Вы не верите в шаманизм?

***

Утром того рокового дня ничего не предвещало беды: Макаровы всей семьёй позавтракали, Виктор попрощался со всеми и убежал на работу, а Кир и Лера ушли на учёбу, оставив в квартире только маму. На боли в сердце отец никогда не жаловался, на медицинских обследованиях ему говорили «здоров», да и вредных привычек не было у него. Только вот в начале второй пары Лере пришло сообщение от мамы о том, что папе стало плохо на работе и его увезли в больницу. Девушка заволновалась, но с пары уйти не могла, поэтому быстро напечатала «Держи в курсе, если что звони» и продолжила слушать лекцию. За пятнадцать минут до конца пары телефон всё-таки зазвонил, от чего Лера получила гневный взгляд преподавательницы. Выйдя в коридор, Макарова взяла трубку и услышала дикий плач мамы и голос Кирилла, который, по всей видимости, пытался забрать у женщины телефон. Без слов стало понятно, что папы не стало. Девушка не знала, куда деться — докричаться до мамы сейчас невозможно, поэтому она дрожащими руками сбросила вызов и позвонила брату. Он тихо сказал, что у отца остановилось сердце. Лера не стала спрашивать, когда папе стало плохо и как всё случилось, она лишь глухо выдохнула и попросила присмотреть за мамой. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, Макарова вдохнула, сдерживая подступающие слёзы и вернулась на пару. И даже отсидела все занятия до конца. Когда она вернулась домой, то застала на кухне маму и брата с тремя стопками. Лера молча села, наблюдая за тем, как мама наливает в рюмки водку, и Кир пододвигает чарку сестре. Не проронив ни слова, они втроём выпивают сорокоградусную воду. На фоне идут новости, вещают о погодных катаклизмах в Бурятии. Лера морщится и тянется за солёным огурцом, задевая материнскую руку. Кирилл не закусывает. Мама плачет, и Валерия больше не сдерживается. Она утыкается лицом в ладони и начинает почти выть. Единственный оставшийся мужчина семейства кладёт правую руку на плечо матери, левую — на колено сестре; смотрит на экран телевизора, где показывают последствия смерча.

***

Лера не верила в потусторонние силы, да и мама глубоко верующей не была. Однако после смерти мужа Светлана старалась находить успокоение в мистицизме. До фанатизма это не доходило, но было видно, что женщине сложно справиться с утратой. Это, безусловно, лучше водки, поэтому перепуганная первым днём Валерия не препятствовала маминым покупкам странных камней и оберегов. Страшно стало, когда она попросила сходить к шаману детей. Они сначала отнекивались, но мама сказала, что там им сделают амулет, который защитит их… От чего он там их только не защитит, Лера не вслушивалась. Когда Валерия спросила, что это за шаман и знает ли она его, мать замялась и объяснила, что это очень серьёзный шаман (Лера чуть не засмеялась) и он тщательно скрывает свою личность и адрес, известно только имя — Алтан. Оказалось, что тебя лично забирают из дома, завязывают глаза, после чего сажают в машину, везут до пункта назначения и только внутри разрешают снять повязку. И даже так личность шамана остаётся загадкой — он сидит в маске. Светлана сказала, что уже была там и даже показала амулет. Да, это звучало глупо и было похоже скорее на цирковое представление, но если так маме будет спокойнее… Первым поехал Кирилл. Со встречи он вернулся подозрительно спокойным и умиротворённым. На вопросы Леры отвечал как-то скупо и равнодушно, заканчивая предложения «скоро сама поймёшь» или «тебе там понравится». Зато с мамой он закрылся в комнате и долго о чём-то говорил. Видимо, делился впечатлениями. Валерия не понимала, что за тайны они узнали у этого шамана, но ей это однозначно не нравилось. Ладно мама, но как он смог завербовать Кирю? У Леры встреча с этим шаманом назначена на завтрашний вечер, но ехать не хотелось заранее. Если до этого она была настроена нейтрально, то сейчас не знала, чего ждать. На следующий день Кирилл за завтраком сказал: — Валер, ты не пугайся сильно, — он смотрел в окно, будто разговаривает сам с собой. — Тебя встретит огромный бугай и посадит в машину. Он хоть и выглядит стрёмно, но на самом деле он нормальный мужик. Болтливый такой. — Это он — шаман? — уточнила Макарова. — Нет, он, видимо, охранник его, — Кир почесал подбородок и приподнял брови. — Я и сам до конца не понял. У него такие татуировки на шее, знаешь, как у нефора какого-то, но лицо как у бандита из девяностых. — Может он и есть бандит, — почти беззлобно бросила Лера. — Еду неизвестно куда со стрёмным типом к какому-то шарлатану, да ещё и знать не буду, где нахожусь. — Да, кстати, телефон нужно будет оставить дома, — в разговор вклинилась мама. — Вообще класс, — девушка саркастично улыбнулась и разом допила чай, после чего оставила посуду в раковине и ушла в комнату. Шаманы шаманами, а две пары в пятницу никто не отменял.

