Appreciate Me?

      Зимние каникулы должны были пройти совсем не так. В планах было вернуться домой и за долгожданной встречей, напившись дорогим вином родителей Лидии, поболтать о том, как классно в колледже. Вместо этого Стайлзу приходится торчать в лофте Дерека вместе с Зомби-Волком, из-за того что стая отправилась на поиски существа, что нападало на туристов в заповеднике. — Знаешь, если тебе скучно, можем заняться сексом, чтобы скоротать время, — ни с того ни с сего предложил сидящий на диване Питер. Он растянулся, положив руки на спинку дивана и почти неприлично раздвинув ноги. Стайлз бросил на него равнодушный взгляд и не удостоил комментария ответом. Питер простодушно вскинул руки. — Ладно, просто предложил. Угомони уже свою девственную попку. — Девственником меня вряд ли назовешь, — буркнул Стайлз, усаживаясь в кресло в другом конце гостиной.       Питер с озорством во взгляде заинтригованно хмыкнул. — Неужели малютка Стайлз чему-то научился в колледже?       Стайлз вздохнул и откинул голову назад, закрыв глаза. — Я не собираюсь заниматься с тобой сексом, Питер, — затем, так тихо, что Питер едва расслышал, он добавил: — Ты не вынесешь того, что я с тобой сделаю. — Боже-боже, — восторженно пропел Питер. — С каким раздутым эго ты вернулся, дорогой! На словах-то ты хорош, а на деле докажешь? — Это не эго, — возразил Стайлз, но не в свою защиту, как того ожидал Питер, а словно бы это был факт.       Волка это очаровало, и он задумчиво нахмурился. — Я слышу, как бьется твое сердце, поэтому знаю, что ты веришь в то, что говоришь. Но теперь я заинтригован. Что именно ты сделаешь со мной такого, чего, по-твоему, я не вынесу?       Стайлз открыл глаза и снова вздохнул. — Я не собираюсь заниматься с тобой сексом, Питер, — повторил он. — Даже если так, мне все равно любопытно, — самоуверенной позы Питера как не бывало; он наклонился вперед, опершись локтями о колени и сцепив пальцы в замок.       После нескольких секунд молчания Стайлз покачал головой, но уступил. — Правда хочешь знать?       Питер кивнул, махнув рукой, призывая его продолжать. — Удиви меня.       Стайлз подозрительно прищурился, но что-то во взгляде Питера подтолкнуло его. — Это сложно объяснить, — начал он. — Знаешь, как во время секса подстраиваться под разных людей?       Юноша говорил о сексе будничным тоном. Он был так далек от прошлогоднего неуклюжего и незрелого Стайлза, что Питер помедлил, прежде чем настороженно кивнуть. — Я просто... — он замолчал, сделал глубокий вдох, затем раздраженно выдохнул и провел рукой по затылку. — Я просто приглядываюсь к человеку и выясняю, что ему нравится. Что его заводит. А тебя, — он с ухмылкой склонил голову. — Тебя не так уж сложно прочитать, Питер. Я знаю, что тебя заводит. И ты не сможешь с этим справиться.       Впервые в жизни Питер не знал, что ответить. После нескольких минут тишины, в которой можно было б услышать, как муха пролетит, к Питеру наконец вернулся дар речи. — Значит, единственная причина, по которой ты не будешь заниматься со мной сексом — это то, что ты боишься, что я не смогу с этим справиться?       Стайлз обдумал его вопрос и пожал плечами. — Наверное, да.       Питер ухмыльнулся, став похожим на кота, поймавшего канарейку. — Получается, ты был бы не против заняться сексом со мной, если я заверю тебя, что проблем не будет, а если ты окажешься прав, то виноват я сам? — О боже, ты от меня не отстанешь, да? — Стайлз застонал и поднялся на ноги. — Ладно, пойдем, — он подошел к двери и, натягивая ботинки, оглянулся, чтобы убедиться, что Питер следует за ним.       Питер, торжествуя, встал и прошагал за Стайлзом к двери. — Не хочешь доказать мою неправоту здесь?       Стайлз насмешливо хмыкнул. — Если Дерек выпотрошит одного из нас или вообще обоих во время нашего сеанса посткоитальных обнимашек за то, что мы осквернили его квартиру, это испортит всё впечатление. — Сеанс посткоитальных обнимашек? — Питер неуверенно приподнял бровь. — О да, Большой Злой Волк, после того, как я с тобой закончу, тебе понадобятся хардкорные обнимашки.       