Похоронных дел мастера

      Перед выходными Артем ушел с работы пораньше, планируя навести порядок в доме. В последнее время он задумывался об услугах клининговой компании, так как из-за работы не успевал поддерживать чистоту.       Он всё-таки уговорил Ивана на кемпинг и теперь усиленно думал, как бы прихватить с ними и Олега. Ранним утром, стоя на стремянке, Артем вешал на место многострадальную гардину, размышляя об этом.       "Так больше не может продолжаться, — рассуждал он про себя. — Олег переспал со мной год назад по пьяной лавочке, да и я тогда был не сильно трезв... Мне было так одиноко, а еще я хотел почувствовать, что ощущал Вара с ним... И этим только сделал больнее и себе, и ему. Сейчас понимаю — глупый поступок. Олег — отличный друг, суперский адвокат, прекрасный любовник, правда его сердце трепещет только при виде Ивана. А собственническое поведение Моржа в отношении Олега? Только слепец не увидит... Держит его как верную собаку возле себя, но не желает сделать следующий шаг ... Я должен аккуратно сообщить Моржу, почему тогда Олег повел себя так. Мы с ним держимся друг за друга словно один утопающий за другого, а не за спасательный круг”.       В кармане спортивных штанов завибрировал смартфон. Артем достал его и посмотрел на экран — звонил Иван. Он ответил. — Тёма, ты где? — спросил Иван. — Вешаюсь, — весело ответил Артем. — Чего??? — раздался удивленный голос Ивана. — Вешаюсь от того, что не могу нормально повесить гардину, — уточнил Артем. — Балагур, — недовольно ответил Иван. — Я через пять минут буду, разговор есть. — Я в столовой, на стремянке, поэтому не встречу тебя с караваем. Дверь открыта, а ключ от домофона у тебя есть, — сообщил Артем с улыбкой. — Пойдешь направо, потом налево, а потом кругами-кругами раз пять… — продолжал он шутить, прекрасно зная, что Иван знает его дом как свои пять пальцев. — Не заблужусь, — отозвался Иван, не оценив шутку, и отключился.       "Хм... Морж не в настроении", — подумал Артем.       Он почти закончил борьбу с гардиной, когда заметил, как одно крепление карниза расшаталось. Выругавшись про себя, он прикидывал, что нужно сделать, когда до него донесся стук двери и шаги.       "А вот и Морж", — понял Артем. — Я еще в столовой! — крикнул он. Услышав, что Иван вошел, Артем продолжил, дергая перекладину: — Дядь Вань, гардину-то я с горем пополам повесил, а вот карниз теперь болтается, как говно в проруби. Помоги несчастному, у которого руки из жопоньки растут.       Вдруг, вдохнув воздух, Артем уловил аромат духов. Он вздрогнул, словно от удара.       "Совсем с ума я сошел..." — подумал он. — Нужно закрепить дюбель, — раздался низкий голос за спиной.       Услышав его, Артем резко развернулся, совершенно забыв, что стоит на стремянке. Он увидел Ивана и тут же встретился взглядом с серо-голубыми глазами мужчины рядом. В голове его моментально помутилось, стало дурно, тело ослабло. Почти теряя сознание от эмоционального шока, он успел прошептать: — Вара...       ...и упал со стремянки. Но был подхвачен крепкими руками, и забытый запах тела Вары окутал его. — Тёма! — воскликнул Иван, затем обратился к Вахре: — Я же говорил тебе, надо было сначала мне с ним поговорить. — Налей воды, — строго сказал Вара, в своей манере, сажая обмякшего Артема на стул.       "Вара... Это точно Вара?" — проносилось в голове Артема.       Иван принес стакан с водой. Вара взял его, глядя на бледного молодого мужчину, поднес стакан к его губам и сказал: — Пей.       Артем сделал несколько глотков, затем Вара налил из стакана воды в ладонь и обтер лицо Артема. Молодой мужчина почувствовал себя лучше. Мокрая большая ладонь дотрагивалась до щек, и вдруг чувство спокойствия охватило Артема, правда только на несколько мгновений. Он поднял голову и наконец смог разглядеть Вару, который выпрямился и смотрел на него тревожно.       