Нежная скорая помощь

Озноб пробивает все тело, колючими мурашками сбегая под одеялом до самых кончиков пальцев ног. На улице лето, а они такие ледяные, что кажется, скоро не будешь чувствовать их вовсе. Сжимаешь замерзшие пальцы на пледе, утыкаясь в него холодным носом и ёжась от того, что несмотря на колючие мурашки, где-то в груди и животе неприятно греет жаром поднимающейся температуры, а щека и вовсе горит. Пульсирует и где-то на задворках ощущений, приглушенных далеко не первой таблеткой обезбола, кажется, даже стреляет. Раздражающе до того, что хочется послать к чертям все и всех. Надоедливо и... обидно настолько, что злость в миг сменяется досадой, а рычание где-то глубоко внутри меняется на тихое жалобное скуление, вырвавшееся наружу вместе с парой слезинок, застлавших картинку перед глазами. Большое светлое ушко хлопает по собственному плечу, которые ты поджала в попытках то ли согреться, то ли уменьшиться и спрятаться от всего мира, боли, не отпускающей неделю к ряду, и эмоций. Как на зло многочисленные планы пошли через одно место и были отложены, работа, где ты взяла отгул, пила нервы через соломинку под названием "вина". И кто бы что не говорил, становилось лишь ненадолго легче, а после боль снова сбивала мысли в направлении самоедства и уже даже видосики в интернете не помогали отвлекаться как следует. Живот предательски громко урчит и кажется желудок уже прилип к позвоночнику от того, что нормально есть ничего не получалось, да и не хотелось вовсе, потому что ничего приятного в этом процессе вообще не осталось. Закрываешь глаза со вздохом, прижимая назад, к растрепанным бледно-голубым волосам ушки и ютишься на боку на диване с надеждой снова поспать. Спать это хорошо. Спать это не больно, не плохо и не- — Ммммф... — Страдальчески мычишь, и недовольно фыркаешь, снова хлопая по плечам лисьими ушами, стоит в дверь раздаться звонку. Сначала один и ты ждешь, что незванный гость, кем бы он ни был, уйдет. А он так же терпеливо ждет, пока ты откроешь. Однако, спустя минуту, его терпение, кажется, не просто закончилось, а громогласно лопнуло, потому что несчастная кнопка дверного звонка оказалась зажата, а металлическая тяжелая дверь вынесла на себе пару увесистых ударов-стуков. И сразу стало понятно, кто к тебе пришел. Фырчишь недовольно от необходимости вставать, но все же делаешь это, так и не вылезая из пледа, который тащится за тобой аки плащ, но не супергероя, а вампира, ведь именно на него ты сейчас, кажется, и походила своей бедностью и залегшими под глазами синяками усталости. Замок щелкает и ты не успеваешь сама толкнуть дверь – ее на себя тянет один из гостей, заставляя тебя схватиться за косяк, чтобы не упасть – координация стала ни к черту. — Опа, так рада меня видеть, мелочь. — Хриплый, вибрирующий даже, низкий голос робота доносится из динамиков вместе с довольным смешком, когда он дополнительно подхватывает тебя, кроме того, еще и прижимая к себе своей неимоверной силой, одна сотая которой могла бы сейчас легко свалить тебя с ног. Что собственно и сделала, буквально подталкивая в объятия Муна. — Мун! Я говорил тебе быть Осторожней и тише! — Строгий, но нежный голос за его спиной и вот уже сбоку ты видишь обеспокоенное лицо Сана, которому устало улыбаешься. Он дарит тебе в ответ счастливую от радости встречи улыбку, но она быстро сменяется на прежнее волнение. — Как ты, подсолнушек? Совсем плохо? Мы так волновались, когда ты рассказала в чем дело. Прости, что потревожили, но я очень переживал из-за твоей вялости в сообщениях и- — Ой, ну помолчи