Наруто: Джинчурики Шести Путей...

В большой комнате раздавались только шаги Гаары, возвращавшегося к своей команде, и медиков, уносивших тело Мисуми, накрытое одеялом. Наруто нахмурился, наблюдая за тем, как уносят тело, и корил себя за то, что не сделал шаг сам. «Проклятье!» Асума покачал головой, нахмурившись. «Я думал, что у этого парня злой взгляд, но такого я не ожидал…» Наруто ничуть не преувеличивал. Я должен был быть готов вмешаться». Какаши смотрел, как Гаара возвращается к своей команде. Но… что-то в этом дзюцу… Йорой зарычал и ударил кулаком по перилам, привлекая к себе взгляды всех генинов Конохи. Его сенсей положил руку ему на плечо. «Я знаю. Мы больше ничего не можем сделать, оставь это для своего поединка». Наруто бросил на него сочувственный взгляд. «Сожалею о твоем товарище по команде». Он сказал, привлекая их внимание. Он опустил взгляд и сжал руки в кулаки. «Кабуто помог мне в лесу… Я в долгу перед вами, ребята. Я знал, насколько опасен Гаара, я должен был что-то сделать». Йорой вздохнул, изображая печаль и понимание. Сострадание и товарищество были редкостью среди шпионов, особенно если они работали под началом такого мастера, как он. Правда, в данный момент он чувствовал лишь досаду на собственное слабое положение, но легко подавил ее. «Ты не мог знать, что Гаара так быстро покончит с этим. Так уж устроен мир. Быть шиноби означает, что ты можешь умереть в любой день, и неизвестно, когда твой номер закончится». Наруто, похоже, это ничуть не успокоило. «Я знаю, но…» «Но от этого не легче терять товарищей». Какаши ответил за него, заставив учеников посмотреть на него. По его взгляду они поняли, что у него большой опыт в этом деле. На арене Хаяте прочистил горло, пресекая все дальнейшие высказывания. «Прошу прощения, но так как все было в пределах допустимого для экзамена, мы продолжим предварительные соревнования». В этот момент на табло снова зазвучали цифры. Новички 9, желая отвлечься от увиденного, обратили на него свое внимание. Через несколько мгновений был решен следующий матч. Киба против Муби «Похоже, настала наша очередь. Думаю, мы поймали одного из тех неудачников, с которыми расправился Наруто, и это будет проще простого». сказал Киба, глядя на собаку. «Давай покажем им, на что мы способны, а Акамару?» Пес залаял в ответ. «Ты — наш последний шанс. Не облажайся». сказал Оборо своему товарищу по команде. «Расслабься, я противостою мальчишке и его шавке. Насколько они могут быть крутыми?» Кагари смотрел, как его товарищ по команде искушает судьбу. «Мы обречены». Два генина стояли друг напротив друга, оба готовые к бою. В обычной ситуации Киба ухмылялся бы, но вонь крови, окружавшая его, несколько приглушала его возбуждение. Акамару выпрыгнул из плаща и встал на землю рядом с ним. «И что будет делать этот маленький коротышка? Рычать на меня до тех пор, пока я не зажмурюсь от страха?» «Совет. Не дразни Акамару». серьезно сказал Киба, и пес зарычал на него. «Меня прямо трясет». «Если вы готовы». сказал Хаяте, переводя взгляд с одного на другого. «Можете начинать». Киба отпрыгнул назад, когда Муби бросился вперед, чтобы атаковать, и приземлился в приседе, формируя одноручную печать. «Хорошо. Искусство ниндзя: Звериная мимикрия! Дзюцу на четвереньках!» объявил Киба, когда чакра начала заметно вытекать из его тела. Как и предполагалось в дзютсу, он встал на четвереньки, его ногти удлинились, а клыки увеличились, придав мальчику более дикий вид. Муби тут же остановил свое продвижение и погрузился в землю, используя технику подземной рыбы. 'Звериная мимикрия? Название говорит само за себя. Животные сильнее и обладают более мощными чувствами, чем люди, так что это дзюцу, вероятно, приближает его пользователя к животному царству, чтобы усилить его способности… так что прямые атаки исключены. Хорошо, что я вообще не так сражаюсь». Муби ухмыльнулся. 'Проблема в том, что эта шавка может быть бесполезна в драке, но она наверняка меня вычислит… если только…' Киба обшаривал глазами арену, ожидая появления своего противника. Когда тот появился, поднявшись с земли на дальней стороне арены, Акамару сразу же заметил его и залаял в его сторону, оповещая хозяина о своем присутствии. Однако, когда Киба повернулся, чтобы броситься на своего противника, Муби произвел серию ручных печатей. 'Дзюцу Туманного Последователя'. Когда Киба подпрыгнул и развернулся лицом к противнику, тот исчез в тумане, который, казалось, покрыл всю арену. «Что за… какое-то туманное дзюцу?» Он повернулся к своему псу. «Акамару, ты можешь сказать, где он прячется?» Пес огляделся по сторонам и покачал головой. «Тч, он, должно быть, скрыл свой запах. Где…» Внезапно из камня неподалеку начала подниматься черная фигура. «А?» Фигура постепенно приняла форму генина Аме, одетого во все черное, контрастирующее с желтыми комбинезонами Муби и его товарищей по команде. «У тебя нет ни единого шанса». При этих словах поднялись еще десятки теней, каждая из которых приняла форму другого шиноби Аме в черном плаще, и все они медленно повернули головы в его сторону, насмехаясь над ним. «Что это, черт возьми, такое? Какое-то дзюцу клонов?» Киба уставился на копии, которые медленно приближались к нему жуткими, как у зомби, шагами. «Чтобы у меня был хоть какой-то шанс, нужно нечто большее!» Он бросился к ближайшему клону, но тот двигался слишком медленно, чтобы хоть как-то защититься. Он ударил по нему когтем и попал точно в цель, но нахмурился. Это было все равно что пробивать патоку. Его тело превратилось в смолу в месте удара, и, проскользив по земле и повернувшись лицом к врагу, Киба обнаружил, что из того места, где был ранен первый клон, растет еще один. Его глаза расширились, а челюсть отвисла в недоумении, когда обе головы повернулись к нему. «Что за…?» «Что он делает?» спросила Ино, увидев, как Киба атакует воздух. Акамару неуверенно оглядывался по сторонам. «Должно быть, на него наложено гендзюцу». предположила Сакура. Киба продолжал наносить удары по приближавшимся к нему клонам, но каждый раз, когда он поражал одного, тварей становилось все больше. Он бы вырвался из их окружения, но они были повсюду. Их становилось все больше и больше, и уже почти не было места, где бы не было одного из шиноби в черном плаще на расстоянии вытянутой руки. Те, что окружали Кибу, были искалечены и теперь представляли собой гротескные амальгамы тел, с массой конечностей, торчащих там, где им не место, множеством голов и множеством постоянно вытекающих смол из незаживающих ран на их формах. «Черт возьми, этим штукам нет конца!» Он зарычал, когда его внимание привлек клыкастый крик тревоги. «Акамару!» Повернувшись к своему напарнику, он увидел, что крошечная собачка находится в руках генина Аме: передние лапы сцеплены в его руках, а кунай прижат к шее пса, в то время как остальные темные шиноби занимают оборонительные позиции вокруг него. «Вы кажетесь довольно крепким парнем. Думаю, моим друзьям понадобится время, чтобы утомить тебя». начал Муби. Его дзютсу использовало только три из пяти чувств: зрение, слух и ощущение, но, к счастью, кровь, которую Гаара разбросал по