You're not alone, Giro.

Джиро не доверяла Сущему Мику. Он был странным, громким, шумным и она не хотела иметь с ним ничего общего. Но как-то так вышло, что она стояла прямо сейчас у двери в его квартиру и сжимала в руке небольшую бумажку с описанием адреса. Это мой адрес! На случай, если у тебя или у твоих друзей будут проблемы! Жуткий. Когда он говорил это ей, выглядел как самый настоящий педофил. Кьёка выкинула эту бумагу в тот же день, как Мик ей её дал. Только потом лезла за ней в мусорку. Но это было не так важно. Отец ушёл из дома на погулять, мама стонала под каким-то левым мужиком в их общей спальне. Выносить это было тяжело, а на выходные общежитие недоступно без разумной на то причины. С каким отчаянием она перебирала мусор в ведре... Но теперь она здесь. И теперь побелевшие костяшки её пальцев ударяют по двери. За стеной донеслось громкое шуршание, затем крики и наконец на пороге появился Хизаши. Только полуголый. С мокрым накаченным торсом и обвязанным на талии полотенцем. Его обычная треугольная причёска теперь мирно валялась на мокрых плечах. Джиро немного смутилась, но быстро поняла, что он вышел из душа. — Хэ-эй! — немного игриво прокричал он, но быстро остолбенел, открыв глаза, — Маленькая Джиро? — З-здравствуйте, Ямада-сэнсей... Её голос дрожал. Она думала, что всё будет хорошо, но как только на глаза попался учитель, стало невероятно страшно. И это не было захватывающе романтичное чувство. Это был настоящий страх осуждения и непринятия. — Оу... Видимо, что-то случилось, не так ли? — хихикнул он и добро улыбнулся свой широкой фирменной улыбкой, склоняя голову набок. Не дождавшись ответа, мужчина широко распахнул дверь и прошёл в коридор, — Располагайся, а мне надо всё таки доделать кое-какие дела! Он не убирал с лица улыбку и закрыл за ней дверь, чтобы всё таки уйти в ванную, чтобы досушиться и одеть чистую одежду. Квартира Ямады-Сана была стильной и уютной. Она в своём стиле сочетала современность и музыку, с пластинкам на стенах, с плакатами пару популярных и не очень рокеров и металлистов. Он слушает Slipknot?.. Джиро заворожённо уставилась на пару плакатов на кухне. Они были цветными и такими же стильными, как и Мик. На секунду это отвлекло девушку от её проблем и забот. Музыка всегда помогала ей забыться. Но в этот раз всё было по-другому. — Я закончил... — пробубнил себе громко под нос Хизаши, ногой захлопывая дверь в ванную и поправляя блондинистый пучок на голове. Он одел спортивный костюм с футболкой и растянутыми полосатыми штанами. Очки совсем отличались от тех, которые он надевал обычно — совсем обычные, с красной оправой. Джиро особо не засматривалась на него. Вообще старалась не смотреть в его сторону. Когда Сущий с любопытством наблюдал за интересом Кьёки к музыкантам, он подкрался к ней сзади и положил руку на её правое плечо, получая лёгкое подрагивание. Реакция была быстрой — брюнетка обернулась на него и немного покраснела, отодвигаясь на расстоянии метра. — Итак, присядем? Расскажешь, что произошло. Джиро кивнула. Она отошла от плаката с рокером и уселась на диван, на который указал Ямада. Она неудобно поёрзала на матрасе и помяла руками ткань тонких джинсов. Хизаши оперативно уселся напротив, закидывая одну ногу на другую и раскидываюсь в кресле. — Я-я начну... — Хэй, спокойно, слушательница. Я не кусаюсь! — хихикнул он и мягко посмотрел на неё. Джиро всё ещё ему не доверяла. Но другого выхода не было. — Ямада-сэнсей, дело в том, что... Я ушла из дома. — она тяжело вздохнула и смело подняла взгляд на зелёные глаза со спиралями. — Мгх. И.. Что случилось? — улыбка с его лица резко