Now we're going to be with you

Открыв глаза, я не понимала, что к чему. Вокруг меня лишь белые стены, а на соседней больничной койке… Раон? Я вновь огляделась и поняла, что остальные девочки с моей группы тоже здесь. Кто-то спит прям на полу, а кто-то оперся руками на мою кровать и мирно спит. Только вот тот, кто спит рядом со мной совсем не тот, кого я ожидала увидеть. Минхо. Рядом со мной Ли Минхо. Почему именно он рядом, а не какая-нибудь Хаын? Столько вопросов, а ответов нет, обидненько. Я постаралсь пошевелить рукой, но не получилось, ведь она в гипсе?! Я начала осматривать всю себя, приподнимаясь, как тут тело пронзила острая боль, отчего я вскрикнула. — Дживон очнулась, — подскочил Минхо, а за ним и все присутствующие в палате. Как оказалось, Чан и Феликс тоже приехали. — Ты как, онни? — сразу же подбежала ко мне Хаын, осматривая меня с ног до головы. Но все, что я смогла сказать хриплым голосом, так это: — Мне больно, очень больно, — глаза заслезились — сдерживаться уже просто не было сил. Хотелось кричать от болезненной безысходности, которая пронзала все мое тело. — Сейчас вызову врача, — тут уже опомнился Чан, испугавшись моего состояния. *** Через 5 минут в палату зашел врач и медсестры, которые немедленно осмотрели меня. — Госпожа Юн Дживон, — ко мне обратился врач. — У вас двойной перелом левой руки, сильный ушиб копчика, перелом ступни, — врач все перечислял и перечислял, но вдруг его перебила Сумин. — Извините, всмысле перелом ступни? Она же упала не на нее явно, — не понимая, как и все, спросила Сумин. — Смею предположить, что перелом был получен еще до падения, судя по его виду и другим поврежденным конечностям. Вы правы, при таком падении перелом в этом месте получить нельзя. — Дживон, что это значит? — в диалог вступил Банчан, все прожигали во мне дыру, кроме Минхо, который уже успел догодаться, что ушиб с растяжением превратились в перелом из-за моего халатного отношения к травме. — Я уверен, что она потом обязательно все расскажет. Не думаю, что она сейчас в состоянии, что либо разъяснять, так как таблетка обезболивающего еще не успела подействовать, — сказал врач, за что я ему очень благодарна, ведь сейчас и правда не время для моих раскаяний. — Да, конечно, не подумал об этом, — ответил ему Банчан, поджав губы и почувствовав вину за то, что наехал на Дживон с допросом. — Через сколько Дживон сможет выписаться из больницы? — наконец спросил Минхо, кстати, меня этот вопрос тоже волновал. — Так как я еще не успел договорить о всех полученных травмах, думаю, что будет правильно, чтобы она осталась здесь на неделю. У нее есть явные проблемы с весом, которые могут повести за собой тяжелые последствия, если ничего с ними не делать. Также мы обнаружили, что у нее до этого был поставлен диагноз РПП и ей нужна работа с психологом, ну а также из-за падения у нее много сильных ушибов на спине, некоторые позвонки вывихнулись, нужно вправить, — читал все проблемы врач под грустные взгляды моих друзей. — Очень хорошо, что госпожа Юн успела сгруппироваться и более-менее уберечь голову, иначе были бы последствия намного хуже. Но все же сильный удар пришелся на шею, что привело к тому, что у нее плохо получается двигать головой, но это поправимо. — Наконец закончил врач. — Хорошо, мы все поняли, спасибо, — поблагодарила Совон. — Раон, что с Раон? — через слезы боли спросила я у врача. — У нее чуть меньше травм, нежели у вас, так как она упала в более удачной позе. Выпишем ее дня через 4. А сейчас она просто спит, скоро должна проснуться, — с улыбкой проговорил врач и скрылся за дверью. *** Прошло около часа. Раон очнулась, ей тоже вкололи обезболивающее, чтобы не мучалась. Все это время Минхо не отходил от меня и гладил по голове. — Ты как? — резко спросил он, прервав тишину, ведь девочки и Чан пошли обедать, а Феликс молча смотрел на Раон, которая опять уснула. — Лучше уже, — с пустым взглядом в потолок сказала я. — Спасибо тебе, — мои глаза предательски заслезились. — Ну что ты, Дживон, не разводи сопли, — в своем репертуале ответил мне Минхо, но за шутками скрывались страх и тревога. *** За окном вечер, плавно перетекающий в ночь. Все уже, конечно, разошлись, так как посещение палаты ограничено. Первыми ушли ребята, так как премия хоть и была перенесена, но не отменена. Им все еще нужно показать великолепное выступление, отражающее все их старания. После их ухода забегал на чуть-чуть наш менеджер. Он