арене, скрывала его запах. «К счастью для меня, ты, похоже, так заботишься об этой шавке». Он поднес кунай к шее собаки, заставив ее заскулить. «Сдавайся, и твой маленький друг не пострадает». Киба зарычал на генина Аме. «Ах ты, ублюдок!» Его противник лишь усмехнулся… а затем Киба ухмыльнулся и исчез из виду. Прежде чем Муби успел понять, что произошло, его ударили и отправили в полет, подальше от маленькой собачки, которая приземлилась на ноги, как и ее ненавистные противники — кошачьи. «Ты должен был попробовать сделать это с большего расстояния, тупица. Я могу преодолеть это расстояние в мгновение ока». Киба похвастался, оглядываясь по сторонам, пока различные клоны исчезали. «О, я понял. Это были просто иллюзии. Значит, игра окончена, да?» Муби встал и оскалился. «Но я думаю, Акамару захочет отомстить за тот трюк, который ты устроил, верно?» Акамару залаял в ответ, и Киба опустился на колени, позволяя псу запрыгнуть ему на спину, а сам сделал печать руки тигра. «Искусство ниндзя: -» — раздался звук дыма, и двое исчезли из виду. Когда облако рассеялось, стало видно, что Акамару превратился в копию одичавшего генина. «Клон человека-зверя!» Черт! Это его самое слабое место! Два Кибы устремились вперед, зигзагообразно сокращая расстояние и двигаясь так быстро, что зрители потеряли всякую надежду различить их. Муби едва успевал защищаться, как на него набрасывались эти двое. Он успел увернуться от атаки первого Кибы и отпрыгнуть назад, когда второй метнул в него когти, но получил удар локтем в лицо, когда первый снова бросился вперед. Он не успел ничего сделать, как один из звероподобных близнецов ударил его в живот, отбросив назад, где появился второй, чтобы отбросить его размашистым ударом. Генин Амэ был изрядно потрепан ими, и в конце концов они подбросили его в воздух. Пара генинов-волков стояла рядом друг с другом. «Тайдзюцу человека-зверя…» объявил один из них, настоящий Киба, после чего оба прыгнули за своим противником, вращаясь в воздухе так быстро, что их формы стали похожи на сверла, а затем они начали вращаться вместе в один смерч. «Клык над Клыком!» Два пятна врезались в Муби, который издал крик боли, когда они повалили его на землю и протащили по ее поверхности, выкопав в камне канавку, а затем врезались в стену, подняв облако обломков. Оба выскочили из образовавшегося дыма, а когда он рассеялся, стало ясно, что генин Аме без сознания. «Победитель: Киба Инузука». «Ха! Похоже, эти генины Аме были не такими уж и крутыми». торжествующе заявил Киба, выпрямляясь и выпуская дзюцу, чтобы вернуть себе нормальный облик. Облако дыма окутало его копию, которая вернулась к своему истинному облику и рявкнула на хозяина. «Я знал, что Киба не проиграет этому парню». сказал Наруто, слегка усмехнувшись. «Проклятье!» Оборо хлопнул кулаком по перилам. «Похоже, у этих парней О на 3. Довольно грустно». прокомментировала Темари, с ухмылкой глядя на пару генинов Аме. «Они проделали весь этот путь зря». «Поздравляю, Киба». сказала Хината, когда ее товарищ по команде вернулся к ней. «Ничего страшного. Кроме того, у нас еще есть финал, о котором нужно беспокоиться». Киба ответил, внезапно став серьезным. «Мы должны показать все, на что способны, перед Шино, а здесь есть два парня, с которыми я даже хочу подраться». «Похоже, дело идет к концу». прокомментировал Наруто, когда табло вновь ожило. Йорой смотрел, как пляшут огоньки на экране. Осталось всего три варианта, и все три — обычные новички. Лорд Орочимару поручил нам проверить Сасукэ, а поскольку Кабуто отказался, а Мисуми укусила его, остался только я». За считанные мгновения был решен предпоследний матч. Сасукэ против Канкуро «Похоже, ты проснулся, Сасукэ». Наруто повернулся к Учихе и ухмыльнулся. «Лучше не проваливай дело, от этого многое зависит». Сасукэ поднял бровь. «Тебе придется просветить меня на этот счет». Ухмылка Наруто несколько расширилась, когда он указал на генина Суны. «Обе наши команды — две по три. Кто бы ни победил в этом матче, его команда останется непобежденной». Сасукэ моргнул и ухмыльнулся. «Хех. Я понял. Покажем всем, что мы лучшие из лучших. Ладно, я не буду тем, кто сорвет нашу победную серию». Он начал свой путь к лестнице. «Я все равно не собирался проигрывать». «Вот это отродье, да?» прокомментировал Канкуро, выходя на арену. «Не шути с этим, Канкуро». сказала его сестра. «Да, да, не волнуйтесь так сильно. Я с нетерпением ждал этого». Шикамару уставился на экран. 'Отлично. Значит, мне предстоит сразиться с парнем, который только что потерял своего товарища по команде… Вот ведь зануда». Сасукэ и Канкуро стояли поодаль друг от друга; генин в черной одежде снял со спины завернутый предмет и шлепнул его на землю, положив руку на его верхнюю часть. «Держи его, Сасукэ!» Ино вскочила со своего места на перилах, но наследник Учиха никак не отреагировал. «Я хочу дать тебе совет». начал Канкуро. «Как только я выпущу сюда Ворона, ты захочешь сдаться». Сасукэ ухмыльнулся. «Забавно, я как раз собирался сказать тебе что-то в этом роде». Стоит ли мне использовать Шаринган, чтобы поскорее покончить с этим?» Он задумался на мгновение. Почему бы и нет? Финал, вероятно, все равно не состоится сегодня, если им придется вызывать VIP-персон из других стран, так что мне не нужно экономить чакру. Будет лучше, если я покончу с этим побыстрее и не буду демонстрировать зрителям ничего такого, чего бы они еще не знали». «И… Начинайте!» Выхватив кунай, Сасукэ пригнулся, готовый уклониться или броситься на противника в черной одежде, и активировал свой шаринган, раскрутив его за кольцо у основания. Когда он увидел, что перед ним на самом деле лежит, его ухмылка стала еще шире. Проклятье! Он видит меня насквозь'. Канкуро скорчил гримасу. Он надеялся, что Саске не станет сразу же активировать Шаринган. Очевидно, он надеялся напрасно. Он мгновенно начал двигаться, хватаясь за завернутого Ворона и готовясь к прыжку, но не успел. Сасукэ настиг их, но в последний момент отвлекся от Канкуро и нацелился на Ворона. Из бока Канкуро вылетело что-то, чего зрители не смогли разобрать, но наследник Учиха успел увернуться. Он ударил по забинтованному предмету и успел поймать его, когда Канкуро отпрыгнул в сторону. Пролетев по воздуху, Канкуро вскинул свободную руку, и десятки сенбонов внезапно вырвались, казалось, из его ладони. Сасукэ отпрыгнул назад, уклоняясь в воздухе до параллели с полом, чтобы вторая волна прошла над ним, а затем уперся руками в землю, чтобы отбросить его назад, и уклонился от последнего шквала. «Идиот.» презрительно сказал Гаара. «Фу», — пробормотала Темари. «Разве я не говорила ему, чтобы он отнесся к этому серьезно?» Сасукэ и Канкуро приземлились и уставились друг на друга, и на мгновение все замерло. Затем на боку перевязанного предмета появилось багровое пятно. Мгновением позже бинты распутались, и перед ними предстал… Канкуро, правая рука которого слегка кровоточила, бросил свирепый взгляд на обладателя Шарингана. «А?» Сакура выразила свое удивление и посмотрела на Канкуро. «Тогда что…?» Явно ненастоящая форма Канкуро треснула, и все его тело словно рассыпалось