Глава 10
28 июля 2024 г., 00:00
На следующий день Хандан-султан столкнулась в коридоре с Сафие-султан.
— Госпожа, — поклонилась младшая валиде старшей.
Та собиралась пройти мимо, но Хандан ей не позволила:
— Я слышала, что вы поспешно объявили о подготовке к свадьбе.
— Мы не отказывались от этой идеи. Ты, вероятно, имеешь в виду тот неприятный инцидент с письмом, подстроенный Халиме? Забавно. Ваши нелепые интриги не приводят к результатам. Повелитель сам желает, чтобы брак Фахрие-султан и Дервиша-паши состоялся.
— Он знает, кого приближать к себе, а кого держать на расстоянии.
— Именно поэтому Дервиш-паша совсем скоро станет обладателем печати великого визиря.
— Повелитель отдаст печать тому, кого сочтёт достойным его. И, разумеется, посоветуется со мной, — улыбнулась Хандан, и Сафие, не придумав, что ответить, ушла прочь, недовольно говоря что-то сопровождающему её Бюльбюлю.
— Госпожа, как вы поступите? — заговорил Хаджи, который, как и Бюльбюль, везде сопровождал свою госпожу. — Дервиш-паша станет великим визирем, как вы того и хотели?
— Дервиш-паша успел заронить во мне ростки подозрений, — проговорила Хандан, и решив, что ей необходимо это с кем-то обсудить, направилась в покои Дервиша, оставив недоумённого Хаджи гадать, чем же так провинился паша.
Улане сидела в покоях и читала начатую вчера книгу, когда вошла Хандан-султан.
— Госпожа, — поклонилась пиратка.
— Мехмеда Гирея помиловали, — решила обрадовать Хандан пиратку, которая почему-то так переживала за судьбу несчастных влюблённых.
— Правда? — оживилась Улане. — Это хорошо. Фахрие-султан, наверное, очень рада.
— Радоваться особенно нечему. Его отправят обратно в Крым, а это равносильно смерти. И не нужно их жалеть. Рано или поздно они покажут миру своё истинное лицо.
— Вы ведь не для этого сюда пришли, госпожа, — решила сменить тему Улане. — Что вас тревожит?
— Сегодня нам сообщили о смерти великого визиря. Мой сын должен принять решение, кого назначить на эту почётную должность. Я пришла посоветоваться.
— Я здесь бессильна, валиде. Я не знаю никого в совете, а потому не могу ничего сказать. Кого вы считаете достойным, того и посоветуйте повелителю.
Поймав серьёзный и пристальный взгляд Хандан, пиратка тут же поняла, что речь идёт о конкретном человеке.
— Вы думали посоветовать Дервиша-пашу, не так ли?
— Да, однако в последнее время я начала в нём сомневаться.
— Я думала, вы поняли, что Дервиш, как и Фахрие-султан, не желает этого брака.
— А что если после свадьбы его желания поменяются? Вдруг он воспылает к ней любовью?
— Значит, остаётся самое простое решение: назначьте великим визирем пашу, который враждует с Сафие-султан и Халиме-султан, если такой вообще есть.
— Единственного союзника Халиме казнили за то, что он помог ей сбежать. А у Сафие-султан, действительно, есть враг в совете. Я думала о том же. Рада, что наши мысли совпали.
— Что касается Дервиша-паши… Если хотите, я могу попробовать его разговорить.
— И ты думаешь, что он сразу всё тебе расскажет?
— Кувшинчик крепкого вина и щепотка одурманивающей травы развяжут язык любому. На корабле мы так всех предателей заставляли говорить.
— Правду Дервиш сказал: тебя нужно бояться, — улыбнулась Хандан.
