Американ Бургер

Мадс Миккельсен улыбался. Так тепла и лучезарна была его улыбка, когда он смотрел, как города его некогда великих Соединённых Штатов Дании обращаются в пепел. "Похоже, ход конём не сработал!" - подумал он и посмеялся. Китай не поддался на провокацию и ответил жёстким ударом. Какая жалость! А ведь он почти захватил весь мир. На его столе, помимо гигантских мониторов, лежали множественные журналы. Несмотря на свой приличный возраст, они были совсем как новенькие, свободные от малейшей пыли и загрязнения, будто бы о них каждый день надёжно заботились. "Лучший президент мира", "Самый красивый правитель современной истории", "Богатейший красавец", "Самый мужественный правитель", "Чемпион модельного бизнеса", "Патриот" - многочисленные надписи восхваляли его, президента страны, которая захватила две трети мира. Именно он, став правителем глубинного государства, СОЕДИНЁННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ, сначала стал диктатором, а потом царём Новой Страны, чья столица находилась в Дании, как он всегда и мечтал. Да, многие его противники называли его жестоким тираном, но что было ему с того? Большая часть народа его поддерживала! До самого настоящего рая было рукой подать, но вот он оступился, и вся его Империя рухнула вверх дном. Мадс Миккельсен закурил и по его щеке скатилась блестящая слеза. "Как давно я не плакал?" - подумал он напоследок. *** Много лет спустя. В Бургерленде, в деревне под названием Бургерхейм. Бургер вытер пот со лба и посмотрел на палящее солнце, улыбаясь во все свои 24 зуба, после чего показал ему средний палец, вытащив язык. "Хватит косить от работы, олух!" прокричал своим гнусавым старческим прокуренным голосом его отец, Кока Бургерсонн, бросив ему в спину камень. "Подумай, что бы подумала твоя мать!" Бургер обиженно обернулся, но не стал ничего говорить, вместо этого вернувшись к работе - прополке грядки. "Почему я этим занимаюсь?" подумал он, ударяя по земле мотыгой. "Я ведь цесаревич, а не холоп." В этот момент что-то в его душе сломалось. То ли из-за высокой температуры на улице, то ли из-за жажды, может быть даже виновата плохая пища или погода, но Бургер внезапно встал как вкопанный. "Почему ты снова встал!?" недовольно крикнул отец. "ВОЗЬМИ В РУКИ МОТЫГУ!" Ответа так и не последовало. Красный от злости отец подошёл к сыну, схватив его и развернув в свою сторону, "Мо-ты-гу, сука, взял, быстро! Ты меня слышишь, паразит?" Кока выпучил глаза и вдавил пальцы в нежную юношескую плоть. Сын, наконец, поднял голову и то, что увидел отец, повергло его в шок. Глаза сына были полностью пусты. Вместо привычного "Сэр, да, сэр" от сына он получил только могильный холод. Отец отшатнулся. "Я устал, отец. Прошу, скажи мне..." Бургер опустился на колени и поднял руки к небу, по его щекам полились слезы. "Зачем?" Кока отвернулся, его лицо почернело. Он мне мог ответить сыну. Не сейчас. Сын был ещё не готов. Молчание отца было красноречивее всяких слов. Бургер встал. "Я не могу поддержать тебя, не зная, зачем мы это делаем. В нашем доме всегда было полно еды, и всё же, ты хочешь, чтобы мы работали, не продыхая, каждый день в году. Ради чего? В знойный холод, в палящую жару, под дождём и мерзким, странно пахнущим туманом. Каждый, сука, день" цедил Бургер сквозь зубы. "Я устал, отец." Бургер вздохнул. "Хочешь работать? Работай. А я пойду в город. И не вздумай больше упоминать маму. Она была бы не рада," Бургер повернулся, чтобы уйти. "Сын!.." отец выдохнул, протянув руки в его сторону, но тут же его глаза стыдливо поникли. Бургер на секунду остановился, но так и не услышав продолжения, ушёл. *** "Снова истерика?" хмыкнул бармен по имени Трейн Стейшон, поворачиваясь к гигантской бочке позади стойки. "Тебе как всегда, самый крепкий хмель?" "Прошу, дядя Трейн," продавил Бургер, садясь за стойку. "Мне правда плохо, понимаешь? Я уже ничего не понимаю, а он не говорит. Тебе он не рассказывал?" "Не рассказывал. Но знаешь что? Мне кажется, тебе нужно верить в него. Думаешь, он стал бы тебе врать или скрывать от тебя что-либо, если бы хотел? Что-то его сдерживает. Но я тебя уверяю, он заботится о тебе! Верь в него! Вот, прошу" Трейн поставил перед ним большую деревянную кружку. Бургер схватился за кружку и выпил