в песок, явив новую фигуру. Странная четырехрукая и трехглазая деревянная конструкция с зазубренными зубами, всклокоченными каштановыми волосами и в изорванном коричневом плаще. «Марионетка?» нахмурившись, спросила Сакура. «Судя по всему, Канкуро — один из печально известных марионеток Суны». прокомментировал Какаши, привлекая внимание всех генинов. «Вместо того чтобы сражаться напрямую, они используют нити из своей чакры, чтобы управлять марионетками, которые сражаются вместо них». Наруто насмешливо хмыкнул и скрестил руки, закрыв глаза, хотя через солнцезащитные очки этого не было видно. «Значит, они проводят все свое время, играя с куклами? Очень пугающе». «В этом вопросе я согласен с Наруто. Эти парни похожи на потаскунов». Киба согласился. «О, я бы не был в этом уверен». Какаши покачал головой. «Как вы только что видели, они напичканы всевозможным скрытым оружием, и все они, как правило, отравлены». Это заставило обоих генинов, ранее не проявлявших беспокойства, посмотреть на него, нахмурив брови. «Не говоря уже о том, что ни одна их часть не является важной, поэтому их очень трудно вывести из строя, не нацелившись непосредственно на кукловода, а знания химии и тонкий контроль чакры, необходимые для управления марионетками и создания ядов, делают их прирожденными медицинскими ниндзя. Некоторые из самых опасных ниндзя Суны были кукловодами». «Так вот что ты прятал под бинтами». прокомментировал Сасукэ. Не обращая внимания на свою рану, Канкуро ухмыльнулся. «Верно. Это моя любимая марионетка: Ворон. Я унаследовал ее от одного из величайших кукловодов в истории Суны. Может, она и не выглядит так, но она смертельно опасна». «Один из величайших, да? Ты, должно быть, очень в него веришь». Сасукэ ответил. Его глаза сузились, когда он вспомнил о том, что произошло несколько минут назад. Марионетка не была живым существом, у нее не было мышц, чтобы подавать минутные сигналы, по которым его малиновые глаза считывали цели. Мой шаринган не сможет предсказать движения этого существа так же хорошо, как живого… Канкуро усмехнулся. «Да, хочешь узнать почему? Вообще-то, почему бы мне просто не показать тебе?» Легким движением руки Ворон выстрелил вперед, вытянув правую руку вперед и обнажив кинжал под запястьем. Сасукэ легко увернулся от марионетки, отпрыгнул в сторону и бросился на Канкуро. Однако в его голове зазвенели тревожные колокольчики, когда ухмылка Канкуро расширилась, и он снова зашевелил руками. Сасукэ услышал слабый звук выстрелов и повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть два кинжала, летящие к нему и направленные в голову. Наследник Учиха увернулся от оружия и метнул кунай в марионетку, целясь в открывшийся пусковой механизм во рту куклы, но она отлетела в сторону. Однако это дало ему время, необходимое для того, чтобы сократить расстояние между собой и Канкуро. Кукловод быстро перерезал нити и сделал несколько знаков руками, и глаза Сасукэ расширились, когда его Шаринган подсказал ему, что это за дзюцу. Он быстро догадался, что задумал подросток в черной одежде. Как и ожидал Сасукэ, через мгновение Канкуро сменил Ворон. Но чего Сасукэ никак не ожидал, так это того, что его нога внезапно вырвется из-под ног. Его багровые глаза опустили взгляд на ногу и увидели, что к ней привязаны нити чакры, а потом они оборвались. Проклятье! Он использовал свои нити чакры, чтобы запутать меня! Канкуро тут же подключился к марионетке и заставил ее поднять все четыре руки, выпустив град сенбонов. 'Теперь ты мой, сопляк'. Как только марионетка подняла руки, Сасукэ начал перебирать знаки руками, делая глубокий вдох, когда они выстрелили в него. 'Стиль огня: Дзюцу Цветка Феникса! Он приложил руку ко рту и выпустил в землю перед собой поток огненных шаров, которые разлетелись на мелкие взрывы, отражая иглы и скрывая его за стеной огня. «Черт, я почти…» — начал было Канкуро, жестом приказав Ворону вернуться к нему, как вдруг к его горлу приставили кунай, заставив прекратить все движения, а его марионетку — остановиться в воздухе. Слегка повернув голову, он краем глаза увидел Сасукэ, держащего кинжал. «Хорошая попытка, но игра окончена. Твое дзютсу говорит мне все, что нужно знать. Ты полностью полагаешься на эту марионетку, а значит, без нее ты, скорее всего, беспомощен, и если я увижу, что ниточки дернулись, тебе конец». Канкуро бросил взгляд на Учиху и пожал плечами. «Ладно, ладно, я понял. Ты выигрываешь, я отдаю». «Победитель: Сасукэ Учиха». «Отличная работа, Сасукэ! Я знала, что этот парень тебе не соперник!» радостно воскликнула Ино. «Прошу двух последних бойцов выйти на арену, чтобы начался финальный поединок?» сказал Хаяте, когда Сасукэ и Канкуро покинули арену. Шикамару вздохнул. «Это отстой…», — подумал он и начал спускаться к арене, когда Ино позвала его: «Не смей бросать этот матч, слышишь меня!». Темари посмотрела на брата, когда он наконец вернулся к своей команде. «Молодец, Канкуро. Вот почему я просила тебя не сдерживаться». «Да, простите, я знаю. Я облажался. Почему бы тебе не втереть это?» Подросток в черном ответил, потирая затылок, не получив ответа от старшей сестры и насмешки от младшего брата. «Поздравляю, Сасукэ. Ты сделал это легко». с улыбкой сказала Сакура, когда наследник Учихи вернулся к своей команде. «Похоже, мы все выходим в финал». сказал Наруто, ухмыляясь. «Ты ожидал чего-то другого?» спросил Сасукэ. Асума смотрел на своего ученика, когда финальный поединок должен был начаться. По крайней мере, я могу рассчитывать на победу Шикамару. Из всех генинов здесь, пожалуй, у него больше всего шансов стать чунином». Внизу Шикамару и Йорой заняли свои места. Шикамару вздохнул и с раздражением посмотрел на своего противника, потянувшись к подсумку на спине. «Жаль твоего товарища по команде, но мои товарищи не оценят, если я позволю тебе победить. Это отстой, но…» Он вытащил кунай и перевернул его обратным хватом. «С этим кунаем твои шансы на экзамен закончатся». Йорой насмехался. «Что? Ты думаешь, что одолеешь меня кунаем? Я думала, что вы, Нара, должны быть умными». Шикамару ничего не ответил, и на мгновение воцарилась тишина, прежде чем Хаяте поднял руку. «Пусть финальный поединок… начнется!» Йорой сразу же бросился на своего противника, который встал в боевую стойку и остался на месте, пока мужчина в фиолетовой одежде сокращал расстояние. Йорой сделал выпад, чтобы схватить наследника Нара, когда они сблизились, но Шикамару успел увернуться от удара, уклонившись вправо и нанеся удар кунаем по торсу, от которого старший генин легко уклонился. Йорой попытался выбить ногу Шикамару из-под ног, но ленивый генин подпрыгнул в воздух и нанес удар кунаем в голову Йороя, но тот успел увернуться от удара. Прежде чем Шикамару успел сделать еще одно движение, Йорой поднялся и, схватив ленивого генина за лицо, с силой швырнул его на землю рядом с тем местом, где Сакура утащила Тентен во время их поединка, и его голова со звоном ударилась о камень. Шикамару схватился свободной рукой за руку, удерживающую его, и тут его глаза расширились, когда он понял, что силы покидают его. 