***

Лера сидела на лавочке около подъезда, поджав под себя ноги. Мама почти выгнала её из квартиры с воплями о том, что скоро приедет машина и ей нужно собираться, Макарова только штаны успела переодеть и свитер натянуть. Валерия не успела доесть гречку с курицей и сейчас проклинала этого шамана. После пар она не поехала домой, а пошла с подружкой в деканат — подружка много прогуляла и её собирались отчислять. Всё затянулось до вечера. Потом Лера попала в пробку, в автобусе не было сидячих мест, наушники сели, а живот предательски крутило. Поэтому единственное, о чём она мечтала по приходе домой — поесть и лечь спать. Она совсем забыла, что должна ехать делать дурацкий оберег. Девушка запрокинула голову и всмотрелась в окно своей кухни. Свет горел. Наверняка мама выкинула её драгоценную гречку с курицей в мусорку, а сама сидит пьёт чай с конфетами. Через полчаса придёт Кир и доест гречку, не оставив ничего сестре. «Гады», — Лера стала кусать губы, сдирая зубами кожицу. Ждала девушка недолго. К козырьку подъехала чёрная машина со странными номерами. В марках машин она не разбиралась, но было видно, что владелец не бедствует. Дверь открылась и Валерия увидела белёсую макушку и нахмуренные брови. Мужчина аккуратно обошёл машину и, увидев Леру, ухмыльнулся и стал неспеша подходить. Внутри у неё всё сжалось. Выглядел он угрожающе и доверия его ухмылка не внушала. Пока мужчина подходил, Лера рассмотрела цветастую татуировку на всю шею. Всё как говорил Кир — бандит из девяностых. Лысины не хватало только. На охранника элитного шамана он точно не был похож. — Добрый вечер, — мужчина наклонил голову вбок, будто изучая девушку. — Если вы готовы ехать, то стоит поторопиться, иначе опоздаем. — Здрасьте, — только и смогла выдавить из себя Лера, после чего молча обошла громилу и направилась к машине, но её остановила грубая ладонь на локте. Она сглотнула и недоумённо обернулась. — Сначала повязка, — он помахал перед лицом девушки чёрным платком, оскалился и, не дожидаясь ответа от напуганной девчонки, завязал ей глаза. — Знаете, — Макарова наконец-то осмелела. — Мне всё это не нравится. — Многие сначала недовольны, — в его голосе была слышна насмешка. — Но поверьте, это лишь меры предосторожности. Мужчина взял Леру под локоть, провёл к автомобилю, усадил на заднее сиденье, после чего и сам уселся, заводя мотор. — Меры предосторожности? — Валерия мотала головой, как слепой котёнок, в попытке хоть немного начать ориентироваться в пространстве. — Поэтому я даже не знаю вашего имени? Не потому, что вы бандит какой-то, а потому что я могу быть опасна? — Вадим, — коротко бросил он. — Лера, — зачем-то сказала она, хотя подозревала, что её имя бандиту известно. Макарова стала аккуратно трогать предметы вокруг: сначала ручку двери, потом окно, напротив в кармане сиденья она нащупала влажные салфетки, а немного раздвинув ноги, голой коленкой она коснулась стеклянной бутылки (по-видимому, вода). Быть может, сейчас в багажнике лежит чьё-то тело, или на переднем сидении лежит автомат — этого Лера не могла нащупать. Обстановку разряжала музыка на фоне — какая-то очень старая песня Леди Гаги. Валерии эта певица не особо нравилась, но осознание того, что этот бугай слушает попсу, успокаивало. — Долго ехать? — спросила девушка, откинувшись на подголовник. — Около часа, — Вадим услышал измученный вздох и ухмыльнулся. — Не любите ездить на машине? — Я просто очень устала, — отрешённо ответила она, в мыслях проклиная эту поездку. — А зачем же вы согласились ехать? Можно было написать заранее и перенести встречу. — Потому что еду я не по собственной прихоти, — в словах чувствовалась капля агрессии и обиды. — И кто же заставил? Лера помолчала, но, немного обдумав, всё же ответила: — Мама. — Мама… — как бы сам для себя повторил Вад. — И вы согласились? Или вас прямо заставили? — Согласилась, конечно. — прозвучало немного неуверенно. — Для неё это важно. К тому же, один раз можно и потерпеть. Она услышала грустный смешок и недоумённо вскинула брови, но под повязкой водитель этого всё равно не увидел. — Вам, наверное, не сказали, но нужно съездить туда минимум дважды, — объяснил мужчина, не дожидаясь вопроса. — Что? — обречённо спросила Лера и промычала. — Ну что же вы так пессимистично настроены? Алтан работает быстро и за ним может быть интересно наблюдать, — Вадим откровенно насмехался, но всё же постарался поднять настроение девушке. — Ну хотите я вашу музыку включу? Что вы слушаете? — Не хочу я ничего, — уже шепотом ответила Валерия, явно не желая продолжать разговор. — Ну что вы, Валерия, — по голосу было слышно, что он улыбался во все тридцать два. — Поверьте, там всё не так плохо, как вы думаете. — Да? — Лера начала закипать. — «Не так плохо»? Разве «не так плохо» что я еду, наверное, за бешеные деньги к шарлатану, который просто