пробыл у нас буквально 30 минут, так как у него было куча работы с репортерами, которые так и названивали в наше агенство с вопросами о нашем с Раон состоянии. Сейчас же Раон лежала в наушниках и смотрела какое-то видео, а я погрязла в раздумьях о всем случившемся. Меня терзало ужасное чувство вины за то, что я не смогла уберечь своих девочек от моральных и физических травм. Фанаты сейчас тоже беспокоятся и пишут в баббл, спрашивая о нас, но пока все, что я написала это простое: « Не беспокойтесь, все будет хорошо, люблю вас, простите. » Мало того, что я страдала из-за девочек, так еще и добавился Минхо. Почему он сегодня был рядом, зачем ему тратить время на меня? Мы же по факту незнакомцы. А все прекрасно знают отношение Минхо к другим людям. У него буквально второе имя — Айсберг. Он известен за свой «широкий» спектр эмоций, которые он проявляет на публике. Но, кажется, когда дело касается мемберов группы, то он становится совсем другим. За его подколами по отношению к ним виднеется доброта. Но я здесь причем? Почему он спрашивает о моем состоянии, почему проявляет тактильность и почему при каждой удобной возможности он заводит сл мной разговор? Мне непонятно все это. А вдруг это все лишь игра, и ему на самом то деле просто весело наблюдать за моим недоумевающим лицом? И такое может быть, ведь я его почти не знаю, как человека. Но с другой стороны если бы ему хотелось лишь мной воспользоваться, стал бы он сидеть на холодном полу возле моей кровати, отдав единственные стулья девочкам? Обычно если человеком пользуются, то о нем не заботятся, разве не так? Мне бы очень хотелось узнать истинный мотив его действий, но смогу ли я сделать это? Не знаю. Какие чувства вызывают наши с ним взаимодействия тоже без понятия. Мне вроде бы и приятно, что он проявляет ко мне внимание, но в это же время хочется держатся подальше. Он пообещал мне, что обязательно придет еще навестить меня, а я лишь кивнула. Может быть в следующий раз я смогу узнать зачем он все это делает. А может спрошу сначала у Банчана о том, какой же Минхо человек. Вдруг он окажется на самом деле бабником и он просто увидел новую цель. Правда, когда я подумала о том, что Минхо бабник, то стало не по себе и начало тошнить. Интересная реакция тела конечно. После моего мозгового штурма я почувствовала, что нуждаюсь в общении и поэтому позвала Раон. — Раон, может пообщаемся? Ты можешь встать с кровати и ко мне пересесть, а то мне сделать это немного проблематично пока, — усмехнулась с грустью я, смотря на свою загипсованную ногу. — Конечно, онни, — она сняла наушники, взяла капильницу, с которой можно было передвигаться и пересела ко мне. — Ты как вообще? — Таблетка до сих пор действует, поэтому ничего так, — улыбнулась Раон. — А ты? Мне кажется или тебе грустно? Только не говори, что ты винишь себя в том, что произошло? — с испугом спросилс Раон. Какие же у меня проницательные подруги все же, ничего не скроешь, даже если очень постараться. — Скажи честно, ты мысли читаешь? — рассмеялась искренне я. — Не отходи от темы, онни! — Да, Раон, ты чертовски права. Мне правда жаль, что я не смогла отстоять свою позицию у директора и нам пришлось все это делать. Мы все пострадали, понимаешь? А моя задача, как лидера, защищать свою команду, а не… — Раон перебила меня, не дав договорить. — Стоп, Дживон, — она меня называла по имени лишь тогда, когда ее настрой был очень серьезен. — Это не твоя вина, ясно? Ты придумала делать эти элементы — нет. Ты попыталась нас защитить, зная, что разговор ваш будет максимально противным с этой… Айщ, даже слов для нее нет. То, что ты сделала для нас — уже ценно. Ты сделала все, что могла и не смей себя винить в произошедшем. Как минимум пострадала больше всех именно ты. — завершила свою речь Раон, а слезы с моих глаз скатывались по щеке с неуловимой скоростью. — Раон, спасибо тебе большое, я так рада, что вы у меня есть. Эти слова меня были сейчас нужны, как никогда, спасибо, — шмыгнула носом я и обняла подругу, хоть и не так крепко, ведь больная спина не позволяла сделать это и поврежденное плечо Раон, но так чувственно, как только могла. *** Болтали мы так часа два точно. Мы обсудили буквально все. От травм, полученных на премии, до политики. Позже Раон пошла спать, ведь время уже было позднее, а я укрывшись одеялом начала думать о плане мести, который слишком долго таился глубоко в моем сердце. Вчерашний день стал решающим.