когда— нибудь, поймете .

            суббота, 22 июня, дегроидск, квартира друга. темно- серое небо за стекольным проемом. тучи заполонили практически половину неба, и луну почти не видно. слегка прохладный ветер проникал в мало освещенную комнату. свет присутствовал исключительно из помощи гаджета, что юноша держал в руке. экран телефона был разбит в левом нижнем углу, что не особо волновало его хозяина, это ведь «не мешает.» да и средств у него нет на покупку нового. хоть фрейз и напоминал своему супругу о немалых доходах и возможности попросить, брюнет всячески отказывался и искал отговорки. сейчас, в своей однокомнатной, съемной квартире он обдумывал свои же слова: — да нахуя, мне все равно стыдно будет. — да норм все с телефоном, отьеби почему я не сказал тогда, что мне и вправду надо его заменить ? мысль мелькала в голове, пытаясь найти себе место до того, как ее ликвидируют. но видимо, ликвидаторы, или чувство вины, управилось быстрее. хочу пить. после недолгих раздумий, я встал, направившись на кухню. в проеме двери я бесследно исчез, оставив после себя только кофту и телефон . в маленькой, темной кухонной комнате, я открыл верхний шкафчик и взял оттуда свою, одну из любимых кружек. ее мне подарил фрейз. она с сердечками, он сам ее сделал. было приятно. очень приятно на нее смотреть и пить. я налил себе воды из под крана, опрометчиво закинув туда пару кубиков льда из морозилки.

***

после питья, я отправился обратно в спальню. уже в спальной комнате, я снял шорты и свои полу-гольфы-полу носки. после чего, залег под простыню, которой укрывался последний месяц. честно, заебало меня абсолютно все. от ежедневной рутины, до отражения в зеркале, которое задрало не только меня. но и само зеркало, которое при галлюцинациях вселяло не меньший ужас, что и без них. в нем плавали разноцветные круги, люди, глаза. все направленно на меня так и хочется расхуярить не только ноги, но и зеркало в дребезги. услышть грохот и видеть осколки на полу, купаясь в своей алой крови, стекающей уже не только и по ногам. погода вселяет ужас. пустота внутри меня вселяет ужас. друзья и близкие вселяют ужас. люди вселяют ужас.                         все вселяет ужас. все эти мысли просачиваются в воспоминания, которые потом не сотрешь. никак. лежа на подушке, слезы окатили щеки. горячие, обжигающие следовые дорожки темнели на щеках. а у меня есть веревка и мыло? мысли заполнили все, тревожность стала управлять системой синхронизации. жить стало невыносимо. невыносимо тяжело, жарко и больно. тяжкие мысли развеял телефонный звонок в дискорд. Freyz20 друг, ты как?? еще не спишь, да? Druk мгм, а что? Freyz20 я к тебе зайти хочу, ты как к этому? Druk похуй, давай. звонок оборван. настроение неизменно. новая запись в дневник. я веду его с 2019 года, больше 5 лет. канал в телеграмме. хорошо, что никто не проверяет мои каналы.

ты пришел минуты через 4 после звонка. ого, быстро. — ты тут еще в зомби не превратился? — подкалывал другого лиловый, обнимая за левое бедро супруга. тот вскрикнул. — как смешно, — отбиваясь от хватки стендьюзера, отозвался темноволосый. — ну да, — любитель шляп надвис над курильщиком, обнимая того в районе груди или ключиц. — извини, что язвлю. в ответ, я лишь промолчал. мне нечего было сказать. хотя, я наверное рад видеть фрейза, но так, чтобы сразу нежиться… не мое это. ну, просто не нравится, не знаю. это все… очень слащаво и наигранно, будто. странно и непривычно для меня. — так, ты что-то хотел? — я сразу подошел к сути, лишь бы не затягивать. — не, просто тебя увидеть захотел, — он отвечает так любя, как никогда не получится у меня. никогда. — ясно, — мне хочется отвечать тебе любяще и заботящися, но я не могу. прости, ну прости, что не могу так сделать.

***

мы хорошо провели время. мне нравится быть в твоей компании. но ты опять ушел, ты никогда не остаешься дольше, чем на день. почему? я этого не стою? я не заслужил? я плохой? нет. это не твоя и не моя вина. у тебя работа, все нормально, у тебя дела. ты не должен все время уделять мне. это будет хуево. для тебя. ладно, бывает. все думаю я. пытаясь отогнать свои злосчастные, поедающие меня изнутри, мысли. прости. ну прости, что я не могу с тобой поговорить.

