восьмая нота

вечер пятницы со стороны выглядит очень суматошно: джихе бегло роется во всех своих шкафчиках, стараясь подобрать самую красивую одежду для встречи, пока звездочка усиленно мешает своей хозяйке, прыгая где-то под ногами. в руках у пак черное обтягивающее платье, которое она надела однажды на свидание с каким-то странным парнем, что уверял, какая у него крутая группа и приглашал на выступления, но оказалось так, что группы у него и не было совсем, и он всего лишь хотел бесплатно выпить за счет джихе. после этого инцидента платье осталось висеть в шкафу и ждать своего часа, который наконец настал. джихе глубоко вдыхает воздух, стараясь настроиться на такой подвиг, как надеть что-то сексуальное и открытое в бар, где будет куча пьяных тел, которым отказ ничего не говорит, а после быстро натягивает платье на себя и красуется в зеркало. звездочка радостно лает своим писклявым голосом, будто подбадривая пак и одобряя образ. джихе быстро подкрашивает пышные ресницы тушью, подравнивает брови и наносит темно-бордовую помаду, а потом еще минут пять смотрит на то, идеально ли все легло на ее лицо. она смотрит на время и, выхватив сумочку с полки, закидывает туда свой телефон с темным кожаным портмоне, чтобы поскорее выбежать на лестничную площадку, закрыть дверь и спуститься по лестнице к лифту, ожидание которого заняло будто целую вечность. уже в лифте она продолжает рассматривать себя в зеркале, пальцами убирая комки туши с ресниц и языком счищая остатки помады, чтобы улыбка перед саной не превратилась в неловкую ситуацию. по пути заказывает такси, что на удивление приезжает достаточно быстро. усевшись внутри, она говорит водителю адрес бара и, оперевшись лбом о стекло, просит прибавить джаз, играющий по радио. доезжает до нужного места она минута в минуту, выскакивает из автомобиля и проходит внутрь бара. внутри стоит гул, пахнет крепким алкоголем и сигаретным дымом, отчего джихе слегка морщится. она находит свободное местечко недалеко от сцены и решает осмотреться: все сделано в стиле старых баров, стены деревянные, стулья пошарпанные, диваны, на одном из которых сидела джихе, обиты темно-красной кожей, к которой неприятно липнет тело, над потолком свисают лампы, очень тускло освещающие все вокруг, но не доходящие до самых дальних уголков заведения, помимо диванов, расположенных вдоль стенки, стоят еще и столики с двумя-тремя стульями вокруг, но, несмотря на количество мест, заполнено была всего лишь половина из них. видимо бар не пользуется особой популярностью, но джихе это даже нравится. пак думает о том, что в этом баре хорошо было бы снять фильм о 70-х, настолько он прекрасно передает ту атмосферу. из всех посетителей нет никого примечательного: одна парочка вместе распивает шампанское, громко чокаясь каждый раз, пару компаний из друзей пьют пиво, похрустывая орешками на закуску, и лишь одна джихе была одинокой девушкой без чего-либо на столе. она решает немного изменить ситуацию и идет к бару, чтобы заказать себе стаканчик виски. бармен кивает, и на глазах джихе красивый граненый стакан наполняется льдом до середины, а после сверху льется виски, оставшись плавать совсем на донышке. стакан оказывается на стойке, джихе благодарит молодого и низкорослого бармена, а после удаляется на свое место, не спуская глаз со сцены, на которой накопилось некое невидимое напряжение, будто кричащее о том, что вот-вот уже туда выйдет сана. так и оказывается: огни над сценой загораются и появляется силуэт в длинном персиковом облегающем платье. крики наполняют зал, перекрывая стук каблуков саны. она поправляет стойку с микрофоном, прокашливается и, осматривая людей в баре, видимо в поисках джихе, мягко проговаривает: — добрый вечер, дамы и господа, сегодня с вами снова я, сана. для вас я исполню три композиции. приятного вам вечера. через секунду