содержимое залпом. "Вижу, всё действительно плохо, да?" Трейн снова хмыкнул. "Я такое каждый день вижу, сынок. Хватит выдумывать себе проблемы." "Ничего ты не понимаешь, старик. Я живу будто бы в тюрьме. Каждый божий день как в клетке. Я хочу убежать. Далеко-далеко. Да хоть в какую-нибудь деревню на краю мира." "Не беспокойся. Я был таким же в твоё время. Но смотри, остался здесь, пиво всем наливаю, сытый и довольный. Оставь всё это. Все эти мечты. Знаешь что? Сходи на праздник Абсолютного Тик-Токера с моей дочкой! Развейся!" Трейн тепло улыбнулся. "Фанта! Дуй судя! Тут Кокакольщик тебя ждёт, на праздник хочет!" прокричал он на всю таверну. Тут же послышался балаган где-то сверху. Уже через несколько минут вниз спустилась наряженная юная девушка. "Ой, а я думал ты хочешь меня обмануть, чтобы снова заставить за тебя работать, папа!" глаза девушки загорелись, когда он увидела Бургера. "Ой, а это правда? Ну не знаю, хочу ли я с тобой пойти..." Бургер улыбнулся. Кажется, стоило ему посмотреть на неё, и он на секунду забыл о том, зачем сюда пришёл. "Да," кивнул он, скосив голову набок, его лицо залилось краской. "Ладно, давай, я не против!" девушка заулыбалась. "А можно, с нами пойдёт моя подруга? Полис, ты её знаешь." "Без разницы," покачал головой юноша. "Её парень Ксерокс тоже пойдёт?" "Думаю да," девушка серьёзно задумалась. "Он ведь за ней следует как хвостик, хи-хи." "Хорошо, это хорошо," мрачно сказал парень и начал грызть ноготь большого пальца, смотря куда-то вдаль. Через несколько секунд он встал. "Пошли." *** С отчего-то серым и мрачным лицом Бургер подошёл к Ксероксу, пока их подружки обнимались и обсуждали между собой что-то женское. "Есть одна темка," прошептал он заговорчески Ксероксу, но не успел он продолжить, как Ксерокс схватил его. "Нет, братан, это у меня есть одна темка," глаза Ксерокса прямо таки горели. Он сильно наклонился, чтобы не смотреть в глаза лучшему другу с высоты птичьего полета и лихорадочно объяснял. "Короче, тебе нужно увести из-под носа у своего отца его золотую карточку, сможешь?" "Зачем?" непонимающе уставился на него Бургер. "Твой отец всегда заходит в какую-то дверь в Храме Абсолютного Тик-Токера каждый год во время праздника, так?" Ксерокс наклонился ещё больше и касался лба Бургера. "Так..?" Кокакольщик подтвердил и вопросительно вскинул правую бровь. "Мы с пацанами поспорили, что там, но без помощи жреца нам за железную дверь, одержимую демоном, не пройти. Без жреца, понимаешь? Без жреца или..." "...Его сына" продолжил Бургер. "Я понял. Но у меня есть условие." "Я слушаю," Ксерокс жадно уставился на Бургера. "Мне нужно выбраться из деревни," сказал Бургер и нахмурился, глядя прямо в глаза Ксероксу. Ксерокс сглотнул и отпрянул. "Серьёзная просьба," Ксерокс посуровел и выпрямился. Он стал напоминать статую или столб, застыв в позе мыслителя. "Почти невыполнимая. Ты же это понимаешь?" "Ты сказал «почти»?" Бургер удивился. "Если ты и правда этого хочешь, я что-нибудь придумаю. Я хоть усрусь, но вытащу тебя за кордон Налога. По рукам?" Ксерокс протянул руку. Бургер её пожал. "Я-то своё слово сдержу. И от тебя ожидаю того же," Бургер задержал рукопожатие, будто бы не желая отпускать руку друга, пока не услышит от того подтверждение. "Мальчики, ну вы идёте?" послышался голос Фанты. "Порриджи будут выносить бублики, вы слышали? Бежим быстрее к храму, пока всё не разобрали!" Фанта подпрыгивала в нетерпении. Бургер поднял свой взгляд на здание, возвышающееся неподалеку. По размеру оно с легкостью затмевало всю деревню, не говоря уже о красоте и материале, из которого было сделано. Отец всегда говорил, что его построил лично Абсолютный Тик-Токер из своих ногтей, но что-то Бургер в этом сомневался. Никогда эта махина не давала ему покоя. "Идём!" улыбнулся Бургер, и голос его был лёгок, но разве мог он скрыть от лучшего друга тревогу, что скрывалась у него на лице? Пойти против собственного отца - это одно, но восстать против Бога?.. В деревне всегда было два простых правила: не выходить за пределы деревни (за этим следил капитан дворцовой стражи Налог) и не входить в железную дверь, одержимую демоном, расположенную в храме Абсолютного Тик-Токера (за этим лично следил Кока Бургерсонн, Священный Царь Бургерленда).