Запишем совместное видео?

      И вот, уже прошло больше трех недель, как Лололошка и Ричард живут в «Блогер Хаусе». За этот срок они точно успели подружиться со всеми жильцами дома и без вариантов влиться в их коллектив. Они все дружелюбны и милы, безоговорочно добры к новеньким и, очевидно, хотят узнать их ещё ближе. Узнать каждую деталь из их жизни, а также узнать все потаённые тёмные углы — уже как норма в их окружении. Казалось бы, что тут такого, пока они не начнут расспрашивать тебя абсолютно обо всем.       Лололошке скрывать нечего. Наверно... Кроме мафии. И своей амнезии... И своей страшной истории попадания в другую мультивселенную, где его принимают за другого человека. Которую он сам, к сожалению, не знает... Ну, будет проще сказать, что Лололошке очень даже много чего есть скрывать.       Что насчет Ричарда? Ох, ему нечего скрывать. Наоборот. Он хочет, чтобы все узнали как можно больше о нем. О его канале, видео, а особенно об истории побега с острова. Эта тема манит многих, в особенности его соседей. Ведь и вправду так интересно узнать, что же происходило там, за далекими краями реального Хэнфорта... За краями реальной жизни, реальных людей и реальных условий. ***       Очередной день в Блогер Хаусе. Каждое утро, как и все остальные. Яркие солнечные лучи просачиваются через оконную раму в комнату прямо на головы парней, что сладко спят в кроватках. Ричард лишь поморщился и с большим нежеланием перевернулся на другой бок, пряча лицо одеялом в глубины своего сна, который сейчас так не хотелось тревожить. Лололошка же, в свою очередь, что неудивительно и уже не странно, поступает наоборот — чувствуя жгучее утреннее солнце на теле, сразу встает, видя на часах почти семь утра. Он привык вставать рано, определенно раньше всех неработающих людей вроде него. Такой режим сна позволяет сохранять бодрость, но все же высыпаясь и оставляя достаточно времени на оставшийся день и предстоящие дела.       Ричарду все же пришлось открыть глаза от дискомфорта, и первое, что увидел — мироходца, который буквально на цыпочках заправлял кровать. Довольно забавное зрелище. Обернувшись, парень удивился тому, что его сосед все же проснулся.       — Ричи? Ты чего не спишь? — уже привычная для клетчатого легкая улыбка появилась на его лице.       — Как с таким солнцем спать себе представляешь? — поднимаясь с кровати и потирая глаза руками, сонно протараторил Ричард ему в ответ.       — Ну... Ахаха, никак. Если уже проснулся, то пойдем позавтракаем? Другие уже тоже должны были встать. — посмотрев на время и увидев злосчастные семь утра, сказал Лололошка.       Парень же без лишних вопросов встал и принялся заправлять постель, хоть и делая это более небрежно, чем его сосед. Дескать, «а зачем, если ночью все равно придется лечь?». Ну, впрочем, он даже прав.       Одевшись и собравшись, парни вышли с комнаты и направились по лестнице вниз, на кухню, откуда уже вовсю слышались голоса жильцов Хауса. Они явно о чем-то да спорили. Заметив их, одна из девушек, Клео, поздоровалась, после чего их заметили и остальные.       — Доброе утро, ребят! — радостно помахала им рыжая девушка, сидя за столом.       — И тебе доброе, Клео. — мило улыбнулся ей в ответ Лололошка.       — Для кого доброе, для кого нет... — вяло промычал Ричард. Рано вставать явно не для него.       — Ха-ха-ха, соглашусь. Я совсем не выспалась, после тренировки так ломило все тело. — демонстративно вытягивая руки вверх, сказала Брай.       — Я не мог уснуть всю ночь из-за Глена! Он мешал мне своими криками и шумом... Бесит! — злостно, пускай и не очень убедительно крикнул Тим.       — О, я видела его утром. Сегодня он поздновато, недавно пошел спать. Я предложила ему поесть, но он отказался, сказал, что хочет спать. Мол, у него какие-то планы на сегодня. — пережёвывая кусочки салата, решила добавить брюнетка.       — Спасибо, что напомнили. Он говорил, что хочет записать со мной какое-то совместное видео... Думаю, когда встанет, объяснит.       — Видео? Он же стример. Решил попробовать что-то новое? — недоверчиво спросил мироходец, поглядывая на Ричарда.       — Да кто его знает. Честно, без понятия, что он там придумал, но совместки мне не помешают.       — Могу предложить тебе совместное видео со мной! На кого косплей хочешь?       — Ээй! Нет-нет-нет, не нужно мне этого...       — Ха-ха-ха, так и знала, что ты это предложишь, Клео. Привыкайте, она скоро вас всех в косплеи оденет. ***       Разговоры продолжались еще долго, пока все не доели и не разошлись кто куда. А у Лололошки сегодня мафиозный день в календаре... Снова придется идти к Санчезу. Совсем скоро и ему, и его мерзкому бизнесу настанет конец. Мда, было бы это «скоро» чуточку быстрее, и мироходцу было бы куда проще. И вот время третий час дня, и он собирается, чтобы навестить одного из мафиозных глав города, когда в комнату заходит его сосед.       — Эм, Ло, ты куда?       — Мне нужно срочно отлучиться по делам, извини.       — Снова что-то... С мафией?.. — последнее слово было сказано шепотом, особенно тихо из общего контекста, чтобы больше никто не услышал.       — Да... Но я не особо долго буду, думаю, к вечеру вернусь.       — Ну, как скажешь, надеюсь, все нормально будет... — с сильным волнением и тревогой за соседа проговорил Труман.       Напоследок Ричард решил провести мироходца, и успели они лишь выйти с комнаты, как вдруг натыкаются на Глена.       — О, привет. Аа, вы куда-то идёте?       — И тебе привет. Извините, мне пора бежать, опаздываю... Оставляю вас наедине!) — помахал им Лололошка и быстрым шагом выбежал из дома, направляясь «по делам».       — И занятой же у тебя партнер, Ричи.       — О боже, Глен! Я уже сто раз говорил, что мы просто друзья... Сколько можно объяснять? Да и насколько я знаю... У Лололошки уже есть пара. — не зная, что бы выдумать во избежание подобных шуток навсегда, Ричард додумался только до этого, с глазами, полными надежды на то, что ему поверят, смотря на соседа.       — О, серьёзно? Значит, ты свободен? — ехидно и как-то через чур подозрительно спросил Глен, наклонив голову в бок.       — Ну да... Что за вопрос вообще?       — Неважно. Забудь.       — Ладно. Ты ведь собирался записать со мной совместку? Я целый день ждал, чтобы задать этот вопрос.       — Да, точно, собирался. Извини, что заставил ждать, не рассчитал времени на сон, пх. — усмехнувшись, все так же странно улыбаясь, парень позвал Ричарда к себе в комнату, открыв дверь.       — Ты ж вроде стример, чего решил видео записать? На новенькое потянуло? — проходя в комнату соседа, создалось ощущение, что на улице настала ночь. Слишком уж темно у него...       — Есть кое-какие особенные причины. Я всё же думаю, ты не против, что я выбрал именно тебя?       — Да что ты. Для меня это даже какая-то честь, что для своего первого видео в карьере стримера ты выбрал меня. — атмосфера словно накалялась, и вот, блондин уже настраивал откуда-то взявшуюся у него камеру, которая, по удивительному совпадению, была направлена в сторону кровати...       — Слуша-ай, Глен, а про что видео хоть будет? Ты не объяснил ничего толком. — ощутив на себе сверлящий взгляд соседа, брюнет почувствовал себя по-настоящему некомфортно.       — Ты поймешь все по ходу... А теперь, будь добр, присядь на кровать. — и вот теперь уже все подозрения Ричарда словно стали реальностью. Решив пока что все это лишь неуместная шутка, пранк или вроде того, парень послушался и неуверенно присел на край чужой кровати.       