Ради близких.

Что, если Аарон так и не завязал? Наркотик настолько глубоко пустил корни в его жизнь, что даже «волшебный» метод Эндрю оказался бессилен. Аарон продолжил употреблять. Конечно, Эндрю об этом не догадывался, и Аарон молился, чтобы тот никогда не узнал. Его ядом был героин — вещество, дарующее призрачное спокойствие и эйфорию. Под его действием мир терял края и проблемы. Аарон вдыхал белый порошок — шприц был бы эффективнее, но иглы выдают с головой. Покупал где придётся и у кого попало, пока не обрёл «постоянного» поставщика. Он знал: героин, запитый алкоголем, останавливает сердце. Знание не останавливало. Доза росла, зависимость крепла. Вторник. Тренировка. Героин украл у него сон и аппетит. Последнее время Аарон пытался снижать дозу, и тело мстило ему бессонницей и апатией. Сегодня на поле он был пустой оболочкой — не слышал окриков, не замечал партнёров. Виной всему были ломка и истощение. Отказаться от кайфа он не мог — это единственное, что ещё давало чувство жизни. С Лисами он почти не общался. Раньше всё его время занимали учёба и Кейтлин. Теперь только учёба. Кейтлин ушла не сразу — сначала боролась за него, потом сдалась. Даже после расставания в её глазах читались боль и жалость, но не осуждение. Виноват был он. Он всё разрушил сам. Лечиться? Страшно. Что сказать брату? Эндрю уже замечал странности, но молчал. Даже Ники, вечный насмешник, теперь лишь беспомощно пытался до него достучаться. Тщетно. Аарон больше ничего не чувствовал. Только смутное тепло героина и пустоту. Даже боль притупилась — организм был занят лишь одним: жаждой новой дозы. Он стал тем, кого презирал, — настоящим наркоманом. После «исцеления» от Эндрю был короткий перерыв. Аарон делал вид, что встал на путь исправления, даже почти поверил в это. Сорвался перед приездом Нила. Теперь зависимость управляла им полностью. Порой он не мог сделать домашнее задание, а чаще просто выпадал из реальности. Кожа побледнела, зрачки сузились в точки. Чтобы скрыть это от брата, он избегал взгляда, смотрел в пол. Сейчас он бежал по полю, не чувствуя ни усталости, ни боли от бесконечных кругов. Его сознание плыло где-то в параллельной, наркоманской реальности. Остановился он только тогда, когда крик Кевина прорвался сквозь туман. — Аарон! Ты вообще здесь?! Соберись! У нас скоро матч! — голос тренера был как из-под воды. Лицо Аарона осталось безразличным. Позже была игра. Недавно он узнал, что стал ниже — 149 см вместо 152. Измерился с Эндрю, который теперь его на голову выше. И ещё он стал избегать людей, хотя раньше не был социофобом. Героин менял его изнутри и снаружи. К концу тренировки ноги подкашивались. Аарон кое-как добрался до душевой, заперся в кабинке, включил воду и рухнул на пол. Даже не разделся. Просто сидел, пытаясь заглушить нарастающую панику. Он всё ещё ходил с Эндрю к Бетси, но в последние недели стал увиливать. Он знал — терапевтка что-то заподозрила. Но, похоже, молчала. Пыталась поговорить с ним наедине, но он ловко ускользал. Через тринадцать минут он встал, выключил воду и механически переоделся в свою одежду. В раздевалке остались только Монстры. Старшекурсники, наверное, уже в кафе. — Аарон! Я тебя ждал. Что ты там так долго? — в голосе Ники слышались и беспокойство, и упрёк. —Прости, — выдавил Аарон. Больше сказать было нечего. —Мы все за тебя волнуемся! Ты будто не в себе. Я даже привычных всхлипов отвращения не слышу, когда про своих новых друзей рассказываю! Что с тобой? — Ники замолчал на секунду, а затем лицо его озарилось догадкой. — Аарон! Да неужто… Неужели тебя бросила Кейтлин?! Догадка была близка к истине, но виновник был не она. —С чего ты взял? —Да всё сходится! Вы не общаетесь, даже не смотрите друг на друга! Тут и дурак поймёт! Взгляды всех приковались к Аарону. Ему стало невыносимо душно, хотя обычно наркотик притуплял и это. Одна мысль о том, что действие дозы, принятой глубокой ночью, на исходе, вызывала панику. Ему нужно было одно: новая порция. Сейчас. —Ну что? Говори же! Мы хотим помочь! —Ники… — Аарон выдохнул, дыхание стало сбивчивым. — Мы с Кейтлин просто поссорились. Обычные разногласия. Со мной всё в порядке. —Да как в порядке?! Ты плохо себя чувствуешь? Аарон! Ааро… — крик Ники оборвался, когда Аарон рухнул на пол. Громкий стук, и темнота.

