Взаимно уязвимы

За окнами Экспресса простирались галактики, планеты и звездные системы, которые экипажу еще предстояло исследовать в будущем, далеком или нет — пока это было утаено в неизвестности. К слову, сегодня весь состав экипажа был занят своими делами, отдыхая перед новой остановкой на неизведанной планете, на которую все договорились отправиться в скором времени. Стелла занималась делами на корабле, сойдя с поезда, Вельт зарисовывал что-то из прошедшего путешествия, Химеко как всегда варила фирменный кофе, а Дань Хэн записывал новые сведения в базу данных. И только комната Март сегодня не отличалась пустотой — Робин решила оказать своей возлюбленной визит. После фестиваля Гармонии и всего произошедшего за время пребывания Экспресса на Пенаконии певица решила взять небольшой отпуск, чтобы уделить себе хоть пару дней… и, конечно, Март тоже, если не в первую очередь, ведь проводить время с ней всегда было самым большим удовольствием для Робин. Публика не знала об их отношениях и было бы очень рискованно раскрывать это, особенно если учесть популярность Робин по всей галактике. Март же старалась поддерживать девушку всегда, когда выдавалась такая возможность — пробивалась в первые ряды на концерты, коллекционировала мерч и диски, дарила небольшие подарки за сценой и всегда была на связи, когда Робин находилась на гастролях.  За месяцы времяпровождения на Пенаконии девушки очень сблизились и Март старалась сохранить все воспоминания, разделенные с Робин. Огромное количество совместных фотографий заполонило как альбом, так и галерею телефона — Робин находила это очень милым и ей льстило, что Март дорожит их совместными моментами так сильно. Конечно, фанатов у Робин было огромное множество, но Март всегда будет занимать отдельное место в сердце Робин среди всех-всех своих поклонников.  При свете лампы Март рассматривала и рассортировывала новые фотографии, сделанные на фестивале вместе с Робин. Галовианка же лежала рядом, очарованная Март — любые старания для сохранения воспоминаний всегда были самыми ценными.  — Я так рада, что ты наконец-то нашла время на отдых! Я так переживала, уже всему экспрессу, наверное, надоела расспросами о тебе, а то госпожа Лебедь говорила, что нам скоро уезжать, и я сразу подумала, что мы не увидимся, — болтала Март, украшая фотоальбом. Робин лишь улыбалась, глядя на то, как она излучала энергичность и энтузиазм. — Я тоже очень рада, — ответила она, — думаю, для тебя не секрет, что проводить время с тобой всегда у меня в приоритете. — Робин сплела пальцы их рук, вызвав у Март моментальную реакцию, после чего засмеялась от смущения девушки.  — Э-э… вот тут я собрала все твои фотографии, которые сделала на предыдущем концерте, — зарделась Март, — а тут наши совместные, из мира грез и из Рифа тоже… — она торопливо листала страницы альбома, в то время как Робин внимательно слушала ее, продолжая держать за руку.  — Эй, ну хватит уже, — раскраснелась Март, когда Робин приподнялась и положила голову на ее плечо, — ты меня совсем смущаешь! Я тут, если что, важное рассказываю! А ты… — Я всего лишь внимательно слушаю, — Робин хитро улыбнулась, устраиваясь на плече Март, чтобы увидеть фотографии поближе. — Ну-ну… — Март кажется довольно спокойной, пока не ощущает легкий поцелуй на своей шее, заставляющий вздрогнуть от накатывающих мурашек.  Казалось бы, Робин еще ничего не сделала, а уже вогнала Март в краску до такой степени, что хотелось закутаться в одеяло и не показываться. Робин по-прежнему не меняла положения, чем заставила Март прекратить все свои дела. — Так не пойдет! — как же забавно было наблюдать за реакциями Март, что уже отложила альбом в сторону. — Ты, наверное, хочешь, чтобы я тебя поцеловала, да? Хватит уже меня дразнить! — Я соскучилась, — проговорила Робин, свободной рукой приобнимая Март за талию и притягивая ее к себе, но конкретного ответа певица на вопрос Март так и не дала. — Нравится тебе сводить девушек с ума? Ну, считай, что у тебя прекрасно это получается, — хихикает Март, все еще не смеющая развернуться к Робин. Что-то все еще останавливало ее перед продолжением ласк, но Март не знала, как намекнуть Робин на то, чтобы она взяла инициативу на себя. К сожалению или к счастью, безымянная совершенно забыла о том, что галовианцы обладают возможностью читать мысли ввиду сил Гармонии, потому слегка удивилась, когда Робин обняла ее сзади и слабо прикусила поцелованное прежде место на шее.  Март и представить не могла, с какой скоростью румянец полностью покрыл ее щеки — а ведь Робин стоило просто приобнять ее будничным жестом. Эта девушка и вправду знала, что Март в любви и полностью покорена ею, и именно поэтому действовала ненавязчиво, нежно, но по-своему настойчиво, не давая сердцебиению замедлиться ни на минуту. — Я знаю, — тихо засмеялась Робин в ответ, слегка меняя положение таким образом, чтобы наладить с Март зрительный контакт и сократить расстояние между ними.  