Mientras ardían, yo ardía.

— Кольт, какой же ты разгильдяй. просто неисправим! - с такими словами в кабинет залетает девушка и кидает кипу бумаг прямо на стол, перед заброшенными на него ногами упомянутого выше. Обычно при слове «девушка» всегда кажется что-то нежное, легкое, немного вспыльчивое. В голове заседает образ с юбками, платьями, браслетами и жвачкой во рту, с мягкой кожей и с ухоженными руками. Ну по крайней мере, если отталкиваться от идеалов 50-х и до сегодняшнего дня. Правда наверное даже не идеалов, а навязанных стереотипов. — Расслабься. У меня обеденный перерыв, ничего не произойдёт за 15 минут - неохотно бросил Кольт, хотя под прицелом взгляда все той же девушки было так некомфортно, что по позвоночнику пробежал холодок, а ерзать хотелось все сильнее. — У тебя что, совести совсем нет? Если мы друзья, не значит, что ты можешь говорить так со старшим тебя по званию. - Шелли полная противоположность выше указанного образа. Она была холодная, словно сталь, стойкая и отстраненная. Ее почти никогда не было видно в юбке или платье, за исключением конечно школы. От нее шел стойкий запах крепких сигарет, разбавленный духами, которые Кольт уже с зажатым носом узнает из тысячи. Кожа ее была явно суховата, а тело чуть ли не в тысячах шрамах, вон, даже на лице виднелся рубец, который прикрывает белый пластырь. Руки были в мозолях от частого применения насилия в сторону непорядочных гражданинов. Ну, «непорядочных» это мягко сказано. Она даже на выпускном умудрилась подраться с одним из парней, который выпустил недалекую шутку про испанцев. — Ты без пяти минут лейтенант, а выделываешься больше всех! И мне не составит труда дотянуть до лейтенанта, а там и до старшего лейтенанта. - он отлично знал, что работа милицейским ему давалась проще за особые заслуги, а значит, проехаться по гордыне Шотган, было очень легко. Уж больно она любила соревнования. Правда, если бы ей сказал так кто-то другой, то тут же отхватил по шапке, но Кольт ее друг со школы, так что из его рта иногда и похлеще вылетало. Просто ему нравилось уходить с головой в работу и помогать людям, так что продвижение по службе - почти пустяк. Правда, не успевает опомниться и уже провожает взглядом удаляющуюся фигуру, которая уже на ходу успела достать недавно купленную пачку сигарет. Даже из далека можно было заметить бело-красный цвет упаковки, на которой были выгравированны красным буквы «L&M». Надо бы ее догнать по хорошему. Им не раз стучали по голове за курение во время рабочей смены, потому они всегда выходили через пожарный выход, к обочине дороги. И парня всегда смешило, как люди сбавляют скорость на машинах, когда только увидят двоих милиционеров. Да и люди с достаточно дорогой машиной, старались не то что скорость сбавить, а вообще свернуть на каком-нибудь повороте. Потому что обычное потрепанное корыто не вызывало сильных подозрений в криминале, в отличии от новеньких и свеженьких машин. Откуда деньги то в такое время? Да что уж, доходило вообще до абсурда, когда соседи могли позволить себе на одну булку хлеба больше. Кольт опомнился, и только тогда надевает как положено зимнюю форму. Поозиравшись минутку, отпирает железную и протёртую дверь. А девушка и не гадала кто там, даже оборачиваться не стала. И так ясно. — Огонёк то взял? - это было сказано так холодно, что наверное даже градус на улице не был таким. И тот привык к ее отстранённости и хрипоте, так что шмыгает уже покрасневшим носом и достав из кармана спички, протягивает их. Шотган делится сигаретой и прикрывая ладонью от ветра, поджигает свою и парня, встряхивая рукой, чтобы потушить спичку. Секунд двадцать они молчали, пока младший лейтенант не решил прервать тишину. — Это... Я думаю ты лучше знаешь в теме медицины там... Где дешевле будет успокоительное купить? Ну валерьянку там... - неловко переминается с ноги на ногу от пронзающего насквозь ветра и тянет в себя столько дыма, насколько сможет. Все же Кольт был всегда одним и тем же. Распиздяем. Хулиганом, который в школе умудрился разбить три окна в кабинете географии, а потом еще получить пятерку за красивые глазки, харизму и «артистичность». Учился он только на этом в целом. Все хорошие оценки получал за перечисленное ранее, а плохие за настоящие знания. Ничего кроме уроков НВП, физкультуры и на удивление - литературы, ему больше не нравилось. Но каким бы на первый взгляд не казался Кольт, он все тот же закомплексованный мальчик, который подвергался травле в начальных классах. — Это что еще за новости? Тебе зачем? - чуть вздернув бровь, Шелли все таки удосужилась одарить его взглядом. — У меня тетке нездоровится. - с какой-то грустью начал тот. - У нее сын, мальчишка лет 7 или 8, а ты ж знаешь как у нас в стране... Ей на работе то духами заплатят, то тканью, а кормить нужно. Сидел вон, вчера успокаивал ее, давление скачет, слезы рекой... Мальчика и обижают в школе из-за материального положения...