'Это… он поглощает мою чакру! ' Йорой усмехнулся под маской. 'Правильно, малыш, отдай все свои силы мне'. После нескольких мгновений бесплодной борьбы Шикамару высвободил руку и сумел выхватить еще один кунай, который он метнул в Йороя, заставив того отпрыгнуть назад. Поднявшись на ноги и тяжело дыша, Шикамару, пытаясь восстановить утраченные силы, посмотрел на своего противника и сказал: «Знаешь, я не то чтобы жаловался, но если бы ты не был таким обжорой чакры, ты мог бы закончить бой прямо здесь». «Может быть, но где же тогда веселье?» ответила Йорой. «Вам следует быть осторожнее с недооценкой противника. Это может дорого вам обойтись». «Это мы еще посмотрим». ответил Йорой. 'Я должен занять его руки. Это самый простой способ избежать дзюцу «Овладение тенью» Нара. В противном случае мне просто нужно оставаться вне зоны его действия. Этот бой уже в кармане». Шикамару отпрыгнул назад и метнул свой кунай в голову Йорои, но тот легко уклонился от оружия, просто наклонив голову и продолжая бежать. «Ха! Разве ты не говорил, что собираешься покончить с этим кунаем?» Шикамару лишь усмехнулся в ответ и сделал знак рукой. Внезапно из места, расположенного прямо за спиной Йорои, вырвался ослепительный свет, тот самый, который несколько минут назад удерживал Шикамару. 'Что? Бомба-вспышка?!» — подумал он, слегка повернув голову, чтобы посмотреть на свет. Сфокусировав взгляд на Шикамару, он увидел, как тот делает знак крысой, и понял, что Нара стоит в тени, отбрасываемой вспышкой. 'Черт! Я должен…! Слишком поздно. Йорой почувствовал, как его тело замерло, и понял, что его поймали. Когда свет от бомбы померк, его тень и тень Нары остались неестественно связанными. «Дзюцу владения тенью — успех». «Ты заложил бомбу в щели, пока я тебя удерживал». Йорой зарычал, его тело дрожало, тщетно борясь с дзюцу. «Так быстро догадался?» ответил Шикамару. «И что? Ты можешь только сдерживать меня, и ты не сможешь держать меня здесь вечно». «О чем ты говоришь? Ты уже забыл?» Наследник Нара развернулся, заставив человека в фиолетовом одеянии подражать его действиям, и пошел прочь. Йорой нахмурился, борясь с дзюцу, и тут его глаза расширились, когда взгляд упал на кунай. Шикамару заставил его сделать шаг мимо него и повернулся так, чтобы они оказались лицом к лицу. Затем он протянул руку вниз и заставил Ёрои схватить кунай, после чего поднес его к горлу. «Этот кунай положит конец твоим попыткам сдать экзамены. Пришло время сдаться». Йорой зарычал. 'Против такого отродья…' «Хорошо, я отдаю». «Победитель: Шикамару Нара!» «Ого, это было быстро». прокомментировал Наруто. «Он с самого начала спланировал весь матч». прокомментировал Сасукэ. «На этом предварительные соревнования завершены. Прошу всех победителей спуститься на пол». Вскоре все генины-победители собрались вместе, выстроившись перед Хаяте. Слева направо стояли Сакура, Наруто, Сасуке, Шикамару, Киба, Хината, Неджи, Ли, Темари и, наконец, Гаара. «Прежде всего, я хотел бы поздравить всех, кто прошел этот путь. Сейчас Лорд Хокаге объяснит, как будет проходить последний этап экзаменов». Третий Хокаге кивнул проктору и шагнул вперед, глубоко вдохнув трубку и выпустив облачко дыма, после чего убрал ее и обратился к собравшимся генинам. «Как я уже говорил, эти экзамены — возможность не только продемонстрировать свои способности, но и представить силу своих деревень. Поэтому я хотел бы, чтобы вы сражались, ничего не сдерживая. Поэтому финал состоится только через месяц». Это заявление вызвало удивленную реакцию всех генинов, в основном поднятые брови или суженные глаза, кроме Гаары, который, как обычно, никак не отреагировал. «Подождите, «через месяц»? Что это дает, почему мы должны ждать так долго?» спросил Наруто, недоумевая по поводу задержки. Сбор всех VIP-персон не должен занимать столько времени. Он полагал, что приглашения уже разосланы. Сасукэ нахмурился, думая о том же. 'Я не думал, что финал состоится сегодня… но через месяц? Зачем так долго ждать? «Можно сказать, что этот перерыв существует для того, чтобы дать вам время на подготовку, а нам — на то, чтобы связаться с различными лордами и лидерами шиноби и сделать последние приготовления к третьему этапу. Теперь, когда вы убедились в способностях друг друга, у вас будет этот месяц, чтобы проанализировать собранную информацию, оценить свои шансы на победу и подготовиться к последним испытаниям. До сих пор экзамены представляли собой симуляцию миссий, в которых вы сталкивались с неизвестными противниками. Однако сейчас многие из вас раскрыли свои способности, и некоторые из вас могут быть ранены и не смогут показать себя с лучшей стороны». Он бросил короткий взгляд на Ли, который все еще находился не в лучшем состоянии после использования Изначального Лотоса. «Чтобы все было справедливо, мы даем вам этот месяц на отдых и развитие». Он сделал небольшую паузу, чтобы дать понять это, а затем продолжил: «Теперь я хотел бы сказать, что вы все свободны, но нам нужно сделать еще одну последнюю вещь». Наклонив голову, он жестом указал на Анко, которая вышла вперед, неся в руках небольшую, ничем не примечательную коробку. «В коробке, которую держит Анко, есть листки бумаги. Каждый из вас должен взять по одному». Фиолетововолосая куноичи добавила: «Я приду в себя, так что ждите своей очереди», — и двинулась к ближайшему концу линии генинов, протягивая Сакуре коробку. Сакура подняла бровь, открывая бумагу и обнаруживая… 'Семерка? ' 'Один? ' Наруто нахмурился, глядя на то, что нарисовал, и не удивился, что нарисовал номер один, а затем посмотрел на Хокаге, когда Анко перешла к Саске. «Что это такое? Мы тянем жребий или что?» Удивив блондина, который только догадывался, Хирузен кивнул. «Именно так». Носитель Риннегана слегка удивился и снова уставился на цифру. 'Ха… А я-то думал, что мы снова будем использовать что-то вроде табло… Видимо, в этот раз они не хотят, чтобы мы шли вслепую». «Значит, финальный раунд будет турниром?» спросил Рок Ли. «Более или менее». подтвердил Бог Шиноби. «Конечно, условия победы нельзя назвать традиционными для такого дела». «Как это?» Неджи пообещал. «Очевидно, что победитель не может быть только один». Хокаге ответил, сведя руки за спиной. «Скорее, ваши выступления будут оценивать судьи, такие как я и Лорд Казекаге, а также другие выдающиеся шиноби из деревень, в которых участвуют генины. Те из вас, кто будет признан обладающим необходимыми качествами, получат повышение, независимо от того, как далеко вы продвинетесь на экзаменах. Иными словами, попадание в финальный раунд просто дает вам больше возможностей проявить свои способности. Вполне возможно, что тот, кто проиграл свой первый матч, станет чуунином». «Значит… все мы можем стать чуунинами?» спросила Темари, вытянув свой жребий. Хирузен кивнул ей в ответ, однако его следующие слова несколько обескуражили многих собравшихся генинов. «Однако, исходя из этой логики, столь же велика вероятность, что никто из вас не станет чуунином». Он взглянул на Анко, когда она отошла от группы, и сказал: «Итак, теперь, когда вы все вытянули свои номера, я хотел бы, чтобы вы произнесли их вслух, начиная