Вара совсем не изменился, даже стал еще красивее, источая флюиды уверенности взрослого мужчины. Лишь несколько морщинок легли возле уголков глаз, и одна прорезала лоб.       "Сколько ему? Почти 32?.. Да, он старше меня на 9 лет..." — промелькнуло в уме Артема, но тут до него стало доходить происходящее, десяток мыслей накрыли его одновременно. Боль сдавила грудь, он несколько раз глубоко вдохнул, а потом вскочил со стула, отходя от Вары. — Ты жив, — констатировал Артем. — Ты жив и сейчас тут… Почему?.. Дядя Вара, почему?.. Где ты был пять лет?.. — Тихо, Тёма, сейчас я все расскажу, — ответил Иван, подходя ближе к Артему. — Не все, — заявил Вара, хватая Ивана за рукав рубашки. — Все, Вара, — категорично промолвил Иван, освобождая руку. — Нет! — вновь возразил Вара. — Господа дядечки, может хватит изгаляться орально между собой? — не выдержал Артем. — Я хочу знать, что произошло.       Он смотрел на Вару и все еще не мог поверить собственным глазам. В облегающей футболке и джинсах тот выглядел великолепно, татуировка в виде феникса с раскрытым клювом, охватывающая руку, была хорошо видна. Его мощные формы и лицо вызывали у Артема одновременно трепет и дикую душевную боль. — Ладно, — согласился Вара и опустился на стул, а Иван начал говорить: — Пять лет назад, когда случилась стычка с Барончиком, никто не думал, что все произойдет именно так… Когда Вара позвонил тебе, мы как раз были недалеко на машине. Мы летели, будто сумасшедшие, с охраной. Это ты знаешь. И то, что Вара получил ранения в перестрелке. Но ты не знаешь одного: первым, кто воткнул нож в Барончика, был ты. — Я? — ошарашенно спросил Артем, опираясь на стену. — Но как?.. Я не помню… Я ударил только одного.       Он посмотрел на Вару, который сидел, опустив голову и сцепив руки, молча. — Ты был в состоянии патологического аффекта, — пояснил Иван. — Когда мы появились, ты вскрикнул: "Это тебе за Женю!" и воткнул нож прямо в сердце Барончика.       Артем потрясенно слушал, переводя взгляд с Ивана на Вару. Иван продолжил: — Барончик ударил тебя, и ты потерял сознание, но Вара сразу сообразил, увидев, куда попал нож: рана была смертельной. Брончика уже настигала агония. Это означало, что тебе грозил суд, однако то были мелочи — тебе бы дали условно. А вот люди Барончика не отстали бы от тебя. Вара схватил нож и воткнул его еще несколько раз. Люди Барончика начали стрелять по Вахре, а не по тебе, мы ответили им. Тот свидетель, выживший в перестрелке, был почти в отключке: он не видел твоего нападения, лишь слышал крик, и поверил: в смерти Барончика виноват именно Вара. А ещё ты удачно всё забыл. Даже если бы не забыл, Вара твердо решил взять всю вину на себя, настаивая, что именно его удары были смертельными.       "Он спасал меня... Он тогда спасал меня... А я убил человека..." — мыслил Артем, вытирая ладонью проступивший пот на лбу. — Вару нужно было спрятать от людей Барончика, — говорил Иван. — Сначала мы сообщили, что раны Вары очень тяжелые, хотя пули прошли по касательной, чтобы сбить их с толку. Потом устроили мнимое похищение, договорившись с медперсоналом и кое-кем из следствия. Ведь первыми напали люди Барончика, и стрельбу тоже они начали. Все наши действия попадали под самооборону. Вара улетел за границу, а его дело слушалось в суде заочно по обвинению в неосторожном убийстве. Судебное разбирательство длилось почти полгода. У нас были хорошие адвокаты, и Вахре дали условный срок и назначили исправительные работы.       