«Голосовые связки
(повреждены)»
— Это как?! — Либо это вирус пробрался в систему и дал случайным людям побочные эффекты, во что я смутно верю, — задумчиво говорил NicKol, — либо… — Что «либо»? — заметно занервничала Шелли. На короткий миг квартира погрузилась в тишину. — Не здесь. Слова бывшего блогера, словно горячий нож масло, разрезал эту гниющую тишину, прорезал барабанные перепонки каждого в этом помещении. Шелли послушно последовала за своим любимым на кухню. Он не хочет рассказать кое-что устрашающее прямо в лицо мальчику. Потому двумя словами он попросил свою супругу отойти в соседнюю часть квартиры. — И что же такого страшного ты боишься рассказать ребёнку? — уже на кухне спрашивает Master_Sh0tGun. Она не прятала в голосе тревогу, свои опасения. — Тут такое дело… — медленно и осторожно начал NicKol. — Я не уверен полностью, но, скорее всего, это серьёзная травма, которую даже моя рыбная похлёбка не способна восстановить. Но это точно в самой игре произошло. — То есть, ты хочешь сказать… — Они разорвались по неизвестным причинам, но точно не от напряжения. — А разве голос не становится охрипшим после разрыва связок? Почему-то для Шелли это выглядит нелепо и странно — лишение вообще какого-либо способа разговаривать от разрыва голосовых связок. Не имеет значение, каким образом они порвались — с логической точки зрения голоса не теряются навсегда, как и умение говорить. А если теряются, то всю оставшуюся жизнь голос будет другим. — Это так, но, мне кажется, он вообще не может разговаривать, — предположил NicKol. Он мельком отвёл взгляд в сторону спальни, где сейчас сидит мальчик. — Обрати внимание, что он губами двигает спокойно, якобы разговаривает о чём-то, однако никакого звука нет. — Такое вообще возможно? — В игре да, если никакой озвучки нет. Есть такие игры, когда персонажи двигают губами, но ничего из них не вылетает — только не понятный шум или вообще тишина. — Но мы же живые люди, — не могла понять Шелли. — И мы способны разговаривать, если хотим. — Я знаю, — всё тем же спокойным тоном говорил бывший блогер. — Надо спросить у опекуна этого ребёнка — может, он знает, что с ним не так. Тем же вечером пара вместе с мальчиком направились к его месту проживания. Последний служил в качестве путеводителя, и те смиренно следовали за ним. Он бы и сам спокойно дошёл до своего места проживания, однако: что в реальном мире, что в виртуальном — небезопасно ребёнку ходить одному даже в знакомом районе. Потому супружеская пара соизволила его провести до самого дома. Вот только, как оказалось, маленький игрок жил не в доме или в квартире. Это был детский приют. Приют, наполненный не какими-то NPC-детьми, а такими же маленькими игроками, как тот мальчик, который заночевал у пары. По правде говоря, Шелли ожидала, что детей-игроков намного меньше будет в виртуальном мире. Но нет — их оказалось не пять-десять, а около тридцати. Девушка всё ещё удивляется, как много несовершеннолетних погружается в игры, и некоторые оказались здесь. Мир слишком жесток — даже детей, которым всё равно, для какого возраста предназначена эта игра, и которые играют в них до глубокой ночи, не жалко. Однако она не способна что-либо сделать, дабы избавить Землю от жестокости. Неожиданно мальчик бросился вперёд, увидев знакомую фигуру молодой девушки со серебристыми локонами волос и в простом одеянии, сильно выделяющий на фоне кибермира. Он тут же обнял её, словно она была его старшей сестрой или даже матерью. Кажется, она является воспитателем этого приюта, всех тех детей, также оказавшихся в этом антиутопическом мире. — Извините, — аккуратно подала свой голос Master_Sh0tGun, подойдя вместе с возлюбленным поближе к ним. — Вы опекун этого мальчика? — Не только его, — отвечает незнакомая девушка. По блеску в её очах видно, что это такой же игрок, как девушка со своим мужем и этим мальчиком. — Я почти что мать для всех этих детей, которые оказались в этой ловушке также, как и я. Я благодарна вам обоим, что вы привели Спайка невредимым и целым. — Вы слишком добры, — приметил, скорее, для себя, нежели для этой опекунши