С•зд@тѣль? (Т/и покоряет Землю Королей)

— Мои люди не обнаружили внешних факторов нападения. — Среди проституток появились повстанцы? — Вару, помолчи. — король напряжённо поправил очки. — Есть возможность диверсии. Или, как сказал Вару, восстания. — В таком случае, зачем им убивать гражданских? Было бы достаточно собрать группировку вокруг замка, выдвинуть Ромео условия мирного решения конфликта и дело сделано. — подметил пиковый король. — Ты прав. Диверсия более вероятна. — Тогда кто это мог быть? И зачем ему Верона? — Зонтик вжался в кресло. — Возможно, это было шоу. Показательный знак. Запугивание. — Куромаку пытался сдержать страх, что заставлял руки заметно дрожать. — И может ли это быть он. — ..или его засланный солдат. — добавил Пик. * * * Уже давно на Верону опустилась непроглядная ночь, скрывая в себе разрушенные дома. Конечно, не все они превратились в бетонные осколки, но и выстоять довелось лишь самым крепким. Парни и девушки в серой форме фиксировали увиденное на фотоаппарат, подсвечивая разбитые дороги под сапогами. Улицы были пусты. Холод пробирался под саму форму куроградцев, заставляя содрогаться от каждого шороха. — Ну и жуть. — подметил кто-то из отряда. — Не то слово. Главное, где все остальные? — Хочешь добавить "трупы"? — Ну вообще-то я хотел добавить "выжившие". — Достаточно позитива на сегодня. — девушка направила световой прицел на бледно-розовое бетонное нечто, что выглядело скорее как уличный туалет, чем жилой дом. Возможно, это мог быть вход в подвал или же убежище, но чтобы этот король и про такое думал. Ну уж нет. С ужасным скрипом дверь отворилась. За нею лишь тьма и лестница вниз, что вела к другой двери. — Подождите тут. — оглядываясь на своих собратьев крикнула рядовая. Опускаясь всё ниже, она будто физически чувствовала ужас, что мелкими букашками пробирался под кожу. Положив ладонь на железную ручку, она сделала глубокий вдох, зная, что внутри её могут ожидать десятки трупов, составляя собой ещё более неприятное зрелище, чем картина на улице. Толкая дверь, девушка спешит осветить помещение, к удивлению обнаружив, что внутри построения сохранился свет. Рядовая вошла в хранилище, визуально оценивая обстановку. Есть как выжившие, так и не очень. Многие ранены, некоторые держались на волоске от смерти. — Ребят, у меня тут живые. * * * Женщина прошла в белоснежную комнату, в которой, к слову, было не так уж и много мебели. Больничная койка, тумба со свежими цветами на ней и окно с плотными решётками. — Ты оказался умнее, чем я ожидала. Но и у меня есть козыри в рукаве. — старческий голос будто одним своим словом пригласил в палату прохладный ветер. — Ты. — парень хорошо запомнил этот тембр, мелодию, что больше походила на первые джазовые композиции с их скрипучими саксофонами. — Что тебе нужно? — Один из них уже пал. — Ты же понимаешь, что они нужны тебе живыми? — в ответ старушка лишь гортанно посмеялась, заставляя парня покрепче сжать подоконник. — Не достанутся мне – не достанутся никому. * * * Холодный закат окутывал оконные рамы, заливая кабинет трефового лучами усталого солнца. Такого ж усталого, как и сам валет. Метафорическое сравнение заставляет Зонтика улыбнуться, вглядываясь в голубые крыши домов. — Высоко уважаемый Зонтик. — в дверях появился Алебард. Выглядел он уж слишком встревоженным в такое время. — Прекрасный вечер, не правда ли? — стараясь не обращать внимания на состояние советчика, король ловил на бледном лице последние секунды света, что скоро сменится ночной тенью. — Не то слово.. у меня сегодня была встреча с министром здравоохранения. И должен Вам сообщить, что состояние наших.. Ваших граждан более чем волнующее. — Ты о чём? — новость заставила валета отвлечься от созерцания города, переведя взгляд на мужчину в голубом. — Уже более двух сотен граждан по всей стране заявили о плохом самочувствии. Кашель, горечь в горле, затруднённое дыхание. Потовыделение. Особенно в ночное время. — Возможно это сезонные заболевания и беспокоиться не о чем? Обычный грипп, не более. — Мы тоже так думали. Мы надеялись. Но как бы не так. Почти у всех двухсот выявили редкую форму рака – мезотелиома. — Эпидемия рака? Разве это возможно? — Возможно. Наши химики, медики уже работают над этим. — грудь короля сжало. Боле двухсот. У всех этих людей есть семьи. У всех есть любимые. Каждый из них кого-то любит. У них есть дети, родители, работа. И сейчас их может не стать. Он кинул очередной взгляд в окно. Там, будто насекомые в муравейнике, бегают люди. Занимаются своими делами, беспокоятся о нерешённых проблемах и ещё не знают, что может их ожидать. — Спасибо, Алебард. Держи меня в курсе событий. — Конечно, Ваше светлейшиство. — мужчина собирался уходить, но одна мысль не давала ему покоя. Повернувшись в дверях он добавил: советую воздержаться от прогулок по городу в ближайшее время. Зонтик понимал, чем это может обернуться. Но сидеть взаперти, в безопасности, пока его люди на волоске от смерти, он не собирался. Потому, дождавшись, пока советчик скроется за дверной рамой, король накинул плащ, стараясь тщательно скрыть как можно больше элементов одежды. Конечно, его в любом случае не узнают. Но осторожность никогда не помешает. Ботинки застучали по голубой щебёнке, когда валет неспеша ходил узкими улицами и жилыми кварталами. Раньше он бы и не обратил внимания на сухой кашель некоторых жителей. Или то, как многие хватаются за грудь (в менее похотливом смысле в котором можно подумать), в надежде, что следующий вдох будет не таким затруднительным. Проходя через детскую площадку, Зонтик заметил небольшой конфликт среди детей, что явно не поделили какую-то игрушку. Их родители, вероятно, сидели по домам неподалёку, зная, что их дети будут в безопасности недалеко от родных стен. Но они и догадываться не могли, что их помощь так пригодится. Поняв, что разнимать малышню некому, валет приблизился к песочнице, окликая спорщиков. — Эй, малыши. П-привет. Я могу помочь? — ласково сказал король, пытаясь всем своим видом выказать доброту и понимание. — Он забрал мою машинку! — маленький мальчик указал на второго, чуть старшего. Как ни странно, конфликт удалось решить небольшим воспитательным разговором, что Зонтик и сделал в силу искреннего желания быть ближе к своему народу. А особенно к подрастающему поколению. Будущему великой Зонтопии! Если она выживет. . . —• ——— Собираясь на выход с площадки, валет заметил небольшое отличие. Небольшое отличие от обычных площадок. Голубой песок. Такой красивый и завораживающий. Его светлые лазурные песчинки так и бросались в глаза (конечно, не в прямом смысле). На ощупь он был будто обычный песочный песок. Так же легко сыпался и был отличным ингредиентом для приготовления пасочек. — Сэр, Вы поиграете со мной? — детский голосок вывел валета из раздумий. Пытаясь забыть все проблемы и государственные дела, король согласился, садясь на край песочницы. И ещё не зная, чем эта игра может обернуться.