Останься навсегда

*** Сейран Прошло несколько недель после нашей поездки в Диснейленд, и я погрузилась в работу с головой. Ферит, как всегда, оказался проницательным. Он намеренно загрузил меня работой, предложив несколько крупных проектов, и это сработало. Я с головой ушла в свои дела, мой ум, моя энергия – всё было направлено на творчество, на новые идеи. Я чувствовала себя в своей стихии, проводя встречи, разрабатывая стратегии. Мои блокноты снова были исписаны, но теперь уже не графиками овуляции, а планами презентаций и заметками для новых проектов. Мои глаза снова горели тем живым, целенаправленным огнём, который я так любила в себе. Занятия, проекты, встречи - всё это буквально заполнило каждый уголок моего дня. Кажется, я наконец-то смогла отпустить прежние тревоги, которые месяцами терзали меня. Каждый раз, когда мысли о беременности начинали подкрадываться, я отмахивалась от них, окунаясь в новые задачи и проекты. Шли недели. Месяц. Однажды утром я заметила, что немного не в своей тарелке. Я была рассеянной, задумчивой. Сначала это была лёгкая усталость, потом - странная, едва уловимая чувствительность груди. Я пыталась списать это на усталость, на стресс, на смену сезона… но ощущение не отпускало. - Ты в порядке, любовь моя? - спросил Ферит, пытаясь поймать мой взгляд. - Да, да, конечно, - ответила я, но мой голос звучал как-то неуверенно. - Просто… немного устала. Много работы. На следующий день ситуация повторилась. Я встала ещё бледнее, чем обычно. Едва заметная тень залегла под моими глазами. И когда я, всегда такая пунктуальная, вдруг собралась идти на работу и остановилась у двери, прижав руку ко рту, чтобы сдержать позыв к тошноте, я всё поняла. Или, по крайней мере, догадалась. Открыв приложение на телефоне, я увидела одно слово - задержка. Всего два дня, но для меня это было достаточно, чтобы сердце начало биться быстрее. Я села за стол, стараясь заняться документами, но взгляд постоянно возвращался к календарю, к цифрам, к этим двум дням. И снова во мне проснулась та смесь предвкушения и тревоги. Я знала, что если сейчас сделаю тест, возможно, увижу долгожданные полоски… а возможно - снова одну. Страх оседал в груди, сжимая её. Я боялась, что результат будет отрицательным, что моё маленькое внутреннее ожидание снова столкнётся с реальностью. Каждая минута ожидания казалась вечностью. Я не хотела поддаваться панике, но и спрятать чувства не удавалось. Сердце стучало всё быстрее, и я понимала, что скоро придётся решиться. Я глубоко вздохнула, закрыла глаза, пытаясь собрать всю храбрость, которая была во мне. И тихо прошептала сама себе: - Если это случится… пусть будет так, как должно. А если нет… всё равно я справлюсь. Я осторожно открыла глаза и посмотрела на календарь, где отмечала дни и события. Два дня задержки казались маленькой надеждой и огромным испытанием одновременно. Всё вокруг казалось обычным, повседневным… но внутри меня бушевал целый вихрь надежд и страхов. И теперь оставалось только одно - сделать шаг и проверить, что скрывает этот маленький момент. День прошел как в тумане. Я кое-как отсидела встречу, постоянно прислушиваясь к себе, к каждому шороху внутри. Тошнота подкатывала волнами, голова кружилась, но я держалась, сжав зубы. Мысли метались: "Может, просто отравилась? Может, стресс? Обычная задержка?" Но что-то внутри, этот едва уловимый, но такой знакомый инстинкт, кричал: "Нет". Как только я освободилась, я, под каким-то предлогом, избежала встречи с Феритом и буквально побежала в аптеку. Купила два теста, самых разных марок, чтобы уж наверняка. Мои руки дрожали, когда я возвращалась домой. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, я слышала его в ушах. Я заперлась в ванной. Привычные манипуляции с тестом. Вздохнула, стараясь успокоиться, но мысли мчались со скоростью света: «А если снова отрицательный? А если нет?» Сердце колотилось, дыхание стало неровным. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Я вспомнила слова Ферита, его уверенность и поддержку, его умение успокоить меня даже в самые тревожные моменты. Он всегда говорил: «Мы вместе, всё получится в своё время». И я пыталась держаться за это. Я закрыла глаза, не в силах смотреть. "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…" - шептала я про себя. С минуту стояла, стараясь собрать мысли, потом села на край ванной и тихо произнесла: - Ладно, Сейран… будь смелой. Когда я наконец осмелилась открыть глаза, мир вокруг меня остановился. На первом тесте были две полоски. Я взяла второй. И на нём тоже были две чёткие, яркие полоски. Я закрыла глаза, пытаясь поверить в это. Слёзы навернулись на глаза, и я осела на пол, обняв колени. Слёзы облегчения, слёзы невероятной, всепоглощающей радости. Это произошло. Наш малыш. Наше чудо. Всё стало одновременно реальным и невероятным. Мой организм наконец послал знак, о котором мы с Феритом мечтали столько месяцев. И я поняла, что теперь могу отпустить страхи. Даже если впереди будут тревоги и сомнения, этот момент - наш первый шаг к новой главе. Словно свет прорвался сквозь долгие месяцы ожидания и тревоги. Я поднялась, в руках всё ещё держа тест, и посмотрела на своё отражение в зеркале. Бледная, со