из динамиков начинает доноситься одна из мелодий группы шадэ. джихе не может точно сказать, что это за песня, но звучит она очень спокойно и подходит ауре, царившей внутри заведения. музыкальный проигрыш проходит, и наконец вступает сана, мягким голосом, словно по-кошачьи, протягивая ноты. джихе улыбается в стакан с виски и делает небольшой глоток. сана не соврала, когда сказала, что умеет петь. голос ее завораживает и успокаивает, словно колыбельная. фортепиано разливается по всему бару, гармонично сочетаясь с тембром саны, а джихе, модленно потягивая виски из стакана, лишь наблюдает за тем, как прикрываются глаза саны и как пальцы ее нежно водят по стойке микрофона. первая песня быстро заканчивается, сана благодарит всех присутствующих и, найдя джихе, выдерживает с ней зрительный контакт в несколько секунд, а потом сразу же вступает в новую песню, по жанру и звучанию очень схожую с предыдущей, но уже от другой группы. в трансе джихе проводит оставшиеся две песни, завороженно не отрывает свой взгляд от саны и допивает стакан, оставив в нем плавать лишь полурастаявший кубик льда. сана скрывается за кулисами, джихе трясет головой и наконец возвращается в реальность, смотря за тем, как тает лед в ее стакане. через десяток минут из закрытой двери выбегает сана, но уже в более простом образе: лишь светлая кофта и обычные свободные джинсы. она присаживается за столик джихе и мягко ей улыбается в качестве приветствия. — красиво поешь, — улыбается джихе, — часто здесь выступаешь? — часто, но между выступлениями здесь я меняю бары. — и много тут платят? — немного, но я делаю это не из-за денег — мне нравится атмосфера. и нравится то, что я могу показать свои умения. — не пробовала записать что-нибудь сама? — у меня есть черновики песен, но кому нужна неизвестная девушка с окраины сеула, у которой голос такой же, как и у миллиона других. — ты к себе относишься сильно самокритично, — джихе задумывается, почесывая затылок, — у меня дома осталось оборудование. я одно время пыталась что-то делать, но ни один мой релиз никто так нормально и не расслышал. так что мы можем попробовать сделать это с тобой… — очень мило с твоей стороны. это из искреннего побуждения, или ты так хочешь пригласить меня к себе домой? — меня моим же оружием? сильно. но, вообще, мне просто хочется, чтобы такой талант не пропадал зря… — я подумаю, мисс продюсер, а теперь, пожалуй, закажу чего-нибудь. что хочешь? — обнови мне стаканчик виски и возьми что-то на закуску. можешь креветки или какие фрукты… сана кивает, удаляется к стойке и что-то быстро лепечет уставшему бармену, который сразу же приступает к работе. сама сана же опирается на деревянный столик и пританцовывает под отдаленную музыку, приглушенную разговорами и звоном посуды. через пару минут бармен выставляет на стойку два напитка: виски и разноцветный коктейль, а рядом ставит тарелку с различными закусками. сана старательно умещает это все в обеих руках и спешит поставить все на их с джихе столик. — да ты прям профессиональный официант, — улыбается джихе, располагая всё на столе поудобнее. — одно время подрабатывала в кафе. удивительно, да? я сменила столько работ, что уже не пересчитать. — я надеюсь, что в зоомагазине ты останешься надолго, потому что звездочка будет по тебе скучать. — прям сама звездочка будет скучать? она тебе об этом сказала? — да, жалобно наскулила, когда мы с ней ушли из зоомагазина. — поверю тебе на этот раз, слишком убедительно говоришь, — сана хихикает и берет бокал с коктейлем в руки, джихе следует за ней и они чокаются, сразу же пробуя свои напитки. — а ты чем занимаешься? — сана опирается на свою руку и заинтересованно смотрит на джихе, что елозит на неудобном диванчике. — работаю на складе, но еще иногда, прям совсем нечасто подрабатываю тату-мастером в салоне моей подруги. но у