Этот мир внутри стен…

Закончив свою работу, Леви откинулся на спинку стула, чувствуя, как усталость пробирает его до костей. Ночь подкрадывалась незаметно, и он потерял счет времени, работая с бумагами. Он обдумывал варианты. Должен ли он вернуться в спальню, где его ждала Алиса в бессознательном состоянии? Или ему следует остаться здесь, в комфорте своего кабинета, и спать на неудобном стуле? Его размышления были прерваны, когда кто-то постучал в дверь кабинета. Он выпрямился в кресле, удивленный и сбитый с толку неожиданным посетителем в столь поздний час. — Войдите. — Сказал он хриплым голосом, гадая, кто бы это мог быть. Дверь отворилась, и из нее показалась Марго. — Здравствуйте, капитан Леви… Он сразу узнал Марго, вспомнив инцидент, который привел к нынешней ситуации с Алисой. Последние два дня она бесстыдно флиртовала с ним, а он изо всех сил старался не обращать внимания на ее ухаживания. Он почувствовал укол раздражения, когда посмотрел на нее, вспомнив, как она пыталась соблазнить его и как это привело к ссоре с Алисой. Марго встала возле двери, ожидая ответа Леви. Он поерзал на стуле, выражение его лица было неприветливым. — Чего ты хочешь, Марго? — Грубовато спросил он, не потрудившись скрыть свое раздражение. — Я… Хотела извиниться за тот случай… Когда… Поцеловала вас… — Марго опустила голову, стараясь выглядеть виноватой. Леви не мог удержаться от насмешки над ее попыткой извиниться. По его мнению, для этого было уже слишком поздно. — Да, тебе, наверное, следует извиниться за это. Это не принесло мне ничего, кроме неприятностей, — коротко ответил он, в его голосе все еще слышалось раздражение. — Просто… просто вы мой кумир, капитан… Я давно наслышана о вас и могу сказать, что восхищена вами… — Её голос дрожал, она подняла голову, чтобы посмотреть на него. В её глазах сквозило сожаление. Леви закатил глаза, не впечатленный ее лестью. Он уже слышал все это раньше и был не в настроении слушать снова. — Прекрати нести чушь. Ты просто пыталась привлечь внимание, чтобы получить то, что хотела. — Сказал он с издевкой, скрестив руки на груди. Он был уставшим и расстроенным, а ее попытки извиниться и польстить только усиливали его раздражение. — Нет! Это… не так… Я правда восхищаюсь вами… — Голос Марго прорезался, она сделала шаг вперед, настойчиво пытаясь донести свои слова до него. Леви изучал ее, когда она сделала шаг вперед, ее слова и выражение лица свидетельствовали о серьезности ее намерений. Но он все еще был настроен скептически, зная, что солдаты часто используют лесть как способ добиться успеха или избежать наказания. — Ты знаешь меня всего два дня, и ты уже настолько влюблена? Кажется, это уже чересчур. — Насмешливо произнес он, но выражение его лица по-прежнему было равнодушным. — Я слышала о вас еще до вступления в разведкорпус… О вас ходит много слухов. Какой вы величественный и отважный капитан. Поэтому я решила стать кадетом. Чтобы, как и вы, стать разведчиком! Вы вдохновили меня! — В голосе Марго слышалось отчаяние, а её глаза наполнились слезами. Леви был ошеломлен ее признанием, удивленный тем, что он действительно вдохновил ее. Часть раздражения исчезла с его лица, когда он осмыслил ее слова. Он помолчал, прежде чем ответить, теперь его тон был немного мягче. — Так ты присоединилась к разведывательному корпусу из-за меня? Это чертовски глупо, ты же знаешь. — Почему? — Марго заговорила тише, её пальцы нервно теребили друг друга. Леви скептически посмотрел на нее, приподняв бровь. — Ты вступила в Разведывательный корпус из-за меня, потому что слышала истории и считала меня кем-то вроде героя. Но позволь мне сказать тебе, что эта работа — сущий ад. Ты столкнешься со смертью, отчаянием и нескончаемой опасностью. Ты уверена, что готова к этому? Потому что, как только ты зарегистрируешься, отступать