Мы никогда друг друга не забудем

После жестокой войны, которую устроил Мегатрон, Оптимус стал относиться к нему холодно и с капелькой ненависти. Оптимус не хотел больше видеть его, что уж там говорить, что он не хочет даже рядом стоять. Это и потрясло их отношения, власть и халатность к чувствам Оптимуса. Если Мегатрон и говорил, что он этого не хотел, то это было лишь ложью. — Прошу, давай поговорим! — твердил он. Но его даже слушать не хотели. — О чём? О том что ты устроил? — холодным голос спросил уже не Орион Пакс, а Оптимус Прайм, — о чём мне с тобой говорить? — Хотя бы просто выслушай, пожалуйста… — умолял его Мегатрон, смотря на того уже сердитыми глазами. — Просто оставь меня в покое. Увы, но наши пути расходятся. — сказал на последок ему тот и просто ушёл. Мегатрон остался окружённый обломками домов и серым небом над головой. Он посмотрел под ноги. Мир как будто потряс вокруг, он хотел пойти за ним, но уже было поздно, от него и след простыл. Мегатрон еле стоял на ногах. Что же он натворил. Стремление к власти разрушила отношения с Оптимусом. Он посмотрел на серое небо. На оптике образовалась слезинка, которая спустилась по щеке лидера. Тот зарычал и пошёл прочь оттуда. Но перед глазами был силуэт любимого, которого уже вряд ли получится вернуть. Мегатрон держал свою боль внутри, от чего становилось дурно в грудной секции, мотор уже был готов выпрыгнуть. Он остановился на секунду, схватившись манипулятором за грудную секцию. Было тяжело дышать, он не мог поверить, что потерял его. Когда дышать стало легче, он пошёл дальше, медленно, не торопясь. Когда удалось расшифровать реликвии Иакона, Мегатрон отправился туда за последним — Молот Солуса Прайма. Он очень надеялся, что не увидит Оптимуса снова, ему и так было больно, когда он украл Оптимуса и стёр его память, внушив ему, что он десептикон. Он и вправду этого не хотел, но ему пришлось, он всё так же жаждал власти над Автоботами. Когда корабль оказался на координатах молота, его уже не было. Мегатрон удивился и разозлился одновременно. Он не мог поверить, что автоботы его опередили и забрали молот. Мегатрон даже не знал, что молот не активируется в его руках, он просто хотел его заполучить, как он был наивен и глуп. Он ругал себя и ругал своих солдатов, сам не зная почему он на них кричит. Ему просто нужно было вымести свою злость на кого-то. После он удалился в управление, где мог в тишине погрузиться в свои мысли, пока кто-то снова его будет беспокоить. Боль в груди его беспокоили не меньше. Все эти мысли, забитые о Прайме. Почему он его до сих пор беспокоит? Разве он не должен его оставить в прошлом? Всякий раз, когда он его видит, вспоминается его силуэт. Мегатрон тихо прорычал, мотая шлемом, как бы отгоняя противные мысли из мозгового модуля. Как будто прошло всего пару нанокликов, как за спиной Мегатрона послышался противный голос Старскрима. — Мой Господин, у меня для вас неприятная новость. — сообщил ему тот, смотря на него напуганной оптикой. — Чего тебе нужно, Старскрим. — недовольно прорычал лидер десептиконов, не оборачиваясь на него, — если ты снова что-то учудил, то это не мои проблемы. — Нет, Господин, дело в другом. — тихо промолвил Старскрим. — Ты можешь не тянуть?! — уже крича он обернулся к навязчивому помощнику, вечно желающий занять место лидера. — Автоботы на корабле, прямо сейчас. — сказал он, стоя как напуганный сурок, смотрев округлённой оптикой на своего хозяина. Ничего не сказав, Мегатрон двинулся по коридорам, приказывая солдатам найти этих автоботов. Он был раздражён, что автоботы снова испортили все планы Мегатрон, что на этот раз им нужно?! Мегатрон снова погрузился в мысли всего на один наноклик, как в него кто-то врезается. Он прошипел и посмотрел на того, кто в него врезался на скорости. Оптика Мегатрона округлилась, а сам он замялся, даже не зная что сказать и что думать. Перед ним был Оптимус Прайм, который хотел уже двигаться дальше, как будто вовсе не замечая его, но Мегатрон вовремя схватил его за манипулятор. — Стой, прошу, не уходи. — протароторил тот быстро, боясь что он уйдёт и больше его не увидит через миллиарды лет. Оптимус пытался вырвать манипулятор из хватки Мегатрона, но тот совсем не давался. Мегатрон потянул его на себя. Прайм снова врезался в него, впечатавшись фейсом в грудную секцию Мегатрона. Тот