Отвалил ей там своих сбережений, чего нашлось. Ладно хоть в милиции платят деньгами, а не.. Хламом. Шотган помолчала какое-то время и бурхнув от сигареты, поправила на себе шапку. — Тут недалеко от участка, давай после смены сходим, мы все равно на дневной сегодня. Кольт послушно кивает и наблюдает, как сигарета уже тлеет до фильтра, а пепел падает на ботинок, накапливая его все больше. И наконец нехотя кинув в сугроб, топчет ногой чтобы последние искры затухли. Вновь неловкая пауза, которую конечно же нарушает парень. — Пошли в кино сегодня. Я все оплачу. - наверное это было не лучшим решением, но даже неожиданно для себя, он это сказал без раздумий. Все равно к тете идти к позднему вечеру, а кино так.. Время скоротать. Только где деньги достать, чтобы за двоих заплатить, еще и угостив подругу чем-нибудь по пути? Точно, еще и на успокоительное деньги нужны... —В кино? Ты меня на свидание приглашаешь? - мелкая дрожь по телу испанки не давала сконцентрироваться на всех словах коллеги, от чего она могла переспрашивать раз 5, прежде, чем просто сказать «а» и продолжить слушать. Местные действительно не понимали внешности Шелли. Неподобающе она выглядела для России матушки. Хотя на деле была из Испании, она переехала еще когда ей было лет 6, всегда было забавно иногда слышать от неё проскакивающие фразы на испанском. Ее кожа была смуглее обычного, а кудрявые волосы отливали насыщенно фиолетовым цветом. И это выглядело так невероятно, что может, парень сам не замечал, какими глазами он на нее смотрит с выпускного. Кольт восхищался ею во многих аспектах, хотя она была вполне отстранённой от него. И уже настроившись на отказ, хриплый голос выдает сюрприз. — Идем. Зайдешь за мной? Часов в 8. - она кашляет себе в кулак. Все таки курение сказывается на здоровье, а кашель стал все чаще появляться. Она конечно хотела бросать, но еще дня не продержалась, вечно хваталась за спички в кухонной тумбе и за сигареты на подоконнике перед балконом. — Зайду! И провожу. - и щеки теперь горят не от холода, а наверное из-за смущения, потому что смотрят на него с явным удивлением, и он поспешил продолжить, лишь бы не выглядеть глупо. - Мало ли что случится с тобой, а ты еще и в районе таком живёшь...Как там? Район на район, да? Это почему-то вызвало улыбку у Шотган, от которой побежали мурашки. Улыбалась она крайне редко, а вот Кольт наоборот, хмурился редко. Это всегда забавляло в какой-то степени. — Ну да, пожалуй так и есть... Но я ведь не зря работаю в милиции. Не пропаду, синяки не страшны. — О, нет, просто... Не всегда можно отделаться лишь синяками... Ну просто.. Девочка на той неделе... И она тут же взмахнула рукой, маяча ладонью перед его лицом. Про тот случай вспоминать не хочется вообще, когда 16 летняя девочка не получила ни от кого поддержки и теперь ходят с клеймом на всю жизнь. «Грязная». — Я поняла про что ты. Не будет такого, сказала же, что вдруг чего - не пропаду. - отчеканила та, почти проглатывая слова. — Я просто не хочу чтобы ты пережила такое. Просто будь осторожна, ладно? — Ты с чего так печешься обо мне? И тот вздыхает, оставляя девушку без ответа, просто уходит, пока под ногами хрустит замерзающий снег. Она никогда почему-то не замечала, сколько раз он заботился о ней, зато всегда успевала упрекнуть за бездельничество. — Идиот. - без всяких прелюдий сказала та, бросив так же сигарету и отправившись за другом. За день ничего не было. Разве что куча бумажной волокиты, от которой в сон клонило за считанные секунды. И только скрипящий за дверью паркет заставлял словно от будильника взбодриться. Время только 6, а за окном такая непроглядная темень и приглушённые крики, что стало жутко некомфортно. В 7 заканчивается смена, значит нужно будет подождать еще минут 30, пока Кольт закончит подписывать, все