будет некуда. — Я… я не знаю… — Марго опустила голову вниз, обдумывая его слова. Леви заметил неуверенность на ее лице и продолжил, желая убедиться, что она понимает, во что ввязывается. — Эта работа тяжелая, и она сказывается на тебе. Если ты присоединяешься только из-за какого-то образа меня, который ты создала в своей голове, то тебя ждет неприятное пробуждение. Здесь не место для поклонения героям или ложным идеалам. — Я понимаю… — Голос Марго стал еще тише и неувереннее. Леви заметил, как на ее лице отразились сомнение и разочарование, и в глубине души почувствовал жалость к ней. — Послушай, я просто пытаюсь быть честным с тобой. Эта работа не связана со славой или геройством. Это о жертвах, боли и ежедневном столкновении с собственной смертностью. Я не хочу, чтобы ты присоединялась, потому что думаешь, что я какая-то легенда. Это реальная жизнь, и она чертовски трудна. — Извините, что причинила вам столько хлопот… Ваша… девушка… — Марго произнесла последнюю фразу раздражённо. — …Не возникло проблем с ней после моих действий? Леви замолчал, услышав ее вопрос об Алисе, и выражение его лица потемнело. Воспоминания о ссоре, которая у них произошла из-за нее, все еще были свежи в его памяти. — О, ты создала массу проблем, да. Благодаря тебе мне пришлось разбираться с целой кучей дерьма. — Сказал он с оттенком раздражения. — Мне очень жаль… — Марго смотрела в пол, её уголки рта опустились вниз. Леви наблюдал за ее извинениями, видя раскаяние, написанное на ее лице. Но его раздражение все еще оставалось, и тон оставался грубым. — Да, ну, извинения могут исправить очень многое, ты же знаешь. — Саркастично ответил он. — Ты вызвала много ненужных драм и неприятностей. — Я могу как-то исправить свою вину? — Марго подняла голову и посмотрела на Леви, она нервно перебирала пальцы на руках. Леви на мгновение задумался над ее вопросом, пытаясь придумать, что она могла бы сделать, чтобы загладить причиненные ею неприятности. — Я не знаю, можешь ли ты исправить тот ущерб, который ты уже нанесла? Можешь ли ты отменить спор, который у меня был с моей девушкой? Ты можешь снять напряжение и неловкость, которые ты привнесла в казарму? — Ответил он с оттенком сарказма, скрестив руки на груди. Марго замолчала и опустила взгляд в пол. Леви заметил, что она погрузилась в свои мысли, уставившись в пол. Он раздраженно вздохнул и в отчаянии ущипнул себя за переносицу. — Понимаешь, что я имею в виду? Извинениями и словами этого не исправишь. Это не какая-то простая ошибка, которую можно исправить быстрым «прости». Своими действиями ты разворошила осиное гнездо. — Ну, может, хоть как-то смогу исправить ситуацию… — Марго говорила очень тихо, казалось, она вот-вот расплачется. Леви увидел уязвимость и беспомощность в ее глазах и слегка смягчил тон. Он не хотел быть слишком резким, но ему нужно было, чтобы она осознала всю тяжесть своих действий. — Хорошо, вот что я тебе скажу. Я дам тебе шанс все исправить, но для этого потребуется нечто большее, чем просто извинения. Тебе нужно приложить искренние усилия, чтобы исправить беспорядок, который ты создала. — И что мне нужно сделать? — Марго резко подняла голову, в её глазах читалась надежда. Леви откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Он немного помолчал, прежде чем дать ей указания. — Первое, что ты можешь сделать, это держаться подальше от меня и моей девушки. Больше никакого флирта, никаких попыток привлечь мое внимание. Ты должна уважать границы и взаимоотношения внутри Корпуса, иначе ты только доставишь еще больше неприятностей. — Я поняла… — Марго разочарованно отвела взгляд в сторону. Леви заметил ее разочарование и не проявил особого сочувствия. — Ты не можешь ожидать, что все вернется на круги своя только потому, что ты извинилась и согласилась