недовольно посмотрел на него с высока и, приподняв одну бровь, ожидая того что он скажет. — Прошу, не уходи. — уже спокойно попросил его Мегатрон, — давай просто поговорим. — Я тебе уже говорил, что нам не о чем разговаривать. Он уже собирался его оттолкнуть, как почувствовала крупные захваты на своей талии. Прайм засмущался и растерялся в своих действиях. — Просто выслушай. Я не хотел этого. Я не хотел чтобы наш путь вот так закончился. Дай мне шанс, я исправлюсь, я буду другим. Только, пожалуйста, вернись ко мне. Давай начнём с чистого листа. Мег сам не ожидал, как начал открывать душу перед ним, пока он смотрел на него холодным и безразличным взглядом. Когда он закончил, прошло несколько клайков, как Оптимус резко толкает его и быстро уходит назад. — Да что ты несёшь вообще?! Ты ничего не понимаешь на самом деле?! Просто, оставь меня в покое. Я- Прайм не успел договорить, как его снова хватают и его затыкают губы Мегатрона. Губы были горькими, но после неприятной горести идёт сладкий привкус, словно от карамельной конфеты. Все мысли из мозгового модуля его покинули и он прикрыл свою оптику во время поцелуя. Этот поцелуй быстро разорвался между ними. Манипулятор Мегатрона оказался на щеке Прайма, а захваты нежно её ласкают. Оптимус смотрел на Мегатрона несколько нанокликов, прежде чем заговорить спокойным голосом. — Ты действительно думаешь, что сможешь вернуть отношения обратно? Прости, но нет. Я не хочу себе такого партнёра. — после своей речи, Оптимус толкает его снова и уходит. Мегатрон снова стоит на месте. Он хотел за ним побежать, но сервоприводы не двигались в его сторону, как будто ему что-то мешает. — ОПТИМУС, СТОЙ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ТАК МЕНЯ БРОСИТЬ! — закричал лидер. От злости он рычал и шипел. Оптимус медленно повернулся к нему, с ухмылкой. — Правда? Так вот НЕТ! — крикнул ему из далека Оптимус, подходя к нему снова, всё ближе и ближе. — Ты думаешь, что мне всё равно?! НЕТ! Мне было больно! Мне было больно, как и тебе! Мне было больно от того, что ты такой мерзкий и самовлюблённый уёбок, который только и хочет власти над всей Вселенной! — на оптике Прайма образовались слёзы. Они словно водопад скатывались по щекам, обжигая их, — ты не можешь быть настолько глупым, чтобы не понять этого! Прайм заливался слезами. Таким Мегатрон не видел его никогда с момента, когда они познакомились. — Я ДОВЕРИЛСЯ ТЕБЕ, НО ТЫ ОКАЗАЛСЯ ТАКОЙ ГНИДОЙ! — он ругался на него, крича человеческими оскорблениями. Он был уже на грани истерики. В оптике виделась только боль и печаль. Мегатрон был ошарашен от эмоции Прайма. Видимо всё то, что накопилось у него внутри, вылилось на Мегатрона. Впервые он чувствовал стыд перед Оптимусом, такой большой, что давит на искру. Оптимус посмотрел презирающем взглядом на Мегатрона и попросту убежал весь в слезах. Он забежал в какой-то отсек и скатился по стене. Прайм не ожидал сам, что расплачется, ожидая что он просто накричит на него, но не ожидая никак слёз. Оптимус поджал ноги к грудной секции и, обняв их он раздумывал. В мысли только лез Мегатрон, его улыбка, его поцелуи, объятия, всё это было что-то тёплым, греющий искру. Если бы он мог, то вернул того старого, милого Мегатрона. Слёзы скатывались на сервоприводы, они всё текли и текли. Оптимус не знал, сколько он уже там сидел, кажется, что вечность, казалось, что он тут и заржавеет и никто не узнает. Но его поток мыслей оборвал спокойный и тёплый голос Мегатрона. Прайм даже не повернулся к нему, чтобы посмотреть ему в оптику. — Что тебе снова нужно, утырок? — снова обозвал он его, всё ещё не смотря ему в оптику. Резко его корпус обвили объятия Мегатрона. Его манипуляторы аккуратно сжимали его, словно он — хрупкая вещь. Оптимус уткнулся фейсом в плечо Мегатрона. Манипуляторы Мегатрона нежно поглаживали спину Прайма, успокаивая его. Прайм ответил тем же, просто обняв его и прижавшись всем корпусом. — Прости меня, умоляю. Я допустил много ошибок. — молвил Мегатрон, успокаивая Оптимуса, понимая, как он его сильно ранил, — я понимаю как ранил тебя, прямо в самую искру. Оптимус промолчал, успокоившись и прислушиваясь в прелестный и тихий голос Мегатрона. Оптика Оптимуса немного затухает и закрывается, затем он ушёл в оффлайн. Когда Менатрон это заметил, то сел рядом, при обнимая любимого за плечо...