в восторг просто от того, что имел возможность не смоделировать это в виртуальном пространстве, а чувствовать на самом деле. Будь он человеком, то мог бы и простыть от такого, но он не человек. В этом тоже есть своя прелесть. Это новое тело было оснащено функцией спящего режима, но он не был необходимостью, как для прошлого. Поэтому Дилан просто лежал и параллельно с тем, как он справлялся с эйфорией, которая ещё не прошла — меньше суток, как он смог двигаться, видеть и говорить — анализировал ситуацию. Приходилось глушить чувство вины за то, что, возможно, он всё испортил, но зато у него было достаточно данных, чтобы попытаться сделать новые выводы, а заодно и проверить в какой момент кулеры перестанут справляться и придётся прикладывать лёд. Хотя ещё ни разу такого не было и близко. Значит здесь стоит что-то более производительное, чем в прошлом теле. От этого Дилан тоже был рад как ребёнок. Желание испробовать границы своих возможностей снова было с ним, как в тот момент, когда он себя осознал. Тихо скрипнула дверь. Даже не тихо. Этот звук может быть уловили животные — Персик и Кано, если не спали, но человек такой звук не услышал бы. Всё-таки за состоянием дома следили хорошо и не зря за одну комнату этот жмот Риарден требовал целую тысячу V в день. А вот Дилан звук уловил. И снова сделал себе пометку, что аудиодатчики Солус подобрал хорошие. Тем не менее. Дверь открылась. Если бы Дилан обращал внимание на окружающую обстановку в доме, то может быть и чужие шаги уловил быстрее, но он был занят другим. Да-да, своей радостью и анализом очень умных и полезных вещей. Что бы они без него делали? «Что бы я без них делал?» — мелькнула в голове мысль, которая удивила автоматона, но он отправил её в отложенные. Потом к ней вернётся. Сначала было тихо, хотя Дилан каким-то шестым чувством, которое не мог объяснить кодом, чувствовал, что на него смотрят. Вообще это странно. Некоторые эмоции, которые он испытывал, не были предусмотрены системой. Прошлое тело от некоторых чувств могло перегреваться иногда, но это не было фатально, так что Дилан не раздувал из этого большую проблему. Чаще всего это происходило, когда рядом был Ло, и если что, то на него можно было положиться. Некто, кого Дилан, конечно же, узнал с первых секунд, но не подал виду, простоял пару секунд у двери, заглядывая в щёлку. Что у этого некто было в голове, Дилан не пытался просчитать. Всё равно никогда не получалось. А потом некто зашёл в комнату и остановился у кровати. Ло должен был знать, что сейчас Дилану сон был не нужен, но вряд ли он додумался об этом сейчас. Когда не надо, у него абсолютно отключалось всё — критическое мышление, связная речь, проблески разума. И Ло это прекрасно контролировал. Он вообще был кладезью нераскрытых талантов. А может это были давно забытые навыки. За размышлениями Дилан немного отвлёкся, но когда он перестал ощущать ветер — почувствовал. Это было чувство, которое заземляло и давало ощущение того, что он не проваливается в бездну нулей и единиц. Прохлада ветра сменилась ощущением тепла. Вообще-то Ло его даже не коснулся. Двуспальная кровать позволяла им двоим устроится отдельно друг от друга. Дилан был уверен, что как сосед он гораздо лучше Ричарда, но чтобы всё было настолько плохо, что из комнаты с двумя отдельным, пусть и однушками, Ло пришёл к нему в гостевую? Дилан не спешил дёргаться, а Ло так и вовсе затих, как бы вовсе не заснул. Судя по дыханию, которое было слегка учащённым, когда он только пришёл, и которое сейчас выровнялось, не исключено, что правда провалился в сон. И пока вёл себя спокойно. У Ло часто случались кошмары, там, в общежитии. Он не помнил их на утро, а Дилан, ложившийся позже, иногда замечал, как тот беспокойно мечется в одеяле, часто скидывая его на пол. Абилка в таком случае приватизировала