В моменте загорелся красный огонек на камере, означающий, что съемка уже началась. Это напрягает ещё сильнее... А когда Глен пропал из поля зрения, брюнет не на шутку разнервничался. Он слышит шум сзади, но обернуться не смеет. Не по себе от данной ситуации... И вот, он уже чувствует, как сосед приближается к нему со спины, но двинуться не хватает воли. Что это с ним? Ничего особенного или страшного. Он просто пытается предугадать то, что может произойти дальше. Перебирает все возможные варианты в голове, придумывая конечные исходы событий, сводящие либо к пранку, либо к видеоуроку-пособию как довести своего соседа с Блогер Хауса до инфаркта миокарда за пару минут в домашних условиях без смс и регистрации. По крайней мере, на оба варианта была надежда. Но надежда ведь умирает последней, верно? Нет.       Она рушится в пух и прах, рассыпаясь как старье в музее, когда Ричард чувствует чужие руки на своей талии, которые уж слишком требовательно и нагло прижимают его к Глену. Что делать в таких ситуациях, в такие моменты, в таком положении? Наверно, ничего. Смириться с участью, но в душе продолжать верить, что чудо да случится, и это либо окажется пранк, либо видеоурок-пособие как довести своего соседа с Блогер Хауса до инфаркта миокарда за пару мин...———       — Э-эй..! Так, стоп, Глен, это уже мало походит на шутку, и я думаю, пора бы остановиться, пока не поздно, — пытаясь звучать серьёзно, но все же дрогнув голосом и не скрывая некого волнения, съязвил Труман, будучи неспособным нормально протестовать подобным касаниям, которые, как назло, кажутся безумно приятными.       — Знаешь, Ричи, — некая пауза и горячий вздох в шею парня, — уже пора было понять, что это не шутка.       — Знаешь, что-то совсем не похоже... Стоит прекратить, пока это не перешло точку невозвр... — не успел Ричард договорить, как чуть не потерял дар речи, почувствовав чужие руки под своей рубашкой, которые нежно ощупывали талию, проходясь по ребрам вверх, доходя до груди и твердых бусин сосков. Кажется... Точка невозврата уже давно была перешагнута. Перепрыгнута. Перелетена. ***       Мурашки бегут по мокрому от пота телу, пока конечности трясутся от желания и возбуждения. Ричард уже не в силах совладать с собой, с телом и с чертовским удовольствием, которое он получает от каждого прикосновения блондина к своей коже. Он то нежно целует, оставляя мокрый след, то сладко кусает, помечая красными отметинами. То поглаживает участок тела, мягко и легонько осязая чувствительные зоны, то больно сжимает до синяков, выбивая мычание и горячие вздохи с уст Трумана. Это длится вечно. Словно адская пытка, издевательство, мучение, терзание, до безумия приятное истязание.       Как прежде попыток скрыть желание к продолжению брюнет уже не принимает, все, на что ему хватает рассудка — просить. Умолять. Требовать... Ох, как же много сейчас Глена. Слишком много для Ричарда. Он везде... В его мыслях, в словах, перед глазами, над ним и, о боже упаси, внутри него. Брюнет уже не выдерживает, не выносит, слишком, слишком даже для него. Он чувствует каждой своей частичкой души и тела тепло соседа, чувствует его дыхание над ухом, чувствует его руки на своей коже, чувствует его поцелуи на шее, плечах и груди, и, матерь ты божья, чувствует каждый его толчок внутри себя. Чувствует, как он то входит до упора, то выходит почти до конца, заставляя тело под ним буквально плавиться и таять, искриться и дымиться. Труман жаждет, толкается навстречу, сладко, гортанно стонет и тянет, словно сладкий густой мёд, имя своего, ох мамочки, что же ты творишь, партнера. Уже нет памяти об остальных, нет мысли, кто там что делает, есть только животное желание довести это дело до конца.       Ричард, чувствуя, что не может сдерживать стонов, рукой тянется к шее Глена, притягивая его к себе, ближе и ближе, пока они не сливаются во едином поцелуе. В таком особенном, одновременно грубом и даже приторном поцелуе, каждый из которых запоминается надолго, если не навсегда.        И тяжело сказать, что эта ночь им запомнится не навсегда. Вспоминать это они еще будут долго... Очень долго. Особенно с учётом того, что камера всё ещё записывает... И на следующее утро они обязательно пересмотрят отснятый материал... Но то, что будет на следующее утро, мы уже не узнаем.