слева». «Семь». сказала Сакура. «Номер один, конечно же». Наруто усмехнулся. «Шесть». заявил Сасукэ. «Десять». Шикамару показал. «Три». Пришло от Кибы. «Четыре». озвучила Хината. «Пять». ответил Неджи. «Два». Пришло от Ли. «Девять». сказала Темари. «Восемь». монотонно произнес Гаара. Хирузен кивнул и повернулся к Ибики, наблюдая, как тот заканчивает записывать их имена. Увидев, что джонин со шрамом закончил, он сказал: «А теперь, Ибики, покажи им порядок проведения матча». Ибики кивнул и развернул лист, который держал в руках: порядок был разделен на два блока с одним финальным поединком, счастливый победитель которого получит возможность отдохнуть один раунд. Генины и все зрители оценили своих противников и остальные поединки. Значит, мне предстоит сразиться с кустистыми бровями, да? Это будет один из тех, которые можно записать в книгу. Наруто усмехнулся, глядя на первый матч: Наруто Узумаки против Рока Ли. Его взгляд прошелся по следующим поединкам: Хината Хёуга против Кибы Инузуки, затем Сасукэ Учиха против Неджи Хёуги, а затем его глаза выпучились, когда они упали на четвертый поединок. «Вот дерьмо! Сакура Харуно против Гаары. «Га!» Розововолосая куноичи задохнулась, увидев своего соперника: ее челюсть отпала, а глаза превратились в сплошные белые шары. Глаза Сасукэ сузились, когда он увидел то же самое. На балконе Ино с шипением вдыхала воздух, сочувственно морщась. 'Ух! Тяжелый удар, Сакура…' Гаара лишь коротко и презрительно фыркнул, увидев свою пару. «Проклятье! подумал Киба, увидев, что ему предстоит сразиться со своей подругой по команде, а девушка отводит взгляд и смотрит в землю. Повернувшись к ней, он сказал: «Давай проведем хороший матч, а Хината?» Хината кивнула и слабо улыбнулась в ответ. Сакура, наконец, вышла из состояния ужаса, в котором она находилась последние десятки секунд, и с отчаянием закрыла глаза. 'Мне конец… Мне конец… Мне так плохо… «Если у вас нет вопросов, то вы можете быть свободны. Он сделал паузу, давая возможность всем, у кого есть вопросы, высказаться. Видя, что никто не собирается воспользоваться его предложением, он кивнул. «Очень хорошо. Вы все вольны приступить к разработке стратегии, тренировкам или отдыху по своему усмотрению. Следующий месяц вы можете распоряжаться им по своему усмотрению. Советую вам использовать время с умом». После этого генины разошлись, собравшись вместе со своими командами. Наруто нахмурился, бросив мрачный взгляд на своего розововолосого товарища по команде, а затем спросил: «Сакура, ты не против?» Сакура бросила на него слегка раздраженный взгляд. «И как я могу быть в порядке?» Наруто поднял руки вверх в успокаивающем жесте. «Я знаю, я знаю. Я имею в виду, ты собираешься драться или…?» Сакура подняла кулак к груди, и на ее лице появилось решительное выражение. «Конечно, я буду драться. Ты просто сдашься или будешь бороться с этим парнем всеми силами?» Наруто усмехнулся, заложив руки за голову. «А тебе обязательно спрашивать?» «Ну, я тоже не собираюсь отступать». Розоволосая девушка улыбнулась. «Кроме того, по крайней мере, я смогу смягчить его для вас, ребята. Это моя работа — следить за тем, чтобы вы не влезли не в свое дело, и, скорее всего, кому-то из вас придется с ним драться. Я не могу просто стоять в стороне и позволять ему идти на свежий воздух, когда вы будете измотаны». «Ты уверен в этом?» Сасукэ задал вопрос, и в его спокойном выражении лица появился намек на беспокойство. Честно говоря, Сакура, пожалуй, была худшей из них троих, чтобы сражаться с Гаарой. Улыбка Сакуры стала немного неуверенной. «… Я что-нибудь придумаю. Я уверена в этом!» На балконе Гай усмехнулся и покачал головой: «Ну, Какаши. Должен признать, что твои дети — это нечто. Но, боюсь, на этот раз они немного перегнули палку». Он повернулся к человеку, которого провозгласил своим вечным соперником, и продолжил: «У Наруто против Ли шансов не больше, чем у Саске против Неджи, а Сакура против Гаары… не в обиду ей будь сказано, но, возможно, ей стоит отступить, пока она не пострадала. Эти дети сделали хорошую попытку, но, похоже, они зашли в тупик». Какаши на мгновение приостановился, наблюдая за тем, как его команда, переговариваясь, направляется к выходу, его единственный глаз намекал на его обычный, непостижимый взгляд, прежде чем он повернулся к Гаю. «Возможно. Но я верю в них. Уверен, они еще удивят вас». Гай снова захихикал. «Вполне естественно, что лидер хочет верить в своих подчиненных. Тем не менее, должен сказать, что мне приятно видеть это от тебя». Это вызвало любопытный взгляд сереброволосого джонина. «После всех команд, от которых ты отказался, я не думал, что ты когда-нибудь познаешь радость быть учителем и наблюдать, как расцветают твои ученики». «Ну, я просто ждал подходящих». Он начал уходить. «Эти трое, наверное, ждут меня, так что мне пора идти. У нас впереди много планов». Он прошел пять шагов, прежде чем повернулся к джонину с насупленными бровями. «О, и Гай?» «Да?» Какаши улыбнулся зеленому мужчине. «Три на три!» И с этими словами он исчез в вихре листьев. Гай моргнул, глядя на своего соперника, и тут до него дошел смысл его слов. Его глаза расширились, а челюсть отвисла, прежде чем он взревел, обращаясь к небесам: «Будь ты проклят, Какаши!» Какаши появился перед учениками сразу после того, как они вышли из комнаты. «Эй, Какаши-сенсей! Мы сразу вернемся к тренировкам?» Дзёнин улыбнулся своим ученикам. «Ну, не сразу. Думаю, вам всем не помешает отдохнуть и принять горячий душ после того, что вы пережили. Однако я хотел пригласить вас отпраздновать выход в финал. Выбирайте, я угощаю». И Наруто, и Сакура загорелись от этого. «Потрясающе!» сказал блондин. Розововолосая девушка повернулась к своему приятелю и спросила: «Ты тоже идешь, Сасукэ?» Наследник Учиха переводил взгляд с одного товарища по команде на другого, а потом остановился на своем учителе. «Какаши, ты ведь планируешь поговорить о наших предстоящих матчах после того, как закончишь есть?» Какаши продолжал улыбаться. Сасукэ вздохнул. «Тогда, наверное, у меня нет выбора». Наруто захихикал, а Сакура, казалось, была в восторге от его согласия. Тем временем на крыше здания, в тени, отбрасываемой колоннами, поддерживающими крышу, стояли змееподобный шиноби и его правая рука. Орочимару, прислонившись к каменной колонне, смотрел на Коноху, а Кабуто стоял на коленях рядом с ним, положив руку на подставленное колено и склонив голову в знак покорности своему господину и учителю. Хотя змееподобный саннин никогда бы в этом не признался, он испытывал некоторую ностальгию по возвращению в место своего рождения, хотя в его голове было мало позитивных чувств, когда он смотрел на мирную деревню. «Предварительные соревнования уже должны закончиться». Кабуто обратился к своему учителю. «Подготовка к финалу должна начаться довольно скоро». Орочимару издал короткий звук согласия, но не сдвинулся с места и не отвел взгляда. Его внимание ненадолго привлекла небольшая стайка голубей, приземлившаяся неподалеку. «Все так безмятежно, не правда ли? Эта деревня привыкла к миру, хотя говорят, что весь остальной мир собирает свою