даст какую-то висюльку, которая якобы меня от чего-то убережёт? — Вы не верите в шаманизм? — А вы? Вы вообще не похожи на человека, который хотя бы косвенно связан с шаманами, — она брезгливо встряхнула руки и чуть скривила рот. — Судите книгу по обложке? — Вы не ответили на мой вопрос. — Нет, — честно ответил Вад. — Я не верю в Бога, в Сатану, в потусторонние силы и в духов. Но поверьте, то, что происходит на приёмах у Алтана — больше, чем шаманская практика и создание амулета. Голос у мужчины звучал твёрдо и убедительно. Слышно, что это не заученный текст, он действительно был уверен в своих словах и совершенно точно не врал. Это не успокаивало, но негативный настрой подбивало. — А вы на мой не ответили, — как бы между прочим напомнил Вадим. — Что? — Лере понадобилась секунда, чтобы понять, о чём он говорит. — Нет, не сужу. Просто энергетика от вас другая. — В шаманизм не верите, а энергетику видите, — Вад усмехнулся. — Это другое, — неловко оправдалась Макарова. — И всё-таки какую музыку слушаете? — Да любую, и Леди Гага сойдёт. Вадим ничего не ответил. Он в очередной раз посмотрел в зеркало заднего вида, проверяя не столько наличие машин сколько девушку. Было видно, что она перестаёт чувствовать в нём угрозу. Она сразу показалась ему забавной — сидит в рваных джинсах и розовом свитере на лавочке, ноги поджала, смотрит куда-то вверх, хмурится. Будто и не хочет ехать никуда (как оказалось, действительно не хочет). Совсем юная ещё, такие к шаманам обычно не приходят. Он уже знал кое-что о ней, Кир то ещё трепло оказывается, да и мать не втихую ехала. Знал про медицинский, про кендо, про отца, про мамину просьбу, и даже про бывшего Леры. Кириллу он никогда не нравился, поэтому он с удовольствием покрыл его всеми матными словами. Вадим каждый день возил разных людей. Он практически не говорил с ними, всего пару вопросов и они сами пересказывают всю свою жизнь, вытаскивая грязные скелеты из шкафа. Это было своего рода началом терапии, а вот «шоу» начиналось у Алтана. Вад не верил в силу амулетов, которые делал Дагбаев, но он верил в иллюзию того, что происходило во время сеанса. Лично для себя, Вадим считал Алтана хорошим фокусником, который в конце приёма дарит посетителю подарочек, дающий уверенность в том, что произошла магия. Причём сам же Алтан верил в то, что он шаман и разговаривает с духами. Может так оно и было, но Вад нашёл другое оправдание его деятельности. — Валерия, могу на «ты»? — увидев утвердительный кивок, он продолжил. — Где учишься? — В медицинском, — с некоторой гордостью ответила она. — Так ты ещё и умная девушка, — Вадик сделал вид, что не знал информации о месте обучения. — А ты на кого учился? — в голосе промелькнула заинтересованность. — А что, сильно видно, что уже не студент? — мужчина зыркнул в зеркало и увидел мягкую девичью улыбку. — На историка я учился. Сейчас, скорее, как хобби. — Так ты ещё и умный мужчина, — Лера передразнила его и победно приподнялась, отлипая от кресла. — Как удачно в одной машине оказались два умных человека, могут говорить об умных вещах, — Вадим резко крутанул руль вправо, отчего Лера стукнулась о стекло и айкнула. — Извиняюсь. — Думаю, мы умные в разных областях. — она недовольно потёрла висок. Вадим шумно выдохнул и склонил голову набок: — И каково это — учиться в меде? Остаётся вообще время пожить? — Остаётся. Я ещё и на кендо хожу, и с подругами встречаюсь, и сериалы даже иногда смотрю, — она поправила маску на носу. — И какие? — Ну, обычно короткие, либо где серии идут до тридцати минут, — Лера теребила пальцами край свитера. — Время хоть и есть, но его немного. — Да уж, студенчество оно такое, — с долей ностальгии сказал Вад. Повисла неловкая пауза. Макарова перещупала уже всё что можно. Ей было некомфортно сидеть с завязанными глазами в неизвестном пространстве. Создавалось ощущение, что она уменьшается в размере (или всё вокруг становится больше?) и все вокруг осуждающе пялятся. Тяжело контролировать ситуацию, когда ты не видишь. В ход пошла бутылка воды. Она царапала ноготком выпуклые буквы на стекле. — И всё-таки, — снова начала Лера. — Зачем так скрываться? К чему повязка на глазах? — Лишь меры предосторожности, — как заучил. — Алтан не хочет, чтобы злые духи нашли его, поэтому сам сидит в маске, и дорогу скрывает от посетителей. Откуда ему знать, может, ты, Лерочка, злая ведьма, которая хочет ему навредить. — Не верю, что ты пляшешь под дудку этого чудика, — Валерия сделала вид, что не смутилась от этого безобидного «Лерочка», но в душе надеялась, что в темноте не видно её красных щёк. — Он хороший, правда, — мужчина явно был не намерен обсуждать своего босса в негативном ключе. — Что плохого в хорошей безопасности? Ты просто не знаешь какие люди к нему иногда приходят. — Ебанутые или влиятельные? — И первые, и вторые, — Вад улыбнулся.

