Две тысячи ножевых

"Ты мне целовала спину, туда же и наносила две тысячи ножевых, а мне чудилась даже в них нежность, я никогда так не любил прежде". Их отношения можно описать так. Хан просто ослеплен любовью. Джисон видел в ужасных поступках Минхо нечто хорошее, но разве периодически нападать на своего парня – это норма? Разве ходить с вечной болью в теле от очередных побоев – это норма? А Джисон считает, что норма. Для него стало норма бояться своего парня, хотя быть так точно не должно. Для него норма после очередной ссоры идти к Хэвон, чтобы та помогла обработать раны на теле парня и попутно слушая очередную лекцию под названием "Почему надо бросить Ли Минхо". – Хан, какой раз он тебя избил уже на этой неделе? Третий? – Бурчит Хэвон, помогая Хану с новыми ссадинами. – Джисон-и, я понимаю, ты его любишь, все дела, но так продолжаться уже не может. Один раз он просто добьёт тебя до смерти и всё. Тебе что ли нравится терпеть такое наплевательское отношение к себе или что? – Не особо, но я правда люблю его, и верю, что он изменится. – Ну-ка скажи, у тебя же это первые отношения? – Да, а что? – Ну тогда всё ясно... – Тихо хмыкнула Хэвон. – Пожалуйста, Хан, сними свои розовые очки и брось его. Мне уже тяжело на такого тебя смотреть, правда. На тебе почти ни одного живого места нет, так не должно быть в нормальных отношениях с нормальными людьми. – Брошу, правда. Как соберусь с силами и обязательно брошу. – Очень надеюсь. На спине всё, где то ещё есть? – Всё, я остальные сам обработаю. Спасибо большое, Хэ. *** С последнего похода к Хэвон прошло около четырёх дней, а по квартире Минхо снова разносятся звуки ударов, хныки и прочие другие звуки. Что произошло? А хер его знает. Только Минхо известно. Пришёл домой без настроения, что то не понравилось, а Джисон уже измученный и в очередной раз избитый лежит на полу в коридоре, пока Минхо просто переступает через него и идёт в свою комнату (о какой любви может идти речь, если даже Хан спит в зале, а Минхо в спальне?). Боль в теле невыносима настолько, что становится тяжело даже дышать – рёбра безумно сильно болят, будто сломали, глаза слиплись от моря пролитых слёз, а горло саднит от вскриков и от того, как Джисон пытался их сдержать. Нет сил ни на что, он просто лежит на полу ещё давно потеряв счёт времени. Сколько он лежит? Час, два, пять? А может уже и день прошёл? Без разницы. Мыслей в голове совсем нет, ни одной. По ощущениям прошло чуть меньше вечности, а на деле, после момента, как Минхо ушёл – два с половиной часа. Хану безумно больно, что в душе, что физически. Он пытается подняться с пола, еле еле встаёт и тихо идёт в ванну, пытаясь привести себя в более менее человеческий вид. Тело всё ещё болит, но Хан терпит. На руках и ногах видит следы крови, синяки и гематомы. – Хорошо постарался, видимо... – Сказал Хан одними губами. Хо он еще не видел, и скорее всего не надо сейчас ему в целом на глаза попадаться. – Стоит идти к Хэвон или нет? Джисон решил не идти, он не хочет вновь слушать лекцию о том, какой Минхо мудачьё и какой Джисон дурак, раз всё ещё с ним. Минхо ещё давно ушёл из дома к своим друзьям и даже не удосужился проверить, жив Хан или нет. Хан берёт телефон в руки, и, проверив сообщения, набирает номер Хэвон. – Привет, Хэвон. – Привет, Сон-и. Ты как? Всё хорошо? – Да, всё нормально, правда снова Минхо побил, но не переживай, я сейчас в норме. – Горе ребёнок... За что на этот раз? Он дома сейчас? – Да чёрт его знает, зайти не успел уже что то не понравилось, а потом я уже