— Достаньте всё, что нужно, а дальше уже дело за мной…
***
Вечером Хандан-султан отправилась в покои повелителя и застала его вместе с Анастасией на балконе. Наложница поспешила откланяться и покинуть покои, а валиде с сыном остались обсуждать государственные дела. — Должность великого визиря обязан занять самый преданный мне человек. И этот человек — Дервиш, — проговорил Ахмед. — Сафие-султан будет этому рада, — издалека начала Хандан. — Скоро они породнятся. — Кого же вы предлагаете? — Тебе лучше знать, как поступить, но мне кажется, что лучше назначить лала Мехмеда-пашу. Он из древнего рода Соколлу. Сафие-султан враждует с ним уже очень давно. Подкупить ей его не удастся. — А Дервиша удастся? — Я сомневаюсь, но такое скорое назначение на высокую должность кружит голову. Он должен ценить твоё расположение и расти в званиях постепенно, шаг за шагом… Не отдавай шакалам того пашу, которому мы более всех доверяем. Ахмед пожелал поужинать со своей матерью, и, когда стол накрыли, они вернулись в покои. — Дервиш! — окликнул Ахмед наставника, который за что-то отчитывал Рейхана-агу. — Валиде-султан и я имели беседу. Великий визирь Явуз Али-паша скончался. Его должность займёт достойнейший. Вот я и решил узнать твоё мнение. — Я к вашим услугам, повелитель, — почтительно поклонился паша. Их обсуждение долго не продлилось: Дервиш-паша был согласен с мнением Хандан-султан. После обсуждения он оставил валиде и султана ужинать, а сам отправился за Рейханом-агой, который в последнее время казался ему слишком подозрительным.***
На следующее утро Ахмед, Хандан, Сафие, Дервиш, Хаджи и Анастасия собрались в покоях повелителя, чтобы обсудить произошедший ночью кошмар: Рейхан-ага пытался убить любимицу султана, но, к счастью, Дервиш-паша успел спасти Анастасию, а предателя выбросил в открытое море. — В тот день я хотела бежать отсюда, — начала рассказ Анастасия, — но опять заблудилась. Проходя мимо одной из комнат, я услышала, как Рейхан-ага с кем-то беседовал: — Будь это яд, все поняли бы с самого начала. Как ты докажешь, что повелитель был отравлен? — Этот яд непростой. Если ты примешь одну его порцию, ничего не произойдёт. Но если подсыпать его в течение сорока дней раз за разом, он вызовет необратимые последствия. Нашего покойного падишаха травили со знанием дела! — Ты в этом уверен? Но кто же мог на такое решиться? — Я это уже выяснил. Я знаю, что за шакал его травил… — И кто это? — взбудораженно спросил Ахмед. — Он назвал его? — Рейхан тут же убил лекаря, — с сожалением ответила Анастасия. — Ты поторопился, Дервиш-паша, — холодно произнесла Сафие. — Рейхану рано было умирать. Он унёс все ответы с собой. Если наш сын, султан Мехмед-хан, и правда был таким образом отравлен, как мы узнаем, кто в этом виновен? — У меня не было выбора, госпожа, — оправдывался Дервиш. — Этот предатель пытался убить и меня. — Возвращайся к себе, Настя. Хаджи-ага, возьми под свой контроль, — приказал юный падишах. — И скажи Гёльге, чтобы она её одну не оставляла. — Как прикажете, повелитель, — поклонился евнух и вместе с Анастасией покинул покои. — Немедленно расследуй это дело, Дервиш-паша! — отдал приказ Ахмед. – У Рейхана-аги были сообщники: куда он ходил, с кем встречался — я хочу знать всё! — Слушаюсь и повинуюсь, повелитель, – поклонился визирь и вслед за Ахмедом вышел из покоев. — О Аллах, не оставь нас! — взмолилась Хандан. — Кто? Кто мог на такое отважиться? У кого же хватило дерзости отравить нашего повелителя? Сафие грозно посмотрела на Хандан, словно уже знала ответы на эти вопросы: — Сначала нужно понять, кому было выгодно освобождение трона и скорая смерть нашего сына. Хандан смерила её таким же грозным взглядом, прекрасно поняв намёк, но решила, что оправдания только усугубят её положение, и потому поспешила выйти из покоев.***