***

Когда они наконец-то доехали до пункта назначения, Лера была на седьмом небе от счастья. Совсем скоро она перестанет чувствовать себя беспомощной и беззащитной, снимет эту чёртову повязку и увидит, что за волшебник там такой сидит, ради которого она бросила свою гречку недоеденной и тащилась по сумеречному Питеру целый час с незнакомым амбалом. Вадим открыл ей дверь, взял за руку и куда-то повёл. В какой-то момент они всё-таки зашли в здание, но повязку ей всё равно не разрешили снять. Он придерживал её со спины, предупреждая о ступеньках и порожках. Лера бы и не поняла, что они пришли, если бы Вад не остановил её и не снял повязку. От резкой смены освещения Макарова зажмурилась, хотя сильно светло в помещении не было. Свет был приглушён и горела тёмно-синяя подсветка. Казалось, что она зашла на подлодку. Перед ней на полу, поджав под себя ноги, сидел мужчина в жуткой маске — Лера надеялась, что череп (основной атрибут маски) ненастоящий. На плече покоилась толстая чёрная коса с вплетённой фиолетовой лентой. Тонкие кисти рук гуляли по мягкой ткани… штанов? Валерия не сумела рассмотреть, во что был одет человек (с таким-то светом). Лера испуганно повернулась к Вадиму, ища дозволение в его взгляде. Ну, а вдруг у него ещё и шевелиться нельзя? Когда он кивнул ей, она глубоко вдохнула и села напротив шамана. — Опаздываете, — из-под маски прозвучал мягкий альт, хозяин которого явно был недоволен. — Мой косяк, — встрял Вадим, но с места не сдвинулся, продолжая наблюдать за происходящим из угла комнаты. — Приступим, думаю, — Алтан размял пальцы на руках и поставил перед собой деревянную шкатулку. — Мать рассказала о вашем скептицизме, Валерия, поэтому танцев с бубнами от меня не ждите. Я не клоун цирковой. — Но как? Это же основной атрибут шаманов, разве нет? Он открыл шкатулку и достал оттуда маленькую закупоренную колбочку с жидкостью, цвет которой Лера не смогла определить при синем освещении. — У нас не практика, а просто создание оберега, — было ощущение, что шаман недоволен. — Хотя я бы посоветовал и на практику сходить хотя бы один раз. — Пока, думаю, хватит и амулета. Алтан ничего не ответил. Он взял плошку и вылил туда содержимое колбы, что-то шепча себе под нос, но из-за маски шёпот походил больше на бубнёж. Пока что, по мнению Макаровой, это даже не было похоже на цирк. — Месячные есть? Лера поперхнулась слюной и закашлялась. Она никак не ждала таких вопросов от мужика в страшной маске, который что-то шаманит над блюдцем. Ответила не сразу, но, выдержав неприлично долгую паузу, сказала: — Нет… — Врёте? — Да нет… — Так «да» или «нет»? — Нет! — почти крикнула. Сзади послышался язвительный смешок. — Нельзя работать на крови в месячные, — наконец объяснил Алтан, кидая какой-то порошок в плошку. — А вам что, ещё и кровь моя нужна? — Лера непроизвольно сжала кулаки, наблюдая за тем, как шаман встал с колен и, пошуршав в ящике, принёс медицинскую иголку и спиртовую салфетку. — Совсем немного, — он распечатал салфетку и протянул руку в ожидании. — Лучше бы вы с бубном плясали, — Валерия нехотя вложила свою ладонь в его и отвернулась, жмуря глаза. Она лишь пикнула, когда в палец вонзилась иголка. Алтан взял плошку и выдавил туда кровь девушки. После отдал Лере салфетку, достал из кармана камушек, кинул его в чашу и снова стал что-то шептать. Теперь Макарова была уверена, что всё это цирк. Она через плечо укоризненно посмотрела на Вадима, который до этого пристально буравил её затылок. Он вопросительно улыбнулся, мол, «не нравится?», на что получил отрицательный кивок. — Что-то вы, Валерия, слишком напряжены, — Алтан наконец отставил в сторону плошку, обращая внимание на себя. — Вас, может, окурить? — Если это окуривание подразумевает то, что вы дадите мне сейчас сигарету, то можно, — Лера уже не знала, что отвечать на его странные вопросы, поэтому старалась отшучиваться. — Могу и сигарету дать, — шаман положил руки себе на колени, поглаживая их. — Пока я добрый лучше соглашайтесь. В следующий раз не буду сам предлагать. — Нет, спасибо, — обречённо сказала девушка, рассматривая уколотый палец. — Тогда вы, в общем-то, свободны, — он встал на ноги и подошёл к небольшому столу. — Мать вам передаст, когда в следующий раз приехать. «Блять, точно… Это же только начало», — Лера закусила губу, прикрывая глаза от отчаяния. — А никак нельзя его потом через маму или брата передать? — Нет, — видимо, Алтан не собирался больше ничего объяснять. — Доброй ночи. Макарова не успела попрощаться. Вадим как-то бесшумно подошёл сзади и накрыл глаза повязкой, выводя её под руку из помещения. — И что это было вообще? — Лера была недовольна. Она чувствовала себя униженной и оскорблённой — её кровь взяли для каких-то псевдо-ритуалов, водят туда-сюда с завязанными глазами, ещё и деньги берут за это. Вад вёл девушку по извилистому коридору и ничего не говорил. Он снова предупреждал её о препятствиях на пути, но больше, пока вёл Леру до машины, ничего не говорил.