уже. — Закатывает глаза Мун, рыкнув обреченно и наклоняется к тебе, подхватывая на руки, вопреки обычной резкости, очень осторожно. — Смотри, твой "подсолнушек" похож на хомяка. — Мун! — Возмущенно журит его солнышко, пока темный близнец низко и хрипло посмеивается, немного скакнувшим в тональности голосом, но смотрит на тебя непередаваемо осторожно. Не хочет обидеть, лишь немного рассмешить в стремлении ободрить. И ты сначала смотришь на робота с недовольным прищуром, дуясь и прислушиваясь к собственным эмоциям. Но, несмотря на то, что ситуация и собственная внешность с раздутой от воспаления щекой не вызывала ничего кроме расстройства, само присутствие парочки воспитателей рядом сглаживает все углы, так что ты все же усмехаешься иронично одним краем рта, фыркая насмешливо и так же глядя в глаза Муна, камеры которого занятно двигаются, фокусируясь на тебе. Это заставляет чуть отвернуть голову, чтобы аниматроник не видел так сильно распухшую сторону, ведь представать в таком виде не хотелось ни перед кем. Особенно перед этими двумя, пусть они и не станут дразниться... ну, Мун по крайней мере, не станет делать этого пока ты не поправишься. И все равно ушки опускаются, когда ты понимаешь, что в целом весь твой вид сейчас оставляет желать лучшего и парни, которые были тебе симпатичны сейчас видят тебя вот такой. Вздыхаешь и сопишь обиженно на, видимо, саму судьбу, когда Мун садит тебя на диван. Взглядом находишь резинку для волос, подцепляя вещь пальцем и собираясь хоть немного прибрать беспорядок на голове, но тихо пищишь, когда со спины за талию обнимают большие ладони. — М? Ш-санни? — Удивленно бросаешь взгляд через плечо, забавно и очаровательно, на взгляд обоих воспитателей, разметав большие ушки в разные стороны. Мун ловит одно из них, потирая между пальцев и заставляя от этой ласки довольно жмуриться. — Ну точно хомяк, а не фенек. — Усмехается он под строгий взгляд "брата", услышав как ты немного шепелявишь. — Ты приняла таблетку, Кода? — Солнышко интересуется, мягко вытягивая из твоих пальцев резинку для волос и глядя прямо в мятные глаза своими, теплыми глазками, что похожи на огоньки двух ярких солнц. Он явно старается изо всех сил вести себя спокойнее и тише, не забрасывать кучей вопросов и слов волнений, чтобы не наводить лишней и утомительной для тебя сейчас суеты. — Выпила. Ш-следуюшая перед шном... — Сопишь, понимая, что если пытаешься выговаривать слова как надо, то становится больно, а потому бросаешь забитый взгляд на Муна, понимая, что не сможешь спокойно воспринимать постоянные шуточки на этот счет. Аниматроник только вскидывает бровь, глядя на тебя сверху вниз и обхватывает за ноги, нагло потянув на себя и обнимает, уложив твою голову на маленькую подушку, предусмотрительно подложенную под подбородок. Снова он смотрит прямо на тебя, но в этот раз на лице нет усмешки, лишь спокойный, умиротворяющий взгляд. Мун гладит тебя большой ладонью от виска, закидывая назад прядки волос и поглаживая прижатое к голове ушко, тихо звякнув металлом рук об украшения в них. Санни тоже придвигается за спиной совсем близко, зажимая тебя между двумя аниматрониками, непривычно тихим и осторожным. Солнышко касается руками волос, подцепляя большую светлую прядку и от самых кончиков, медленно и аккуратно расчесывает ее, меняя после на следующую. Из динамиков Муна начинает звучать тихая песенка, успокаивающая клокочущие ранее в душе эмоции. Усмиряя чувство вины, заглаживая чувство обиды, с лихвой перекрывая их нежностью двух роботов, примчавшихся к тебе в стремлении