лежу на полу считай в крови. Нет, дома его нет. Знаешь, я его сегодня бросить хочу. Я устал от этого всего. – Серьёзно? Неужели, мои молитвы были услышаны. – Смеётся Хэвон. – Ты уже знаешь куда от него съедешь? Если что можешь некоторое время у меня пожить. – Да, думаю, номер сниму. Вещи сейчас соберу и напишу ему, а потом и уеду. – Удачи, Джисон-и, если что звони мне, хорошо? – Хорошо. Пока, Хэ. – И повесил трубку, вставая с дивана и неспеша идя в спальню за вещами. Сборка долго времени не заняла, пару минут и все вещи были сложены в сумки. Внутри всё сжалось от страха, сердце начало биться чуть чаще прежнего, Хан уже было хотел передумать и всё же остаться дальше с Минхо, но раз он сказал уже об этом Хэвон – назад дороги нет. Глубоко вздохнув, он заходит в чат с Минхо и начинает не торопясь печатать. После отправки настолько рискованного сообщения он сразу удаляет номер и блокирует его, облегчённо выдыхая. Как камень с души. Немного грустно, но так явно будет правильнее и лучше как минимум для Джисона. Он выходит из квартиры спокойно, оставляя ключи под ковриком. *** Прошло около двух месяцев, как Джисон расстался с Минхо. Сейчас с Ханом всё хорошо, чувства, которых дай бог была щепотка, полностью остыли, а все синяки и раны почти полностью сошли. Ли не появлялся, никак о себе не напоминал, но навряд ли он так просто возьмёт и оставит Джисона в покое. Затишье перед бурей? Возможно. Но Хан старается об этом особо не думать и не заострять на этом внимание. Джисон спокойно идёт в магазин за продуктами, ни о чём не подозревая. Время 21:53, на улице уже темно, а фонари по какой то неизвестной причине либо не работают, либо они полудохлые. Идти, конечно, в такое время одному была явно не самая лучшая идея. Подходя ближе к повороту, Джи начал ощущать необъяснимую тревогу где то внутри. Так непривычно. Такое он чувствовал только рядом с... Чёрт, только не это. В это же время Минхо стоял и ждал Джисона за этим же самым поворотом с ножом в руке. Увидев Хана, который только завернул за угол, Минхо сразу схватил его, закрыв рот рукой и подставив нож к горлу. Хан, естественно, рыпался, пытался как то вырваться из хватки, но когда Мин вдавил нож сильнее в горло, то остановился. Жить то ещё хочется. Сердце бешено билось, ведь это может быть и последний день в его жизни. – Чего тебе от меня надо, Минхо? – Запыхавшись возникает Хан, пытаясь хоть как то не терять самообладание и быть начеку. – Между нами всё кончено, оставь меня в покое уже. – У малышки голос прорезался? Неужели ты правда думал, что так просто сможешь уйти от меня? Какой ты глупенький, Хан-и. – В самое ухо шепчет Минхо, медленно проводя ножом по нежной коже на шее, оставляя красный след за собой. – От меня не убежишь, котёнок. – Отвали, Минхо. Ты конченый идиот. – Ой, как мы заговорили, в себя поверил? Какую же ты ошибку сделал, глупышка. – В один момент Хан оказывается лицом к Ли, на его лице красуется хитрая ухмылка. – Чего ты хочешь от мен... – Не успевает договорить, как резкая боль пронзает всё тело. Минхо убил его точным ударом в сердце. Светлый лонгслив окрасился кровью, Джисон умер сразу. Минхо решил не заморачиваться с поиском места, куда можно спрятать труп, по этому оставил его там же где и убил вместе с ножом и просто ушёл по своим делам. Хан умер примерно в 22:02, а нашёл его какой то парень, который шёл утром в магазин. Возможно, если бы Джисон прислушался к внутренним чувствам и развернулся домой – он бы был жив сейчас, а не валялся где то за поворотом с пробитым сердцем.