то, что ему навалили за неделю. Сначала появилась идея помочь ему, но она тут же вылетела из головы. "Вот еще, все это время ленился, а я ему помогай. Мне и школы хватило.." В бутылке лопаются пузырьки от газированной воды и она чувствует короткий удар в висок, в виде неприятной боли и усталости. Хотелось спать и курить одновременно, так что вода - единственный способ усмирить ломку хоть ненадолго. Часы на стене тикали в полной тишине, добавляя напряжение. Ни минутой раньше уйти нельзя было, даже если выполнил все что нужно было, так что сидеть и ждать пока будет 7 часов, очень мучительно. И как только часы показывают нужное время, Шотган подрывается с места и накидывает свое скромное пальто серого цвета, которое явно было застиранное. Почему она ходила в пальто, когда на улице сильный мороз? Кольт задавался этим же вопросом. Вечно упрекал, мол, заболеешь ведь, а ей хоть бы хны. Не хочет ни подарки принимать в виде шубы, ни копить на что-то потеплее. Наконец, выходит на улицу через главный вход, когда от любого вздоха идет пар изо рта, а для красных щек хватит 30 секунд. Ждет коллегу, но его все нет и нет. Пришлось растирать себе ладони, чтобы согреться, прятать нос в шарф и немного покачиваться из стороны в сторону, пока на пышные волосы падали хлопья. И поджав губы, она только решает идти домой, как впопыхах выбегает он. Дурак. Даже после такого нудного дня умудряется быть энергичным и солнечным, иногда даже казалось, что ни один русский мороз его не возьмет. — Прости, что я ждать заставил! Заскочим в аптеку, а потом провожу тебя. Еще не передумала? - На самом деле последний вопрос он задал для приличия, ведь сам искренне не хотел это спрашивать. А если передумала? Если все же откажется? С одной стороны, какая разница? Ну не захочет - плевать! С лучшей подругой можно и просто погулять сходить... Только с другой стороны, такой исход бы явно заставил его очень сильно расстроиться. И в груди девушки, несмотря на погоду, разлилось тепло и чувство безопасности. Вот она - стабильность серых дней и тяжёлой работы. — Не передумала. Идем, чего томить... - губы еле шевелятся из-за холода. Ну а что? Конечно, было бы логичнее зайти обратно в здание, но она только сейчас об этом задумалась, когда наверное все почти дошло до клацанья зубов. И Кольт... Конечно же ничего не делает. Он безусловно переживает, очень сильно! Но его рваная куртка не спасёт ситуацию, а предложить ей идти в обнимку... Она скорее от холода помрет, чем разрешит обнять себя. Безусловно, они дружат очень долго, но за все это время можно было на пальцах пересчитать, сколько раз они обнялись. Раз 5? А когда с ней ещё и в кино идешь по своей инициативе, предложив заплатить за неё, это было бы ещё страннее. Но клацанье зубов просто убивало. Пришлось все же взять себя в руки и не запнуться после первого слова. У парня никогда не было проблем с завоевыванием сердец. У него есть буквально все, чтобы притянуть всеобщие взгляды. Он общительный, харизматичный, душевный, уверенный человек, от которого все в восторге. С дамами он всегда общался без проблем. Флиртовал, да чего там, мог такое сказать, что каждый бы ахнул от счастья. Только на Шелли это не работало, даже с учётом того, что он вертится перед ней как может. Сколько лет уже прошло! А она стены строит вокруг себя все выше и выше! Но и Кольт, рядом с ней терял все свои очаровательные навыки заигрывания и когда начинал говорить о физическом контакте, сдувался через две секунды. Сделать то комплимент он с лёгкостью, а вот за тот же мизинчик взять - смерть. Шли они в тишине, это еще больше давило на совесть. Все же, младший лейтенант не выдержал. — Шелли. - все что он мог сказать, чтобы она на него посмотрела. - я вижу, что ты очень замерзла, потому давай... Ну... Давай я помогу согреться? Почему-то хотелось провалиться сквозь землю. Он уже работает, а смущается как мальчишка, который дарит жвачку турбо девочке со двора. —И как же ты меня согреешь? Чай мне купишь? - наверное последняя фраза была даже в шутку, чем как действительная вариация. Ну да, согреть только чаем же можно. Но тот уж и продолжать не стал. Все равно ветер уже не такой сильный, а идти осталось минуты 2. —Разрешаю. - хриплый голос раздался после тишины. —Что ты разрешаешь? О чем ты? - почему-то стало так тревожно, будто его во что-то не посвятили. —Ты ведь обнять хотел.