***

Очнулся он в своей комнате, на кровати. Вокруг — вся компания Монстров. —Аарон! Ты пришёл в себя! Как ты? — закричал Ники. Голос будто раскалённым гвоздём вонзился в висок. А в следующее мгновение накатило другое, страшнее — всё сжимающая, выворачивающая наизнанку боль. Ломка. Началось. Блять, где героин?! Аарон резко вскочил, сквозь чёрные пятна в глазах схватил сумку и рванул в ванную. Ошеломлённые Монстры на секунду застыли, а потом бросились за ним. Он успел захлопнуть дверь и повернуть ключ. Руки дрожали, рыская по сумке. Нашёл. Вдохнул глубоко, с отчаянием. Организм начал успокаиваться. С той стороны двери били кулаками, кричали. —Открывай, или я выбью эту дверь! — голос Эндрю был холоднее льда. И Аарон знал: это не пустая угроза. Он встал, умыл лицо, сунул пакетики в карман и открыл замок. —Что ты там делал? — Эндрю стоял вплотную, взгляд буравил. —Я… — в голове проносились оправдания, но тело действовало само. Аарон опустился на колени и разрыдался. Волна стыда накрыла с головой — стыда за то, что предал брата, обманул его веру. Эндрю присел перед ним, не сводя глаз. Тогда Аарон молча вытащил пакетики из кармана и бросил их на пол. Взгляд Эндрю метнулся с порошка на лицо брата. Остальные замерли. —Аари… Ты… Ты кололся?! — первым выкрикнул Ники. — Скажи, что это не героин! Аарон лишь глубже вжался в плечи, словно пытаясь исчезнуть. —Аарон, — голос Эндрю стал тише, но от этого не менее опасным. — Что это за вещество? Молчание.Паника подкатывала к горлу, а героин в крови тупо гасил все эмоции, оставляя лишь фоновый шум. —Ангел. Ты же мой ангел. Он не ангел.Он падший. —Героин, — прошептал Аарон. —Когда начал? —Перед приездом Нила. Нил молча метнулся и вернулся со стаканом воды.Аарон, не ожидая такой заботы, жадно выпил и вернул пустой стакан. —Зачем? — в голосе Эндрю зазвучала сталь. — Скажи, зачем? Аарон молчал.Он и правда не знал. Не помнил первого раза. Не понимал, почему не смог остановиться. —Ты понимаешь, что тебя нужно лечить? Да. Твоим «волшебным» способом. Запертым в ванной. —Да. —Понимаешь, что я запру тебя там снова? —Да, — голос Аарона стал безжизненным. — Я всё понимаю. И в то же время ничего не понимаю. Да, Эндрю, я знаю, что я идиот. Знаю, что мне предстоит ад. Но… — я не хочу этого. Разрывался между страхом ломки и ужасом жизни без кайфа. С героином он прожил год. Говорят, средний срок жизни героинового наркомана — пять лет. Он приближал свой конец, и часть его жаждала этого. Другая — цеплялась за призрачное спокойствие, которое дарил порошок. —Где ещё? — Аарон понял вопрос, но сжался. — Где?! — голос Эндрю взорвался. — Аарон, чёрт возьми! Я пытаюсь тебя спасти! Где заначка?! —В… в шкафу. В потайном кармане портфеля… — он замолчал. Была ещё одна — в полой книге на полке. Решил умолчать. На всякий случай. —Всё? —Всё. Эндрю взглянул на Нила.Тот молча направился в комнату. Джостен последовал за ним. Эндрю тоже ненадолго вышел.Аарон остался с Ники и Кевином. —Аари, неужели всё так плохо? — спросил Ники. Аарон не ответил. Он сам не знал. Вскоре все вернулись.Эндрю смотрел на него оценивающе. Аарон попытался умолить взглядом, но брат был непреклонен. —Ты только что вдохнул. У тебя есть часов шесть, — произнёс Эндрю. — Потом начнётся. Хочет ли он избавиться от кайфа? Нет. Но быть наркоманом — тоже нет. Зачем ему настоящие чувства, эта боль, вина, страх? Героин был проще. Но что ждёт его впереди? Возвращение к старой жизни, но без крыльев эйфории. А без них он — ползающее насекомое. Он начал употреблять, когда мир пошёл под откос. Может, героин и не виноват. Но именно с ним всё стало только хуже. —Аарон? — чей-то осторожный голос вернул его в реальность. Кевин протягивал руку. Аарон ухватился за неё и поднялся. —Ты в порядке? — не отставал Ники. В порядке? Нет. Скоро его запрут в ванной, и он снова будет биться в дверь, кричать и молить о дозе. —Пока что, — прошептал он. Внутри ещё теплилось привычное тепло.Через шесть часов его не станет. Ему предстоит пройти через две недели ада. Он должен это выдержать. Ради них. Ради себя. Он устал. Устал от лжи, страха, пустоты. Он будет бороться. Обязательно справится. И он справится.Он должен.