слезами на глазах, но сияющая. Я чувствовала себя абсолютно счастливой, но в то же время… в моей душе поднялась волна паники. Ферит. Как ему сказать? Я вспомнила его глаза, полные сочувствия, когда он видел мои прошлые разочарования. Вспомнила, как он старался меня отвлечь, как организовал Париж, Диснейленд, праздник Али. Он так сильно оберегал меня от боли, что теперь мне казалось, что я должна оберегать его. Нет. Я не могу сказать ему сейчас. Не могу вот так, с порога, вбросить эту новость. Я должна быть уверена на все сто. Мне нужно пойти к врачу, подтвердить всё. Убедиться, что это не ошибка, что всё в порядке. А потом… потом я придумаю, как ему рассказать. Что-то особенное, что-то незабываемое, что-то, что станет нашим общим чудом, без тени прежних переживаний. Я спрятала тесты глубоко в ящик, куда он никогда не заглядывает. Взяла себя в руки, глубоко вдохнула и вышла из ванной. На лице, насколько это было возможно, изобразила обычное спокойствие. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться наружу, но вместе с этим внутри поселилось удивительное, тихое счастье. Ферит уже сидел в гостиной, просматривая какие-то документы. Он поднял голову, когда я вошла. - Ну что, как встреча? - спросил он, его взгляд был заботливым. - Ты всё ещё бледна. Может, отдохнёшь? - Всё хорошо, Ферит, - ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. - Встреча прошла отлично. Просто… немного голова разболелась. Наверное, правда устала. Он подошёл ко мне, обнял, и я почувствовала тепло его рук. Он был так близко, а я хранила такой огромный секрет. Секрет, который мог изменить всю нашу жизнь. Я прижалась к нему, вдыхая его родной запах. Моё сердце колотилось, но уже не от страха, а от этой тайной, сладкой радости. Я была беременна. И пока это было только моим маленьким, драгоценным чудом. Я должна была защитить его, пока не придет время поделиться им с Феритом. Настало время для моего собственного плана. Плана сюрприза. Следующие дни превратились для меня в испытание. Внутри меня бушевал ураган эмоций: эйфория от мысли о малыше, невероятная нежность при виде Али, который скоро станет старшим братом, и панический страх, что что-то пойдёт не так. Но самым главным и, пожалуй, самым приятным был этот огромный, сладкий секрет, который я хранила от Ферита. Я сразу же записалась к врачу, причём в другой клинике, чтобы Ферит ничего не заподозрил. Под предлогом "срочной рабочей встречи" я выбралась на приём. В коридоре клиники ловила себя на улыбке - будто маленькая девочка, которая впервые надеется на чудо. В кабинете я села напротив доктора и тихо сказала: - Я… думаю, что беременна. Хочу убедиться, что с организмом всё в порядке. Врач провела все необходимые исследования, и её улыбка подтвердила то, что я уже знала: - Поздравляю вас, госпожа Сейран, - сказала она, её голос был тёплым. - Вы беременны. Срок небольшой, но всё идёт хорошо. Всё развивается нормально. Слёзы снова навернулись на глаза, но на этот раз я не стеснялась их. Это была чистая, незамутнённая радость. Я беременна. По-настоящему. - Спасибо, доктор, - прошептала я, чувствуя, как ком подступает к горлу. - Большое спасибо. Выйдя из клиники, я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Хотелось кричать об этом на весь Стамбул, обнять первого встречного, но я сдерживалась. Этот секрет был моим сокровищем, и я хотела подарить его Фериту особенным образом. И тут меня осенило. Его день рождения! Оставалось всего несколько недель. Это будет идеальный сюрприз. Самый лучший подарок, который я могла бы ему преподнести. Я представляла его лицо, его глаза, полные шока и невероятной радости. Эта мысль наполнила меня такой энергией, что я почувствовала себя способной свернуть горы. Вернувшись домой, я продолжила жить своей обычной жизнью, но теперь она была окрашена совершенно новыми красками. Я улыбалась его шуткам, но в душе носила этот удивительный секрет. Когда он обнимал меня, я прижималась к нему ещё крепче, представляя, как скоро нас будет не трое… , а четверо! Каждый день был наполнен предвкушением. Я внимательно следила за собой, стараясь не выдать себя. Старалась есть всё, что он предлагал, чтобы не вызывать подозрений, хотя от некоторых запахов меня по-прежнему мутило. Я прятала лёгкую тошноту, списывая всё на усталость от работы. Ферит, к счастью, был поглощён своими делами и моими "рабочими" проектами, которые успешно отвлекали его от моих странностей. Я даже начала придумывать, как ему это сказать. Может быть, упаковать крошечные пинетки? Или написать записку? Или просто показать ему фотографию с УЗИ? Вариантов было множество, и каждый из них вызывал во мне трепет и счастье. Несколько раз у меня почти срывалась с языка эта новость. Однажды вечером, когда мы сидели в обнимку на диване, и он шептал мне слова любви, я так хотела сказать: "Я беременна, Ферит! У нас будет еще один ребёнок!" Но я сдержалась. Улыбнулась, прижалась к нему ещё крепче, и наслаждалась этим моментом тайного, невероятного счастья. Это ожидание, этот секрет, который мы разделяли только с нашим будущим малышом, делал меня счастливее, чем когда-либо. Я знала, что скоро Ферит узнает. И его радость будет моей самой большой наградой.