Принц льда

Хавьер: «Что случилось? Наконец-то вспомнил, что у тебя есть телефон?» «Лаура...» — я усмехнулся в телефон и устроился поудобнее на диване. — «Вот так ты здороваешься со своим младшим братом?» «Младший брат, ага.» — она фыркнула на другом конце линии, затем послышались какие-то шорохи, и она вздохнула. — «Ну, что нужно? Ты обычно мне не звонишь.» Это, в принципе, и было одной из причин, почему я позвонил. Я считал, что мы с сестрой близки, но после того как я слышал, как Юзу говорит о своих неловких отношениях с сестрой, меня охватило легкое чувство вины. Слишком часто я откладывал звонки домой, оправдываясь тем, что слишком занят. «Ничего. Просто хотел с тобой поговорить.» «О...кей.» — она ответила медленно. — «О чём?» Я тихо фыркнул и почесал щетину на подбородке. «Как работа?» «Работа есть работа.» — она пробурчала. — «Скоро будут экзамены на оценку, а Мария достала меня этими поздними ночными занятиями.» Я слушал, как она жалуется на свою работу, время от времени вставляя реплики и смеясь над её мелкими ошибками, за которые она стыдилась. «Хавьер.» «Хм?» «Почему ты действительно позвонил?» — спросила она тихо, и я немного застеснялся. «Я просто хотел поговорить. Правда.» Тишина затянулась на несколько секунд. «Что-то не так?» — спросила она осторожно. — «Ты как-то давно не в своей тарелке. Не знаю, как объяснить, просто...» «Нет.» — я честно ответил. — «Нет, всё в порядке.» «Ты уверен?» «Ммм. Я получаю удовольствие от подготовки к новому сезону. Работаю с Юзу.» — на лице расплылся улыбка. — «Это даже не «работа с ним»... Я каждый день узнаю что-то новое о фигурном катании от него. Это невероятно. Он как живая энциклопедия по фигурному катанию. Он более учебник, чем сам учебник.» «Хотела бы снова увидеть его на льду. Если бы я могла взять выходной, я бы тут же поехала к тебе.» — она покачала головой, и я немного нахмурился. «Ты бы взяла выходной, чтобы увидеть Юзу, но не возьмешь выходной, чтобы приехать ко мне?» «Ты сказал, что сам приедешь домой через пару месяцев.» — она беззаботно ответила. — «Когда я ещё увижу этого самого Юдзуру Ханю?» Я неловко пошевелился на месте. Как-то слишком много она говорила о нём... «У тебя ведь нету влюбленности, правда?» «Дьявол, кто не влюблен в него?» — вздохнула она, и я сильно напрягся. «Он младше меня.» — я попытался не звучать раздраженно. «Возраст теперь мало что значит, маленький брат.» — сказала она с издевкой, и я крепче сжал телефон. «Ну, было приятно поболтать, сестрёнка. Мне нужно идти в спортзал.» — быстро сказал я и повесил трубку, прежде чем она сказала что-то глупое, что заставило бы меня ответить ей что-то глупое. Черт побери. Юзу даже не... Я раздражённо фыркнул и сильно ударил подушку рядом с локтем.