Схватив свой рюкзак, Стайлз вылетел за дверь, повел ошарашенного Питера к его автомобилю, потом встал у пассажирской двери и стал ждать, пока Хейл отопрёт машину. Когда пристегнулись, Стайлз велел Питеру поехать к нему домой, чтобы никто их не побеспокоил. Только Питер завел машину, Стайлз протянул руку и положил ладонь на ногу волка, примерно на середину бедра, и легонько прошелся пальцами по внутреннему шву джинсов Питера. Его пальцы не двигались ни выше, ни ниже и не сжимали бедра. Лишь без конца осторожно поглаживали.       От первого прикосновения Питер вздрогнул, но тут же расслабился. Он все ждал, что Стайлз что-нибудь скажет, взглянет на него или проведет ладонью выше по ноге, но не дождался. Питера это расстроило, потому что ощущения были чертовски приятными, но, как оказалось, ни к чему не вели. Было только приятное прикосновение.       В голове у него возникла мимолетная мысль, что, возможно, Стайлз не выдумывал и точно знал, как довести Питера до оргазма, но оборотень отогнал эту мысль. Это ведь тот самый Стайлз, который умолял, чтобы кто угодно лишил его девственности, когда появился дарак; которому не разрешалось подходить близко к антиквариату в лофте и который вечно спотыкался о предпоследнюю ступеньку в своем доме.       Питер припарковался, и они, не говоря ни слова, вошли в дом. Когда они добрались до гостиной, Стайлз кивком указал Питеру, чтобы тот сел на диван, и положил свой рюкзак на подушку рядом с оборотнем. Питер принял позу, в которой сидел в лофте: широко раздвинул ноги, а руки самоуверенно раскинул вдоль спинки дивана. Стайлз выключил несколько ламп, но оставил столько света, чтобы они хорошо видели друг друга. Атмосфера была «застенчиво-романтичной». Питер напрягся, потому что понял: ему это нравится. — Тебе удобно? — спросил Стайлз, подошедши к Питеру и встав перед ним.       Питер растопырил пальцы в знак приглашения. — Дерзай.       Стайлз одарил его будто печальной улыбкой, шагнул вперед и забрался коленями на диван. Он оседлал оборотня и отклонился назад, так что его вес пришелся на бедра Питера. — Я собираюсь сделать не это, — прошептал Стайлз, не сводя нежного взгляда с глаз мужчины.       Без предупреждения он подался вперед и запечатлел на губах Питера едва ощутимый поцелуй. Он отстранился, не успел Питер и моргнуть. Оборотень ухмыльнулся. Это он умел. В этой части прелюдий он был хорош. Он наклонил голову, словно намеревался поцеловать Стайлза, но юноша только отшатнулся и дважды качнул головой. Стайлз глубоко вздохнул и положил руки на грудь оборотня, большие пальцы оказались на впадинке под горлом. С легким нажимом провел ладонями по плечам Питера, спустился по бицепсам, остановился на краях рукавов. Прокравшись дразнящими пальцами под рукава, Стайлз провел короткими ноготками по кистям и предплечьям Питера, по коже его побежали мурашки.       Питер нахмурился, но был заинтригован непривычной для него прелюдией. Стайлз взял руки Питера и поднес их к губам, стал целовать каждую костяшку его левой, затем правой руки, не сводя глаз с волка. От пристального взгляда Стайлза и нежности его прикосновений у Питера перехватило дыхание. Никто никогда прежде не прикасался к Питеру с такой заботой. Мысль о том, что Стайлз, наверное, все же не соврал, вновь закралась в его сознание, но в этот раз задержалась в нем. Стайлз взял его ладони в свои и притянул к своим бедрам, направляя их под футболку, чтобы обхватили теплую плоть над талией. Питер обнаружил, что не в силах сопротивляться, и крепко прижался к юноше.       