избегать меня. То, что ты сделала, было серьезным, и последствия, скорее всего, будут ощущаться еще некоторое время. Ты не можешь просто стереть напряжение и драму щелчком пальцев. — Могу я сделать что-то еще? — Марго продолжала грустно смотреть в сторону. Леви на мгновение задумался, пытаясь придумать, что еще она могла бы сделать, чтобы исправить ситуацию. — Хорошо, вот что ты можешь сделать. Ты можешь начать с того, что будешь помогать и приносить пользу в казармах. Предложи выполнять дополнительные задания, убирать после тренировки или даже помогать на кухне. Покажи, что ты серьезно относишься к своей роли солдата и пытаешься загладить вину за свои действия. — Я вас услышала, капитан. — Она повернула голову к нему, посмотрев на него с серьезным выражением лица. Леви изучал выражение ее лица, видя решимость в ее глазах. Он слегка кивнул, признавая ее согласие с его инструкциями. — Хорошо. И помни, действия говорят громче слов. Простое выполнение того, что я сказал, не исправит ситуацию мгновенно, но это только начало. Тебе нужно показать, что ты искренна и готова исправить свои ошибки. — Поняла. Я могу идти? — Марго попыталась отдать честь, но у нее это получилось неправильно. Леви наблюдал за ее попыткой отдать честь, заметив неуклюжесть в ее движениях. Он не смог удержаться от тихого смешка, хотя и попытался это скрыть. — Расслабься. Нет необходимости отдавать честь, когда ты уже свободна. — Сказал он, пренебрежительно махнув рукой в ее сторону. Когда она вышла из кабинета, дверь за ней закрылась с тихим стуком. Леви откинулся на спинку стула, вздохнул и потер виски. Он не мог не испытывать к ней смесь раздражения и жалости. Она была молода и наивна, и, возможно, отчасти он был виноват в том, что не пресек ее ухаживания раньше. Но ее действия вызвали ненужные неприятности и добавили стресса в его и без того сложную жизнь. Леви еще больше откинулся на спинку стула, чувствуя, что усталость начинает сказываться на нем по-настоящему. Он взглянул на часы и заметил, что было уже раннее утро. Ночь пролетела незаметно, и он провел ее, разбираясь с выходками Марго, вместо того чтобы немного отдохнуть. Он еще раз вздохнул и поднялся со стула. Медленными, усталыми шагами он направился в спальню. Леви толкнул дверь спальни и вошел в тускло освещенную комнату. Его взгляд сразу же упал на кровать, где все еще лежала Алиса без сознания. Вид ее бесчувственного тела вызвал у него чувство вины, и он молча проклял себя за то, что не сумел лучше справиться с ситуацией. Он вздохнул, подошел к кровати и осторожно присел на край. Он оперся локтями о колени и опустил голову на руки, чувствуя себя совершенно измученным. Леви смотрел на нее, спящую, и в его голове роились мысли и неуверенность. Как отреагирует Алиса, когда проснется? Разозлится ли она? Может будет разочарована? Или запустит в него чем-нибудь за то, что он такой идиот? Он снова вздохнул, разочарование и чувство вины грызли его изнутри. Он не знал, что делать дальше, как исправить беспорядок, который он непреднамеренно устроил. Ему нужно было поговорить с ней, все объяснить, но он понятия не имел, с чего начать и как она отреагирует. Леви встал с кровати и подошел к стулу у окна, устало вздохнув, сел. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, в его голове все еще роились мысли и тревоги. Он выглянул в окно, где на горизонте только начинали появляться слабые лучи рассвета. День обещал быть долгим и напряженным, и он был совсем не готов к этому. Леви откинул голову назад и закрыл глаза, изо всех сил стараясь расслабиться и отогнать назойливые мысли. Ему отчаянно нужен был отдых, пусть даже совсем небольшой. Но, как бы он ни старался, сон не приходил. Его разум продолжал прокручивать события прошедшего дня, от ухаживаний Марго до гневных слов Алисы. Он просто