Пьяная меланхолия

      — Ты можешь перестать… Делать… — немного погодя, принц развел руками, не подобрав слова, — это.       Пьяненкий, чуть дрожащий голосок взбодрил импа. Блиц мигом откликнулся, повернувшись головой прямо к источнику звука, чуть встряхиваясь.       — Тебе-то какое, блять, дело, Столас? — презрительный взгляд сразу атаковал филина, — Захочу, буду до ночи сигналить.       Руки уверенно держали руль фургона, в моменте сдавливая. По телу демона растекались смешанные чувства, начиная от непонятной радости от внимания со стороны столаса, заканчивая невыносимой злобой.       — Ну ты же просто портишь остальным всё веселье своими ужасными звуками, — с некоторой обидой проговорил Столас, забираясь руками в грузовик через окно, — Просто уезжай отсюда, — после последних слов филин демонстративно клацнул клювом, при этом издавая характерное шмыганье.       — Либо завали ебальник и садись в машину, либо оставь меня одного, — не выдерживая нерасторопность принца, наконец выпалил имп, продолжая скалиться на бывшего ебаря.       В ответ последовал щелчок, и вот, грузовик, Блиц и сам Столас оказались у ворот особняка последнего. Ошарашенный, имп лишь глядел на то, как принц разворачивается и неспеша удаляется от него. Кровь закипала от ярости. Последняя капля. Рывком тот двинулся из машины, сдергивая ремень безопасности.       — Уходи, — уже совсем холодно звучал ранее теплый, лишь чутка траурный голосок.       — Нет, я, блять, не уйду, заебал. Каждый раз, когда я пытаюсь хоть как-то загладить свою вину, ты уходишь в глухую оборону, какого хуя?! Каждый блять раз, — Блиц показушно вытянул кулак, загибая пальцы, пока Столас замер — И в случае со Страйкером, и в ситуации со свиданием у Оззи, я вел себя так, как вел бы себя любой другой. Если ты чего-то хотел, то должен был сказать, — демон делает несколько длинных шагов в сторону неподвижного принца, сближаясь с ним, — все из-за того, что ты ебаный эгоцентрик! Все блять из-за того, что ты сам себя накрутил и теперь делаешь меня виноватым! Не хочешь простого секса? Тогда нахуя было себя так преподносить, сука?! Почему я должен угадывать, чего ты хочешь, почему я должен подстраиваться под твои ебаные идеалы, если ты.! , — Блиц зажмурился, тяжело выдыхая, прожевывая злость, продолжая развивать тему беспечности филина и, наконец, завершая поток мыслей любимым «пошел нахуй!».       В ответ тишина.       — Что, просто будешь молчать, пока я изливаю тебе душу?!       Так и не дождавшись никаких ответных действий, Блиц огрызается, снова шлёт принца нахуй и с огромным грохотом садится в машину, на полной скорости покидая злополучное место.

***

      Ночь Блиц провёл без сна. Горечь и тоска просто не давали ему и шанса совладать с собой и пуститься в беззаботный сон. Не утешало ровным счётом ничего. Ни фигурки лошадок, ни портрет драгоценной Луны, ничего. Скрипя душой, тот набирает номер Веросики, перешагивая через себя. Целую ночь он буквально изливал всего себя ей, пока та неиронично пыталась его утешить, хоть иногда и крыла хуями, откровенно перебивая. Проведя так целую ночь, на утро имп обрушился на диван от бессилия. Не было желания что-либо делать, на работу решил не выходить.       Лучшим решением в его голове — было бухнуть. По возможности нахуяриться с первым встречным, а затем трахнуть, выпустив пар.       И вот, время шло к вечеру. За это время Блиц успел нажраться настолько, что уже просто лежал таблом на столе в полном одиночестве.       — Тут свободно? — снова знакомый голос, но в этот раз уже не такой желанный, — Святые чертики, да ты в хлам, — не дожидаясь согласия гость аккуратно уселся рядом.       — Пиздуй отсюда.       — Блиц, мне нужно извиниться.       — О да, тебе нужно извиниться! — поднимаясь через силу, бес снова окинул Столаса хищным взглядом, — Угадаешь, за что?       — Блиц, мне правда жаль, я не думал, что… Что ты обо мне так заботишься. Я ценю это. Но и ты пойми, что, я — тоже личность. Мне от тебя не нужен простой секс, мне нужен ты.       — Бла-бла-бла, завали свой гейский рот и вали отсюда наху-у-уй!       Громкий крик Блица был последним, что слышали посетители бара. Что было после — он не помнит и сам. В голове лишь мелькают моменты того, как филин берет того на руки, как ложится с ним в постель, прижимая к себе, начинает ему что-то говорить, искренне улыбаясь, и… всё.       На утро Блиц крутит у себя в голове произошедшее, заключает, что успешно трахнул Столаса, чему сильно радуется. В бодром расположении духа надвисает над спящим принцем, опускаясь к его мордочке.       — Доброе утро, — тянет тот, впиваясь в клюв филина, чем будит того.       Отличное начало дня и крайне посредственный способ заново начать отношения. Хотя бы рабочий.