Сборник новых форм

Посмертный слепок моей души Будут снимать с моих детских игрушек, С новогодних салатов и маковых сушек, С книжных обложек, С последних грошей. Посмертный слепок моей души Будут снимать с твоей хитрой рожи. Как в гипс окунуть заржавелое зарево? Запечатать в янтарь смоляные соки? Сквозняк и скрип занавесок тонкий? Посмертный слепок моей душонки Будут снимать на киношную камеру, Писать на кассетную плёнку. Посмертный слепок моей души Будут снимать с моих старых журналов В известной манере папье-маше. Кусочки статей и открыток смешаем В мемориальный журнальный джем И макнём тебя внутрь ушами. Посмертный слепок моей души Скопируют по образцу фарфора На полке в гостином советском серванте. Всегда и бесспорно — Мне нравится форма, В которой удобно всю жизнь прожить, Хозяином и квартирантом. Я буду нуждаться в трели скворцов, Во встречах с отцом, В сервизах и дисках, в конце-то концов, В стенах моего поминального склепа. Гробницу себе возведу до неба Из гипсовых блоков с твоим лицом. Вышиною по пять метров каждый. Мне это важно. Воздвигну себе мавзолей на плечах, У себя на душе, у себя в почках Размером не с камень, а с горный хребет. Размером с память, с бумажный очаг, Где я буду топить свой любимый сорбет. Где я буду скорбеть. Я буду терзать твою маску в клочья. В клочья бумаги из модных журналов, Маску — в труху из бетона и гипса. Внутри своего саркофага, В слепках подушек из массы смолистой Я буду всего лишь посмертной громадой, Посмертной маской своей души, Которой не нужно обратно. Я стану гипсово-глинистой массой, Твоим лицом и фамильной керамикой. Навечно хрупкой, навечно маленькой, Навечно чьей-то посмертной маской.