Разделим эти чувства между собой

— Разве тебе не нравится то чувство, когда тебя пронзает ножом? По моей памяти ты уже давно хочешь умереть— Федор медленно и мучительно протыкает острым до ужаса ножом правую ногу Дазая. Тот лишь кричит ему в ответ от боли, а Достоевский наслаждается этим криком. На лице лисья улыбка, а глаза прикрыты— Я конечно же помогу тебе с этим, дорогой мой, правда это будет очень больно, ведь я собираюсь мучать тебя, пока ты не сдохнешь. Сейчас они находились в тюрьме играя в игру Гоголя. Никто не захотел ничего у него брать, они просто пошли без ничего. На их лице ещё тогда была хитрая улыбка, должно быть они уже поняли что их ждёт. Боль все так же продолжала разноситься по всему телу. Такое чувство, будто в точке где его пронзает нож собрались все нервы в его теле в один большой комок и этот комок передает всю боль в мозг. Однако как оказалось это чувство было не долгим, уже через минуту все устаканилось. Дазай просто поднял голову и посмотрел прямо Федору в глаза. — Когда мы были в камере я у тебя спросил ,, как мне привлечь внимание официантки? ,, , а я всегда шутил что хочу с ней совершить парный суицид.— говорит парень, правда немного крехтит от боли, ведь Федор ни на секунду не останавливается, лишь дальше втыкает нож — Однако теперь это не шутка, правда я разделю это не с ней, а с тобой. Достоевский в непонимании смотрел на парня, на удивление он на мгновение приостановился и убрал руку с ножа, который все так же находился в ноге. Осаму воспользовался моментом и достал из-за спины точно такой же нож. Лёгкий замах и нож уже находился в части возле плеча левой руки, но чуть ниже, а Федор лежащий на полу. Через секунду на парня сел Дазай, чтобы тот не смог встать. Одной рукой он крепко держал нож, а другой вторую руку, чтобы тот не замахнулся на него. Тут уже и Федор начал ворочаться от боли, но вырваться он не пытался, ведь одно неправильное движение-и его рука полностью обездвиженная. — Дазай-Дазай... Мне кажется ты не умеешь принимать поражение— та самая рука, в которой находился нож потянулась за ножом в ноге Осаму. Одно резкое движение и нож уже в руке Федора. Ещё одно движение-нож резко входит в бок парня, от чего тот немного скрутился, но не стал повторять ошибок Федора и не потерял бдительность. Вместо этого через секунду нож был изъят из руки и был помещен точно так же в левый бок Федора. — Если мое поражение все же настанет, то оно будет только для меня, а для всех польза... Я заберу тебя с собой, это будет лучшее для всего мира. Дазай и Федор смотрели друг на друга с улыбкой до ушей. В то же время они активно двигали ножами в теле друг друга, создавая ещё глубже и больше ран и заставляя кровь литься все быстрее. Обоим больно, но никто не сдастся. — Мы покаемся за свои грехи, бог тому свидетель — сказал Федор, после чего отвёл взгляд в сторону, а затем опять посмотрел на Дазая. В ту же секунду оба парня вытаскивают с друг друга ножи и самым острым кончиком проводят друг другу по шее, разрезая гортань. Они ожидали такого поворота событий, оба читали друг друга, можно сказать это был их план. У парней сразу же потемнело в глазах. Осаму упал спиной на ноги Федору, ножи выпали у обоих из рук, кровь фонтаном лила из ран. Как же жаль что никто из них не увидит эту картину, ведь они уже мертвы.