Тень Адского света:Печать проклятых

Эмили и Рей обменялись  тревожными взглядами. Старик  жестом  пригласил  их  следовать за собой.  Рей инстинктивно  сделал шаг вперёд, загораживая собой Эмили. – Не волнуйся, – прошептала девушка,  касаясь  его  руки.  – Я  пойду. Старик  вел их по извилистым улочкам,  мимо домов,  мерцающих  фиолетовым  светом.  Чем дальше  они  шли, тем гуще  становилась  атмосфера  тайны и  предчувствия. Наконец, они  остановились  у  неприметной  хижины.  Старик  открыл  дверь и отступил  в сторону. – Тебе  туда, –  сказал он,  глядя на  Эмили.  –  Одной.   Воспоминание  молнией  пронзило  сознание  девушки.  Темнота,  холодный  камень,  чей-то   голос,  наполненный  болью  и  отчаянием.   –  Эмили,  с тобой всё  в  порядке? –  забеспокоился Рей,  замечая,  как побледнела девушка.  –  Да,  все  хорошо,  –  прошептала  она,  стараясь  унять  дрожь.   –  Это  важно,  я  должна  войти  одна.     Рей  хотел  возразить,  но  взгляд  Эмили  остановил  его.  В  ее  глазах  он  увидел  решимость  и  странную,  почти  болезненную  тоску.  Сжав  челюсти,  он  кивнул. Эмили  вошла  в хижину.  Внутри  было  темно,  только  в  центре  комнаты  мерцал  голубоватый  свет.  Девушка  медленно  подошла  ближе  и  ахнула.  Перед  ней  сидел  мужчина.  Его  тело  было  изборождено  странными  голубыми  полосами,  словно  кто-то  нарисовал  на  нем  узоры  сияющей  краской.  Он  поднял  голову,  и  Эмили  встретилась  взглядом  с  его  светящимися,  почти  бесцветными  глазами.  –  Ты  пришла,  –  прошептал  он,  и  его  голос  прозвучал  глухо,  словно  издалека.  –  Наконец-то.  Я  —  Проклятая Печать. – Мое имя... –  мужчина  горько  усмехнулся. –  Оно давно  стерто  из  памяти  этого  мира.  Называй  меня  просто  Печать. Проклятая  Печать  гнева  Кассиэля.   Эмили  молча  слушала,  не  в  силах  оторвать  взгляд  от  голубых  узоров,  пульсирующих  на  коже  мужчины. –  Я  появился  здесь  первым, –  продолжил  он. –  Этот  остров,  эти  люди...  Они  поклонялись  Кассиэлю,  считали  его  своим  покровителем.  Но  их  вера  была  пропитана  страхом  и  лицемерием.  Они  не  уважали  его  силу,  не  понимали  ее  сути.  И  тогда  обрушился  гнев.    Голос  Печати  дрожал  от  подавляемой  боли. –  Я  стал  проводником  его  ярости,  клеймом,  напоминающим  о  грехах  прошлого.  Острова  погибают  один  за  другим,  поглощенные  проклятием.  И  остановить  это  можно  только  одним  способом...   Он  взглянул  на  Эмили,  и  в  его  глазах  мелькнула  слабая  искра  надежды. –  Ты  —  комета,  Эмили.  Единственная,  кто  смог  проникнуть  так  далеко.  Твоя  энергия...  она  способна  разорвать  цепи  проклятия.  Убей  меня,  Эмили.  Освободи  меня  и  этот  остров  от  мук.   Слова  мужчины  ударили  Эмили  по  сердцу.  Убить?  Как  она  может  лишить  жизни  того,  кто  уже  столько  веков  страдает  по  чужой  вине? –  А  что  стало  с  остальными? –  спросила  она,  цепляясь  за  последнюю  надежду. –  С  теми,  кто  был  со  мной...  в  космосе? Печать  печально  улыбнулся. –  Каждый  из  нас  нашел  свою  судьбу,  Эмили.  Кто-то  продолжает  путь,  кто-то  нашел  покой.  Но  ты...  тебе  предначертано  другое.  Ты  можешь  спасти  их,  Эмили.  Спасти  всех  нас.  –  Нет...  я  не  могу, –  прошептала  девушка,  отступая  назад. –  Должен  быть  другой  способ.  Я  не  убью  тебя! – Эмили… – прошептал Печать, и его голос, хриплый от отчаяния, эхом разнесся по хижине. Прежде чем девушка успела осознать, что происходит, его рука, словно ледяная хватка, сомкнулась на ее горле. Но прикосновение не было грубым, скорее отчаянным, молящим. Эмили замерла, глядя в глаза мужчины.  