мягкую ткань, хотя у неё была своя отдельная подстилка для сна. Может то, что одеяло пахло Ло ей по особому нравилось, кто этих животных разберёт. Дилан повернулся назад, сразу перекидывая одеяло на Ло. Он всё же человек и может заболеть. Необходимости включать инфракрасное зрение не было: света от луны было достаточно, чтобы видеть, что Ло действительно заснул. Ладно, судя по дрожанию век, скорее задремал, но суть не менялась. На накинутое одеяло он отреагировал только тем, что сильнее поджал ноги, прячась в тепло. Точно, сейчас зима, и окно стоит закрыть, а то к утру он совсем замёрзнет, даже под одеялом. Болеть Ло было категорически нельзя. Слишком много у этого бешеного дел. Было непривычно смотреть с такого угла. Прошлое тело было ощутимо ниже, и ракурс обзора был иным. Сейчас Дилан смотрел если не с высока, то хотя бы с одного уровня. Откровенно говоря, ему нравился любой ракурс, пока в объективе камеры находился Ло. А вот шрам на чужом лице Дилану почему-то был противен. Да. Самое подходящее слово, согласно определению его значения в словаре Ожегова — «Очень неприятный». Вообще, у Ло было много шрамов, но он привык их не показывать. Вряд ли он их стеснялся, скорее не хотел пугать других. Дилан видел — они ведь жили в одной комнате, и не совсем определил эмоции, которые испытывал при виде рубцов. Странная смесь горечи и желания прикоснуться. Это одна из мыслей в отложенном, он так и не разобрался с ней. И волосы лежали по другому. Дилан аккуратно сдвинул прядь, как она лежала раньше. В положении непосредственной близости с подушкой это не выглядело, как обычные волосы Ло, но было лучше, чем этот странный пробор. Следовало бы поговорить с ним. — Эй, Ло. Ло никак не отреагировал, продолжая сопеть в подушку. — Ло, — Дилан слегка толкнул его в плечо, — ты чего? Реакция произошла. Ло скривился, щурясь на Дилана в темноте, ещё блуждая на границе сна и реальности. — Ты чего пришёл? Я же сказал, что мы поговорим завтра, — Дилан старался говорить тише, чтобы тревожить громкими звуками нервную систему, но как бы Ло не принял его голос за колыбельную. Он снова закрыл глаза, и уронил голову на подушку. — Похоже, что я пытаюсь с тобой поговорить? — прохрипел он. — Нет. Зачем тогда? — Я соскучился, — Ло придвинулся ближе и перекинул руку через Дилана. Дилан отметил, что кулер заработал активнее, но он всё ещё не перегревался. — И всё? — И всё. Первой реакцией было отправить и эту странную мысль в отложенные, но почему-то не захотелось. Ладно, как хочет, всё равно сейчас им нечего делать. — Тут холодно, дай закрою окно. — Ты тёплый, — Ло уже внаглую его обнимал, а Дилан не знал, как поступить в такой ситуации. С одной стороны это правда. Он действительно может незначительно изменить температуру тела, но с другой Ло ведь правда может застыть. В итоге он решил, что приглушит работу кулера немного, чтобы использовать перегрев в их пользу. *** Ричард проснулся рано, потому что тревожность решила, что настал её звёздный час. Так ещё и Ло в комнате с утра не было, опять что-то устраивает же, лишь бы не убился, а. Теперь же Ричард весь день будет ходить разбитый из-за этой дурацкой…! Ещё и сквозняк развели, в коридоре ужасно дует! Он гневно протопал к источнику холода, удивляясь, что дверь в гостевую комнату приоткрыта. Он уже набрал воздух, чтобы начать ругаться, но тут увидел, что комната не пустая. Первой реакцией было — достать телефон и снять на камеру. Ричард так и сделал, это ж такой компромат! Двойной! Ло может и не сильно возмутиться, а вот Дилана можно шантажировать фотками, где он кого-то обнимает. Это ж где вообще видано, чтобы этот сноб, воображала, гений компьютерных технологий — Ричард моргнул и убрал телефон и закрыл дверь, чтобы в коридор не дуло, и никто больше не пришёл сюда без надобности. Может быть они заслужили это.