силу». Кабуто поднялся на ноги. «Как ты думаешь, мы сможем взять его, если нападем сейчас?» «Возможно…» размышлял Орочимару, хотя по его тону было видно, что эта мысль его не очень интересует. «Хотя при таких обстоятельствах лишать старика головы было бы не очень приятно». «Неужели?» Что-то в тоне Кабуто привлекло внимание Орочимару. «Похоже, ты все еще не решаешься действовать». Предательский саннин ничего не ответил, продолжая смотреть на своего подчиненного. Мрачное выражение его лица многих бы предостерегло от продолжения, но Кабуто не обращал на это внимания. «Ты планируешь натравить все скрытые деревни, даже Ото, друг на друга, начав новый период войны и кровопролития…» Он приподнял очки указательным пальцем и уставился на саннина… а пулей, которая все это запустит… будет Сасукэ Учиха, верно?» Орочимару закрыл глаза и усмехнулся. «Как всегда, интуитивно, Кабуто». «Не совсем.» Кабуто не согласился. «Я не знал о той группе, которую ты послал проверить Сасукэ. Выполняя задание по сбору информации о нем, я решил сам проверить их и поступил глупо, целенаправленно приняв на себя их атаки. Ты слишком много обо мне думаешь». «Похоже, ты не до конца мне доверяешь». ответил Орочимару. «Стоило ли сообщать тебе о чем-то столь незначительном, как эти трое? Так или иначе, у меня не было намерения, чтобы они выжили в этом деле, и они даже не смогли попытаться достичь своей цели, не говоря уже о том, чтобы чего-то добиться. А вы, увидев их, сразу же поняли их цель. Тот факт, что я не рассказал, доказывает мою веру в тебя». Кабуто на мгновение замолчал и ухмыльнулся. «Что ж, от такой похвалы трудно отказаться. Хотя именно так тебе и удается завоевать преданность бедных душ вроде тех трех отброшенных генинов, я прав?» Орочимару снова захихикал. «Ты слишком умна, чтобы такая тактика сработала на тебе. В любом случае, просто положите ноги на пол и расслабьтесь. Пока что мне нечем тебя занять». «О? А я-то думал, что ты беспокоишься о своей добыче и неком Джинчурики». «О, это не дает мне покоя». Саннин ответил. «Должен признать, я был удивлен. Я не ожидал, что Сасукэ будет настолько готов расстаться с жизнью, прежде чем у него появится шанс отомстить, но он решил сражаться со мной вместе со своей командой, когда Наруто решил попытаться задержать меня, зная, что у них почти нет шансов на победу. Полагаю, это происходит настолько постепенно, что сам Сасукэ этого не замечает, но контакт с мальчиком Кюуби меняет его сердце и разум. Если так пойдет и дальше, он может даже отказаться от пути мстителя… А мы не можем этого допустить, верно?» Глаза Кабуто сузились. «Значит, ты планируешь напасть на Наруто?» «В этом пропитанном кровью аду, которым является мир шиноби, было бы слишком очевидно, что его постигло, если бы он просто исчез. Его потеря заставит Сасукэ вернуться во тьму, и я уверен, что он не упустит возможности отомстить за своих друзей и клан… даже если для этого придется воспользоваться тем, кто виновен в их гибели… или, возможно, это сделает его еще более привлекательным. К тому же, когда наши планы в отношении Конохи будут завершены, ему некуда будет обратиться, не так ли? А еще мы заберем драгоценные глаза блондина… После того как я потерял свой последний шанс на эти глаза, я думал, что пройдет не одно десятилетие, прежде чем у меня появится еще один шанс». «Думаю, нет». Шпион признал. «Я так понимаю, вы не собираетесь поручать это дело мне, так кому же?» «О, у меня есть кое-кто на примете». Орочимару ответил, растянув рот в извращенной улыбке, облизывая губы, как хищник, перед которым беспомощно лежит добыча. «Инструмент, который очень скоро будет полностью изношен. Я должен извлечь из него как можно больше пользы, прежде чем он будет потерян для нас, ты согласен?» По выражению лица Кабуто трудно было понять его мнение. Примерно в это же время дуэт учеников и учителей проводил свою личную встречу. Быстро вернувшись в свой кабинет, Хирузен сел за стол и глубоко вдохнул трубку, наполовину повернувшись, чтобы посмотреть на Джирайю, который прислонился к стене позади него, глядя в окно. Мне неприятно это говорить, но мирная жизнь здесь может затянуться надолго». Жабий призыватель вздохнул. «Как думаешь, когда Орочимару сделает свой ход?» Третий Хокаге достал свою трубку и выдохнул облако дыма. «Невозможно сказать наверняка. Есть вероятность, что он попытается взять в заложники гостей во время финала. Если к тому времени он еще не нападет, нам придется прятать среди них агентов». Джирайя хмыкнул в знак согласия. «Удалось ли вам что-нибудь узнать об Ото за прошедшую неделю?» Его ученик покачал головой. «Мне удалось выяснить его общее местоположение, но по понятным причинам я не могу сейчас там рыскать. Кроме этого, ничего, кроме шепота. Тем не менее, по крайней мере, мы знаем, куда он исчез после того, как Акацуки его выгнали». «И мы по-прежнему почти ничего не знаем о них и их планах. Даже если мы разберемся с Орочимару, на горизонте появится еще одна угроза». Хирузен покачал головой. Голос его звучал устало, а на лице в очередной раз отразилась тяжесть всех шестидесяти с лишним лет, проведенных им в качестве шиноби. «Разве не всегда?» ответил Джирайя, переходя на усталый тон. «Так уж устроен этот мир. Всегда есть кто-то, кто ждет, когда ты проявишь слабость, чтобы наброситься на него. В том числе и поэтому вы держали Данзо рядом все эти годы, не так ли? Старые военные ястребы хороши для двух вещей, и одна из них — иметь дело с тем, чего мы не видим». К сожалению, второе, на что он был способен, — это наживать врагов, но у него было слишком большое влияние в деревне, у феодала и других дворян, чтобы просто так сместить его, и он всегда смотрел через плечо. Бог шиноби вздохнул. «Последние несколько лет я пытался найти способ ограничить его силу… Я был слишком медлителен. Мне следовало сделать что-то раньше». «О? Что привело к таким переменам? Насколько я знаю, ты позволял ему делать все, что он хочет, лишь бы он оставался в тени и не пытался захватить власть или что-то в этом роде?» Глаза Хирузена сузились, и он уставился в землю, явно не желая говорить о том, что изменило его мнение о старом друге. Джирайя пожал плечами и посмотрел в окно. «Ладно, оставь это при себе». После паузы он снова обратился к своему чувству. «Скажи, старик, у тебя есть какие-нибудь запасные планы для Конохи, если ты укусишь ее?» Хирузен усмехнулся. «Неужели ты так мало веришь в меня, Джирайя?» Джирайя ухмыльнулся и пожал плечами. «Ну, ты же не молодеешь. Эти старые кости, должно быть, борются с тобой на каждом шагу. Тебе пора бы уже на пенсию». «Ты так говоришь, когда сам уже не весенний цыпленок». Джирайя выглядел оскорбленным этим заявлением. «Эй, я тебе скажу, что 50 — это новые 40». «Ну, я бы сказал, что у меня в запасе есть еще десяток-другой лет». «Да, я вижу, как вы сидите в этом кресле через 20 лет. И мне бы этого хотелось». Джирайя ответил, и его ухмылка исчезла, а выражение лица стало мрачным. «А если серьезно. Если бы я думал, что у меня есть хоть какой-то шанс выписаться в ближайшее время, я бы обязательно застраховался». Третий Хокаге откинулся