16 июня

Всего лишь одно короткое «да», которое сказал младший брат моего друга изменило мою жизни навсегда. А случилось это шестнадцатого июня. В тот день в парке, находящемся неподалëку от моего дома должен был быть праздник с красками холли. И так получилось, что мой друг, у которого был младший брат, позвал меня на этот праздник. Ну я человек простой, сразу же согласился. Тем более провести лишнюю минутку с ним мне очень хотелось. Кажется уже на протяжении долгого времени, я скрывал тот факт, что влюблëн в этого парня. В парня с незамысловатым вкусом в одежде, в парня с невероятными карими глазами и парня с короткими каштановыми волосами, подстриженными на монер Билла Денбро из «оно». – И как я посмел в него влюбится? – постоянно спрашивал я у себя, даже сейчас, пока собирался на прогулку с ним. Я надел чëрные шорты до колен и белую футболку с каким-то цветным рисунком, после чего натянул на ноги белые кроссовки. Он был просто прекрасным парнем. Он наверняка нашëл бы себе милую девушку, они бы стали хорошей парой и были бы счастливы друг с другом. А моë признание тут вовсе не клеилось. Так что я молчал. Молчал уже долгое время. Я собрался, взял с собой небольшую сумку, в которую конечно же кинул телефон, ключи и вставив правый наушник в ухо, также кинул в сумку кейс. Я включил музыку и пошëл к парку, где меня должен был ждать мой друг. Переключив песню, которая мне не очень нравилась, я свернул, после чего зашëл в парк. Пройдя ещë какое-то расстояние, я заприметил своего друга. Хотя точнее сказать, я заприметил его сумасшедшего брата. Он был маленькой копией моего друга, даже одежда такая же, только ещë у него были очки квадратной формы. Брат бегал и кричал что-то, а мой друг стоял в очереди, чтобы купить краски. Он был одет в чëрную футболку и такие же чëрные шорты на подобии моих. Я слегка удивился, не слишком ли жарко для такой тëмной одежды? – Привет – сказал я, подойдя к другу и достав из уха наушник убрал его в кейс, после чего пожал руку своему другу. – Привет, бро – ответил он мне, пожав мою руку в ответ, а после приобнял меня. Я слегка смутился. Любил я, когда мы были так близки. Мне нравились любые нежности с моим другом, правда было их немного. Мой друг потрепал меня по голове, вороша мои белокурые кудри – Спасибо, что пришëл, я бы один не справился с ним – он кивнул в сторону брата, бегающего в стороне. Я усмехнулся. – Я уже начинаю ощущать себя его отцом – сказал я, мой друг тоже посмеялся. – А я тогда его мать? – с усмешкой сказал он, после чего подозвал брата к себе, так как тот далеко отбежал. Я подумал, что было бы очень круто, ведь это означало, что мы женаты. Я вновь немного покраснел, но на улице было так жарко, что могло показаться, что краснею я из-за этого. Мой друг отстранился и толкнул меня в плечо – Какой цвет ты хотел бы? – спросил он. – Жëлтый – ответил я. Так как мы были одними из первых, смогли купить несколько ярких пакетов синего, жëлтого и зелëного цвета. – Обсыпьте меня красками! – громко воскликнул брат моего друга, и мы тут же выполнили его просьбу. Теперь мальчишка был весь в краске, даже его очки, из-за чего он наверно плохо видел. Но нам было как-то не до этого, мы все заливались громким смехом. Через какое-то время людей стало больше. Все они собрались у сцены, мы поступили также. Ведущий на сцене что-то говорил, но я его не слушал, я смотрел на своего друга, который подкалывал своего брата и обсыпал его новой порцией красок. Меня умиляла эта картина. Я любил этого парня каждой частичкой своей души. Любил так сильно, как никто бы не смог его полюбить. Задумавшись, я не заметил, как друг кинул краской и в меня. Я и так был весь в цветных пятнах, но теперь стал ещë ярче. Я вновь посмеялся, а потом заметил, как брат моего друга лезет на сцену, так как туда позвали детей, чтобы те потанцевали, очевидно, что того заставили слезть. Я уже хотел дать ему подзатыльник, в очередной раз обозвав его как-нибудь. Но девушка, стоящая рядом с нами прокричала что-то вроде: – Пацан, ты лучший – она обращалась к брату моего друга. Сама девушка была с каштановыми волосами, в одной из прядей красовались светло-зелëные нитки, под цвет еë рубашки, концы которой были завязаны в узел. На еë пухлых