Pray for me

      — Как ты относишься к жертвоприношениям? — странный вопрос разрезает тишину больничной палаты, заставляя Джисона напрячься.       — Не нужно, — тихим-тихим шёпотом, потому что каждый лишний вдох отдаёт тупой болью в рёбра.       — Мы когда учились хирургии на крысах, — продолжает мысль Хёнджин, — мне было невероятно жалко, когда они умирали.       — А сейчас?       — А сейчас ради баланса вселенной, я бы мог убить за тебя, — он останавливается, чтобы отхлебнуть воды из бокала. — Ну типа жизнь за жизнь, знаешь. Я не знаю, как это работает.

***

      — Джисон! — Хёнджин кричал, раздирая глотку. Из последних сил заходился отчаянным воплем, не жалея голосовых связок. — Джисон!       Самый обычный день смог обернуться жутким кошмаром для Хёнджина. Он больше не видел «завтра» и не хотел видеть «сегодня». Без Джисона оно было отвратительно. Без него отвратительно существовать.       Карета скорой помощи неслась по ночным улицам Сеула, не встречая никаких преград. В это время суток улица была достаточно пустая, чтобы дать парню шанс выжить. Грудь Джисона медленно вздымалась, свидетельствуя о том, что он ещё был жив. Он, хвала богам, жив. Хёнджин, прижавшить коленями к полу фургона, и размазывая слёзы по лицу, сотрясался в рыданиях. Дико страшно видеть приближающуюся смерть любимого человека. Ещё страшнее не иметь возможности помочь ему. Он крепко сжимал чужое запястье, будто это могло помочь оставить его в живых или облегчить его боль. Как глупо.       Огни города смазывались, становясь белыми нитями, тянущимися от жизни к смерти. По крыше машины барабанили капли дождя, а в ушах стучала кровь. Хёнджину было невероятно страшно. Настолько, что он сюрпризом для самого себя начал читать молитвы, хотя в их семье никто католиком не был. Если бы не капли крови на лице Джисона, можно было бы подумать, что он в полном порядке. Лишь бы врачи успели ему помочь.       Через непозволительно долгое время машина замедлила ход и остановилась у здания центральной больницы. Хёнджин впервые за долгое время смог глубоко вздохнуть и разжать руку, выпуская чужое запястье, когда медицинский персонал распахнул двери фургона. В несколько рук каталку с Джисоном вытащили из салона и повезли в приёмный покой. Хёнджин спешно покинул салон и последовал за врачами.       Автоматические двери разъехались, впуская людей внутрь. А дальше всё как в тумане: ослепляющий свет от ярких ламп в холле, шум аппаратов, мельтешение пациентов и персонала, рыдания менее удачливых людей, к которым Хёнджин никак не хотел относиться.       — Хёнджини! — высокий мужской голос вывел из оцепенения и частично вернул в реальность. — Хёнджин! — парень в медицинском халате с радостным лицом подлетел и ухватил за локоть. — Давно не виделись, — его взгляд тут же потускнел, когда он обратил внимание на покрасневшие глаза и ещё не высохшие дорожки слёз на хёнджиновом лице. Ну оно хотя бы соответствовало царящей здесь атмосфере. Мрачной и очень тяжёлой.       Минхо, однокурсник Хёнджина и Джисона с лечебного дела, теперь крепко прижимал парня к себе и гладил его по волосам в успокоительном жесте.       — Хёнджини, в нашей больнице работают самые лучшие врачи, всё будет хорошо. — тот лишь доверчиво прижимался к парню, что был немного ниже его самого и всё ещё дрожал из-за недавно пережитой истерики. Всё должно быть хорошо. — Успокаивайся, пожалуйста, тебе нужно заполнить бумаги.       Медсестра за стойкой администратора фальшиво улыбнулась и попросила не волноваться. Она подсказала правила заполнения стандартной формы и пообещала, что с Джисоном всё будет хорошо. Нужно лишь подождать результаты рентгена и УЗИ, тогда станет понятно, что делать дальше.       Ожидание мучительно затянулось. Волнение перешло все мыслимые границы. От страха и невозможности узнать, что происходит, Хёнджина ощутимо затошнило. Живой ли ещё Джисон или… О худшем думать было страшно.       Беспокойные ноги принесли Хёнджина к кофейному автомату. Кофе из него, как и ожидалось, оказался мерзким, но как единственный способ себя занять и частично успокоиться подошёл идеально.       — Там почти закончили обследование. — Минхо, последовав примеру, достал из автомата стаканчик капучино. — Я услышал, что у него переломы рёбер, вывих бедра и сотрясение мозга, — Минхо подсел рядом на скамейку и свободной рукой хлопнул Хёнджина по плечу. — Жить будет.       — Спасибо. — Хёнджин было поднялся со скамьи, но его запястье перехватили, не давая уйти.       — К нему пока нельзя. — Минхо потянул за руку вниз, вынуждая сесть. — Пока ждёшь, может, расскажешь, что случилось?

