вино и мороженое

Не то чтобы Пэнси не хотела видеть своих друзей счастливыми.  Объективно, она всегда желала видеть, как её друзья живут своей лучшей жизнью, даже пусть это стремление сидело где-то глубоко в груди. Паркинсон была яростно предана и хотела лучшего тем, кто был ей дорог. Даже Драко… особенно Драко.  Ведь Мерлин знает, сколько тягот выпало Малфою в юности, и Пэнси хватала гордость при понимании: Драко воспользовался шансом на что-то большее.  Даже пусть этим шансом была Гермиона Грейнджер.  Судя по тому, как он смотрел на девушку с непослушными локонами, судя по его лицу, она была для него идеальна, и наоборот, потому что Драко, казалось, мог с той же лёгкостью сбить с толку свою проворную женщину.  Пэнси была за них счастлива. Стала одной из первых, кто поздравил с помолвкой.  Но вместе они были просто невыносимы. Паркинсон никогда не видела Драко таким по отношению к кому-либо, его, как правило, стоическое выражение лица тут же куда-то улетучивалось, стоило невесте оказаться рядом.  Именно их невыносимость и заставила Пэнси бродить по винограднику, где пара устроила званый ужин по случаю помолвки, опьянев от, по общему мнению, просто фантастического вина. Спустя какое-то время она притащилась больными ногами в погреб, который, по всей видимости, был закрыт для посетителей, и прокляла недостаточные амортизирующие чары на своих шпильках. Стены были заставлены ящиками с разными сортами вин, в дальнем углу виднелся ряд деревянных бочек.  Насыщенный аромат дуба донёсся до её сознания, и она прижалась к стене в наслаждении тихим покоем.  Пэнси не была последней одиночкой среди своих друзей, но с учётом фактического ухода Драко с рынка холостяков она торжественно оказалась в меньшинстве. В последнее время Паркинсон и сама подумывала о том, чтобы остепениться, — вот только проблема заключалась в том, что она была одинока как никогда.  Пэнси всегда идея брака казалась бессмысленной. Отношения её собственных родителей были в достаточной степени неудачными, чтобы удержаться от подобных обязательств.  Может, ей просто нужно было переспать.  Прижавшись плечами к стене, Паркинсон заглянула в ближайший шкаф и пробежалась глазками по винам. Она втайне гадала, заметит ли кто-нибудь пропажу одной из бутылок. Внимание её привлекла особенно заманчивая этикетка.  Она могла бы попросту закинуть на полку парочку галеонов и скрыться в ночи, чтобы напиться в одиночестве.  — Простите… мисс, вам нельзя здесь находиться.  Пэнси резко поднялась на ноги, оглядывая комнату в поисках приближающегося человека. Тут же отодвинулась от бутылок, придав лицу невинное выражение.  — Прошу прощения, я не знала, что я не… — слова сорвались с языка, когда она встретилась с изумлёнными зелёными глазами. — Долгопупс?  Он сложил руки на груди, шагнув к ней.  — Тебе придётся вернуться наверх, Паркинсон.  — Что ты здесь делаешь? — спросила она, не сумев придать словам должную насмешливость. Она не видела Невилла Долгопупса вот уже десять лет, и хоть она всё ещё и узнавала его в мгновение ока, он был совсем не таким, как в школьных воспоминаниях.  Он потоптался на месте, постукивая подошвой ботинка по каменному полу.  — Что ты имеешь в виду? Это мой виноградник. Именно поэтому Гермиона и Драко устроили вечеринку здесь.  — Твой?  Он прищурился.  — Дела я не веду, только ухаживаю за фруктами и делаю вино.  Пэнси не могла удержаться от того, чтобы не взглянуть на него и не поджать губы. Переведя взгляд на его подкаченные руки, она проговорила:  — Полагаю, тебе всегда нравились растения.  — Ну да, — он провёл рукой по шее, и его лицо согрела еле заметная ухмылка. — Вот где меня выручило мастерство в Травологии — я эксперт по винограду.  Даже без трёх бокалов вина, выпитых за ужином, разницы между Долгопупсом, каким Пэнси помнила его по Хогвартсу, и человеком, стоящим перед ней, было достаточно для возникновения головокружения.  — Справедливости ради… — её губы скривились в улыбке. — Вино превосходное. Должно было, виноград волшебен.  Он усмехнулся, встретившись с ней взглядом.  — Высокая похвала. Рад, что ты так думаешь, но тебе все равно нельзя быть здесь, Паркинсон.  Пэнси провела языком по губам и проследила за его движением.  — Торговые секреты и всё такое, — прошептала она.  — Что-то в этом роде.  Поймав его глаза, Пэнси опустила подбородок и ощутила, насколько взгляд может быть обжигающим. Вино, выпитое ранее, согрело вены, ослабило сдержанность, подстегнуло желания.  — Жаль, — промурлыкала она, продолжая поддерживать зрительный контакт, — потому что возвращаться я не спешу.  Долгопупс рассмеялся и медленно покачал головой.  — Ты заигрываешь со мной, Паркинсон?  Что-то в его лёгком выражении лица вызвало улыбку на её губах, и она легкомысленно пожала плечами.  — Всё может быть.  От него исходил богатый, землистый запах вина и свежей грязи, и этот аромат странно успокаивал, когда он приложил руку к стене возле её лица.  — Интересно, — сказал он с хрипотцой.  Пэнси подняла брови, наблюдая за его пристальным взглядом. И она, бросив осторожность на ветер, схватилась пальцами за ткань его воротника, притянув к себе.  Их поцелуй был крепким и напористым, когда его губы столкнулись с её, руки обвились вокруг её бедер, и Невилл прижал её к стене; сердце Пэнси подпрыгнуло до горла, и она запустила ладони в его локоны. Грудью он прижался к её груди, и она с трудом вдохнула, лаская его язык своим.  Слишком скоро Долгопупс отпрянул от неё, тяжело дыша, и долго смотрел.  — Я работаю.  Она кивнула, зажав нижнюю губу зубами.  — Когда заканчиваешь? Его взгляд метнулся к часам.  — Ещё час.  — Я подожду, — Пэнси пожала плечами и удивилась, когда он разразился смехом.  — Это какой-то фокус, да? — спросил Долгопупс, с насмешкой оглядывая тусклый подвал. — Ты же не собираешься взаправду трахаться у стены.  Его забава обезоруживала, и Пэнси наморщила носик.  — Наверное, нет, — против своей воли девушка хихикнула, обдумывая сказанное. — Не могу считать, что сегодня я прям разборчива.  — Я не собираюсь воспринимать это как оскорбление, — ухмылка заиграла на его губах, когда он уставился на Паркинсон. — Ты сильно отличаешься от моих представлений. Пэнси не знала, стоит ли признаваться Невиллу в том, что и он сам не только отличался, но и был гораздо привлекательнее, чем в её воспоминаниях. Она искала его взгляд, находя в нём некий комфорт, которого никогда не ожидала. Сильный, тёплый и надёжный.  Подобных черт в мужчинах она часто избегала — не то чтобы это было прям чем-то хорошим, но она не могла понять, почему у неё затрепетало в животе.  — Не стоит, — вздохнула она, и слова запоздало сорвались с губ. — Ты тоже не такой, каким я тебя помню.  — Послушай, Паркинсон, — сказал он, наклонив голову и проведя подушечками пальцев по её руке. — У меня встречное предложение.  Она распахнула глаза, не понимая, к чему именно он клонит. От этой встречи винный шум начал улетучиваться из головы, и она нахмурила брови, чтобы прикрыть внезапный прилив неуверенности.  — Что предлагаешь? — спросила она в попытке изобразить легкомысленное презрение.  Долгопупс лишь улыбнулся, потирая пальцами щетину.  — Всю неделю мне хочется мороженого.  — Мороженого, — повторила Пэнси, с трудом сглотнув. — Это какой-то пароль или…  Он звонко рассмеялся, и его лицо озарилось весельем.  — Это пароль для мороженого. Пэнси только уставилась на него.  — Это значит, что после работы я пойду к Фортескью за шариком его знаменитого шоколадного арахисового масла, — Долгопупс заколебался, высунув язык, дабы смочить губы. — И ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь, — Паркинсон резко вдохнула, когда слова, наконец, встали на свои места, и сложила руки на груди.  — А что, если мне не захочется мороженого? Невилл закатил глаза.  — Тогда тебе не нужно есть мороженое. Ничего сложного.  Она на мгновение задумалась, всё ещё разглядывая его, её губы всё ещё покалывало от тепла поцелуев. Пэнси подумала, не отстранился ли он из-за ощущения вкуса вина на её губах, и не знала, как к этому отнестись.  — Приглашаешь на свидание?  Конечно, Паркинсон не заслуживала столь добропорядочного человека, как Невилл Долгопупс. Губы его дрогнули.  — Да.  Но блеск в его глазах разжёг её любопытство, и она вдруг поняла, что ей интересно узнать о нём.  Странный поворот событий этого вечера заставил Пэнси насторожиться, но она не могла отвести взгляд, когда выдохнула:  — Хорошо.  — Хорошо, — отозвался Долгопупс, резко кивнув. На лице его расплылась кривая ухмылка. — Увидимся через час, и тебе всё равно нельзя здесь находиться.  С губ Пэнси сорвался яркий смешок, удививший её саму.  — Можно подумать, у тебя тут секреты, Долгопупс.  Его брови лишь высоко поднялись на лоб.  — Возможно, однажды ты узнаешь.  Несмотря на собственную готовность, по позвоночнику всё равно пробежала волна предвкушения при мысли о том, что у них может быть что-то общее, помимо простого шарика мороженого. И, возможно… ей захочется, чтобы он был рядом.  Может быть, Драко что-то задумал, когда решил добиваться гриффиндорку.   — Буду держать тебя в курсе, — вздохнула она и поцеловала его в щёку, прежде чем выйти из подвала и слегка ускориться. Она поймала взгляд Невилла через плечо, когда оглянулась.  Поднявшись на главный этаж и опустившись на своё место, Паркинсон встретила обеспокоенный взгляд Драко.  — Всё в порядке, Пэнс? — спросил он, понизив голос.  На её губах заиграла улыбка, но она сдержалась и только кивнула.  — Всё в порядке, спасибо. Только нужно было подышать свежим воздухом. Малфой окинул её странным взглядом и вернулся к разговору с невестой.  В другой конце комнаты она заметила разговаривающего с кем-то Долгопупса, и его взгляд вдруг метнулся к ней. Пэнси прикусила губу, чтобы скрыть улыбку, когда парень ей подмигнул. В животе снова затрепетало что-то непонятное, и она прошептала:  — Всё в порядке.