не мог отключиться от своих мыслей, и стресс не давал ему уснуть. Шли часы, и солнце поднялось выше в небе, его свет проникал в комнату через окно. Несмотря на все его предыдущие попытки уснуть, Леви удалось задремать лишь на несколько коротких мгновений. Его веки отяжелели и налились кровью из-за отсутствия полноценного отдыха. Он устало потер лицо и взглянул на кровать. Леви смотрел, как она спит, как медленно поднимается и опускается ее грудь. Она выглядела умиротворенной, не встревоженной событиями предыдущего дня. Воспоминание о том, как он лишил ее сознания, вызвало у него чувство вины, но он подавил его. Он знал, что ему нужно разбудить ее. Им нужно было поговорить, чтобы снять напряжение и фрустрацию между ними. Но он боялся этого разговора, зная, что он, вероятно, будет трудным и эмоциональным. Его внимание внезапно отвлеклось от Алисы, когда он услышал странный стонущий звук, доносящийся со стороны гардероба. Он нахмурился, встал с кресла и осторожно приблизился к источнику шума. Что-то было не так, и инстинкты подсказывали ему быть начеку. Леви подошел к платяному шкафу, осторожно осматривая его. Странный стонущий звук продолжал доноситься изнутри шкафа, становясь все громче и пугающе настойчивее. Он схватился за ручку дверцы шкафа, готовясь к тому, что могло находиться внутри. Сделав глубокий вдох, он распахнул дверь. Леви был ошеломлен видом маленькой девочки, забившейся в шкаф, по лицу которой текли слезы. Он узнал её, когда несколько недель назад столкнулся с ней в комнате, которую Эрен случайно поджёг. Растерянность и беспокойство охватили его, когда он увидел, как она плачет, как ее крошечное тельце сотрясается от рыданий. Что она здесь делала? Как она попала в его комнату? И почему она плакала? На него нахлынули воспоминания о том, как он окликнул ее во время пожара и наблюдал, как она растворилась в воздухе. Он списал это на плод своего воображения или игру дыма и пламени. Но, видя ее сейчас, сидя в своей спальне и бесконтрольно зарыдав, он не мог отрицать, что что-то было… необычное в ней. — Папа! Папа! Не надо! — Девочка издала крик, эхом раздающийся по всей комнате. От звука ее голоса, зовущего отца, у него по спине пробежали мурашки. Звук эхом разнесся по комнате, создавая ощущение, что в комнате есть призраки или другие злонамеренные существа. Леви опустился на колени на пол, не сводя глаз с девочки. Ее глаза были расширены от ужаса, а маленькое тельце дрожало от страха. Что-то здесь было не так, и ему нужно было выяснить, что происходит. Он наклонился вперед, его голос был нежным, когда он заговорил с девочкой. — Эй, эй. Все нормально. Я не причиню тебе вреда. — Он протянул к ней руку, пытаясь успокоить ее страх и приблизиться к ней. Когда девочка заметила его, она снова растворилась в воздухе. Леви с недоверием наблюдал, как она исчезает, превращаясь в облачко дыма. Внезапное исчезновение застало его врасплох, и он в шоке присел на корточки. Что происходит с этой девочкой? Почему она то появлялась, то исчезала, как какой-то призрак? Он привык иметь дело с титанами, а не со сверхъестественными явлениями. Леви обратил свое внимание на кровать, когда девушка болезненно промычала, увидев, что Алиса зашевелилась. Он наблюдал, как она потирает голову, все еще сонная. Воспоминание о том, как он вырубил ее прошлым днем, вызвало у него чувство вины, но он пока отбросил его. — Алиса… Ты проснулась. — Сказал он, вставая и подходя к кровати. Алиса сонно осмотрела комнату, не понимая, что происходит. Леви присел на край кровати, наблюдая, как она медленно приходит в себя. Она все еще выглядела усталой и дезориентированной после событий прошлого дня, и он подумал, не болит ли у нее голова после того, как она потеряла сознание. — Как ты себя чувствуешь? — Спросил он, и в его голосе послышались