заботиться. Ни о ком ином, а именно о тебе. Их любимом маленьком лисенке. Слезинка скатывается по твоей щеке из закрытых глаз, и ее сразу же осторожно стирает Мун. — Ну не реви ты, глупая... — Хрипит ласковой интонацией робот, снова поглаживая по голове и ушам, которые осторожно трет между пальцев, пуская уже приятные мурашки по телу. На спину ложится красивая, объемная косичка, сплетенная Саном, который умудрялся творить чудеса с твоими волосами, на которых ты не любила любые прически кроме привычного пучка. Но только не в исполнении Солнышка. Из его динамиков доносится тихое урчание, когда аниматроник припадает к твоей спине, прижавшись к затылку щекой и обнимая за талию большими ладонями. — Все будет хорошо, лисенок. Не волнуйся о работе и всем остальном. Ты ведь такая молодец, столько всего успеваешь... удивительная. — Санни говорит мягко и неспешно, но ты слышишь в его голосе улыбку и нежность, с которой он находит твою ножку и обхватывает ледяную ступню, поглаживая и разминая пальчики в розовых носках. Его руки теплые, несмотря на то, что он сделан из металла. Как и Мун, что держит тебя за руку все это время, второй то молчаливо стирая слезинки, то поглаживая по голове, ушкам, плечам. Они оба такие теплые, как и их души, которые, ты уверена, у них-то точно есть, чего не сказать даже о некоторых людях. — Ты потом успеешь все сделать, что хотела, слышишь? — Мун касается осторожно твоего подбородка пальцем, призывая посмотреть ему в глаза. Видит твой влажный взгляд и вздыхает прерывисто из-за дрогнувших динамиков – это так привычно, что чувство уюта зарождается в груди еще одним теплым огоньком, разгоняющим в душе тьму неудач. — Мы поможем где нужно, мы же всегда рядом. Ты только попроси, дуреха. Не пытайся все делать сама. — И лечиться тоже! — Мягко поддакивает Санни, который так и рвался помочь с лекарствами, но ты уверяла, что все сделаешь сама и в итоге потратила на это кучу драгоценных сил. Мун кивает согласно, неотрывно глядя в твои мятные глаза. Больше не говорит не плакать, лишь терпеливо стирая слезинку за слезинкой, хотя терпеть не может ни слезы, ни воду. — Угу... ш-спашсибо вам... — Шепчешь, шмыгая носом, получая по нему ласковый щелчок пальцем от Муна, хотя, это скорее похоже просто на касание, заставившее зажмурить уставшие глаза. Ты с усилием их открываешь, встречая довольную, но мягкую улыбку аниматроника, что смог тебя не только расслабить, но и почти усыпить. Он смотрит на Санни и он тут же выпрямляется, утаскивая тебя к себе – на подушки, невесть когда сложенные им мягкой кучей у изголовья. Они расслабляют тело мягкой прохладой, в голове штиль и лишь умиротворенная улыбка тянется на лице, которое Солнышко чмокает в щеку, сам немного зардевшись и глядя словно преданный щеночек, вызывая ласковую улыбку и нежный взгляд, которые ты ему даришь в ответ. Мун тоже не упускает своего, нагло ткнувшись поцелуем не в щеку, а шею, пустив мурашки по телу и распушив ленивый сегодня хвост. Он довольно усмехается на твой возмущенный взгляд, глядя так, что и без слов понятно – все знают, что ты не против, ведь твоя привязанность и симпатия к этим двоим слишком для них очевидна. Аниматроники ложатся по разные стороны от тебя, зажимая между их теплых тел, обнимая и поглаживая осторожно кто где, пока ты не уснешь под неспешную мелодию из динамиков Муна. Они и после сна окружат тебя заботой и поддержкой, накормят и развеселят, не позволяя думать о плохом и грустном. Одной своей компанией разгоняя серость печалей и тревог, ведь там, где есть Солнце и Луна нет места тучам...