***

Слышится звук открывающейся двери. В этот раз Вадим сажает Макарову на переднее пассажирское, пристёгивая ремень. Она снова начинает блуждать руками вокруг и натыкается на бардачок. Слева вырисовывается коробка передач и ручник, справа в двери шуршит упаковка каких-то сладостей. Лера слышит, как рядом с ней прогибается сиденье под весом Вадима. Он заводит машину и звенит ключами. Из колонок снова доносится низкий голос певицы. — Не вдохновилась? — наконец спрашивает он после десятиминутного молчания. — Да как-то не очень, — честно отвечает девушка. — И я не поняла, чем он мог зацепить Кирю. Ладно маму, но его-то? — Твоего брата скорее зацепил я, — Вадим явно горд. — Болтал без умолку. — А он мне сказал, что ты болтливый. — Твой брат не совсем отличает монолог от диалога, — мужчина барабанил пальцами по рулю. — Иногда может казаться, что вы болтали с человеком, но на деле тебя лишь молча выслушали. Поэтому поверь, я лишь задал ему пару вопросов, и он сам всё растрепал. — Да ты психолог, — Лера улыбнулась. — Его вообще легко разговорить. Ты и сам убедился. Вад помолчал, убавил громкость и, кажется, заглушил машину. — Мы остановились? — Макарова занервничала. Захотелось вцепиться в ручку, чтобы выбежать при необходимости. «Вот она — «Криминальная Россия» во плоти, — Лера сжала кулаки. — Меня, наверное, вывезли в лес, сейчас усыпят, моё тело расчленят, а органы продадут. Рано расслабилась, Лера-а-а». Вадим не отвечал. Он всё ещё тарабанил пальцами по рулю, тяжело дыша. Казалось, что он и сам нервничает. Только вот от чего? Неужели первый раз отвозит человека в лес? — Снимай повязку, — звучало почти решительно. Валерия не стала спорить. Она медленно спустила с глаз повязку и посмотрела в окно. Увидев фонарный столб и жилой дом, Макарова расслабилась с мыслями «всё-таки не лес!» и выдохнула. Недоумённо повернула голову в сторону мужчины. Он выглядел спокойно, но не так уверенно, как при первой встрече. — Ты, может, голодная? Лера удивлённо вскинула брови. Он что, хочет позвать её на ужин? Она и не знала, что сказать. С одной стороны, она была действительно голодной и была бы не прочь поесть, но дома, с мамой. С другой стороны, Макарова хоть и относилась к нему с подозрением и минуту назад думала, что Вадим её убьёт, но не думала, что он плохой человек. Точнее, её мнение постоянно менялось. Да, она действительно опешила от того, как он выглядит, но ничего странного и опасного он не делал. Повязка — прихоть Алтана. Вад аккуратно вёл машину (если не считать тот случай, когда она стукнулась головой из-за резкого поворота), вежливо разговаривал, в душу не лез, с кулаками не набрасывался, грубую силу не применял. С ним было приятно разговаривать даже несмотря на обстоятельства встречи. — Так что? — Вадим не улыбался. Он заинтересованно разглядывал лицо молчавшей Леры. — Если мой ответ «да»? — Тогда я предложу тебе поесть вместе. — А если «нет»? — Тогда я попрошу хотя бы твой номер, — Вад старался быть серьёзным, но было видно, что он сдерживает улыбку. Лера, заметив это, тупо улыбнулась, прикрывая рот рукой. Мужчина мог больше не сдерживаться. — Ладно, я голодная, — девушка