***

—Тренер. — я сел напротив него, и он поднял палец. —Конечно. Я сообщу тебе своё расписание, да? Ммм. Скучаю по тебе тоже. Пока. — я затрещал зубами, когда он закончил разговор и положил телефон на стол. —Кто это был? — спросил я. Я несколько отвлекался на Юзу в последнее время, но не припомню, чтобы он говорил о новой девушке. —Это был мой друг, и его зовут-не твоё дело. — он улыбнулся мне, попивая колу. Я ухмыльнулся и взял меню. —Напомни, кто это сказал, что работать вместе — значит, делится всем делом? —Я не обязан рассказывать тебе о своей личной жизни. — сказал он спокойно, открывая своё меню. —Особенно после того, как ты не сказал мне, что переспал с Юзу. — я чуть не задохнулся, когда мои лёгкие сжались от шока. Мои щеки вспыхнули от удивления. —Что? —Вы оба худшие лжецы в мире. — он засмеялся. — И если бы это не было так очевидно по вашим лицам, то этот послеобеденный момент всё раскрыл. —Что? — я снова повторил, будучи всё ещё шокированным тем, что тренер заметил что-то между нами. —Ваши поцелуи в музыкальной комнате перед тем, как вы ушли домой. — он поднял бровь. — Я вернулся, чтобы посмотреть записи конкурсов. —Ты что? — пробормотал я. — Мы тебя не слышали...- я был немного раздражён, что не смогу проснуться рядом с Юзу завтра утром, и загнал его в музыкальную комнату... —Не удивлён. — он ухмыльнулся и замолк, когда официантка подошла к столу. Мы прервали разговор, чтобы сделать заказ. —Тренер... Юзу и я... —Ты знаешь, что я собираюсь тебе сказать, правда? — прервал меня он. —Тренер. —Глупо. Глупо и опасно. Для профессиональных спортсменов вовлекаться в отношения с кем-то новым — это как выстрелить себе в ногу, когда речь идёт о сосредоточенности и дисциплине. Очень немногие люди обладают эмоциональной стабильностью, чтобы держать голову на плечах и оставаться на пути. — он прошипел это, и мне пришлось глубоко вдохнуть, когда я взглянул в его глаза. Но через секунду он расслабился и вздохнул, откинувшись назад в кресле. —Вот это я должен был бы тебе сказать. Вам обоим. — он продолжил. —Но я не могу. Я не понимаю. — я растерянно спросил. —Не было трудно увидеть, что ты наткнулся на свою стену, Хавьер. — сказал он осторожно, ковыряя салфетку на столе. Он не смотрел на меня, но было ощущение, что он задел отверстие в моей груди. Я должен был догадаться. Я всегда говорил, что тренер Брайан — это как заменяющий отец для меня. Конечно, он знал меня лучше всех. —Как только ты наткнёшься на свою стену... тебе не поможет никто, кроме тебя. Всё зависит от тебя, малыш. Ты должен сам через это пройти. —Я пытаюсь... — я пробормотал. —Я знаю, что ты пытаешься. Я это вижу. Я также вижу, как ты меняешься, когда выходишь на лёд с Юзу. Как вы оба меняетесь. — он сказал это серьёзно. — Вы оба улучшаетесь так сильно в последнее время. Я не могу связать это с чем-то, что изменилось в моей тренировочной программе. Единственное, что изменилось — это ваша связь. С льдом... и друг с другом. Вы лучше из-за него, а он лучше из-за тебя. Мне стало трудно дышать, и я внезапно почувствовал тяжесть в груди. Это было именно так. Это то, что я пытался объяснить своей сестре. Это не ощущалось как работа, когда я тренируюсь с Юзу. —Так что ты видишь. — он наклонился вперёд, опираясь на локти. — Я не могу тебе этого сказать. Это было бы неправдой, не с вами двумя. — я почувствовал, как мои руки начали нервно теребить салфетку. —А если они правы, тренер? Если это и правда глупо? — ведь он сам сказал это на днях. Я тогда не придал значения этим словам, но он имел право беспокоиться, не так ли? Что мои чувства исчезнут так же внезапно, как и появились... Они не казались такими, но разве кто-то может гарантировать такие вещи? —Это изменит твои чувства к нему сейчас? — он спросил. Я задумался на минуту. Даже если то, что мы делаем, глупо, и если мы рискуем всем, чем мы занимались всю свою жизнь... изменит ли это то, как я чувствую себя, когда вижу эти большие карие глаза, смотрящие на меня, как они смотрели на меня в моей кухне тем утром? —Нет... —Слушай, Хавьер. Жизнь сложна. Но она также очень проста. Понимаешь? — он пристально смотрел на меня. —Будь собой и используй свои возможности на полную. —Это звучит совсем не как просто. —Потому что ты переживаешь, что подумают другие. — ответил он. — Я знаю, что ты изображаешь, будто тебе всё равно, но на самом деле тебе не всё равно. —я посмотрел на него. —Это не обязательно плохо. Говоря о том, что мне не должно быть всё равно... —Я не звал тебя сюда, чтобы обсуждать это. — сказал я. —Зачем же ты пригласил меня на ужин? — он спросил. —Чтобы сообщить тебе, что Юзу согласился пустить репортеров на каток. — я объяснил, когда перед нами поставили еду. Его челюсть отвисла. —Он согласился? Я думал, он ненавидит идею камер на катке. — я пожал плечами и понемногу ковырял салат. —Он передумал. — я жевал листики салата без соуса. Когда я поднял взгляд, тренер смотрел на меня с нечитаемым выражением лица. —Что? —Ничего. — он поднял руки. Мы поели в тишине, а когда пришло время уходить, тренер настоял, чтобы он оплатил счёт. —Смотреть, как ты ешь этот салат... это было жалко. — сказал он, качая головой. — По крайней мере, пусть я тебя награжу за то, что ты наконец-то стал здоровым. —Спасибо, тренер. — я почувствовал, как он крепко сжал моё плечо, когда мы вышли на улицу. Я уже был готов повернуться к машине, как он остановил меня. —Хавьер? —Да? — я подкинул ключи в руках. —Просто для справки... я не думаю, что это глупо. — он сказал просто. Я наблюдал за его спиной, когда он уходил по улице.