Горящая решимость

Лежать и размышлять о своем, выпадать из реальности — чудесное блаженство в жизни. Особенно в выходной день, когда тебе никуда не надо и никто не отвлекает. Особенно летом, когда таких выходных целая куча. А о чем обычно можно размышлять? Ну, например, выдумывать разные миры или несуществующие ситуации. В моем случае можно совместить оба варианта. Тем прекрасным летним вечером выходного дня я лежала и размышляла, не обращая внимания ни на что другое. И размышляла я о конкретном фандоме, все сезоны которого я закончила пересматривать днем ранее. Этот сериал лего затронул мою душу ещё в далеком детстве, и даже в эти 15 лет я все еще любила его. «Ниндзяго» был тем самым детским мультиком, за выходом которого я следила многие годы, когда вернулась в этот фандом, и пересматривала его. Так как обычно в мои размышления входили и представления себя попаданкой в самые разные вселенные, тот раз не отличался от остальных. В своих мыслях я решила попасть в какого-нибудь персонажа из просмотренного ранее «Ниндзяго», вдохновившись в процессе его просмотра. «В какого персонажа мне больше понравиться попасть?"–задавалась я тогда вопросом. «Может быть, в Ллойда? В отдельного перса? Но, судя по тому, что Каю давалось меньше внимания в последних сезонах, я бы хотела попасть именно в него. Интересно было бы посмотреть на мир с его стороны». За своими размышлениями я не заметила, как медленно начала проваливаться в сон. А снилась мне большая комната с такой же мебелью, и лежала я в детской деревянной кроватке, стоящей в противоположной стены у окна. Была ночь. На диване рядом с кроватью посапывали укрытые пледом мужчина и женщина. В этом сне я поняла, что была ребёнком, и это позволило мне выползти из-под одеяла и встать, опираясь на бортик кроватки, чтобы осмотреть помещение. Эти люди показались мне смутно знакомыми, но после того, как я осознала это, перед глазами все размылось, сменяя сцены сна. Вот я гуляю на лужайке и подбегаю к своим, видимо, родителям. Они хотят показать мне какой-то сверток, подзывая меня. –Сынок, смотри, это твоя сестренка. Её зовут Ния. Люби и защищай её. — говорит кто-то из них. Я беру сверток в свои руки, радуясь и говоря что-то родителям. Постепенно сцена сна становится мутной, в то время как я перевариваю происходящее. «Ничего себе! Не думала, что сразу после мыслей о Кае мне приснится его жизнь от первого лица. Редко мне так везёт на сны. Видимо, когда я проснусь, буду весь день фантазировать». Пока я думала, перед моим взором предстала полянка, где я смотрела на бабочку вместе с Нией. Получив во сне контроль над телом, я повернула голову так, чтобы видеть краем глаза происходящее сзади. Я узнала эту сцену, когда Кракс уводил Рэя и Майю от детей. Мне было грустно, но я не могла допустить, чтобы Ния что-нибудь заподозрила, поэтому держала радостную улыбку, возвращаясь к рассмотрению бабочки, севшей на цветок. Той же секундой все начало меняться, и я почувствовала, как я бегу. Рядом со мной бежала Ния, уже немного повзрослевшая, в сторону кузницы. Кажется, мы играли в какую-то игру, вроде полосы препятствий. Мы перепрыгнули кучу лежащих досок, обошли деревянную коробку с железом, двигаясь синхронно. Внезапно, почувствовав прилив сил, я перепрыгнула сестру, оттолкнувшись от стены. Не обращая внимание на неожиданный трюк, мы продолжили двигаться дальше, хватая по подкове, висящей высоко от земли на веревке. Выбежав на улицу, мы обменялись предметами, бросая их друг другу, а затем и в крепкий большой горшок, который от этого свалился, но не разбился. И, наконец, мы закончили эту полосу препятствий, проскальзывая под скамейкой. Остановившись и отдышавшись от бега, мы посмотрели друг на друга и начали прыгать от радости. Я была счастлива, и Ния тоже. После этого сон несколько раз менял свои очертания, показывая разные события из жизни Кая. Где-то я в первый раз пробовала ковать оружие, где-то ходила на базар с сестрой, а где-то училась готовить. В одном из событий я была одна, во взрослом Кае, ловила рыбу вместо сестры на речке, так как она прибиралась дома. По моим ощущениям в тот момент мне, то есть Каю, было скучно одной, но сон не останавливался. Мне показалось странным наличие такой подробной информации, но мне было интересно, что будет дальше, и я не пыталась проснуться, как в некоторых моих кошмарах. Внезапно я оказалась в кузнице, с раскаленным куском железа на столе