нотки беспокойства и вины. — Что ты со мной сделал? Почему я тут? — Алиса провела рукой по голове, её лицо было измождённым. Леви посмотрел на нее, видя замешательство и раздражение на ее лице. Он мог сказать, что она все еще расстроена из-за него, и не винил ее. Чувство вины тяжело давило на него, когда он отвечал на ее вопрос. — Я… Прости меня, Алиса. Мне пришлось вырубить тебя прошлым днем. Ты была в истерике и не хотела меня слушать. У меня не было выбора. — А, вот так ты решаешь свои проблемы. Вырубаешь людей. — Голос Алисы был тихим, головная боль мешала ей по-настоящему разозлиться. Леви вздрогнул от ее слов, услышав разочарование и осуждение в ее голосе. Он знал, что она права, что он плохо справился с ситуацией. Он глубоко вздохнул и в отчаянии провел рукой по волосам. Он знал, что все испортил и только ухудшил отношения между ними. — Я знаю, что облажался. Но я не знал, что еще делать. Ты была неуправляема, и я не мог достучаться до тебя другим способом. — На что ты надеешься после всего, что сделал? — Алиса посмотрела в его глаза с серьезным выражением лица. Леви встретился с ней взглядом и увидел в ее глазах серьезность и разочарование. Он знал, что сильно облажался, и что ему придется приложить усилия, чтобы заслужить ее прощение. Он слегка пожал плечами, чувствуя себя уязвимым под ее взглядом. Он хотел извиниться, чтобы все уладить между ними, но слова застряли у него в горле. — Я не знаю… Я просто надеялся, что ты поймешь, почему я сделал то, что сделал. Я не хотел причинять тебе боль, но я не мог позволить тебе продолжать в том же духе. Леви услышал, как у нее громко заурчало в животе, и его охватило чувство вины. Он обещал накормить ее после того, как вырубил накануне, но из-за всего, что произошло, совершенно забыл. — Черт возьми, — подумал он про себя, понимая, что снова облажался. Он повернулся к Алисе, на его лице было написано чувство вины. — Мне жаль. Я совсем забыл принести тебе поесть. Твой желудок, должно быть, сейчас сводит тебя с ума. Леви взглянул на часы, понимая, что уже почти подошло время его утренней тренировки с новобранцами. Он тихо выругался, понимая, что уже опаздывает. — Черт, мне пора идти. У меня скоро тренировка с новобранцами. Я не могу опоздать… Леви встал с кровати и посмотрел на Алису, чувствуя, что разрывается на части. Он хотел убедиться, что она что-нибудь съела, но он также знал, что не может просто оставить ее одну после того, что он сделал. Он принял решение и повернулся к ней. — Пойдем, я помогу тебе спуститься в столовую. Я принесу тебе что-нибудь поесть, прежде чем отправлюсь на тренировку. Алиса продолжала на него сердито смотреть, но отказываться не стала. Всё-таки голод брал своё. Леви был рад, что она не отказалась, несмотря на ее очевидный гнев по отношению к нему. Он осторожно помог ей подняться с кровати, поддерживая, пока она стояла, и повел к двери. — Только не торопись, хорошо? Возможно, у тебя все еще немного кружится голова после того, как ты потеряла сознание прошлой ночью. Они прошли по коридорам и в конце концов оказались в обеденном зале. Он принес еду к столу, за которым она сидела, и поставил перед ней. — Вот, не забудь что-нибудь съесть. Тебе нужно набраться сил. Алиса просто кивнула ему, даже не удосужившись посмотреть в его сторону, и принялась есть. Леви наблюдал, как она приступила к еде, выражение ее лица оставалось сердитым и отстраненным. Наблюдая за ней, он почувствовал укол сожаления и вины, понимая, что сам виноват в напряжении, возникшем между ними. Он хотел что-то сказать, попытаться объяснить свои действия, но понимал, что сейчас неподходящее время. Она была слишком зла сейчас, и лучшее, что он мог сделать, — это дать ей побыть одной. Он глубоко вздохнул и взглянул на настенные часы, понимая, что опаздывает на тренировку.