И так тоже бывает.

– Зачем ты пришла? Голос звучал тихо, почти неслышно. – Настал час. Мне нужно всё подготовить, заложить семена болезни в тело. И когда они взойдут, я возьму её с собой и отведу туда, где ей самое место. Он призадумался. Нынче в ночи происходило страшное таинство. Беда не спрашивает разрешения, когда и куда ей приходить. Незваная гостья терпеливо ждала очередного вопроса, ведь на всех языках он нёс один и тот же посыл. Она знала, что сейчас будут уговоры, торги, мольбы, нечто, что может подарить надежду, дать шанс. Они почти все так делали. Что ж, нужно хотя бы дать ему возможность выговориться. Принять это. Наконец он спросил: – И с этим ничего уже нельзя поделать? Она повела головой, медленно, с сопереживанием. Отрицая. – Неужели ей так скоро придётся умереть... – К сожалению. – Но ты не понимаешь. Он устало вздохнул, посмотрев вниз. Сейчас ему казалось что рядом с кроватью разверзлась какая-то неиссякаемая бездна. Бездна, что высасывала из него жизнь. Увы. Нет, не из него. – Ты не понимаешь, – повторил он. – Она только начала жить по-настоящему. Верить не только в чудо, но и в себя. Посмотри на неё, на её душу, почти ребёнок. Ей ещё нужна поддержка и защита, но всё же она уже так много сделала, так выросла над собою. Неужели ничего нельзя изменить, дать ещё немного времени? Гостья уже было собиралась ответить ему стандартно, заучено, привычно, как призадумалась. Что-то в этих ярких, хотя и полуслепых старых глазах её заинтересовало. Она увидела в нём силу и решимость. Умереть быстро согласны многие, но принять на себя чужие муки... Страшно. Действительно страшно. В ночи прогремела гроза. И вроде ничего необычного, но она знала это знак. Как всё обернётся, неизвестно. Ей остаётся лишь наблюдать. Возможно, это их урок или, может, урок для неё самой. – Хм. Что ж. У неё может быть долгая жизнь. Но у всего есть своя цена. Ты же знаешь об этом? Где найти того, кто будет готов пожертвовать собой ради чужой жизни? – Вовсе не чужой! Она моя! Родная! Что я должен сделать? – Какой бесстрашный друг. Такой старый и такой преданный. В тебе есть что-то... какая-то неугасаемая искра. – Прошу, – прошептал он обессиленно. – Не мучай меня. – Муки ждут тебя впереди. Не смотря на старость тебе придётся страдать. Видишь ли, эти семена должны так или иначе дать всходы, им нужно где-то прорасти. – Это очень больно? В ночной тишине повисло молчание. Ответ был очевиден. – Ты правда готов принести такую жертву? Она так часто обижала тебя, ругала и била. Все эти годы ты лечил её, перетягивал болезни на себя и молча переносил то, что они несли с собой. Ты чутко спал, не подпуская к ней монстров, о которых она не догадывалась. Гипнотизировал их взглядом, ловил и уничтожал зловредных теней, что сновали по квартире тут и там. Ты всегда охранял её, любил. – Люблю! – Неужели ты думаешь что она оценит твой поступок? Она ведь не узнает о нём. Погорюет, да, но это всё быстро забудется. Ты забудешься. – Всё это не имеет значения, ведь я вижу, как она исправляется. Да, ей далеко до идеала, но теперь у неё будет время. И он... Кот посмотрел на котёнка, беззаботно спящего на спине. Он был так зол, когда его принесли. Маленький, юркий, шумный, ненавистный прилипала и доставала. – Моя смена растёт, а значит, она будет не одна. Кот посмотрел вглубь чёрного капюшона, а потом резко изогнулся и зашипел. Предстоящая боль его пугала. В этот раз как итог – голодная смерть или усыпление, но он должен защитить своего человека любой ценой. – Делай своё дело или уходи! – Что ж, мне правда жаль. Люди порой не заслуживают такой любви. Смерть костлявой кистью погладила макушку своей новой жертвы, почти незаметно посыпав на него маленькие семена, так напоминающие маковые. Он уснул. Через веки проходил настойчивый яркий свет. Кот так не хотел их открывать и всё же открыл, интуитивно чувствуя, что это обязательно нужно сделать. – Барсик, ты живой!!! Женщина с трудом заставила себя не кричать от радости. Она так долго боролась за его жизнь, лечила, кормила со шприца, бесконечное множество раз наглаживая почти невесомое тело, и каждую ночь спала чутко-чутко, боясь что оборвётся и так еле слышное дыхание. Сколько молитв было произнесено, сколько добрых слов и обещаний. И всё же чудо произошло. Ветеринар сказал, что Барсик идёт на поправку. Да, всё ещё слаб, но болезнь отступала, словно в этом коте какая-то неугомонная тяга к жизни упорно боролась за место в этом мире, а может, за любовь той самой, единственной и нужной. Смерть стояла за спиной счастливой хозяйки, которая не переставая целовала своего драгоценного питомца, друга, защитника, как теперь ни назови, главное, живого. Он слабо мяукнул, не понимая, как такое может быть. Жертва, болезнь, смерть... Но он тут, это ведь не рай? Гостья мягко качнула головою, прошептав: – И так тоже бывает. Барсик закрыл глаза и тихо, но довольно замурчал. Он молодец. Он справился.