Боль и мольба, читавшиеся в их глубине, сковали ее ледяным ужасом. – Ты должна это сделать! – прохрипел Печать, сжимая зубы от напряжения. – Только так ты разорвешь проклятие! Спаси их, Эмили… Умоляю… Спаси нас всех… – Пусти… – прошептала девушка, хватая ртом воздух. Голос  дрожал, слезы  выступили на  ее глазах. –  Я… Я не могу… – Ты должна! –  повторил Печать, и его голос, казалось, разрывался от невыносимой муки. – Ты не понимаешь…  Каждый  день…  Каждый час я чувствую, как проклятие пожирает этот остров,  как  оно  разъедает  меня  изнутри.  Я  не  могу  больше  этого  терпеть, Эмили! Прошу… Освободи меня… – Но… но  ты  же  ничего  мне  не  сделал… –  прошептала  Эмили,  в  ее  голосе  звучало  отчаяние. –  Я  не  могу…  Я  не  умею  убивать… Печать замолчал, его рука на горле девушки  дрогнула. Он  откинулся  назад,  пряча  лицо  в  ладонях.  В  хижине  воцарилась  мёртвая  тишина,  нарушаемая  только  тяжелым  дыханием  Эмили  и  приглушенными  рыданиями  Печати.                                       *** Лия  беспокойно  озиралась  по  сторонам.  Воздух  на  острове  казался  тяжёлым,  пропитанным  странной  энергией,  от  которой  волосы  на  затылке  вставали  дыбом.  С  тех пор  как  Эмили  упала с  Рейем  куда-то вглубь острова,прошло  не  так  много  времени,  но  каждая  минута  казалась  вечностью.  –  Ханако,  ты  уверена,  что  с  ней  всё  будет  в  порядке?  –  спросила  Лия,  пытаясь  перекричать  завывание  ветра,  проносившегося  между  гигантских,  излучающих  бледный  свет  кристаллов. –  Конечно!  Рей  рядом,  он  её  в  обиду  не  даст,  –  ответила  Ханако,  не  оборачиваясь.  В  её  голосе  Лия  почему-то  почувствовала  странные,  пугающие  нотки.  Они  уже  долго  бродили  по  извилистым  тропинкам  острова,  стараясь  держаться  подальше  от диких  поселений.  В  воздухе  висела  напряжение,  предчувствие  чего-то  неизбежного  и  ужасного.  Лия  не  могла  понять,  что  с  ней  творится,  но  её  словно  что-то  подгоняло,  не  давая  ни  на  минуту  остановиться. –  Надо  найти  Кириана,  –  пробормотала  она  скорее  себе  под  нос.  –  Он  должен  умереть Внезапно  Ханако  замерла,  словно  вкопанная.  Её  глаза  блеснули  непонятным  огоньком.  –  Вот  он,  –  прошептала  она,  указывая  рукой  на  небольшую  поляну,  залитую  призрачным  светом  кристаллов. В  центре  поляны  стоял  Кириан.  Он  о  чём-то  разговаривал  с  высоким  мужчиной  в  длинном  плаще,  чьё  лицо  скрывал  глубокий  капюшон.  Лия  хотела  позвать  Кириана,  но  Ханако  схватила  её  за  руку. –  Стой!  –  прошипела  она,  и  в  её  голосе  зазвучала  ярость,  от  которой  Лие  стало  не  по  себе.  –  Он  наш  враг! Не  успела  Лия  опомниться,  как  Ханако  сорвалась  с  места  и  бросилась  на  Кириана.  Она  двигалась  с  нечеловеческой  скоростью  и  проворством,  словно  хищная  кошка,  готовящаяся  к  прыжку.  Мужчина  в  плаще  молча  отступил  в  сторону,  наблюдая  за  происходящим  с  холодным  спокойствием. –  Ханако,  остановись!  –  закричала  Лия,  но  её  слова  потонули  в  вихре  борьбы. Кириан,  застигнутый  врасплох,  едва  успел  увернуться  от  её  атаки.  В  его  глазах  мелькнули  боль  и  недоумение. –  Ханако,  что  ты  делаешь?!  –  закричал  он,  парируя  её  удары.  Но  Ханако,  казалось,  не  слышала  его.  Её  глаза  пылали  безумным  огоньком,  а  движения  были  полны  необузданной  ярости.