Без выбора

Всё кругом рушилось. Ненависть и желание получить желаемое - победу - так и витали в воздухе. Ещё в воздухе,витал запах пыли, крови и смерти. И дождя. Будто,сама природа против подобной жестокости. Оплакивает каждого своего ребёнка. Каким бы грешным или безвинным он не был. Едва увернувшись от авады, Уизли увидел, как Симус сражается с двумя пожирателями и со спины его ждёт удар. Так парень, не думая ни о чем, кинулся другу на помощь. И очень во время, ибо красный луч едва не разорвал спину Симуса. — Спасибо, Рон. Это полный пиз.. — договорить Финиганн не успел, поскольку нужно было отбивать новые удары. Надо было вновь убивать, чтобы не быть убитым самому. Едва поняв, что помощь Симусу больше не понадобится, Рон услышал крик. Это был крик Колина. Крик того солнечного, доброго парня, души компании и прекрасного старшего брата. Крик, полный ужаса. И Уизли не понял, как ноги его понесли к парню, с которым он почти не общался, но которого действительно уважал. Его вообще не должно быть здесь. Ему не было семнадцати. Он должен быть эвакуирован и быть рядом с братом. Но Колин решил, что ему важно сражаться вместе с остальными. И как тут без уважения? Рон спешил как мог. И даже успел выдохнуть, увидев, что Колин стоит на своих двух и с ним всё в порядке.. Пока он не упал на колени, а после и во всё на землю... Увидев за его спиной грязного пожирателя, Уизли почувствовал такую ярость и ненависть, что был готов сам лично его убить. Без палочки. И он убил. Быстро. Куда быстрее, чем эта падаль заслужила. После же, упав на колени, Рональд не смог сдержать слез. Этот парень любил жизнь. У него куча друзей, у него брат, который на него равнялся. Да, когда то Колин был очень доставучим, но.. Блять. Он же мог его спасти! Мог! Он просто не успел..! Слезы катились рекой и он не сразу обратил внимание, что его кто то тряс. Они хотели отбросить руку, накричать, ударить, но... Он проснулся. С криком. Весь в поту и в слезах. Напротив, сидел перепуганный Гарри, который явно пытался его разбудить уже давно. Рона всего трясло. Он даже не смог сам держать кружку с успокоительным и Поттеру пришлось самого его отпаивать. Минут через пять, брюнет спросил: — Кошмар? Фред и.. — Нет. Колин. — сердце героя сжалось от боли за друга. Он сам не понаслышке знает, что такое чувство вины. Боль за Сириуса всё ещё с ним. И кому как не ему знать, что значит жить с этим. Вины Рона в смерти Колина не было никакой, но иррациональная часть Поттера понимала. Он бы тоже себя винил. — Давно кошмары мучают? Как часто? Зелье не пробовал? — Уизли хотел было огрызнуться, но его друг этого не заслуживал. Ему бы хотелось рассказать о своих проблемах хоть кому то, но не Гарри. У него и без него куча проблем. Бесконечные тренировки, потрули и миссии. Интервью. Всё ещё шли следствия над пожирателями и Гарри обязан был быть на каждом суде, и вердикте. Его тащили на разные передачи в радио. Плюсом, он затеял ремонт в доме Сириуса. И Рон хорошо знал своего будущего родственника , чтобы понимать. Его самого мучают кошмары. Так что, пусть его проблемы останутся с ним. — Они очень редко появляются. Не беспокойся. Я просто не думал, что вновь проявится. Не переживай. — брюнет лишь поднял бровь. В этом поведении он узнал самого себя. Сам такой же. Всё в себе держать, лишь бы никого не грузить. Но и давить на друга ему не хочется. Поэтому, положив руку на плечо, он лишь сказал: — Рон. Если вдруг ты захочешь поговорить, о чем угодно, просто поговори со мной. Ты мне как брат. Ближе тебя у меня друга нет. Твои проблемы - мои. — глядя сейчас на своего лучшего друга, Рон понял с болью в сердце, одну истину. У него большая семья. И в целом, всё у них было не так уж и плохо. Во многих семьях куда хуже. За примером далеко идти на надо. Но настоящим братом, тем самым человеком, на которого Рональд всегда мог положиться - был Гарри. Тот самый Гарри, который выбрал его, а не кого то получше. Тот самый Гарри, который плевал на свою репутацию и на возможности, которые перед ним всегда были открыты. Его другом был именно Гарри, а не Гарри Поттер, не национальный герой. И не его родные братья.. Уизли тут же обнял брюнета, иначе он бы опять разревелся. А подобного