Глаза безымянной забегали, когда их губы оказались в сантиметрах друг от друга — Март так легко было застать врасплох. Робин бы отдала многое, если не все, за то, чтобы этот момент продлился как можно дольше. Придерживая Март за подбородок, галовианка таки накрывает ее губы своими, склоняя голову и углубляя поцелуй почти сразу — безусловно, растягивать удовольствие очень приятно, но зная, как Март любит купаться во внимании, Робин не могла медлить. Таким долгим поцелуем после разлуки, когда наконец выдался свободный день, высказать все чувства куда проще, чем словами — Робин поглаживает Март по волосам, сплетая их пальцы вновь, в то время как рука безымянной почти сразу же тянется к крыльям. Робин слегка задрожала, но не разъединила поцелуя, давая Март полную свободу действий — показать любовь можно по-разному, и Робин совсем не против разных проявлений этого.  Март будто не может поверить в происходящее — каждый раз во время подобной близости ощущение реальности будто испаряется и теряет смысл, и девушка не может поверить в то, что Робин, недосягаемая дива со сцены, так инициативно и нежно старается удовлетворить все желания, о которых Март когда-то оставалось лишь мечтать.  Отстраняясь от безымянной, Робин смотрит на нее еще несколько секунд в полной тишине, нарушаемой лишь тихим дыханием и еле слышным ходом стрелок часов где-то вдалеке. Все, что Робин так давно хотела сказать ей, но не могла из-за забитых расписаний, она постарается выразить действиями сегодня, и вместе с тем она уверена, что Март самой есть, что показать, не считая фотографий — хотя, следует отдать должное, альбом получился очень милым и Робин обязательно будет брать его с собой на гастроли и любоваться на досуге, вспоминая возлюбленную и ее старания ради сохранения драгоценных воспоминаний, которые они разделили вместе.  На экспрессе в уютной комнате Март в этой мягкой постели девушки чувствовали себя как никогда безопасно и приятно, потому насладиться друг другом им не мешало ничего, а за пределы плотно запертой двери выйти ничего не обещало. В такой спокойной обстановке им благоволило все и они были готовы разделить очередной незабываемый момент вместе. Март упала на мягкие подушки, рассмеявшись. Робин примечает ее красоту в очередной, наверное, бесчисленный раз — розовые локоны, что беспорядочно разметались по подушкам, полные блеска глаза, выражение чистого желания на лице — Март была прекрасна, и Робин не могла налюбоваться на нее.  Галовианка слегка нависает над ней, улыбаясь так же лучезарно, после чего падает рядом, обнимая девушку снова, целуя ее открывшиеся плечи, поглаживая спину, невольно прижимая колено между ног, где вовсю разливалось тепло.  Март так хотелось продолжить и зайти чуть дальше, но она терялась в этом блаженстве, будто утопая в нереальном сне, где никого больше не существовало, кроме них двоих. — Робин, — растягивая гласные, произнесла Март, — давай уже начнем… мне кажется, я сейчас растаю! — Если ты растаешь, то чьей красотой мне тогда любоваться? — оглаживая талию Март руками, отвечает Робин. — Перестань, — хихикает та в ответ, наконец приподнимаясь на кровати, чтобы наконец избавиться от мешающей одежды.  Обычные ласки девушек часто перетекали во что-то большее не по чьей-то инициативе, а скорее как натуральное следствие течения действий — и Робин, и Март всегда были готовы к этому на подсознательном уровне, а таким образом сделать и без того приятный момент в разы слаще они были рады всегда. Март осторожно складывает одежду на стуле, возвращаясь в кровать к Робин, что тоже уже покончила со снятием платья — и галовианка тут же замирает, скользя взглядом по безупречному телу Март. Ей верилось с трудом, что кто-то способен быть настолько красив.  — Робин! — смеется Март, помахав рукой перед глазами певицы, которая, казалось, совсем выпала из реальности. — Да, прости, совсем забылась, — улыбнулась Робин, заключая Март обратно в свои нежные объятия.  — Эй, я хочу посмотреть и на тебя тоже, — настояла Март, выбираясь из объятий Робин, горящая желанием увидеть свою любимую в этом виде. Слегка смутившись, Робин отпускает Март и тут же закрывает лицо крыльями — она привыкла находиться в свете софитов, под вспышками камер, на сцене и на публике, но в такой интимной обстановке она теряется и становится более скованной, пусть обычно и берет верх своими действиями — хотя, это неудивительно, зная, насколько Март милая и как сложно ей отказать.  