В голове Артема царил полный сумбур, правда один факт стал для него совершенно очевидным. — Дядя Иван, — позвал он мужчину. Иван пристально посмотрел на него, лицо его выдавало страдание. — Ладно, дядя Вара бездушный и холодный, словно мрамор у нас в мастерской, но ты... Ты все знал и не сказал... А родители... Матушка и отец... А Олег... — Олег и другие даже не подозревали... А родители знали, — выдохнул Иван. — Значит, родители знали, малые думали: дядя Вара на лечении, ведь матушка постоянно передавала им приветы и гостинцы. И только я был в неведении... Я думал матушка специально говорит мне о том, что с Варой все хорошо, обманывая себя, и покупает сладости, которые мне даже в горло не лезли, — говорил Артем, и его голос дрожал все больше. — Дядя Ваня, почему?.. Что я плохого сделал?.. Это из-за того, что я убил Барончика?.. Но я даже не помнил... — говорил Артем. — А эти вопросы задай не мне, Тём, а ему, — сказал строго Иван и кивнул на Вару. — Он взял с меня и родителей клятву, что мы ничего не расскажем тебе конкретно. Угрожал, что действительно исчезнет, и мы никогда о нём не услышим. Шантажист чёртов! — в сердцах воскликнул Иван.       Артем перевел взгляд на Вару. Тот поднял голову, и их взгляды встретились. В наполненных слезами глазах Артема было столько боли, что Вара нервно закусил губу. — Почему, дядя Вара? — спросил он почти шепотом. — За что ты наказал меня? — Тёма, я не наказывал, — промолвил Вара, голос его срывался. — Я слышал тебя в больнице… Ты должен был зачеркнуть и забыть... А я — заново научиться жить.       "Он слышал и понимал, что я испытываю к нему. И не принял мои чувства. Из-за Жени. Он любит только его. Решил умереть для меня, совершенно не заботясь о том, как я буду жить или перенесу это", — думал Артем.       Жгучее разочарование и гнев охватили его. — Забыть? — язвительно спросил Артем, вглядываясь в глаза Вары. — Ну да, мне было 16, я должен был радостно и весело через месяцок-другой все запамятовать, помчаться встречаться с девчонками, а не думать о мрачном эгоисте, который даже не задумался о том, что все может быть совсем по-другому. Так, дядя Вара? — Так, — тихо ответил Вара. — Но я не забыл! — вскричал Артём, сжимая кулаки. — Если бы ты разрешил рассказать мне, я, может, смог бы все оставить позади. Оправдал тебя чувствами к Жене и хотя бы попробовал смириться. Но ты сам не дал мне шанса. Ты все просчитал, кроме одного: я не забуду. Я просыпался ночами от кошмаров, где видел, как тебя пытают, смотрел днями на твою фотографию и мечтал просто поскорее сдохнуть, чтобы хоть где-то на небесах быть рядом. Весело смеялся, заставляя улыбаться других, лишь бы самому не помереть от уныния. Ты обрек меня пройти все круги ада, которые сам прошел из-за дяди Жени. Испытывать муки и угрызения совести. И теперь ты хочешь сказать, что хотел, чтобы я забыл?! Нет, дядя Вара, ты сделал все, чтобы я не смог забыть даже на секунду.       Лицо Вары с каждым словом Артёма становилось всё мрачнее, однако он не промолвил ни слова в ответ. Он просто смотрел на Артёма, и нельзя было понять, о чём он думает. Зато Иван выглядел весьма потрясенным, рот его приоткрылся от удивления. — Дядя Ваня, вы обговаривали срок, когда дядя Вара сможет вернуться? — спросил Артём. — Да, — ответил Иван, сложив руки на груди. — Мы договорились с баронским сыном, отдали под их влияние западную часть кладбища и установили срок в три года, пока всё не уляжется и не аннулируется срок приговора по давности дела Вары. — А прошло пять... — констатировал Артём, неотрывно глядя на Вару. — Я не хотел, чтобы ты стал заменой ему. Так было бы неправильно по отношению к вам обоим, — промолвил Вара. — Это не оправдание! — воскликнул Артём, его душевная боль разрывала внутренности.       "Пять лет... пять лет обмана... и всё ради его спокойствия и его покойного возлюбленного..." — пронеслось в уме Артёма.       И тут Вара вспыхнул. — Если это не оправдание, то ты бы предпочел, чтобы я реально умер? — едко спросил он, смотря исподлобья.       Артем опешил. — Нет, — выдохнул он, а потом резко добавил: — Я бы предпочёл знать правду! Ты даже не сожалеешь! — Сожалеет, иначе бы не приехал, — вмешался Иван, наблюдая за двумя мужчинами. — Вот только теперь объясните мне, что происходит. Так как, глядя на вас, я понимаю: вы что-то скрываете.