ногах были джинсовые шорты, а так же длинные белые гольфы, на стопах белые, но грязные в хлам кросовки. Всë еë лицо было красным от жары, а голос немного хриплым, видимо она надорвала его, пока кричала, какой брат моего друга гений, миллиардер, филантроп и так далее. Другу явно это понравилось, ведь он посмеялся. Я лишь недовольно цикнул. Да, возможно мне было неприятно, когда мой друг смеëтся не с моих шуток, но в этом же нет ничего плохого? Меня отвлëк голос ведущего. – Вот вы! Парни выходите на сцену – сказал он, подзывая нас, чтобы мы выстрели из хлопушек с красками. Конечно же мы с другом вышли. Мелкий братец друга, что-то громко кричал, явно радуясь. Так же громко кричали девушки из первого ряда. Та, которая рассмешила моего друга и судя по всему еë подруга. Я обречëнно вздохнул, после чего перевëл взгляд на друга. По моему лицу расплылась улыбка, этот дурак танцевал какой-то непонятный, но от этого до жути смешной танец. Я тихо хохотнул, после чего посмотрел на людей, стоящих у сцены, они тоже громко смеялись. Мой дурачок умел рассмешить других, пускай и такими тупыми выходками. Под счëт ведущего, мы выстрелили из хлопушек. Ярко-розовая краска распространилась по воздуху, оседая на стоящих возле сцены людей. Я улыбался. Улыбался как последний придурок, но влюблëнный и счастливый придурок. С моим другом я ощущал себя самым счастливым человеком в этом мире. Мы спустились со сцены, возвращаясь к мелкому. Люди вокруг нас кидали краски, от чего их одежда, лица и волосы были в ярком порошке. Я смеялся, смеялся и мой друг с его братом. Когда наша краска закончилась, мой друг начал стряхивать еë с волос прямо на своего брата. Я сделал так же. Мы громко смеялись, угарая друг с друга, как вдруг в меня прилетела краска. Эта одна из тех девушек, что стояли рядом с нами кинула в нас ею. У неë были ярко-красные волосы, которые с 1/3 своей длины были кудрявыми, а так же в две пряди были вплетены рыжие нитки. Девушка явно неплохо умела плести косы. Одета она была в белую футболку с каким-то узором и в чëрные велосипедки, на стопах располагались сандали, они выглядели очень неудобными. Как девушка ещë не натëрла себе кучу мозолей? Я нахмурился, но мой друг попросил ещë, дабы закидать этой краской брата. Я лишь недовольно закатил глаза. Я пришëл на этот праздник, чтобы проводить время с моим любимым другом, а не с каким-то незнакомками. Они начали смеяться на ряду с моим другом, что взбесило меня ещë больше, но я постарался сделать вид, что мне плевать. И тут вдруг, одна из девушек, которая была в рубашке, наклонилась к брату моего друга и спросила: – А те два парня твои отцы? – она явно спросила это в шутку, но какого же было еë, а так же моë удивление, когда мелкий закивал и ответил короткое «да». Я был в шоке, мой друг был в шоке, те две девушки были в шоке, и лишь только младший ничего не понимал и был как обычно весел. Я тут же покраснел как помидор и бросил взгляд на своего друга, который тоже стоял с диким румянцем. Он был зол? Или ему просто жарко? А может он смущëн?..Да ну нет. Он сто процентов просто зол. Но вдруг он хватает меня за руку, уводя куда-то, я лишь успеваю заметить, что те девушки ушли к лестнице, чтобы забраться на сцену. Мы отходим в сторону от сцены, и мой друг наконец останавливаться. – Что такое? – недоумевающие спрашиваю я. Друг не отвечает. Он лишь держит меня за плечи и смотрит на меня. Мы стоим так ещë секунд тридцать, после чего он резко приближается к моему лицу и целует меня в губы. Я обомлел от неожиданности. Это было резко, неожиданно, а ещë очень приятно, ну и может немного слюняво. Но мне это очень понравилось. Друг быстро отстраняется. Я смотрю на него восхищëнными глазами, а он молчит. – Я люблю тебя – отвечает он через зубы спустя долю секунды. Ему стыдно это признавать, а может он боится, что я не чувствую того же? Я зависаю на какое-то время, думая обо всëм этом, но после вспоминаю о том, что друг вообще-то ждëт ответа и наконец говорю, что тоже люблю его. Его лицо расплывается в улыбке, он больше не выглядит раздражëнным или злым. Мы вновь приближаемся друг к другу и сливаемся в поцелуи. Таком же быстром и резком как первый, что-то более долгое мы наверняка попробуем позже, но не сейчас.