***

      Солнце давно зашло, но Хёнджин и Джисон хотели как можно дольше продлить момент. Сидеть вот так на крыше магазина и смотреть на закат стало их маленькой традицией. А потом долго-долго разговаривать о всякой ерунде.       — …и представляешь, прямо в офисе.       — Так ты просто хотел попробовать её бальзам для губ? — Хёнджин хитро прищурился и изогнул бровь, потому что дразнить друг друга — это святое.       — Да! — Джисон возмущенно стукнул пяткой о стену, на которой сидел и громко хрустнул чипсиной, чтобы показать степень недовольства. — И она такая «можно только сцеловать с меня», — он скривил такое кислое лицо, что Хёнджин не выдержал и расхохотался в полный голос       — Так агрессивно к тебе ещё не подкатывали, — Хёнджин подтянулся на руках, чтобы со стены вернуться обратно на крышу, — но это самое лучшее, что они вообще могли придумать.       — За смелость я бы накинул ей пару баллов, — Джисон усмехнулся, — возможно, я мог бы клюнуть, не будь я так сильно влюблён в другого.       — Хочешь, я подарю тебе футболку с надписью, что ты занят? — Хёнджин выудил из рюкзака банку газировки и направился обратно к краю. — Мной.       — Подари мне кольцо, — Джисон понизил голос, так что его стало почти не слышно. — И сердце.       На крышу упали первые капли дождя, намекая на то, что пора уже уходить.       — Кольцо держи, — Хёнджин показательно стянул с пальца одно из своих и протянул Джисону, — а сердце… — он замялся. — Как можно подарить тебе то, что и так твоё?       Джисон было повернулся, чтобы встретиться взглядом. Пластиковая поверхность под задницей хрустнула и начала скользить в обратную от Хёнджина сторону, увлекая сидящего парня за собой. Джисон успел только схватиться за край руками.       — Джини! — он попытался звать на помощь, но скользкие из-за жирных чипсов ладони и намокшая от дождя стена не дали ему шанса задержаться. — Хёнджин!       Рука, взметнувшаяся, чтобы схватить Джисона за локоть, нащупала только воздух.       Отрывочный крик затих слишком быстро. Хёнджин услышал грохот от удара. А затем ещё один. Сверху было видно нескольких парней окруживших Джисона, который, вероятно, сначала ударился о козырёк над входом в магазин.       Вниз по лестнице Хёнджин бежал на пределе возможностей, надеясь, что те зеваки догадались вызвать скорую.       — Джисон! — Хёнджин закричал, подбегая к лежащему другу. Из его носа шла кровь, как если бы он ударился лицом. — Вы вызвали скорую? — взгляд на толпу. Согласные кивки. — Джисон!       Скорая приехала быстро. Хёнджин от страха почти перестал осознавать, что происходит. Мигалки, тряска, больница, куча врачей — всё мелькало друг за другом как в каком-то адском калейдоскопе. Хёнджин видел раньше такие кошмары. И вот один из них стал явью, заставляя сердце бешено стучать. Хоть бы конец был хороший.       Неожиданно встретившийся Минхо словно вывел Хёнджина из транса, заставляя делать такие простые вещи как заполнять бумаги и отвечать на вопросы. Он по доброму смотрел и успокаивающе сжимал локоть.       Результаты обследования Джисона были готовы достаточно быстро, чтобы не дать Хёнджину сойти с ума от волнения. Возможно, Хёнджин был чересчур драматичным, но он правда не знал как жить в мире, где Джисон мог погибнуть. Да ещё и так глупо.       В палату разрешили пройти сразу после наложения гипса.       — Привет? — Хёнджин скользнул внутрь, едва врач вышел от больных. В палате кроме Джисона лежали ещё трое загипсованных несчастных. — Ты как?       — Сказали, легко отделался, — он было усмехнулся, но сразу затих, поморщившись. — Больно.       — Я так сильно испугался, ты не представляешь.       — Представляю, — он слабо улыбнулся. — Мне кажется я слышал тебя, пока мы ехали.       — Я очень хочу помочь тебе, но не знаю как.       — Мне предстоит операция на тазобедренный сустав, — тихим-тихим шёпотом. — Помолись за меня.