сползла. Он выглядел обеспокоенным и сел более напряжённо, ставя логти на колени и скрещивая пальцы между собой. — В моей семье проблемы. Я... Я не думаю, что могу рассказать. Наверное, вы понимаете, что если я здесь, я наверное в отчаянии. И это так... Я пришла просить о помощи. Ямада прочистил горло и немного опустил вниз оправу очков, глядя на неё немного серьёзно. Он понимающе кивнул и наклонил голову в бок. — Малышка Джиро, — он раскинул руки либо как одобрительный жест, либо как приглашение обняться, — Расскажешь мне? Слушай, я прекрасно всё понимаю. Ты подросток, ты мало кому доверяешь, но я обещал, что помогу тебе с твоими проблемами. — Почему.. — резко спросила она, не поднимая на него вновь красных глаз, — Почему вы хотите мне помочь? — Я вижу и знаю больше, чем ты могла бы подумать. И я вижу и знаю, что у тебя проблемы. И каким бы был я учителем, если бы не пришёл к тебе на помощь? Джиро взглотнула и слегка вздрогнула от такого честного заявления. Оно было искренним. Он заслуживал немного её доверия, подумала она, и поэтому поднялась с дивана. — Мой отец ушёл бухать со своими друзьями из его рок-группы. А мама кувыркается с кем-то. Я устала, Ямада-сан. Я хочу спать и есть. Я бы с радостью рассказала всё учителю Айзаве, — прошептала она дрожащим от страха или гнева голосом. Её руки в перчатках без пальцев сжались в крепкие кулаки, — Но он отреагирует не так. Я вам не доверяю, Ямада-сан, — осторожно затем добавила она, но продолжила, — Но прямо сейчас я не знаю кому именно доверять, а кому нет. Мик молчал. Он закрыл глаза и раздражённо потёр переносицу, тоже сжимая руки в кулаки от злости. Её родители мрази. Хизаши сложил руки на груди и вздохнул. — Посмотри на меня, слушательница, — на удивление тихо проговорил он и слабо ей улыбнулся. Кьёка вздрогнула. Она сжала свои джинсы в коленях до белых костяшек на пальцах и всхлипнула. Она не было уверена до сих пор. Может ей просто встать и уйти? Что если она будет казаться слабой? Такая же жалкая и беспомощная, как и обычно. А может он расскажет Айзаве? Брюнетка вздохнула, но Ямада не смел ей ничего вновь говорить или повторять. Он знал, что она услышала и ей только нужно было немного времени. Наконец тёмная макушка поднялась. Чёрные, зарёванные глаза смотрели на своего учителя со смесью страха и чего-то ещё. Решительности? Гнева? Ненависти? Ямада не понял. Учитель теперь тоже поднялся с дивана и настороженно сделал шаг ближе к ней, но взгляд девушка не отводила. Так и застыла, наблюдая за каждым его движением. Мик неуверенно поднял руку. — Могу я?... Преподаватель даже договорить ничего не успел, как Кьёка громко всхлипнула и обняла его первой. Заши молниеносно укрыл её в своих руках и молча стал поглаживать по спине в кожаной куртке. Студентка тихо хныкала ему в футболку, позволяя слезам свободно скатываться по алым щекам и впитываться в ткань его верха. Мик был опечален. Просмотр этой картины не был жалким или каким-то подобным, он был грустным. Хизаши сам понимал какого это иметь плохих родителей. И знал, какого это уходить из дома, и какого это не получать от родителей внимания и искать отцовского или материнского тепла на стороне. Наверняка сейчас Джиро ощущает его своим отцом. Мик часто становился для какого-то этой фигурой. И никогда он не был против. Джиро чувствовала себя беспомощной маленькой девочкой. Она ненавидело чувство того, что она ничего не может сделать прямо сейчас. Казалось, будто бы родителям даже плевать на его уход. Но в любом случае, Кьёка не могла сказать уверенно, что сэнсей позволит ей здесь переночевать. Через пару минут девушка успокоилась и