в кресле. Как бы ему ни было неприятно признавать это… он не был до конца уверен, что сможет победить своего змееподобного бывшего ученика. Уже не в первый раз он жалел, что у него не хватило сил сделать то, что должно было быть сделано много лет назад, когда Орочимару ушел. Он надеялся, что снова найдет свой путь, но после того, что он натворил в лаборатории… он полагал, что должен был знать лучше. Мальчик, который был ему таким же сыном, как Асума и его брат, умер задолго до того дня. В то мгновение, которое показалось другим кратким, его разум, отточенный годами сражений до умения прогонять мысли за мгновения, перебирал все, что может пойти не так, если он упадет… многие из возможностей были ему не по душе. «… Возможно, ты прав. В любом случае, все, что мы можем сделать, — это убедиться, что мы готовы, когда он сыграет свою роль». Он сделал еще один глубокий вдох, собираясь с мыслями, прежде чем выдохнуть дым. Его взгляд обратился к фотографиям Хокаге, которые висели на стене, выстроившись по порядку. Он смотрел на них, пока его взгляд не остановился на последней фотографии, на которой был изображен блондин с загорелой кожей и голубыми глазами. «Интересно… зашло бы все так далеко, если бы в тот день именно я принес себя в жертву?» Джирайя проследил за его взглядом и закрыл глаза. Через мгновение он покачал головой. «Не начинай думать об этом. Ками знает, что я делал это достаточно, чтобы понять, что ты ни к чему не придешь, если будешь думать о том, что если бы». «Я прекрасно понимаю, как глупо попасть в эту ловушку. Простите старика за его размышления». На мгновение между учеником и учителем воцарилось молчание, после чего Хирузен потянулся к своему столу, и тут его взгляд привлек звук открывающегося ящика. «В кои-то веки мне не хватает бумажной волокиты». Он повернулся, чтобы показать белую бутылку и две чашки. «Не желаете поделиться напитком со своим старым сенсеем?» «Что ж, мне стоит навестить тех сопляков, которым я помогал, чтобы все обсудить, пока они не придумали свой собственный план…» Джирайя ухмыльнулся, оттолкнувшись от стены и потирая руки. Как и полагается главе старого и могущественного клана, у Хирузена всегда было лучшее саке, какое только можно найти в Конохе. «Но как я могу отказать ему в этом? Только не забудь достать хорошее, старик». Хирузен усмехнулся. «Разве я буду держать что-то еще на расстоянии вытянутой руки?» Через десять минут Джирайя сидел на углу стола, отбросив чашку и снова потянувшись к бутылке. «Тебе повезло, что она не закончила работу». Хирузену стало смешно, когда он вспомнил, как однажды Джирайя чуть не погиб. «Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты больше не пикал на Цунаде?» Саннин глубокомысленно усмехнулся и поднял бокал. «Больше раз, чем мне хотелось бы сосчитать, старик, и каждый раз я давал тебе один и тот же ответ!» «Да, да, «Я не уйду, пока я, Джирайя, экстраординарный извращенец, не увижу все яркие образцы женской формы в мире!». Хирузен покачал головой. Хотя ему всегда нравился его беловолосый ученик, он не мог отрицать, что слышать, как тот говорит это громко и гордо… на публике, было более чем неловко. «Я всегда говорил, что это будет твоей смертью, но никогда не думал, что мои слова могут оказаться пророческими. Я уже почти решил, что мне придется привлечь ее к командному убийству, когда увидел, как ты вылетаешь из того города. А Орочимару…» Он снова рассмеялся, вспомнив выражение лица будущего предателя. «Никогда не видел его таким потрясенным». Если бы не ситуация, было бы приятно увидеть в выражении лица мальчика что-то кроме апатии. «Хех. Ты знаешь, что у нее появился новый эпитет в последнее время?» «Как же так?» Хирузен покачал головой и горько улыбнулся. «Легендарный сосунок». Я до сих пор помню, как Мито узнала, что Хаширама, лорд Первый Хокаге и один из основателей Конохи, умудрился превратить их трехлетнюю внучку в азартную наркоманку… Это был один из немногих случаев, когда она потеряла самообладание. Странно, что его страдания в тот день не стали частью его легенды — уж она-то точно была. Их было слышно на полдеревни». Джирайя разразился хохотом, хлопнув себя ладонью по колену, когда представил себе легендарного Первого Хокаге, полностью склонившегося перед своей разгневанной женой. «Да уж! Можешь ли ты представить, чтобы кто-нибудь в Конохе позволил этому распространиться за пределами Конохи? Жаль, что я был уже достаточно взрослым, чтобы помнить это». Тобирама лишь покачал головой и сказал: «И мне суждено стать его хранителем… воистину, боги улыбнулись мне». … И это был человек, который построил первую скрытую деревню… Джирайя издал несколько последних смешков и вздохнул. «Похоже, были хорошие времена… жаль, что все развалилось». Хирузен кивнул, выражение его лица стало торжественным. «Мир ниндзя, возможно, потерял это из виду, но скрытые деревни были построены в надежде на создание мирного мира. Об этом мечтали Хаширама, Тобирама… даже Мадара, пока не потерял рассудок, если верить словам Первого, когда он говорил о нем. На короткое время даже другие лидеры были поколеблены». «И наша задача, и задача следующих поколений — воплотить эту мечту в жизнь. Может быть, однажды она действительно сбудется». Джирайя поднял свой кубок и произнес тост. «За наши общие узы и за тех, кого мы потеряли». Бог Шиноби поднял свой кубок и поставил его рядом с кубком Джирайи. «Пусть они никогда не будут забыты». После праздничного ужина все четверо членов Команды 7 перебрались в квартиру Наруто, потому что им нужно было место, где их не будут подслушивать, а дом блондина оказался ближе всего к суши-ресторану, куда они и отправились. Оглядывая квартиру, Сасукэ мысленно вернулся к тому ужину, который они разделили. В течение всего вечера он почти ничего не говорил, но ему немного понравилась эта прогулка, не то чтобы он признался в этом вслух. Она навеяла воспоминания о более счастливых временах, до того как брат раскрыл свою истинную сущность. Когда у него была семья. Хотя семья Учихи никогда не была такой… оживленной. Он был немного странным в их клане, явно счастливым и общительным… по крайней мере, до того дня, когда он потерял все, что ему было дорого. Решив отказаться от этой мысли, пока она не завела в темные места, он повернулся и посмотрел на Сакуру. Может быть, он и не показывал этого, но он беспокоился за свою подругу по команде. Хотя сейчас он мог сказать, что гордится своей командой, ей противостоял убийца, и очень сильный убийца. Его несколько впечатлял ее рост, ведь прежняя Сакура, скорее всего, побежала бы с криками, чтобы он помог ей, но это не отменяло того факта, что существовала вполне реальная вероятность того, что в этом бою она не выживет, а уж о победе и говорить не приходится. Наруто думал о том же. До этого было еще далеко, и он был уверен в своей подруге, поэтому не показывал этого, но ему не нравилось, что она будет сражаться с Гаарой в одиночку, особенно после того, что он сделал с Мисуми. Но если она решится на это, он будет поддерживать ее до конца и болеть за нее. Если же дело зайдет слишком далеко, он будет готов