***
Шторм. Грубые волны объяли борт корабля. Сияли молнии, гремели грозы, неприятно бьющие в барабанные перепонки. За иллюминатором двери, ведущий в кампус, при мгновении молнии виднелась извивающаяся тень. Боль, жгучими, дикими толчками, заставляла тень ощущать на губах соль от непрерывно стекающих слез. Дрожащее тело объяло горячими касаниями жестких рук, похотливо изучавшие обрамленную грудь, лаская влажными мазками языка набухшие соски… Клыки прохаживались по выпирающим косточкам стройного, мужского тела. Зверь прикусил ключицу навзрыд плачущей тени, грубо теснясь в узком, влажном кольце. Тень изгибалась от толчков, становящиеся все грубее, приятнее…***
Санджи стоял перед зеркалом, поправляя галстук. Он похлопал губами скрученные в трубочку, облизал их, и с ухмылкой заправил рубашку под брюки, туго обрамляющие его бедра. С мыслями о безупречно соблазнительной красоте, Санджи взял в руки пиджак и направился к выходу. На палубе ожидаемо встретился тот, кто завладел им без остатка. Так считал только главный ивзращенец в команде. Зоро бросил хищным взглядом на соперника. Тот, явно медитировал, судя по позе и опущенному кимоно на уровне зеленого харамаки. – Чего? – прошипел мечник, расправляя обнаженную грудь при вдохе. – Да так, – улыбнулся Санджи, прикусив нижнюю губу от вида обнаженного торса, – хочется насладиться пóтом. Зоро похлопал веками. – Ты идиот? Санджи застыл, в то время как бровь нервно дергалась. Он стал хохотать, шарить руками в карманах брюк и спешно закуривать, все еще находясь в его поле зрения. Разговор всегда начинался с какой-нибудь хрени, неосознанно выпрыгивающая из его уст, при виде того, из-за кого Санджи просыпался с влажным низом. Но, он вновь вспоминал те мимолетные, острые чувства, замирая в экстазе, обливаясь наслаждением и разбито желая заполучить большего. Коснуться живых ощущений, что доводится ощущать их во снах каждый божий день. Санджи отбросил смех. – Соль в блюде, что блаженный поцелуй. Тупоголовый кретин... – и с этим он отвернулся, вдруг покрываясь румяной, – Собака бесхребетная… Оскорбления исчезали в воздухе. Зоро уже сопел глубоким сном, вовсе не слыша шипение смущенного ивзращенца. Санджи возмущенно отреагировал на привычное отношение, но сдержался, выпрямился и отправился в кампус. Лезвие кухонного ножа тонко разрезал свежую клубнику пополам. Кусочек сладкой плоти сжималась между губами и капли сока стекали с краев в маленькую бородку. Кок наслаждался блаженными нотами ягодной мелодии. Он закусывал несколькими кусочками по прихоти, большую часть собрав в миску для будущего десерта. Пылкость алого цвета вызывала ту же пылкость чувств, которые тот проявлял для него. Санджи уронил нож на доску, прикрывая вспыхнувшее огнем лицо. – Ты что творишь, придурок? – отозвался за спиной Зоро, замечая миску с клубникой, – О, еда. – Не мешайся! – сдерживая дрожь в голосе, зашипел Санджи, – Пошел вон! Тело объяло жаром. Он сжался, когда мускулистая рука позади тянулась к миске, срывая маленький куш. Санджи миловался чавканьем собачьего рта, с удовольствием глотающий нарезанную от его рук клубнику. Казалось, он прохаживался губами по бесценным пальцам, с особой заботой относящиеся к простым продуктам. Санджи тонул в фантазиях, но невольно выплыл на сушу и заметил, что он остался совсем один. Его сладкая клубника сгнила.***
Корабль покачивался в стороны на бурном океане. Табачный дым, тлеющий из сигареты, сливался с морским ветром. Санджи одиноко засиживался на хвосте корабля, рассматривая сгущающиеся тучи на сером небе. Он вдохнул дым в легкие, осознанно поражая себя изнутри. Чувства, мысли, действия – все направлялось для хозяина, овладевший его сердцем. Кок огляделся по пустым сторонам палубы, поджал коленки к себе и немного позволял сдерживающим чувствам выйти на волю. Соленая роса стекала по щеке, забрав с собой собравшуюся боль. Реальность, которую отчаянно стараясь прикрыть скатертью, обрушивалась больными ударами в грудь. Санджи шмыгнул красным носом, протер веки платком и вынул новую сигарету. Он посмотрел на дрожащие руки, попавшиеся под капли начавшегося дождя. – Слышь, – зевнул пришедший Зоро, – там жрать хотят. Санджи резко вскочил на ноги, не показываясь к нему лицом, спешно протер лицо платком и направился в противоположную сторону. Зоро устремлял нахмуренный взгляд на уходящую черную спину...