Вместо тысячи слов

Игорь сейчас был счастлив. На самом деле, без какой-либо боязни за жизни близких людей. О себе он уже давно не думал, преподчитал, чтобы друзья и товарищи жили в мире и согласии, а он сам уж как-нибудь проживёт. Он обнимал Серёжу одной рукой, в другой же держал шаверму. По телевизору шёл фильм о его похождениях. Красочный такой, яркий, но удивительно не правдивый, хотя вся реклама и шла через различные упоминания о том, что кино это носит правдивый характер, всё в нём происходило на самом деле с живым человеком. Разумовский звал его на премьеру, но Игорь так и не пошёл. Фильм, на злобу его авторов, вышел после событий с Призраком. Город принял обратно Игоря, но так и не полюбил снова. По крайней мере, не так сильно и трепетно, как это было в прошлом. Но Грома это нисколько не интересовало. У него под боком сейчас поедает шаверму главное его чудо. — Вообще, действие происходило на улице, а не в банке. И этот тип на меня совсем не похож. Кряхтит Игорь, а Сергей закатывает глаза, выражая и без слов всё, что он думает. — Слушай, фильм не обязан досконально показывать правдивые события. Оставь место художественной составляющей. Говорит Серёжа, укусив шаверму. Гром смотрит на то, как быстро Разумовский ест данную пищу. Раньше он отнекивался от подобных блюд, а потом как-то втянулся. И Игорь безумно рад этому своему влиянию. Сергей теперь попробует самую вкусную еду в мире. — А это было… — Игорь, давай посмотрим фильм без твоих комментариев, а я тебе за это устрою самую романтичную ночь на планете. А потом, где-нибудь под самое утро, мы поговорим о реальности происходящего всего на экране. Сойдёт так? Серёжа хитро смотрит на Грома, а тот только руки в стороны разводит. Здесь его полностью подавили. Но теперь он не может больше не о чём думать, кроме этой самой ночи. А Разумовский, полностью довольный собственной идеей, продолжает смотреть фильм.