***

я опять пытаюсь уснуть в мягкой постели, на влажной от слез подушке. один. хотя недавно был в объятиях любимого человека. мог рассказать ему о переживаниях и о недествительности таблеток. но не сделал. почему? не знаю, правда не знаю! откуда мне знать, почему? ты должен понимать, что чувствуешь, чего хочешь. это должен знать каждый психически здоровый и мыслящий человек. но ты же нетакуся: тебе надо быть не таким, как все. таким «особенным». умри. я во сне? я в комнате. тут много зеркал.. в них много… глаз. таких, страшных, они смотрят на меня! нет… нет… из них выходят черные силуэты без лиц, без органов, без костей, без всего. они пустые, как внутри тебя. они берут твои руки и смотрят на горизонтальные, темно-розовые полоски на руках. мне страшно. они смотрят на меня, я без одежды и мне здесь не хорошо. они смотрят, я чувствую. зубы выпадают, глаза вытекают. органы вываливаются. кровь хлещет из вен и артерий. вены падают. отрываются. они бьют молотками по спине, позвоночнику и пояснице. синяки, гематомы, кровь и раны. все внутри и снаружи меня. слюни вытекают, язык плетется. пальцы выламывает, кости видно. оно режет меня до фасции и костей, не останавливаясь. это все на моем теле. на моем, ебанном, хилом, бледной, ватном теле. почему? только бог ответит. или разум, что покинул меня уже давно. также давно, как я научился ходить. я уже не держусь на конечностях, все отказало в процессе, они лишь наблюдают, доламывая. им без разницы, у них такое часто. часто, со мной. *** я в ледяном поту, на кровати. время показывает 8:43. может, сейчас уже позже, может, раньше. уже без разницы, лишь бы не ощутить все это снова. я пишу тебе длинное сообщение, думая отправить или нет: Druk: знаешь, мне так плохо. мне приснился кошмар. мне тебя не хватает, меня пугает и огорчает то, что ты вечно уходишь, не оставив и следа присутствия. ты бросаешь меня на сьедение мыслям. гнетущим мыслям, что убивают изнутри. я все стер. и ничего больше не поможет. мне стоит поесть. хотя-бы салат. я поплелся на кухню, встречая утреннюю мигрень. вся та же рутина: ем, умываюсь, душ, одеваюсь и выхожу в универ. почти собран, я захватил сумку— почтальонку, что купил на последние карманные. на подъездной клетке, я встретил бабулю из квартиры напротив. она шла к внучке, анюте, кажется? да без разницы, как-то. в университете ничего нового. только лишь препод ебал мозги на 7 минут дольше обычного. вау, да мы на рекорд идем. все хуже и хуже. даже не замечая. интересно, фрейз за мноц замечает? оставшиеся две пары я легко прогулял, потому—что подружаня отмазала. кьяра, любимка.

***

дома сил хватило только на помыть руки. дальше я завалился на кровать, уже в действии посапывая. лишь бы не туда. я проснулся через пару часов с затекшей шеей и ноющей спиной из-за неправильной позы. я проверяю сообщения и вижу первое твое сообщение: « привет.» что? почему точка? надо зайти в переписку. Freyz20 привет. я думаю, нам надо серьезно поговорить о наших отношениях. чтож, я думаю, что нам лучше расстаться. тебе и мне будет лучше. я вижу, что тебе не очень нравится мое внимание и тактильность. прости, так будет лучше. соленая слеза бежит по коже, оставляя дорожку. я трясусь и не могу осознать то, что сейчас происходит. это все шутка? галлюцинация? сон? нет. это реальность. суровая и беспощадно рвущая последние нервные клетки и окончания. Druk ок. спасибо, что осведомил, я тебя понял. холодный ответ, как всегда. ну, да, я же не могу иначе. прости и ты меня. прости. я вновь в ванной, « любуюсь» отражением а зеркале, опираясь на раковину. одно резкое движение и оно разобьется в дребезги. будет больно щипать кожу на ногах, руках и теле. мерзко находится в кожу и под. я уже истекаю кровью везде, где можно и нельзя, лезвие гдето в раковину, ванна наполняется алой жижей, что недавно еще текла во мне. в моем тощем теле. прости меня. я задел шею, конечно, не случайно. но я не хотел так глубоко. прости, так случайно вышло. я пишу записку кровью, что устал от этой жизни. извиняюсь и молюсь. лишь бы умереть в белюсь. прости, я умер. умер и стал ангелом. умерявшим человеком с золотым нимбом и белыми— белыми крыльями, как снег. они мягкие и приятные. такие, как и фрейз. как мой бывший фрейз. вы с саней и сенчем зашли ко мне, когда увидели свет в ванне, то уже испугались ужасных оборотов событий. и знаете? вы первый раз были правы на счет своих догадок до меня. я и вправду умер. и сейчас, моч оболочка лежит и гниет в засохшей крови и стекле. вы плачете и тоскуете по мне, но не я. не я. не я по вам. простите, ну простите. вы не понимаете ничего. а я понял: вы мне не нужны, никто не нужен. когда— нибудь, поймете и вы меня.