чуть-ли не смеялась от нелепости ситуации. — Что хочешь? — он, улыбаясь, завёл машину. — Дрянь какую-нибудь, — Валерия ещё раз посмотрела в окно в надежде понять, в какой части города находится. Район определить не получилось, но было ясно как день — явно не центр. — Мак, значит. Перед Лериными глазами сменялись улицы, а она всё не понимала, где они едут и как долго им до центра. — И что, часто ты возишь людей после сеансов поесть? — поинтересовалась девушка. — Только если этот человек — последний на сегодня, ну, и если он симпатичный, — Вадим не отвлекался от дороги, но даже в профиль было видно его ухмылку. Лера отвернулась к окну и глазки её забегали. Оказалось, слушать его с закрытыми глазами было легче. Теперь любые его слова воспринимались по-другому — более близко к сердцу. Девушка видела его ожидающее реакцию выражение лица, ему было интересно, как она отреагирует на сказанные как бы между делом слова. В ответе так и слышалось ехидное: «ну же, ты сама спросила, ты же это хотела услышать, ведь так?» Люди привыкли видеть чужое лицо в момент разговора. Считывать эмоции, жесты, мимику, и понимать, нравится ли человеку диалог. Когда же ты говоришь с человеком, не видя его лица — это совсем другое. Ты вслушиваешься в интонацию, в звуки, исходящие от собеседника. Стараешься понять, как он реагирует и представляешь лицо у себя в голове. Это чем-то похоже на телефонный разговор, но лишь отчасти. Когда ты говоришь по телефону, то не чувствуешь присутствие человека. Когда же у тебя завязаны глаза, то чувствуешь его запах; слышишь, как шуршат ладони об одежду, а если он совсем близко, то можно ощутить тепло тела и дыхание на своей коже. При телефонном разговоре ты знаешь, как выглядит человек, потому что видишь аватар, а как он выглядит сейчас — неизвестно, можно лишь придумать. Когда ты, фактически, слеп — разглядывать фотографию возможности нет, поэтому в ход идёт память и фантазия. Ощущения разные, Лера в этом убедилась. И то, и то ей было почти незнакомо — отдавала предпочтение перепискам, а с завязанными глазами она ни с кем не разговаривала до сегодняшнего вечера. — Лерок, — как-то подозрительно бодро начал Вадим, заставив повернуться Леру к нему. — Чего задумалась? — Почему ты меня так назвал? — она не стала отвечать на вопрос. — Ну, ты больше походишь на Лерка, чем на Леру, — мужчина пожал плечами. — Когда глаз не было видно больше Лерочка, сейчас Лерок. — А почему Лерочка? — Какая-то беззащитная, — с какой-то грустью прозвучало из уст Вада. — Я же видел, что ты испугалась сначала. Трогаешь всё, коленки дрожат. Да оно и понятно — с завязанными глазами ехать в незнакомой тачке… Он как будто не закончил предложение, повернув голову в её сторону. — А сам бы не испугался? — Лера, кажется, восприняла на свой счёт. — На твоём месте — да, конечно, — Вадим сказал это с такой интонацией, будто это было понятно даже маленькому ребёнку. — Больше тебе скажу, я на твоём месте даже не соглашался бы ехать куда-то. — Всё-таки есть во мне капля смелости, — сама для себя сказала Макарова. — Думаю, даже больше. За окном наконец-то показались знакомые пейзажи. Они подъезжали к Невскому.

