★
я думал, что ты шутишь про предложение наглотаться таблетками. но когда ты с нечеловеческим рвением кинул передо мной несколько пачек каких-то рандомных таблеток, стало уже не до шуток. упаковка стерлась, были видны еле заметные чёрные буквы "римантадин." мой удивлённый взгляд остановился на тебе. обычное противовирусное лекарство, серьёзно? — лучше уж травкой обкуриться, — недовольно бурчу я, но все-таки беру в руки блистерную упаковку. внимательный взгляд карих глаз следит за тем как я лениво достаю белые таблы с упаковки. не пойму, почему ты так пялишься, когда я закидываю сразу десять штук в рот. видимо заметив, что у меня не пошла пена со рта и я не упал замертво, что было бы маловероятно, руслан тоже закидывает белые кругляшки в себя. никто из нас не знает, когда наступит эффект. откидываясь на жёсткую табуретку спиной, я скольжу по тебе глазами. лицо сосредоточенное, с тенью страха на нём, и мне почему-то смешно с этого. ты предложил первый, но сам же боишься больше всего. в комнате стоит лёгкий холод, дряхлое окно уже давно не справляется со своей задачей хранить тепло. трещины на стекле расползаются в узоре паутины, и порой мне кажется, что я действительно живу в заброшке. голова начинает неприятно кружиться, кажется, дождался. я оцениваю взором руслана, чтобы понять, что чувствует он. на его лице ни единой эмоции, лишь резкие подрагивания руки обозначают о том, что он ощущает тоже самое. спустя еще пару минут, я понимаю, что начинает жёстко крыть. дереализация заполняет тело, я не ощущаю себя в этом мире. всё вокруг плывет, движется, и кажется дышит. дыхание давно сбито, получается набрать кислород в лёгкие через раз, это нагоняет ещё большей паники. встать тяжело, чувство такое, будто тебя шатает как на ебанной карусели. в груди что-то неприятно колит, сам того не понимая, я тянусь к руслану. впиваюсь цепким поцелуем в чужие губы, чтобы хоть как-то отвлечься от неприятного ощущения внутри. осознаю, что это вполне помогает, и напираю дальше. внутреннего голоса, вероятно кричавшего: «не делай этого.» нету, поэтому мои руки уже во всю сжимают твои пышные бёдра. я не знаю, нравится ли мне это в действительности, или так только под трипом, но я уже вылизал всю твою шею. стоны ласкают уши, тянусь к ключицам, чтобы оставить там безумно больной укус и вновь получить сладкий звук из твоего рта. не помню как, но твоё голое тело уже во всю красуется передо мной, хвастаясь изящными изгибами. смотря на это, я невольно представляю свой исхудавший ебальник и длинные рыжие волосы, что смотрелись наверняка отвратительно. стыдно за себя, но ты не отводишь от меня свой взгляд, будто бы съедая. обхватываешь ногами мой торс, пока я сую тебе пальцы в рот и размеренно толкаюсь ими вперёд-назад, пытаясь набрать как можно больше слюны. безумно грязно и пошло, я бы никогда не поверил в то, что мой друг будет стонать как последняя блядь и насаживаться ртом на забитые фаланги. вытаскиваю их с влажным, чересчур пошлым звуком. не церемонясь ввожу сразу два. твое лицо изображает гримасу боли, смешанной с недовольством, но ты молчишь. я толкаюсь грубо, в ожидании того, когда же ты наконец остановишь меня и попросишь быть хоть чуточку нежнее. — помедленнее, блять, — шепчешь сиплым голосом. я смягчаюсь, но всего на секунду. плавно вытаскивая фаланги, подставляю разгоряченный орган к сжатому колечку мышц. толкаюсь сразу на всю длину, грубо и резко, прямо как мне нравится. ты шепчешь маты, по щекам стекают слезы, но ты продолжаешь сам насаживаться на мою плоть. ягодицы приобретают красный оттенок от моих рук, я сжимаю так крепко, что на одной из них остаётся отчётливый отпечаток ладони. наклоняюсь, прижимаясь всем телом к липкой от пота спине. я шепчу тебе на ухо всякие мерзости, вперемешку с пошлыми комплиментами, и тебе нравится. выгибаешься так сильно, что я переживаю за сохранность твоей поясницы. быстрые толчки и редкие попадания по простате, от которых ты срываешь свой голос. серая комната теперь заполнена запахом секса и таблеток, и мне кажется, что это намного лучше, чем привычный запах сырости. в тебе слишком влажно и горячо, вот-вот и я спущу как позорный школьник во время пубертата. мне безумно хочется запачкать твои бёдра спермой, чтобы оставить следы проделанной нами ошибки. выходя, пару раз провожу рукой по напряжённому органу и белесные капли попадают на твои ягодицы, ляжки и поясницу. додрачиваю тебе еще минуту, после чего мы валимся с ног словно безвольные куклы. отходняк будет долгим, но рядом с тобой это не страшно.★