вмешаться. Он не оставит все на усмотрение проктора и не позволит ему снова провалить дело. Сакура старалась не думать об этом, пока не придет время планировать. Сделав первые несколько шагов по квартире, она рассеянно оглядела главную комнату и отметила, что она на удивление ухожена. Она также обратила внимание на клумбу у его окна, полную желтых и красных цветов и явно ухоженную. «Так вот где вы живете? Немного маловато, не так ли?» Наруто встал и достал зеленую лейку, которую поставил в раковину, а затем повернулся к Сакуре. Потирая свободной рукой затылок, он смущенно усмехнулся. «Да, ничего особенного, но это дом». «Почему-то я ожидала… ну…» Сакура замялась, немного замешкавшись. «… беспорядка». Наруто махнул рукой, отказываясь от этой идеи. «Я давно понял, что жить в собственной мусорной куче — отстой. К тому же я всегда был сам по себе, так что мне пришлось научиться заботиться о себе». «Всегда?» Сакура моргнула. «Но я думала… То есть, я знала, что ты сирота, но… ты совсем не помнишь своих родителей?» Наруто слегка нахмурился, покачав головой и пожав плечами. Это была немного болезненная тема для него. «Нет. Я даже не знаю, как они выглядели. А в приюте я был вроде как одиночкой…» Ну, скорее, воспитательница не хотела иметь с ним ничего общего и велела детям держаться от него подальше. «…поэтому мне всегда приходилось заботиться о себе самому». Сакура пожалела, что заговорила об этом. «О… простите. Я не знала.» «Не беспокойся об этом». Наруто взял со стола пару стульев и увидел, что Сасукэ опередил всех и сел на диван, облокотившись на его подлокотник со своим обычным бесстрастным выражением лица. «Ты не знал.» Сакура не выглядела менее обеспокоенной, но Какаши прервал ее. «Что ж, — начал он, переворачивая стул так, чтобы он стоял лицом к его команде, и усаживаясь в кресло спиной вперед, положив руки на спинку. «Думаю, самое время начать». «Так, что за тренировку ты задумал для нас на этот раз?» взволнованно спросил Наруто, подставляя стул Сакуре, а затем и себе. Сакура не испытывала ни малейшего страха перед тем, что может повлечь за собой их тренировка в этот раз. Честно говоря, она была рада всему, что могло бы дать ей больше шансов выжить, раз уж она твердо решила встретиться с рыжеволосым генином Суны. «Думаю, само собой разумеется, что вам придется потрудиться. Всем вам достались самые опасные соперники. Во-первых, есть ли у кого-нибудь планы, как противостоять сильным сторонам соперника?» У него, конечно, были свои, но он хотел узнать, есть ли у его учеников собственные идеи. Наруто усмехнулся, уверенный в плане, который он придумал после того, как увидел навыки Ли, даже если это был не тот план, который он обычно хотел использовать. «У меня есть один! Осталось выучить пару трюков и отработать то, что уже работает, и, думаю, к бою с Ли я буду готов». «Неужели?» В их разговор вмешался знакомый голос и звук открывающегося окна, привлекший их внимание к сидящему Джирайе, наблюдавшему за ними со стороны. «Извращенный мудрец?» воскликнул Наруто, удивляясь, что его никто не заметил. Но ведь он не зря был шпионом Конохи. Джирайя уже давно привык к этому имени и не испытывал укоров гордости, когда слышал его. «Йо.» Он поднял руку в знак приветствия. «Когда я услышал о том, что случилось на предварительных соревнованиях, я подумал, что вам всем не помешает помощь». Затем он повернулся к Какаши со знающей ухмылкой. «Полагаю, ты планируешь научить Сасукэ своему чидори, да?» В глазах Сасукэ появился заинтересованный блеск, и он вспомнил, что слышал о фирменном дзюцу Какаши во время беседы с Забузой. «Ну… это зависит от ситуации». сказал Какаши, заставив Учиху нахмуриться. «Саске пока не соответствует требованиям к скорости дзюцу. Если он сможет его выполнить, то конечно. Это даст ему преимущество, и я уверен, что он сможет пробить вращение Хъюги, но мне придется придумать что-то еще, если он не справится». Какаши с трудом сдержал желание ухмыльнуться, глядя на яростный взгляд Сасукэ. Вызов принят. Какаши едва не захихикал. О гордости Учихи ходили легенды. Стоило только правильно уколоть его, и обычно стоические и бесстрастные члены клана становились такими же вспыльчивыми, как Кушина. «Учитывая, против кого он выступает, Наруто тоже не помешало бы увеличить скорость. Учитывая, что он ученик Гая, он наверняка намного сильнее, чем может показаться». Джирайя кивнул. «Я тебя понял. Этот болван Гай гораздо сильнее, чем ты думаешь. Не удивлюсь, если у Ли есть пара трюков в рукаве. Вообще-то, не возражаешь, если я возьму на себя его тренировки до следующего раунда. У меня есть кое-что на примете, что должно дать ему необходимое преимущество, если то, что он задумал, не сработает». Наруто выглядел как ребенок на своем первом фестивале Ринне. Пройти обучение у учителя Четвертого Хокаге? Кто бы не ухватился за такой шанс? «Что именно ты задумал?» спросил Какаши, подозревая, что саннин собирается его учить. «О, пусть это будет сюрпризом». Джирайя повернулся к Сакуре. «Сакура, я слышал, тебе предстоит сразиться с Гаарой. Тебе не повезло. Я слышал о том, что он сделал во время поединка. Как думаешь, ты справишься с ним?» Сакура кивнула, выражение ее лица было решительным. «Наруто и Сасукэ не отступят, так что и я не отступлю. К тому же, даже если я не смогу победить, я смогу хотя бы немного смягчить его для них. Сасукэ, по крайней мере, наверняка будет с ним бороться, а забота друг о друге — это ведь часть того, что значит быть командой, верно?» «Хорошо сказано». Джирайя залез в кимоно и достал свиток. «Попробуй-ка вот это. Это может дать тебе необходимое преимущество, но должен предупредить, что выучить этот трюк будет непросто. Хочешь ли ты работать над ним или нет, зависит от тебя». Сакура улыбнулась и кивнула. «Спасибо, мастер Джирайя». «Не благодарите меня. Тебе понадобится вся помощь, которую ты сможешь получить, учитывая, против кого ты выступаешь. Только не забывайте, что нужно отступать, если вы не в себе. Я знаю слишком много людей, которые погибли из-за того, что не знали, когда нужно отступить». Он хитро ухмыльнулся, глядя на блондина. «Прямо как один наш знакомый». Наруто насмешливо хмыкнул и упрямо скрестил руки. «Лучше стоять во весь рост и встречать все проблемы лицом к лицу, чем трусить!» «Поверь мне, малыш, это зависит от ситуации. Бывают моменты, когда ты просто должен знать, когда нужно бросить полотенце». «Когда?» Наруто огрызнулся. «Например, когда преследовать что-то означает не успеть спасти близкого человека». Наруто издал придушенный звук. Джирайя закрыл глаза. «Так я и думал. Тебе еще многому предстоит научиться. Но ты еще молод. Это и значит взрослеть». «… Может быть.» Наруто согласился и посмотрел на саннина. «Но я не отступлю, что бы ни стояло передо мной. Я не позволю себе потерпеть неудачу, не позволю умереть никому из моих близких, через какой бы ад мне ни пришлось пройти». Дзирайя усмехнулся и пожал плечами. Возможно, жизнь разочарует его, но… это была хорошая мечта. И может быть, если он будет следовать ей и не отступит, он действительно станет героем, который защитит всех. Как и «Четвертый».