Руки Стайлза вернулись к плечам Питера и медленно поползли к шее оборотня. Он знал, что шея — чувствительная область у волков, и захотелось узнать, как Питер отреагирует, если он приблизится к ней. К его удивлению, Питер слегка обнажил горло. Движение было короткое, но Стайлз его уловил. Он провел кончиками пальцев по адамову яблоку Питера и уложил пальцы на горло, по бокам. Прошелся большими пальцами вверх и вниз по шее и на мгновение сжал его, потом обхватил затылок. Стайлз пробежался ногтями между волосков у основания шеи и несколько секунд почесывал, упиваясь тем, как от этого трепещут и почти закрываются глаза Питера. Руки его на бедрах Стайлза вдруг сжались. — Что... — запнулся, пришлось сделать глубокий вдох и только тогда продолжить. — Что ты делаешь, Стайлз?       Стайлз подарил ему ту же печальную улыбку, что и раньше. — То, что пообещал тебе, — это был не ответ на вопрос, но и не ложь.       Он провел пальцами по жестким волоскам на груди, выглядывавшим из-под v-образного выреза Питера, и скользнул руками вниз по бокам мужчины, вызвав у того нечаянную дрожь. Затем Стайлз потянулся к лицу Питера, большими пальцами блуждал по скулам мужчины, потом руки обвели линию бровей и огладили волосы на голове. Питер судорожно вздохнул, от этих ласк чуть не закрыл глаза.       Стайлз улыбнулся ему, и, если бы это была насмешка, Питер тут же окончил бы их маленькую тренировку. Однако улыбка напротив вышла какой-то теплой. Питер не смог для себя решить, что хуже. — Подними, — прошептал Стайлз, указав на руки Питера.       Питер немедленно подчинился, и Стайлз снял с него футболку. Руки юноши снова легли Питеру на грудь, огладили ладонями грудные мышцы, на мгновение задержавшись пальцами на сосках. Он дразнил и пощипывал их, пока они не отвердели, потом оставил их. Питер в ужасе и восторге осознал, что уже тяжело дышит. Он хотел, чтобы Стайлз перестал дразнить, но и от его ласк отказаться был не в силах. Это была прекрасная пытка.       Стайлз исследовал рельефный пресс Питера, провел пальцами по изгибу его бедер. Оборотень крупно вздрогнул. Член был болезненно твердым, но руки Стайлза не приближались к нему. — Терпение, — ласковым голосом приказал Стайлз и наклонился для еще одного поцелуя, который был лишь едва заметным прикосновением губ.       Питер поймал себя на том, что из горла вырывается скулеж. Такие поцелуи были ему чужды. Он привык целоваться грубо, властно и кусать. Такие поцелуи всегда к чему-нибудь приводили. Эти же, дразнящие, лишь больше раззадоривали.       Наконец Стайлз расстегнул пуговицу на джинсах Питера, и тот с облегчением вздохнул. Стайлз хохотнул, но оборотень был не состоянии как-то отреагировать. Стайлз расстегнул молнию и похлопал Питера по бедру. Тот наконец смекнул, что к чему, и приподнялся. Стайлз встал и неторопливо стянул с него джинсы, не тронув белья. Невозможно было не заметить мощную эрекцию, обтянутую шелковистой красной тканью. Стайлз на секунду задержался, чтобы провести пальцем по всей ее длине, закрыл глаза, вкушая громкий ах, вырвавшийся из горла Питера. Тот откинул голову назад и закрыл глаза, забив на все попытки притвориться, что не получает от происходящего удовольствия.       Стайлз сосредоточился на том, чтобы снять с оборотня брюки, а в конце бросил их в сторону. Опустившись на колени, он взял левую ступню Питера и провел большим пальцем по своду, усмехнувшись, когда Питер застонал. Несколько секунд он растирал ее, затем проделал то же самое с правой. После Стайлз переключился на голени Питера. Коснулся лодыжек, поднялся вверх по икрам и остановился чуть выше колен. Он осыпал поцелуями внутреннюю поверхность бедер Питера, подбирался к краю трусов, но снова спускался к коленям. Стайлз повторял до тех пор, пока Питер не простонал его имя.       Тогда Стайлз потянулся к резинке трусов Питера и спустил их, и Питер оказался полностью обнаженным. Оборотень был крепко сложен, член среднего обхвата, но на несколько сантиметров в длину больше, чем Стайлзу попадались раньше. Ему потребовалась секунда, чтобы оценить эту картину. Глаза Питера были закрыты, он тяжело дышал. По его телу бежали мурашки, а отяжелевший член крепко прижимался к животу.       