Останься навсегда

*** Сейран Последний вечер на Мальдивах начинался как будто специально для того, чтобы остаться в памяти навсегда - тёплый ветер, мерцающие огни баров у воды, аромат кокоса и музыки, которая слышалась издалека и становилась всё громче, чем ближе мы подходили. Дискотека была прямо на пляже - под открытым небом, с огромной сценой, лазерами, живым диджеем, чьи треки заставляли толпу людей двигаться в одном ритме. Ферит держал меня за руку крепко, будто боялся потерять в толпе, и мы смеялись, пробираясь ближе к центру. Музыка гремела, люди танцевали, свет стробоскопов выхватывал из толпы то смеющиеся лица, то взметнувшиеся руки. Мы быстро влились в эту атмосферу веселья. - Сегодня мы отрываемся по полной, Сейран! - заявил он. - Ну что, - перекричала я музыку, - готов увидеть меня в роли королевы танцпола? - смеялась я, крутясь в танце, - я могла бы станцевать на столе! Как когда-то в Мариарисе. Он тут же схватил меня за запястье: - Даже не думай! Категорически нет. - Почему? - усмехнулась я. - Потому что я знаю, как ты умеешь. Я приподняла бровь Он ухмыльнулся, наклонился ко мне ближе, его горячий шепот коснулся моего уха: - Сейран… если ты сейчас повторишь тот танец… клянусь, у меня прямо здесь случится сердечный приступ. - Перестань, - засмеялась я, слегка подтолкнув его плечом. - Это было так давно. Сердце сжалось от воспоминаний, смешанных с нежностью. - Это было позорно сексуально, - возразил он. - Я тогда вообще думал, что ты свела меня с ума. - А сейчас? - Сейчас - продолжаешь. - ухмыльнулся он и обнял меня за талию, потом поднимал руки вверх, кружил, а я откидывала голову назад, ловя каждый миг. Он целовал меня между тактов, а когда диджей включил медленную композицию, притянул ближе, прижав к себе всем телом. - Вот так, - прошептал он мне в волосы, - никому тебя не отдам. - Даже диджею? - Даже диджею. Он особенно подозрительный. Когда толпа взорвалась очередным быстрым сетом, мы ускользнули - тихо, почти незаметно. Пляж был пустым, мягкий песок и спокойные волны создавали атмосферу полной уединённости. Ферит снял рубашку, я подняла платье чуть выше, и мы пошли в воду, позволяя морю ласкать нас. Он обнял меня сзади, лицо почти касалось моего уха, дыхание смешалось с солёным запахом океана. - Здесь никто не видит нас, - прошептал он. - Только мы. Я улыбнулась, ощущая его руки на моей талии, пальцы скользили по коже, нежно и уверенно. Он прижал меня к себе сильнее, а я потянулась к нему и поцеловала. Сначала тихо. Потом глубже. Волны ласково касались талии, потом плеч, и мы остановились там, где вода обнимала нас вдвоём. Она обволакивала нас, а волны казались вторым дыханием для страсти, которая вновь разгорелась между нами. Наши движения были медленными, осторожными и одновременно игривыми, словно мы вновь были юными и безрассудными, но с опытом и уверенностью настоящей любви. Ферит провёл пальцами по моим волосам, мокрым от брызг. - Вот сейчас… - прошептал он, глядя мне в глаза, - … ты в точности как в моих мечтах. Я скользнула рукой по его груди. - Какие у тебя мечты? - Все они начинаются с тебя. Он поцеловал меня, и вода вокруг будто стала теплее. Его руки медленно скользнули по моей спине, к талии, к бедрам, прижимая меня ближе. Мы двигались навстречу друг другу в темноте, под светом луны, в мягких волнах океана - будто весь мир исчез, оставив только двоих людей, которые слишком долго шли друг к другу, слишком долго ждали, слишком долго мечтали. Ночь, море и мы - полностью растворённые друг в друге, в интимной, доверительной близости, где каждое прикосновение и взгляд говорили больше, чем слова. Когда мы вышли на пляж, мокрые, смеющиеся, держась за руки, Ферит наклонился ко мне и прошептал: - Это была лучшая ночь моей жизни. Я улыбнулась, прижимаясь к нему. - Вторая лучшая. Первая будет… когда у нас появится дочка. Он замер на секунду, потом медленно, нежно поцеловал меня в лоб. - Тогда у меня впереди ещё очень много лучших ночей. *** Ферит Я чувствовал, как будто весь этот вечер был соткан специально для нас - для того, чтобы запомнить, как именно мы смеёмся, дышим, двигаемся, как смотрим друг на друга. Сейран горела - не от света прожекторов, а от той свободы, которую она наконец позволила себе рядом со мной. Она крутилась, смеялась, поддразнивала меня - и Бог знает, что во мне творилось в эти моменты. Когда она вспомнила про танец в Мармарисе… Я на секунду почувствовал, что тот Ферит - молодой, ревнивый, взрывной - всё ещё где-то здесь, под кожей. Только теперь я не боялся этой ревности. Теперь она была почти сладкой: я знал, что она - моя жена. И всё равно, когда я услышал: «Я могла бы станцевать на столе», - нет, вырвалось слишком быстро. Потому что я помнил каждый её изгиб, каждую секунду того ночного танца, который снес мне голову тогда… и снес бы сейчас. Когда она засмеялась, когда наклонила голову, когда огни выхватили её лицо из темноты - я понял, что влюбляюсь в неё заново. Музыка гремела, но всё, что я слышал - её дыхание вблизи моего уха. На медленном треке я притянул её к себе так, как будто это мог быть последний раз. И шепнул ей, не скрывая ничего: - Никому тебя не отдам. Когда мы убежали с дискотеки и ушли в океан - тёплый, тихий, почти чёрный под луной - я почувствовал, что нахожусь внутри какой-то своей мечты, которую много лет боялся даже представить. Она была в моих руках - мокрая кожа, волосы, соль на губах - и я думал только о двух вещах: как сильно я её люблю… и как мало мне всегда было этого времени с ней. Её поцелуи стали глубже, вода поднималась всё выше, и я не понимал уже, где кончается волна, где начинается её дыхание, где заканчиваюсь я сам. Когда мы вышли из воды, мокрые и счастливые, она сказала про дочку. И в тот момент… мир просто остановился. Я не боялся уже ни будущего, ни прошлого, ни ошибок. Я просто понял: ещё одна маленькая девочка, похожая на Сейран - это будет чудо. - Тогда у меня впереди ещё много лучших ночей, - и это была чистая правда.