допустить было нельзя. Через пол часа, приняв всё водные процедуры, друзья собрались за столом, приступив к завтраку. Сначала они ели в тишине, но глядя на Гарри и его муки, рыжеволосый парень решил прекратить его войну с чувством такта: — Гарри. Мы дружим много лет. Так что твоё стеснение не уместно, хоть и ценно... Но, если честно, я без понятия, что буду делать дальше . — с тихой усмешкой, произнёс Уизли. Ему было хреново. Да так, что жить не хотелось. Однако, может не стоило винить лишь Фреда и Герми? Может он сам виноват, ведь будь он парнем и братом получше, они бы поступили бы с ним так? — Рон. Прости. Просто я не знаю, как тебе помочь. Сам знаешь, что я не силён в драме, да и в отношениях в целом.. Просто скажи, что от меня нужно. И я сделаю. — Гарри разрывался между двумя близкими друзьями. Между родными людьми. Но, если до конца быть честным, то Гермиону он не понимает. И не факт, что сможет понять. Закончив поедать омлет, друг героя, отодвинув тарелку, ответил без улыбки: — Ничего. И я пока тоже ничего делать не буду. — минут пять мальчик который выжил, пытался подобрать слова. Но не смог. — Гарри, пойми. Война нас всех сломала. Изменила до неузнаваемости. А Герми едва родителей не потеряла. Уверен, что на ней всё отразилось куда сильнее.. И я может не был идеальным парнем и другом. Наверняка, я не заметил что то. Не попытался понять и был зациклен на себе. Я не уверен, что произошедшее не моя вина, понимаешь? — нет. Гарри не понимал от слова совсем. Он не мог понять, как в измене можно винить себя? Если тебя предали, то виноват лишь предатель. И никакого другого объяснения не могло быть. Возмущение Поттера, которое даже словесно выразить нельзя было, заставило Рона рассмеяться. — Не смешно, Рон! Я... Правда не знаю, как на это реагировать. Честно. Но ты знаешь мою позицию в этой теме. Я бы не смог ни понять, ни простить. — Знаю. Но меня же ты простил. — вновь Гарри замолчал, но явно не надолго. — Ты меня не предавал. Это вообще другое! Ты был под влиянием крестража. И ты вернулся. Ты не перешёл на сторону врага! И вообще. Это нельзя сравнивать. — возмущённая убеждённость в правдивости своих слов, заставило Поттера так же возмущённо, убрать всю посуду в раковину и залить водой. А после, повернувшись, сказать: — Я не уверен, что мне делать, но я никому ничего не скажу. Обещаю. И всегда помни, что ты в этой жалкой халупе, всегда будешь желанным гостем. — вновь обняв друга и поблагодарив его, Рон отправился в то место, где ему было спокойно. Иногда. В родной дом. В Нору. После трансгрессии, парень немного задумался. Сразу заходить он не захотел, поэтому спокойно сёл на скамейку и решил закурить. И как то так вышло, что вместо одной сигареты, Рон выкурил всё пять. Обидно. — А ты чего тут сидишь? И ты что, скурил весь запас табака в мире? — произнёс весёлый голос старшего брата. Рон по Биллу частенько скучал и сейчас, обняв брата, он едва сдерживал слезы. Ему как никогда нужна была его поддержка. Но он парень упрямый и поэтому ничего не скажет. — Да я задумался. И выкурил всего ничего.. А ты то когда приехал? — Буквально вчера вечером. Флер ещё отдыхает. Прости, что не сообщили, но ты сам знаешь маму.. Рон, у тебя точно всё хорошо? Ты очень бледный. — Билл о многом жалел в своей жизни. И тот факт, что он практически ничего не знает о Роне - один из таких печальных моментов. Он всегда был занят. Весь в работе и в отношениях. Хотя часто Билл списывался с Джинни и близнецами. С Чарли они вообще каждый день почти через камин говорят. С Перси редко, но тоже иногда переписываются. А вот Рон.. Он был так далек от всех их, что становилось больно. И стыдно. Но Рональд ответить не успел, поскольку на улицу вышла их мать и тут же обняла младшего сына. — Рони! Как хорошо, что ты приехал. Ты опять курил? Сколько раз говорить, как эта дрянь вредна? Ладно. Пошлите в дом. Чай и булочки почти готовы. — под возгласы матери, братья разделили понимающую улыбку и зашли в родные пенаты. Боль в груди стала чуть меньше и стало немного приятнее жить. Но пустота внутри - её ничем не убрать. Сев на кресло, Рон поздаровался с сестрой, что заскочила на пару дней перед экзаменами. Когда она станет репортёром, то времени