Разумовские

Катерина с лёгкой улыбкой спускалась со второго этажа своего дома. В гостиной она подмигнула себе, проходя мимо напольного зеркала. На кухне Катя поставила чайник и достала три кружки со смешными рисунками. Споласкивая симпатичный белый заварник, Катя услышала, как к дому подъехала машина. Девушка сняла с крючка полотенце, чтобы вытереть руки, и вышла в гостиную, откуда просматривались ворота. Из машины вышел, хлопнув дверью, майор полиции Игорь Гром. На мгновение они пересеклись взглядами. Катя стремительно вернулась в кухню и швырнула полотенце в раковину. Из прихожей раздался звонок. Сделав глубокий вдох, она пошла открывать. Остановилась в гостиной перед зеркалом, пригладила тёмно-русые волосы, стриженые под каре, а заодно проверила, как лежит тёмно-бордовая матовая помада и не смазались ли стрелки. Перед выходом из дома она обула чёрные туфли на каблуке и накинула приталенную джинсовую куртку. Едва Катя коснулась дверной ручки, то резко повернулась обратно. Её взгляд упал на мужские кроссовки, стоящие в одном ряду с женскими и детскими. В этот момент раздался второй звонок. Катя спешно спрятала их в лакированной обувной шкаф. Когда она открыла дверь на улицу, прозвучал уже третий звонок. Идя по дорожке до ворот, Катерина уверенно смотрела Игорю в глаза. Открыв калитку, сдержанно произнесла: — Здравствуй, Игорь. — Привет, Катюх. Они холодно и коротко обнялись. Пока шли к дому, Катя машинально взглянула на крайнее левое окно второго этажа и тут же опустила голову. Игорь это заметил, но ничего не сказал. Они сели в гостиной. Два кресла стояли друг напротив друга, между ними — журнальный столик. Игорь осторожно спросил: — Как ты вообще? Справляешься? Катя глубоко вдохнула. — Игорь… Поверь, я справляюсь. Когда убили отца — было гораздо хуже. Ты сам знаешь, какого это. — Ты в последнее время навещала его? Девушка повысила голос. — Игорь, ты обезвредил преступника, спас город — это браво. Но мою личную жизнь оставь, пожалуйста… Познакомились Катя Смирнова и Серёжа Разумовский перед первым курсом, а через год уже поженились. Их домом стала квартира Катиной прабабушки в самом сердце Петербурга. Мама Кати на свадьбе сказала: «Хороший мальчик Серёжа. Только что-то в нём...». Она так и не объяснила тогда, что имела в виду. Но Катя с Серёжей жили счастливо. Много учились, много работали. Катя первая начала получать хорошие деньги — дизайном в рекламном агентстве. При этом она верила в Серёжу, что однажды он станет зарабатывать ещё больше. Когда Серёжа узнал, что у них будет девочка, то сказал: «Я очень хочу, чтобы её звали Танечкой». Кареглазая, с его рыжими волосами, чудесная девочка Таня родилась через два года после свадьбы. Им было тяжело. Катя много плакала, чувствуя себя запертой дома с ребёнком. Она старалась работать из дома, но выходили копейки — много сил уходило на заботу о ребёнке, попытки учиться, домашние дела и тревогу о том, что будет дальше. Серёжа почти ей не помогал, работая за двоих и продолжая учёбу. Шли ссоры. Кате казалось, что Серёжа порой переходил границу, становился сам не свой. А после самых страшных распрей словно не мог вспомнить всей ругани и просил прощения, будто не понимая, за что. При этом он очень любил, если удавалось, проводить время с Таней. Иногда получалось так, что он подолгу сидел возле её кроватки, рассказывая что-нибудь забавное или сочиняя ей песенку или стишок. От его голоса Таня очень хорошо засыпала. Но если он вставал к ней ночью, то наутро Катя старалась лишний раз его не трогать, чтобы не нарваться на очередной конфликт.