Это сделал он. Это сделал Стайлз. — Ох, хватит поздравлять себя, Стайлз, сделай что-нибудь с этим, — сказал Питер, открывая глаза и указывая на свой возбужденный член. — И не делай вид, что тебе самому не хочется. Я чувствую запах твоего возбуждения.       Стайлз усмехнулся. — Я никогда не говорил, что ты мне не нравишься, Питер. Естественно, в таком виде ты меня возбуждаешь. Теперь ты замолчишь и дашь мне продолжить, или тебе охота еще немного поболтать?       Питер сверкнул своим льдисто-голубыми взглядом на Стайлза, но промолчал. Стайлз наклонился вперед и прошелся языком по изгибу в месте, где бедро Питера встречалось с его туловищем, близко к члену. Выждав секунду, юноша подул на кожу, заставив Питера задрожать и выругаться. Самодовольная усмешка расплылась по лицу Стайлза, и он проделал то же самое с другой стороны. — Блять, Стайлз, — промямлил Питер.       Стайлз выпрямился в полный рост и подождал, пока затуманенный взгляд Питера немного прояснится. Потом медленно снимал с себя одежду, давая Питеру возможность наглядеться. Глаза Питера засияли, когда очередь дошла до брюк. Стайлз расстегнул и неторопливо спустил их, показывая боксеры, которые никак не могли скрыть, насколько ему нравилось то, что он делал с Питером. Питер облизнул губы, когда Стайлз зацепился пальцами за пояс белья. Потом потянул вниз, уверенно подняв голову и обнажая свой член. Стайлз знал, что у него средний размер, но пользоваться он им умел. Он был уверен, что вечер пройдет по иному сценарию, но надеялся, что в будущем будет еще один шанс показать это Питеру. Увидев голодный взгляд оборотня, его уверенность в этом будущем укрепилась. — Стайлз, — Питер понял, что стонет. — Я здесь, детка, — Стайлз снова устроился на коленях мужчины, наслаждаясь резким вздохом, который тот издал, услышав ласковое слово.       Питер уткнулся в горло Стайлза, остервенело вдыхая его запах. — Мне нужно... — заныл он, но не смог закончить мысль. — Я знаю, что тебе нужно, — успокоил его Стайлз, осторожно оглаживая его бока.       Стайлз наклонился вперед и оперся одной рукой о спинку дивана рядом с головой Питера; другую руку завел за спину и обвел колечко мышц, тихонько выдыхая. Руки Питера тут же обхватили его ягодицы и раздвинули их, холодный воздух лизнул дырочку. Стайлз ахнул и положил голову Питеру на плечо. — В переднем кармане, — выдохнул юноша.       Питер убрал одну руку и порылся в рюкзаке Стайлза, что лежал на краю дивана. Достав лубрикант, протянул его юноше. Стайлз обильно смазал пальцы и вернулся к своей дырочке. Этому он научился на первом семестре в колледже и даже немного в старшей школе. Он быстро ввел один, затем второй палец. Стайлз все оставлял на плече Питера грубые засосы и удивлялся тому, как быстро они исчезали.       Два пальца превратились в три, и он посчитал, что этого достаточно. — Презерватив? — додумался спросить Питер.       Стайлз покачал головой. — Я сдавал анализы прямо перед тем, как приехать, и ты все равно ничего не подхватишь.       Питер зарычал и снова положил руки на бедра Стайлза. Тот наконец взял член Питера, направил ко входу и приподнялся. Он встретился взглядом с волком и аккуратно его поцеловал тем поцелуем, что выбивал все мысли из головы. Стайлз опустился на член Питера и ахнул, когда головка коснулась кольца мышц. Потом зажмурился и оперся второй рукой о спинку дивана. Через несколько секунд он распахнул глаза, и те встретились с глазами Питера. Юноша одарил оборотня нечитаемой улыбкой и стал насаживаться на его член, сантиметр за сантиметром, пока совсем не уселся на колени Питера. Тот резко выдохнул, и лицо его преобразилось. Оборотень тряхнул головой, чтобы скрыть звериный лик и отвести взгляд. Стайлз убрал одну руку со спинки дивана, чтобы схватить Питера за подбородок и заставить волка посмотреть на него. — Нет, — горячо возразил Стайлз. — Тебе не нужно прятаться от меня. Только не от меня.       