и молотом в руках. Я перенеслась на время процесса ковки, и я очень хотела попробовать выковать оружие самой, а не с помощью сна. В моей голове нарисовался образ предмета, который мне нужно сделать из этого куска железа. Я взяла молот и стукнула им по сплаву со всей силы. Кусок прогнулся, образуя ровную вмятину. «Удивительно. А еще так жарко… Хорошо, что я в перчатках». Я продолжила наносить удары по сплаву, преобразуя его в некое подобие острого орудия. Спустя много времени, что мне понадобилось для ковки и остывания железа в воде, я уже держала в руках настоящий односторонний меч с железной рукоятью. Оставалось только замотать рукоять лентой или верёвкой, чтобы было удобно хвататься. Подыскав рядом со столом заготовленную пачку лент, я обмотала одной меч и скрыла завязанный узел. Работа вышла прекрасной. Меч прямо блистал и сверкал в моих руках, когда я вертела его, подняв вверх. — Ния, посмотри, какой меч я сделал! — Я хотела поделиться с сестрой своими чувствами, зная из подсознания, что она где-то рядом. Во сне я не боялась играть Кая, но если бы я и правда была им, то любила и дорожила бы своей сестрой, ведь в реальности я один ребенок в семье. — Что ты сказал, Кай? — Мне ответили… На английском. — А, я хотел показать тебе меч… Посмотришь? — Находясь в шоке от услышанного, я на автомате ответила на нужном языке. Я, конечно, знала английский, но во сне сознание Кая само подсказало, что говорить. Хотя я вообще не думала, что разговор во сне может быть настолько чётким, как и ощущения. — Да, меч красивый, как и все остальные, которые ты делал. — Проговорила она с улыбкой. — А не мог бы ты пойти на речку, половить рыбы? Я в это время постираю белье и схожу на базар. — Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Оказывается, когда я стояла в шоке, Ния успела подойти ко мне и бегло рассмотреть меч. — Конечно, конечно я схожу. — Выкрикнув это голосом с истеричными нотками, я поспешно удалилась куда-то вглубь кузницы, перед этим положив меч обратно на стол и потушив огонь рядом стоящим ведром с водой, забежала в спальную комнату, краем глаза видя удивленную Нию. Внутри моего сна явно происходило что-то странное, что вызывало во мне скрытую, но яркую тревогу, а сердце било в бешенном темпе, пока подсознание выло сирену. Решение обсудить все в одиночестве пришло незамедлительно, поэтому, сняв фартук для ковки и перчатки, я начала искать кладовку, которая обнаружилась рядом со спальней. Найдя удочку, ведро и закрытую банку с приманкой, я вылетела из кузницы. Не помню, как я добралась до речки, спешно ходя по привычному телу маршруту, но путь во сне чувствовался реальным, и это выбивало меня из колеи всегда, когда я думала об этом, поэтому я решила оставить размышления до прибытия в пункт назначения. Пройдя на речку в туманном состоянии, я долго пялилась на водную рябь широкой реки, пока не очнулась от длительного шока. Я прошла на деревянный пирс и села на скамейку, специально предназначенную для рыболовства. Еще пять минут потупив взгляд в пустоту и немного успокоившись, я все-таки села ровно и решила разглядеть место пребывания, чтобы знать, что и где сейчас происходит. Впереди была широкая река, слева и справа её зелёные берега, сзади дорога на верх холма, по которой я пришла и за которой была деревня, которую я видела краем глаза, вместе с кузницей, внизу были доски пирса, а сверху находилось голубое небо с белыми облаками. Осмотрев местность, я решила осмотреть себя, в особенности мои жёлтые руки, выглядящие как у фигурки лего, у которых то ли были, то ли не было пальцев. Щипнув себя, не разбирая чем, я не проснулась, оттого начала нервничать ещё сильнее. «Этот сон длится уже слишком долго, не пора ли мне просыпаться? Такие сны, конечно, замечательные, но на то они и сны, что заканчиваются, принося некоторые краски в жизнь. Они никак не должны мешать самой жизни», — Подумала я на английском, удивляясь оттого ещё больше. Щипнув себя ещё несколько раз, пока не заболела вся рука, я поняла, что не проснусь, что это не сон. Множество ощущений, которые я чувствовала, будь то прохлада ветерка, жар солнечного света, ощущение поверхности или движения рук — все это вызывало непонимание вперемешку с тревогой. Нервно засмеявшись, я перевела свой взгляд на небо, сразу закрыв глаза от ослепляющего солнца, и, так и оставшись в таком положении, думала только об одном. «Наверное, тогда я не проснулась».