Вечером после ужина Хандан решила нанести визит Дервишу-паше. — Госпожа, — поклонился визирь. — Как продвигается расследование? Есть новости? — спросила валиде. — Пока нет. Но я обязательно найду того, кто это сделал… — Можно, я выскажусь? — встряла в их беседу Улане. Хандан кивнула, и пиратка, собравшись с мыслями, начала говорить: — Судя по тому, что ты рассказал мне, Рейхана лекарь даже не подозревал, иначе он сразу пошёл бы к повелителю. Значит, ага кого-то покрывал или исполнял чей-то приказ. Кто мог отдать этот приказ? Тот, кому либо была выгодна смерть султана, либо желал отомстить ему. Очевидно, что это могущественный человек, у которого есть власть. Это может быть кто-то из политических врагов, и хоть ему было бы сложно управлять слугами издалека, но это вполне возможно. Или врагом покойного повелителя мог быть кто-то из дворца. Халиме-султан наверняка мечтала отомстить ему за смерть старшего сына, но тогда она рисковала бы потерять младшего, ведь после повелителя на трон сел ваш сын, валиде, и никаких гарантий, что он не отдаст приказ о казни младшего брата, у неё не было. А она умная женщина и не могла это не учесть. Сафие-султан, как я поняла, довольно властолюбивая женщина, но смогла бы она убить собственного сына? Тем более, что при нём власти у неё было гораздо больше… Или она рассчитывала на вашу послушность: она будет править, как и прежде, а вы не будете ей мешать. Фахрие-султан, наверное, даже не стоит рассматривать. Остаётесь вы, госпожа. — Как ты смеешь? — воскликнула Хандан. — Я вас ни в чём не обвиняю, но подумайте сами: смерть повелителя дала возможность вашему сыну взойти на престол, а вы получили титул валиде-султан. Тем более, что Рейхан-ага служил вам… — Рейхан-ага, как и большинство других слуг, стали подчиняться мне, когда мой сын начал править. До этого они исполняли приказы Сафие-султан. — Если так, значит, скорее всего, ты права, — обратился Дервиш к Улане. — От султана избавился кто-то из политических врагов. — На моего льва было совершено покушение. Что если за ним тоже стоял Рейхан-ага? — Они могут быть и не связаны, госпожа, — возразил Дервиш. — После этого покушения из дворца сбежала Халиме-султан. Что если она на это осмелилась как раз после этого неудачного покушения? — Если нет, значит, цель у нашего врага одна: уничтожить династию османов, — заключила Улане. Хандан и Дервиш переглянулись. Раз их враги и её враги тоже, значит ли это, что она уже приняла решение остаться? — Как твоя нога? — поинтересовалась Хандан. — Тебе уже лучше? — Благодарю, госпожа, я совершенно здорова. Дайте мне ещё один день, и я сообщу вам о своём решении. Хандан удовлетворённо кивнула и, пожелав Дервишу и Улане доброй ночи, направилась в свои покои. — Кстати… — обратился к Улане Дервиш, но тут же запнулся. — Слушаю, Дервиш-паша, — зная причину заминки, едва сдерживала смех пиратка. Визирь совершенно забыл, что хотел сказать, пытаясь справиться с охватившим его чувством стыда. — Я понимаю, в этом сложно признаться, но верю, что у тебя получится. — Любишь ты надо мной поиздеваться, хатун. — А как иначе? Я живу у тебя, мы общаемся каждый день, обсуждаем твою свадьбу, мою жизнь на корабле, и, спустя почти неделю, ты осознаёшь, что не знаешь моего имени… — Я очень виноват, признаю свою ошибку, — попытался смягчить гнев пиратки визирь. — Давай познакомимся. Я — Дервиш Мехмед-паша, главнокомандующий флотом, визирь совета, верный слуга и наставник султана Ахмеда-хана. — Я Улане Дениз, пиратка, гроза морей и океанов. — Приятно познакомиться. У тебя два имени? — Дениз — моё имя с рождения. Я родилась на море, вот и имя получила соответствующее. Улане меня прозвали за характер. Воинствующая, упорная. Это я тебе просто так представилась. Зови меня Улане, а моё настоящее имя забудь. Оно напоминает мне о мрачных событиях. — И ты можешь звать меня Дервиш, — улыбнулся паша и, решив не тревожить её душу, пожелал доброй ночи и отправился спать.