самой, кстати, татуировок нет, представь себе. — тебе очень подходит, — сана ласково улыбается и стучит ногтями по столу, — вот знаешь… ты свободна завтра? — может быть. — тогда я приеду к тебе записать песню. у меня есть наметки, просто послушай, — сана начинает что-то тихо напевать, в песне проскакивают слова о любви и разные причудливые сравнения, но джихе не может разобрать и половины из-за общего шума. — давай ты мне все напоешь завтра дома на ушко, красавица. тут слишком плохо слышно, — джихе улыбается и делает большой глоток виски, — завтра свободна с трех, адрес продиктую утром — просто позвони. сана кивает и громко вздыхает. между ними повисает тишина, но она не ощущается как-то неловко, скорее уютно, что позволяют немного отдохнуть, насладившись атмосферой бара и общей суматохой. сана смотрит в окно, волосы ее слегка качаются над столом от потока воздуха из кондиционера, джихе же внимательно изучает ее, проходится взглядом по изгибам носа, острому подбородку и спускается к выпирающим ключицам, а после резко вновь поднимает глаза наверх. — я хочу покурить. пойдешь со мной? — вздыхает джихе и приподнимается с дивана. — куришь? какой ужас, — сана смеется, но поднимается и вместе с джихе выходит за двери бара. на улице слегка дует вечерний ветер, заползая под одежду и пробирая до мурашек, куча шумных людей снуют из стороны в сторону, проезжающие машины ревут и оставляют за собой дорожки из пыли, лишь одни сана и джихе застыли, словно на картине, и наблюдают за всем этим со стороны. пак лезет в свою сумочку и достает сигареты с вишней, ловко закуривает и выпускает струю дыма наверх, чтобы она сразу поднялась в небо, растворилась там, и сана сильно не дышала дымом. — я когда-то тоже курила, — вздыхает сана. — да? бросила, боясь испортить голос? — да. поняла, что голос и здоровье куда важнее никотинового опьянения. — ты крутая, я тоже очень хочу, но все никак… так тяжело, когда руки сами тянутся к пачке, — джихе затягивается, а после стряхивает двумя пальцами пепел с кончика, — но мне самой уже это надоело. — просто нужно взять и твердо установить в своей голове: нельзя! конечно, у всех по-разному, я понимаю… попробуй сосать конфетки вместо сигарет, — сана улыбается и достает из кармана своих джинсов две карамельки со вкусом лесных ягод, а после протягивает джихе, — начни сейчас. попробуй! либо сейчас, либо никогда. джихе долго смотрит на руку саны, а после, сделав последний затяг, тушит сигарету о столб, не выкурив и половины. она забирает одну из карамелек, шуршит упаковкой и бросает конфету в рот, сразу же ловко перемещая во рту из стороны в сторону. — вот и все. делай это каждый раз, когда будешь хотеть курить. и почаще отвлекай себя встречами и разговорами. — было бы с кем. — я найду для тебя свободное время. они еще около часа сидят в баре, болтая обо всем на свете и узнавая все больше друг о друге: что сана по национальности японка, о чем, конечно, джихе догадывалась, но родители еще до ее рождения переехали в корею, поэтому прожила она здесь всю жизнь, или, например, что джихе еще учится в университете искусств, но уже живет одна и успевает работать, что сане невыносимо нравится розовый цвет, а джихе любит по утрам танцевать под рок-н-ролл, который крутят по ретро-радио. вот так и сблизились. а вечер уже подходил к концу. — тогда, завтра в четыре у меня? — завтра в четыре у тебя. я позвоню тебе утром, так что не спи до обеда. — не имею такой привычки, — джихе смеется и мягко улыбается сане, когда они стоят возле входа в бар и готовятся разойтись по домам. сана неловко приближается к джихе и слабо обнимает ее, на что пак прижимает сану сильнее и нежно гладит по спине. от джихе пахнет духами и сигаретами, но запах такой притягательный, что сана с трудом отлипает, снова слабо улыбнувшись: — спасибо за вечер… — тебе спасибо, красотка.