нетерпеливый

феликс задерживается на работе уже вторую неделю подряд. счёт идёт на третью. он уходит совсем рано, успевая съесть только один бутерброд, заботливо приготовленный чаном, и выпить чашечку неизменного кофе. полноценные обеды, которые крис носит ему на работу, постепенно превратились в ужин, потому что времени на еду совсем мало, а общий проект по строительству нового торгового комплекса уже вот-вот. поэтому печенье и кофе стали его лучшими друзьями, пусть чан и ругает его за это.  помимо того, что ликс ранним утром исчезает на весь день, он ещё и возвращается совсем поздно, когда чан уже сладко спит в обнимку с подушкой парня и без зазрения совести пускает на неё слюнки. их ночь проходит одинаково из раза в раз, когда феликс максимально тихо принимает душ, одевается в пижаму и прижимается к ничем не скрытому телу со спины, утыкаясь носом в чанов затылок, чтобы чмокнуть перед сном и прошептать тихое «люблю».  и если бы проблема была только в том, что ликса не бывает дома и он плохо ест, жить было бы на капельку проще. но совместно с вышеперечисленными нововведениями добавилось ещё кое-что. а если быть точнее, наоборот, исчезло под корень.  секс.  у них не было близости уже три недели. и для кого-то это покажется детским лепетом, ведь в отношениях это не главное и блаблабла. но это играет довольно значимую роль в их отношениях. и феликс очень хотел бы, но усталость и недосып заставляют его валиться с ног моментально, как он окажется возле кровати. и чан понимает, поэтому совершенно не давит, справляясь своими силами. но это не отменяет того факта, что он всё ещё может дразнить любимого откровенными фотографиями и короткими видео, отправленными в разгар работы.  коварство было его вторым именем.  чан настраивает воду и делает немного горячее, чем обычно, чтобы стёкла в душе запотели быстрее. пока вода нагревается, он сбрасывает домашние шорты с боксерами и пытается удобно расположить телефон на стиральной машине напротив душевой кабины, чтобы сделать пару фото. установленный таймер запущен и заранее продуманная поза получается в кадре более чем отлично. крис вырезает верхнюю часть лица, оставляя только губы и подрезает фото снизу, чтобы самую откровенную часть оставить на десерт. оголённый, подтянутый торс, обхваченный руками, выглядит определённо хорошо.  далее он встаёт под горячий душ и вблизи снимает свои губы, с которых стекают тонкие струйки воды. он касается их кончиками пальцев и соблазнительно прикусывает, прекрасно зная, как феликс зависим от его пухлых губ. ещё несколько секунд и видео завершается.  чан берёт в руку ещё совсем не возбуждённый член и медленно ласкает его, вспоминая их самую последнюю ночь перед началом проекта. ликс тогда был особенно хорош, со звонкими хлопками вбиваясь сзади, чтобы услышать самые громкие чановы стоны. твердый член даёт о себе знать уже через пару минут, призывно дергаясь без внимания, и чан снимает ещё одно видео, где видно только характерное движение рукой, изредка поблёскивает алая головка и тихие стоны, растворяющиеся вместе с паром. когда стёкла достаточно запотели, чан снова настроил ракурс телефона на стиральной машине и с внутренней стороны душевой прижался ягодицами к стеклу, наклоняясь немного вперёд, чтобы было видно только их. серия фотографий сохраняется в галерее и крис довольный подбегает к телефону, чтобы поскорее выбрать самые удачные и отправить их.  бан с довольной и даже гордой улыбкой нажимает на кнопку отправки, повторно пробегаясь взглядом по фотографиям. он не дожидается ответа, потому что обычно это занимает слишком много времени, поэтому сразу откладывает телефон и решает наконец принять душ и расправиться с вызванным возбуждением.  намыливая голову под свою любимую песню, крис во весь голос подпевает выученным наизусть строкам и пропускает мимо ушей раннее пришедшее в ответ смс.  очень зря.  его талию вдруг обвивают прохладные руки, от чего крис распахивает глаза и дёргается на месте, пытаясь сквозь толщу текущей по лицу воды развидеть лицо. это тот самый момент, когда говорят, что душа упала в пятки, потому что именно так ощущается испуг из-за внезапного вторжения. даже крик наружу не вырвался от парализованности.  феликс совсем не виновато улыбается и извиняется, что так сильно напугал. он тянет парня на себя, чтобы вода прекратила литься по лицу, и оставляет ласковый поцелуй на губах.  — ты же должен быть на работе, – всё ещё не отошедший от удивления и испуга чан глупо хлопает глазами, но тело рефлекторно поддаётся любимым рукам.  — нас сегодня вдруг отпустили пораньше, чтобы мы набирались сил. цитирую: «мёртвые сотрудники результатов не дают». – ликс улыбается и мурлычет слова в шею, оставляя за собой нежные поцелуи, пока руки жадно блуждают по голому телу.  — они чертовски правы. – крис усмехается и подставляется горячим губам, наконец полностью расслабляясь.  — я тебя поймал почти на горячем, детка. что ты мне там такое отправлял, м? – по лицу феликса вдруг пробегает хитрая ухмылка и первый укус следует куда-то чуть ниже плеча, пока обе ладони так смачно опускаются на ягодицы и сжимают их.  — всё то, что твоя работа заставила обделить вниманием. – чан ойкает от шлепков и хватается за плечи парня, прикусывая губу, чтобы сдержать слишком довольную улыбку.  — тогда мне стоит хорошенько позаботиться о тебе, верно? – ликс прижимает криса к стеклу, прокручивая в голове ту самую фотографию его ягодиц, и кончиком носа ведёт по линии челюсти, чтобы оставить мягкий поцелуй на щеке.  — давно пора.  чан в руках феликса всегда дрожит от возбуждения и предвкушения. его тело становится максимально податливым из-за блуждающих по чувствительным местам рук, и размякает под осыпающимися градом поцелуями. их возбуждённые члены тесно зажаты между телами, пока оба наслаждаются влажными поцелуями, смешивая их с периодическими укусами и юрким языком. крис в губы шепчет просьбы, двигая бёдрами, чтобы поймать хоть немного трения, но ликс держит крепко, перекрыв возможность гнаться за удовольствием.  потому что он любит приносить его самостоятельно.  поэтому, оказавшись на коленях перед любимым, он заставляет его стонать слишком громко и жалобно, проталкивая всю длину глубоко в расслабленную глотку. чан путает пальцы во влажных волосах и прижимает парня ещё ближе, чтобы кончик носа касался гладкого лобка. он сгибается практически пополам, из последних сил сдерживаясь, чтобы не кончить от того, как хорошо и умело феликс ласкает его своим языком. но ожидание в три недели должно окупиться во много раз больше, поэтому ли со смачным чмоком отрывается от члена криса и притягивает к себе за затылок для очередного мокрого поцелуя.  — сегодня придётся уделить немного больше времени твоей растяжке, – феликс разворачивает чана к себе спиной и тянет за бёдра на себя, прося выпятить свои сочные ягодицы.  — не придётся, – крис кидает короткий взгляд через плечо и с хитрой ухмылкой прикусывает губу, отворачиваясь.  — моей детке пришлось развлекаться самому. мне так жаль, что я не уделял столь нуждающейся, сладкой дырочке должного внимания. я исправлю это. – ликс коротко лижет раковину ушка, закончив шептать, и с силой шлёпает по ягодице, разнося звонкий хлопок по комнатке.  феликс снова опускается на колени и раздвигает половинки в разные стороны, не медля прижимаясь к сжимающимся стенкам губами. язык то проходится по проходу, то кружит вокруг колечка, заставляя чана извиваться и просить большего. одного пальца, двигающегося невозможно медленно, никогда не было и не будет достаточно. но совместно с ласкающим языком эти движения становятся на каплю лучше. два пальца двигаются внутри уже более уверенно, раздвигая слегка сжатые стенки. но чан всё равно просит большего, двигая бёдрами навстречу.  терпение никогда не было его сильной стороной. поэтому баночка смазки хранится в каждой комнате «на всякий случай», как любит говорить крис. феликс льёт ещё немного вязкой жидкости на пальцы и добавляет третий, стараясь войти ими максимально глубоко и раздвинуть уже не столь тугие стенки.  — феликс, прекращай уже. я хочу тебя внутри, – чан смотрит на парня через плечо вниз и призывно крутит бёдрами, всё также соблазнительно кусая уже довольно покрасневшие губы.  — мой нетерпеливый котёнок, – ликс с довольной улыбкой оставляет пару поцелуев на левой ягодице и остатки смазки размазывает по твёрдому члену, пристраивая головку к растянутому входу. — если бы я не был так голоден, подразнил бы тебя ещё. – ли прикусывает мочку уха и языком играется с тонким колечком, проталкивая член на всю длину. медленно и как можно глубже.  — наконец-то, – чан издаёт протяжный и в какой-то мере облегчённый стон, запрокинув голову назад.  феликс прижимается грудью к лопаткам и отводит бёдра назад, чтобы в следующую же секунду резко войти обратно, наслаждаясь любимым звуком. шлепки кожа об кожу приносят отдельное удовольствие, мотивируя двигаться ещё быстрее и жёстче, как нравится чану. а поучать в ответ несдержанные стоны и слова о том, как хорошо, с каждым разом становятся мантрой, которую крис будет повторять на протяжении всего процесса.  громкие шлепки эхом разносятся и отбиваются от кафельных стен в ванной, и моментами перекрываются особенно громкими стонами наслаждения, когда феликс обхватывает прыгающий в воздухе член чана, чтобы ласкать его в темп своим толчкам. он изо всех сил старается не сбиваться, но чем ближе подходит к крису оргазм, тем сильнее он сжимает парня внутри, от чего двигаться становится не так легко и свой оргазм начинает догонять быстрее.  по итогу трёхнедельная выдержка катится их собаке под хвост, потому что оба кончают быстро, даже не поменяв позу. чан пачкает душевое стекло своей спермой, а после ощущает горячие струи на своей пояснице и упирающийся между лопаток лоб. ликс стонет низко и протяжно, немного продлевая наслаждение руками и себе и парню, чтобы в конечном итоге нежеланно оторваться от любимого тела. ли разворачивает чана к себе лицом и целует его совсем нежно, ласково и мягко. именно так, как крис любит целоваться после секса. чтобы разнежиться и ощутить новый прилив любви, несмотря на стекающую по его пояснице жидкость.  разводы и следы от ладоней на стекле выглядят одновременно горячо и пугающе, но заставляют возвращаться воспоминаниями на пять минут ранее. ликс заботливо смывает сзади оставленный им бардак и они вместе принимают душ, бесконечно много целуясь, что губы начинают неметь.  но в душ они вернутся ещё раз, потому что горячее продолжение будет ждать их в спальне, до которой они дойдут не сразу, останавливаясь у каждой стены, чтобы потрогать друг друга и обцеловать каждый доступный участок тела.