Один день из жизни Гермионы Грейнджер

      День Гермионы Грейнджер не задался с самого утра. Первой неприятностью стала позднее пробуждение, из-за которого Гермиона пропустила завтрак. Если бы зельеварение не стояло первым уроком, ей бы точно пришлось остаться голодной до обеда, а так после урока можно зайти на кухню.       Второй неприятностью оказались спутанные настолько волосы, что казалось, будто канарейки свили гнезда в них. К счастью, и эта проблема оказалась легко решаемой. Простое заклинание для расчесывания волос — и готово! Грейнджер гордилась, что выучила его еще на четвертом курсе и с тех пор с легкостью укладывала непослушные кудри.       Когда девушка наконец была собрана и уже собиралась выходить из спальни, возникла третья неприятность. Юбка, зацепившись за тумбу, порвалась. — О, Мерлин.. — Гермиона закатила глаза и взмахом палочки вернула юбке ее первоначальный вид, — Надеюсь, больше никаких казусов?       Взглянув в зеркало, лучшая ведьма столетия наконец вышла из спальни и направилась на урок. Маленькие вышитые ромашки на вороте ее рубашки излучали тепло, словно солнышки.

***

      Гермиона Грейнджер засыпала на уроке. Кому расскажешь — не поверит. Профессор Слизнорт что-то монотонно бубнил про свойства зелья, которое студенты будут варить на следующем уроке. Студенты Гриффиндора перекидывались бумажками и даже не замечали, как Гермиона, положив голову на ладонь, дремала. — Эй, Гермиона... — Гарри ткнул подругу пальцем в руку несколько раз, прежде чем она разлепила глаза. — Ммм? — Это тебе, кажется, — парень указал на сверток, лежащий перед Гермионой, и записку на нем. — А, спасибо, Гарри.       Игнорируя настороженный взгляд друга, девушка развернула записку. Кончиками пальцев почувствовав ставшую родной магию, она улыбнулась. Рисунок ромашки, явно сделанный наспех, и короткая подпись под ним: "Тебя не было на завтраке, покушай". И маленькая ромашка, которую Грейнджер положила себе на ухо.       Сверток и записка отправились в сумку, а Гермиона в очередной раз убедилась в своем выборе партнера.

***

      Когда на Защите от Темных Искусств Гермиону задело режущим заклинанием, она лишь приложила платок с ромашкой в уголке к щеке и пошла в больничное крыло. Конечно, такой умной ведьме, как она, ничего не стоило свести рану заклинанием, но тогда на лице остался бы шрам, чего девушка не хотела. Лучше доверить всё профессионалам.       Время близилось к обеду. Грейнджер неторопливо шла к медпункту, погрузившись в свои мысли. К счастью, по пути она никого не встретила, иначе врезалась бы в кого-то. Лишь компания семикурсников Слизерина во главе с Малфоем стояла в коридоре, явно не торопясь на занятия. Быстро взглянув на гриффиндорку, слизеринцы отвернулись и продолжили разговор.       Уже у дверей больничного крыла Гермиона наконец вынырнула из своих мыслей. Стерев с лица довольную улыбку от воспоминаний, она вошла. Мадам Помфри быстро залечила ее рану и, сказав отдыхать до конца урока, ушла в свой кабинет. Грейнджер села на кушетку и вновь погрузилась в мысли о прошлых выходных. Ковер у камина, горячий чай по семейному рецепту, теплые объятья... Прошло всего несколько дней, а она уже скучала по этой атмосфере. Остро чувствовалась нехватка объятий с родным человеком и общения с ним. Когда он обнимал её со спины и клал подбородок на её макушку, а потом шутил над вишневым запахом волос девушки... Из мыслей Гермиону вывел звон колокола, оповещающий о начале урока. Забрав лежащую сумку, она наконец поспешила на обед.

***

      С удовольствием поедая суп и слушая рассказ Джинни о новых изобретениях близнецов Уизли, Гермиона даже не сразу поняла, что что-то не так. Сова, пролетев над головами девушек, сбросила букет ромашек прямо рядом с тарелкой Грейнджер, и тут же улетела. Многие студенты со всех факультетов уставились сначала на сову, ведь обычно почту доставляют утром, а потом на Гермиону. На лице девушки непроизвольно появилась улыбка, она быстро спрятала букет под стол, себе на колени, и продолжила есть, игнорируя все взгляды. Джинни лишь хитро улыбнулась и продолжила свой рассказ.       Тем временем за столом Слизерина Драко Малфой, пряча за маской высокомерия радость от улыбки любимой девушки, продолжал слушать рассказ кого-то из одногруппников.

***

      Мягкие домашние штаны и вязаный свитер смотрелись на Драко так по-домашнему уютно, что Гермиона забыла, зачем пришла в комнату. Парень обернулся и, улыбнувшись, подошел к девушке и положил руки ей на плечи. Гермиона улыбнулась в ответ и положила голову на руку Драко. Последние несколько дней она практически жила мыслями об этом моменте. — Пойдем? — Драко подал девушке свободную руку, — Родители ждут.       Гермиона кивнула и, переплетя пальцы, они вышли из комнаты.       Пока Нарцисса накладывала детям в тарелку тушеные овощи, Люциус обсуждал с Гермионой последние новости. Драко иногда шутил, что его родители любят Грейнджер больше, чем его, на что Малфои лишь посмеивались.       Живоглот тихо сопел на коленях Драко и недовольно поднял голову, когда смех Люциуса разбудил его. Покрасневшие уши младшего Малфоя выдавали его смущение от детских историй, рассказываемых его мамой. Большой палец Гермионы поглаживал тыльную сторону ладони Драко, и таким же движением Люциус поглаживал Нарциссу. Свечи мягко освещали столовую, музыка тихо играла из магического проигрывателя, а Живоглот вновь спрятал голову в животе Драко.       Гермиона зевнула, и Нарцисса, посмотрев на время, погнала детей спать. Не позволив даже помочь убрать со стола, она просто выдворила детей из столовой, пока Люциус с закатанными рукавами рубашки относил посуду на кухню.       Лежа на груди Драко, который поглаживал ее волосы, Гермиона чувствовала себя абсолютно счастливой. Семейное кольцо Малфоев было надето на ее палец, от чего девушка чувствовала приятную тяжесть и тепло. Закрыв глаза, она полностью погрузилась в окутывающий её запах мужского одеколона и уснула с улыбкой на губах.