не будет вовсе. Вскоре, Билл сидел с мамой на диване, а Джинни и Рон на креслах. И вроде всё было как и всегда. Но после войны и ещё не пережитого предательства, шестому ребёнку этой семьи было порой невыносимо даже дышать. Мир, как будто стал серым и лишь отблески рыжевого пробиваются изредко. От мыслей его отвлекло прикосновение к руке. Это была Джинни, которая была обеспокоенна не меньше, чем мама и Билл. — Простите, я просто задумался. Что я пропустил? — Рони, сынок. У тебя точно всё хорошо? Не заболел? А то выглядишь так, будто рядом прошёл дементор. — тревога в голосе Молли Уизли была ощутимой и вязкой. И её разделяли. Но Рон не мог позволить себя проявить слабость. Не мог взвалить на них свою ношу. — Точно, мам. Просто немного устал. Курсы авроров тот ещё ад. Всё нормально. А как Флер? Она ещё отдыхает? — Ну.. В её положении, отдыхать ей придётся часто. Месяцев семь точно. Что ей не особо нравится.. — слова Билла сначала вызвали тишину, а потом радостные визги. Мама и сестра, почти задушили его в радостных объятиях и слезах. Рон же, ограничился полу искренней улыбкой и каким обьятием. — Мы должны собрать всех. Ужин. И там скажете эту прекрасную новость. Прийти всё должны. Ты и Флер, Джинни и Гарри, Фред и Джордж, Перси со своей девушкой и Рон с Гермионой! Чарли тоже должен знать. — видя реакцию мамы, Рон не решился сказать, что не хочет быть на этом ужине. И представив себя, Гермиону и Фреда в одном помещении, парень почувствовал знакомую боль в груди и нехватку воздуха. И пока мама ушла на кухню, Рон старался вдохнуть хоть немного воздуха. — Рон.. Братец, что с тобой? Эй. Посмотри на меня! — испуганно произнёс Билл, но младший брат им не ответил, а лишь выбежал на улицу. — Джин, что происходит?! — Я не знаю, ясно?! Он очень сильно изменился после войны, но.. Я сама не знаю. — Джинни была и сама очень напугана. И не даром, ведь Рон самый близкий ей из братьев. Лишь он ей читал сказки в детстве, учил её плавать, заплетал косички и играл в куклы, не смотря на издёвки близнецов. Рон её пытался защитить от её ошибочных выборов. И сейчас, когда её старшему брату нужна помощь - она не знает, что делать. Когда брат с сестрой выбежали из дома, то не сразу увидели Рона. Он прятался под деревом, что было возле озера. Он всё ещё был бледным, но больше не умирал. — Маме только не говорите. И никому вообще. Со мной всё хорошо. — холодно сказал им Рональд, когда они подошли. Джинни и Билл лишь переглянулись и кивнув, сели рядом. — У тебя был приступ паники? — вопрос, заданный братом, Рона задел. Ему казалось, что лезут в его личное. В то, что должно быть известным лишь ему самому. — Нет. Просто затошнило. И голова закружилась. Последние недели выдались отвратными. Но всё пучком. — Перестань врать, Рональд Уизли! С окончания войны ты сильно изменился, но это объяснимо. Но сейчас - это совсем другое. Ты можешь нам рассказать. Мне так точно. Если хочешь, я Билла отправлю к лешему. — Эй! — почти искреннее возмущение старшего из детей, заставило младших рассмеяться.. Как и его самого. Спустя пару минут тишины, когда грудь больше не болела и страх его нет убивал, Рон сказал: — Спасибо за вашу поддержку. Но я в порядке. Буду, по крайней мере. — он уже вырос. И больше не мог себя ввести, как ребёнок. Особенно перед старшим братом и младшей сестрой. Рональд должен быть сильным. Хотя бы ради них. А с пустотой и болью внутри, он справится. Тяжёлая рука Билла на одном плече и мягкое поглаживание со стороны Джинни - дарили покой. Хоть и временный. — Рон. Я знаю, что мы не слишком близки и мне очень жаль. Но я всё ещё твой старший брат. И ты можешь на меня положиться. Не хочешь говорить - давить не стану. Но я всегда открыт для разговора. — Я тоже. Знаю, что мы не всегда ладили, но лишь ты всегда был рядом. И я хочу ответить тем же.. А теперь пойдём, а то мама нас будет искать. — нежно улыбнувшись, Уизли вернулись обратно в Нору. Возможно, ради сохранения идилии, ему стоит отпустить эту ситуацию. И начать с кем то разговаривать. И начать стоит с Гермионы. Вечером, вернувшись в свою квартиру и убрав всё вещи, связанные с Герми, Рон отправил ей письмо. Завтра они встретятся и поговорят. И тогда им всём станет легче жить.