или своей девушки NicKol. — И зачем Вы тогда решили играть в это? — Ну, знаете, даже тихони обязаны как-то выпустить свой пар. Не у всех нервы крепкие, как камни. Бывший блогер кивнул. Это действительно так. — Скажите, пожалуйста, что не так с этим… со Спайком? — когда ребёнок скрылся в толпе с такими же детьми, как он сам, задала волнующий для неё вопрос Шелли. — У него голоса нет. Он даже не разговаривает, хоть и пытается. Нежная и добродушная улыбка с лица воспитательницы пропала мигом. В её глазах появилась досада и огорчение. — Давайте отойдём. Отдалившись от детского приюта, опекунша взялась рассказывать причину, почему к Спайка нет голоса. За полгода до потери дара речи мальчик любил разговаривать, и говорил очень много — хоть снотворное ему дай, чтоб уснул. Однако в один день всё поменялось; во время одного задания Спайку так сильно ударили в горло, что в реальном мире его бы шея сломалась и это стало бы летальным для ребёнка, но в виртуальном вире это обошлось ужасной болью. Однако ему пришлось поплатится голосом и умением разговаривать. Когда девушка закончила рассказ, супружеская пара отреагировала по-разному от этой истории: NicKol заметно побледнел, но ничего не сказал, в тот час как Master_Sh0tGun прикрыла свой рот рукой от ужаса и вздохнула. Ей стало очень жалко этого мальчика. Всё никак девушка не может привыкнуть, что такие дети, как он, обязаны страдать в этих играх и бороться за выживание, словно во дворе реального мира апокалипсис наступил, и сейчас вся надежда лежит на плечах малым процентам человечества, которые чудом спаслись. Представить даже страшно, какие лица у родителей этих самых детей, когда они увидели их всё ещё тёплые, но безжизненные тела в странных позах и в очках виртуальной реальности. Скорее всего, они были в большем замешательстве, чем родители самой Шелли. — Дело в том, что Спайк сирота, — ответила на озвученные мысли игрока девушка. — Буквально. — Он Вам прямо сказал? — Нет, — помотала головой она. — Просто мы с ним из одного и того же детского дома. Я там няней работала, потому я знаю о нём даже больше, чем надо. Её взгляд снова устремился в сторону детей, которые весело проводят время. Тот самый мальчик медленно приближался к воспитательнице и супружеской паре. — Мне очень жалко этих детей, — более тихим и горьким голоском проговаривала воспитательница. — Два года назад они только начали взрослеть, понимать смысл происходящего в мире, окружающий их — и тут им приходится сражаться за выживание. Я знаю, что некоторые дети могут раньше взрослеть, когда росли в неблагополучной семье, но не думала, что в ситуации с этой игрой они буквально стали взрослыми, не смотря на свой возраст. А ведь некоторым и десяти нет. К этому моменту к троим взрослым подбегает Спайк. Как только воспитатель закончила говорить, мальчик тут же обнял Шелли. Такого жеста она точно не ожидала, однако почему-то не противилась. Что-то в этих объятьях было. Что-то, чего девушка забыла. Чувство безопасности, любви родителя и ребёнка, благодарность. От таких объятий сердце её стало горячее. Хоть она не особо любит детей, но сейчас она не хочет этого делать. — Что-то мне подсказывает, что он хочет быть с вами обоими, — сказала воспитательница. — Не хотите ли вы взять его? Скажем, будет у вас пополнение в семье. Или вы не женатые? — Женатые, — коротко ответил NicKol. — И я не против взять его. А ты, Sh0tty? — Нет. Но обязательно быть супругами, чтобы взять ребёнка себе? — спрашивает та. — Необязательно. Главное, чтобы у Спайка была семья, пусть и временная. Услышав согласие приютить, мальчик только сильнее обнял девушку, будто она была его любимой игрушкой, без которой не может уснуть. Наконец-то у него появилась настоящая, полноценная семья. В этот день NicKol и Шелли стали родителями для ребёнка, оказавшийся в этой игре по тем же причинам, что и они. Девушке придётся научится быть хорошей матерью для него — всё-таки, она единственная дочь в семье, и она никогда не присматривала или воспитывала детей. Но зато появился ещё один лучик света в этом тусклом мире для неё и её парня.