Прежде чем Питер успел поинтересоваться, что Стайлз имел в виду под «только не от меня», юноша положил обе руки ему на плечи и на пробу приподнялся. Оба охнули, когда член Питера заскользил внутри Стайлза. — Блять, Питер, у тебя такой большой, — простонал Стайлз.       От похвалы Стайлза у Питера перехватило дыхание. Без предупреждения Стайлз опустился обратно, вызвав еще один стон обоих, и скоро они нашли нужный ритм. Стайлз то подскакивал, то снова садился на член Питера, а теплые руки мужчины оставляли отметины на бедрах Стайлза. Стайлз все говорил и говорил, пока Питер не сдался, и его лицо вновь изменилось: — Да, — выдохнул Стайлз. — Вот так, мой волк. Мне так хорошо. — Стайлз, — простонал Питер. — Очень хорошо, — повторил Стайлз, подпрыгивая быстрее.       Питер велел Стайлзу прогнуться в спине, надеясь, что это поможет найти простату юноши. Стайлз охотно поддался и вскрикнул, когда член Питера достиг пучка нервов. Волк Питера завыл от удовольствия, когда Стайлз, мягкий, будто без костей, доверил Питеру принять на себя весь его вес. Питер так и сделал: он держал юношу, пока тот отчаянно двигал бедрами. Стайлз несмело потянулся к своему члену, с которого уже текло, но Питер оттолкнул его руку. — От моего члена, — невнятно произнес он, с новой силой вдалбливаясь в Стайлза.       Стилински не смог с этим не согласиться, поэтому позволил вколачиваться в себя, не стараясь глотать крики удовольствия. Не прошло минуты, как он почувствовал напряжение внизу живота и беззвучно ахнул, кончая на торс. Его член слабо подергивался, пока в него продолжали вдалбливаться.       Питер застонал и стиснул зубы. — Кончаю, — прошепелявил он сквозь клыки.       Он хотел было выйти из Стайлза, но тот его остановил. — В меня, детка, — с чувством произнес он.       Питер от тех слов зарычал и заполнил Стайлза спермой, толкнувшись еще три раза, прежде чем рухнуть на спинку дивана, увлекая юношу за собой. Несколько минут они лежали так, тяжело дыша, после Питер вытащил уже обмякший член из Стайлза. С губ обоих сорвались стоны, и Стайлз нашел в себе силы выпрямиться, вновь оседлав оборотня.       Глаза Питера были закрыты, поэтому он не мог видеть, что достает Стайлз из своего рюкзака. Он слышал только, как расстегивается молния и что-то шуршит. Только когда он почувствовал на себе влажную салфетку, понял, что Стайлз стирает пот и сперму с их тел. Когда с этим было покончено, Стайлз встал и протянул руку. Питер без раздумий взял ее, и его подвели к кровати. Стайлз откинул одеяло и бережно уложил Питера на кровать, обогнул ее и лег рядом. Питер, не привыкший к тому, что его любовники задерживались после основных действ, нахмурился. — Посткоитальные обнимашки, помнишь? — беззлобно пошутил Стайлз; веки затрепетали, словно держать их открытыми давалось ему с трудом.       Питера вдруг охватил ужас от мысли, что Стайлз может уйти прямо сейчас, потом он ужаснулся уже этим чувствам.       Стайлз придвинулся ближе, толкнул Питера на спину и обнял волка, положив голову ему на грудь и удовлетворенно вздохнув. — Что ты со мной сделал? — почти неслышно спросил Питер. — Именно то, что я тебе говорил, — ответил Стайлз и повторил: — Тебя не так уж сложно прочитать, Питер. Я просто оценил тебя по достоинству.       Питер с минуту боролся с собой, но был не в силах остановить себя и не притянуть Стайлза ближе, уткнувшись носом в его макушку. — Так... — он с трудом сглотнул. — Может, как-нибудь захочешь сделать это опять? Оценить меня?       Стайлз поднял голову и лучезарно улыбнулся волку. — Я надеялся, что ты спросишь, — Стайлз наклонил голову, требуя поцелуя, и радостно замычал, когда Питер исполнил просьбу. — Значит, это «да», — подтвердил с улыбкой Питер.       Стайлз зевнул и прижался к груди оборотня. — Конечно, блин, да. Теперь ты от меня не отвяжешься, детка.       Питер не возразил и впервые после пожара уснул с улыбкой на лице.