***

Вадим оставил её одну в машине, заблокировав двери. Теперь Лера не чувствовала дискомфорта или опасности в этой машине. Казалось, даже если что-то пойдёт не так, она это увидит. Сейчас девушка первый раз рассматривает салон — новый, чистый, приятно пахнет. Чёрные кожаные сиденья. Вообще, сам автомобиль был похож на владельца. Огромный джип, на котором обычно катаются серьёзные типы. Зато внутри машины попе ой как мягко сидеть и играет Леди Гага. В окно она видела, как мимо проходят подростки, парочки, туристы, хотя сейчас ещё не сезон. Правда, Макаровой, по большей части, всё равно, кто сейчас ходит по улице. Она смиренно ждала Вада, который пошёл за едой, потому что окно для автомобилей было закрыто. Из колонок всё также играла попса, от которой уже начинало подташнивать. Лера выкрутила звук до нуля и откинулась на спинку сиденья. Прикрыла глаза и глубоко вдохнула. «Интересно, как там мама? — подумала девушка. — Переживает, наверное». Дверь открывается и в салон садится Вадим с пакетом еды и двумя пластиковыми стаканчиками. — Вадим, можешь телефон дать, я маме позвоню, — Макарова даже не дала мужчине усесться — сразу с просьбой. — Зачем? — Вад достал из пакета картошку по-деревенски и отправил себе в рот две дольки разом. — Я уже её предупредил. — И что ты ей сказал? — Лера даже немного занервничала. — Что сеанс длился дольше положенного и мы встали в пробку, — он протянул девушке коробочку с бургером. — А что надо было сказать? — Ничего, так тоже сойдёт. Макаровой даже не верилось, что она наконец-то поест. Да, это не гречка, но иногда нужно себя баловать. Тем более сегодня, когда уровень стресса постоянно колебался. Она укусила бургер и прикрыла глаза. Неужели это случилось? — Что, прям ничего не ела? — мужчина наблюдал, как она медленно, зато большими кусками ест несчастный бигмак. Валерия становилась счастливее с каждым укусом. Она молча кивнула на заданный вопрос, доедая бургер. Осознание того, что у неё есть ещё картошка, не могло не порадовать. Убрав мусор, девушка сама потянулась за крахмальным чудовищем. — Ты не спеши, не отберу, — Вадим завёл машину. — Ну что, куда дальше? — Чего? — Лера недовольно зыркнула на водителя. — Я думала ты меня домой отвезёшь. — Хочешь домой — отвезу домой, не вопрос, — Вад пожал плечами. — Но если не хочешь, то можем поехать ещё куда-то. Или пойти. Макарова молчала, явно раздумывая. Вроде как она хотела домой — переодеться в домашнее, улечься в своей кровати и уснуть крепким десятичасовым снов. Но ей также хотелось ещё поговорить с Вадимом. Он рассказывал интересные истории про клиентов Алтана, про свою прошлую работу военным, да и её он слушал, и очень охотно. Лере даже казалось, что она уже давно знает Вада — настолько с ним стало комфортно, когда он развязал ей глаза. Он может и выглядел угрюмо, но лишь до момента дурацкой ухмылочки, которую моментами так и хотелось стереть с лица. — Ну, раз мама предупреждена, тогда глуши мотор — пройдёмся, — сказала девушка, жуя картошку. — Но недолго. — Как Лерок приказала — так и будет, — Вадим поднял руки в жесте «сдаюсь», звякнув ключами.

***

— О нет, я ненавижу белые ночи! — Лера почти возмущалась. — Я постоянно просыпаюсь, потому что за окном уже светло, а мне для сна нужна кромешная темнота. — Свет ей спать мешает, гляньте на неё, — подтрунивал мужчина. — Ты че, помидорка тепличная? В армии тебе не выжить. — А я в армию и не собираюсь, — она улыбнулась, украдкой посматривая на Вадима. — Там такие как ты очень бы пригодились, между прочим. — Буду считать за комплимент, — Макарова оглянулась и остановилась. — А тебе не кажется, что мы далековато ушли от Невского? Ржавая распахнутая калитка вела к старому многоквартирному дома. В некоторых окнах ещё даже горел свет, хотя по Лериным ощущением стрелка часов давно перевалила за двенадцать. Двор был относительно чистым, что уже не могло не радовать — наркоманов либо не было, либо тщательно скрывались. — Ну, заболтала ты меня, — Вадим зашёл во двор, строго рассматривая каждый угол. — Вот и утопали. Девушка смирно шла за Вадом, не смея его обгонять: — Ты хоть примерно понимаешь, где мы? — Телефоны давно придумали, надо будет — узнаем, — он подошёл к лавочке и скептически осмотрел её, после чего сел. — Тут даже получше, не находишь? — И чем же тут лучше? — Лера села рядом. — Несмотря на то, что сейчас ночь, в центре как-то много народу, — мужчина пожал плечами. — Я нормально себя чувствую в толпе, но мне кажется, что, когда между двумя людьми происходит какая-то первичная химия, — лучше говорить наедине, без лишних ушей. — Ага, тебе кажется, что у нас какая-то химия? — Макарова хоть и растерялась от такой мысли, всё же постаралась выглядеть более сдержанно. — И тебе тоже, будь честна, — Вадим победно посмотрел на девушку, которая старалась незаметно отвести взгляд. – Я ничего тебе не скажу. – Не стесняйся, Лерок, все свои. – Три часа назад я думала что ты увезёшь меня куда-то в лес и убьёшь, – Лера старалась избегать зрительный контакт. – Можно ли это назвать химией? – Думаю, от части, – он покачал головой. – Ну, если тебе не понятно, можем попробовать второй раз. – Попробовать? Что? – Макарова не совсем поняла, о чём речь. – Проехаться в машине с завязанными глазами? – Нет, – казалось, Вадим был разочарован тем, что девушка не сразу его поняла. – Встретиться в неформальной обстановке. – Ты зовёшь меня на второе свидание? – своё смущение она постаралась скрыть насмешкой. – А это свидание? – Думаю, от части, – передразнила его Лера, искренне улыбаясь. Вадим ничего не ответил, лишь поджал губы, признавая поражение, но только он хотел что-то ответить, как весь двор оглушило звонким рингтоном. Мужчина вытащил телефон, посмотрел на экран, после чего просто отдал его Лере. Звонила мама. Услышав её гневный голос, она заверила, что будет дома через полчаса, сбросила вызов и отдала телефон владельцу. – Мама ждёт, – Лера констатировала факт. – А если за полчаса мы не успеем доехать? – Вадим встал и подал руку девушке. – У тебя нет выбора. Иначе она открутит голову и тебе, и мне, и твоему Алтану.