сделала шаг назад от Ямады. Она неловко отвела взгляд и покраснела. — Простите, сэнсей. Я сорвалась. — Эй, эй, эй, тебе не за чем извиняться, подруга! Я же всё понимаю, думаешь, что я тоже никогда не плачу? — сказал он с одобрительной улыбкой и потрепал её волосы, — Всем нам нужно немного поддержки. — Ямада-сан, — сказала затем она серьёзно и с трудом вновь взглянула на него, — Я знаю, что я не могу такое спрашивать у учителя, но... Могу ли я остаться на ночь? Хизаши расплылся в доброй улыбке, не убирая руку из её волос. — Конечно! Можешь остаться до начала учебных дней, если хочешь. Кьёка снова заплакала. Ну почему тот, кого она терпеть не могла теперь так добро смотрит на неё и делает все, чего бы никогда не сделали другие? В какой раз она убедилась, что он очень странный. Плача себе под нос и прикрывая лицо руками девочка шептала: "Почему"? Ямада не отвечал. Он не торопился обнимать её, осторожно коснулся её спины, чтобы ласково погладить её, пока она плачет. В итоге они всё равно вдвоём уселись в объятьях. Джиро бы не за что не поверила, что в порыве истерики она бы села на колени своего учителя (он сам её посадил) и уткнулась бы головой ему в грудь. Хизаши прекрасно понимал, что ей очень печально получать помощь, как бы иронично это не было. — Спасибо, Ямада-сан... — прошептала она ему в грудь и вцепилась пальцами в тонкую сырую футболку. — Чш.. Тихо.. — проговорил он ей на ухо, осторожно поглаживая девушку по голове и продолжая слабо ей улыбаться, — Хей, я постелю тебе в гостевой, ладно? Он не получил ответа. Кьёка уже покойно спала в его объятьях. Мужчина посмотрел на её измученное уставшее лицо и грустно вздохнул, ещё ненадолго оставаясь с ней на диване. Рука продолжала автоматически гладить её спину и волосы, чтобы успокоить. "Бедняжка..." Подумал он и взял худое тельце на руки, прижимая её к своей груди. Хизаши медленно поплёлся в свою комнату для гостей, где он обычно развлекался ночью с разными мальчиками и девочками, дабы не отводить всех его гостей в его комнату со старыми музыкальными предметами (инструментами, проигрывателями, поастинками), а ещё там были фигурки... Почему Айзава называет его маленьким? Ямада положил Джиро на кровать и осторожно укрыл её одеялом, серьёзно вздыхая. "Хочется убить тех, кто довёл ребёнка до такого состояния." Пронеслось в его голове, после того как он закрыл тёмную комнату и направился в гостиную. В тот вечер Мик отложил хороший вечер в тёплой воде и с холодным пивом и провёл его на балконе с сигаретой меж пальцев. Пришлось о многом подумать, между тем делая затяжки и выдыхая едкий дым. Джиро была хорошей девушкой. Умной, смышлённой, по меркам подростков привлекательной, но всегда недоверчивой. Осторожной, иногда грустной, измотанной. И даже Сотриголова это замечал, но ничего не говорил. Он волновался за Кьёку, как за ученицу, но понимал, что она даже под угрозами ничего ему не расскажет. Айзава часто об этом говорил. Просил его с ней поговорить. А если Кода и Джиро на экзамене надрали ему задницу, это не значит, что они теперь очень близки (та орава насекомых до сих пор сниться ему в страшных кошмарах). Теперь всё стало понятно. Теперь уже всё складывается. Когда она завтра проснётся нужно будет попросить её рассказать об этом Шоте. Хизаши совесть не позволяла рассказать что-то настолько личное своей ученицы стороннему человеку. Дым снова развеялся на ветру и окурок затушился и упал с 8 этажа здания. Он подумал, значит нужно всё выключить и лечь спать. Завтра его единственный выходной, и он должен будет поговорить со своей новой гостьей. Надо, чтобы Джиро знала, что она не одна.