***

Они болтали всю дорогу до дома. Когда они подъезжали к подъезду, Лера старалась сфокусировать взгляд на окне её кухни, однако сделать это было сложнее, чем она думала. Оказывается, свет горит почти у всего дома, несмотря на поздний час. Своё окно она всё-таки нашла по силуэту огромного цветка и мигающей гирлянде. Наверное, мама давно ждёт её на кухне с расспросами о том, как всё прошло. Или там сидит Кирилл, которому было лень вставать с дивана после плотного ужина. А может они сидят там вдвоём и смотрят новости по телевизору, или смеются с дурацкого музыкального шоу. Макарова очень хотела присоединиться к ним, но ещё она очень хотела хоть немножко поболтать с Вадимом. Хотела послушать его истории из жизни, про работу, про увлечения. Хотела послушать что-то про него. Да и самой рассказать что-нибудь хотелось. Было неважно что. Слова сами выходили, иногда совсем ненужные, бесполезные, не несущие никакой информации. Но замолчать не получалось. Но машина заглохла, и мужчина убрал руки с руля. Вад вышел из машины, открыл дверь Лере и подал руку. Она с некоторой тоской посмотрела на грубую мозолистую ладонь, но помощью воспользовалась. – Так что, Лерок, – Вадим захлопнул дверцу автомобиля и украдкой посмотрел на девушку. – Номерок дашь? – Что-то мне подсказывает, что он итак у тебя есть, – Макарова держалась как могла, лишь бы не заулыбаться как дурочка. – Он есть у менеджера Алтана, а у меня нет. – Господи, у него ещё и менеджер есть? – Лера чуть не рассмеялась, прикрыв рот рукой. – Да он не шаман, а прям президент какой-то. – Почти. Лера молча вглядывалась в ожидающего мужчину, после чего, осмотрев его с ног до головы в последний раз, протянула ладонь. Он без лишних слов разблокировал телефон и открыл свои контакты. Она вбила номер, сразу подписывая его "Лерок". Перепроверив цифры, Макарова отдала телефон Вадиму, и он, увидев название контакта, одобрительно покачал головой, одаряя девушку белозубой улыбкой. – Думаю, второе свидание состоится позже второго сеанса, – Вадим провёл Леру до подъездной двери. – Не напоминай про второй сеанс, – кажется, она уже и забыла про то, что придётся повторно ехать к Алтану. – Не могу – это моя работа. Она ничего не ответила на это, лишь посмотрела на свои кроссовки и вздохнула. Они словесно попрощались и Лера зашла в парадную. Пока Макарова ждала лифт, она думала о том, что не так уж и сильно он похож на бандита. И татуировки у него прикольные. Ещё и Леди Гагу слушает. "Человек, любящий попсу, не может быть плохим", – подумалось ей, когда она зашла в лифт. На третьем этаже Лера представила, как он в архиве перебирает старые документы, и отчего то её это улыбнуло. Может, потому что в этой фантазии он носил очки? Всё-таки историк, много работает с документами, зрение быстро падает. На шестом этаже она представила, как Вадим сидит на приёме у Алтана. Не вписывается. На восьмом этаже лифт остановился и Лера вышла. Подошла к своей квартире, дёрнула за ручку и увидела свет, горящий на кухне. – Лера, иди сюда быстрее! – крикнула мама, что-то пережёвывая. – Сейчас отчёт будет. – Одну секунду! – Макарова быстро разулась и побежала в комнату за телефоном. После увиденного короткого "Лерок)" от неизвестного номера, Лера готова была выложить маме всю подноготную. И про поездку, и про приём, и про шамана, и про Вадима, если бы ей это было интересно.