Март точно так же не верилось, что такая невероятная девушка выбрала ее, и тем более то, что они вместе и могут выражать любовь друг к другу как угодно, казалось все менее реальным с каждой секундой. Март хотелось, чтобы Робин снова вела ее за собой, как это происходит обычно, но для этого галовианку нужно было снова вернуть в реальность и напомнить ей о том, что момент, когда следует отдаться страсти сполна, уже близится — потому Март осторожно приближается к ее лицу и оставляет едва ощутимый поцелуй на горящей щеке, а затем остается только наблюдать за встрепенувшейся певицей, что наконец переходит к действию. Март снова льнет к ней, пока Робин вовлекает ее в очередной поцелуй, на этот раз уже жадный и глубокий — Март и не против. Она и без того знала, что все ее мысли для Робин прозрачны и пытаться убежать от них нет смысла, оставалось лишь наслаждаться моментом и фиксировать все в памяти, следуя за каждым действием Робин.  Не разрывая поцелуя, Робин тянется к застежке бюстгальтера, быстро избавляя от него безымянную и касаясь оголенной груди. Март вздрагивает от новых ощущений, подается всем телом вперед и продлевает поцелуй, не желая разрывать прелюдии. Руки Робин скользят вниз по телу, снова находя талию и притягивая девушку ближе, прижимая ее и поглаживая — Март млеет от каждого касания, постанывая в поцелуй и сигнализируя о том, что хочет продолжения. — Постой, — отстраняется Робин, — не хочешь ли ты… попробовать себя в ведущей роли? — хрипло произнесла она, ухмыльнувшись. — Что ты хочешь этим сказать? Ты же знаешь, я очень плоха в этом… — Март зарылась в плечо Робин, заметно смутившись от предложения. — Я буду направлять тебя, так что не переживай, — Робин взяла ее за руку и оставила невесомый поцелуй на плече. Март осторожно отстраняется, в то время как Робин падает на подушки, позволяя безымянной взять ситуацию в свои руки. Март прежде не приходилось делать ничего подобного, оттого накатывала неуверенность, мешающаяся с вожделением.  Она постаралась занять позицию поудобнее между бедер Робин, то и дело поднимая на нее глаза, чтобы понять, все ли она делает правильно. Робин же поглаживала ее по голове и старалась сопровождать каждое действие.  Март осыпает поцелуями внутреннюю сторону бедра Робин, будто все еще воздерживаясь от начала. Робин не может сдержать улыбки, когда Март самозабвенно трется щекой о ее бедро — наверное, это одно из самых милых зрелищ, что ей доводилось видеть. Март избавляет галовианку от нижнего белья и припадает к половым губам, слегка раздвигая их и тем самым заставляя Робин покрыться мурашками.  — Ты хорошо справляешься, — прошептала она, ощущая первые неуверенные движения языка на своем клиторе. Желание удовлетворить Робин пересиливало все возможности, и Март начинала с малого, стараясь задевать чувствительную точку. Обе распалялись от болезненно медленного темпа, но Робин старалась держаться, нашептывая какие-то неясные слова похвалы, пока Март терялась в возбуждении. Наконец девушка увеличила темп, заставив Робин потерять хватку и простонать. Посасывая, покусывая, проникая внутрь жаждущих стенок, Март продолжала и дальше ублажать Робин со всей нежностью. Рука Робин не переставала поглаживать и скользила меж розовых локонов девушки, на лице галовианки появилась полная наслаждения улыбка, в то время как с губ то и дело срывались тихие стоны. Март определенно входила во вкус с каждой секундой — останавливаться совершенно не хотелось, а реакции Робин, так отчетливо слышные ей, лишь придавали мотивации довести галовианку до кульминации быстрее.  Стоны же становились громче с каждым разом, когда язык Март задерживался на пульсирующей горошинке клитора. Бедра Робин с предупреждением сжались вокруг Март — кульминация последовала незамедлительно, словно надвигающаяся волна, что перекрыла собою все другие чувства за исключением абсолютного блаженства и любви. Мир будто замер на один миг, оставив лишь двоих возлюбленных — Робин не отрывает взгляда от Март, когда она наконец отстраняется и смотрит на нее полными ожидания глазами. Губы девушки блестели от обилия естественной смазки и Робин не может сдержать улыбки, когда та облизывается и тянется в объятия, размякшая и слегка уставшая. Робин же с удовольствием заключает ее в свои объятия, возвращаясь к беспорядочным поцелуям, которые она оставляла на шее, плечах и ключицах Март, чем заставляла кожу девушки покрываться мурашками вновь и вновь. — Ты прекрасно постаралась, — шепчет Робин ей на ухо между поцелуями. Март тихо смеется, прильнув к Робин и наслаждаясь вниманием, которое ей уделялось.  Жар, разливающийся внизу живота, увеличивается до предела, когда руки Робин скользят вниз к скрытой тканью промежности и до колен стягивают нижнее белье, не избавляясь от него полностью и не проникая внутрь — лишь слегка задерживаясь внутри. Оценив степень возбуждения, Робин поняла, что пора удовлетворить и Март в качестве награды за наслаждение, которое она ей принесла.  Март уязвимо стонет, все еще находящаяся в объятиях Робин и жаждущая большего.  Большее не заставило себя долго ждать — Робин вовлекает Март в еще один поцелуй, позволяющий ей ощутить свой собственный вкус, в то время как ее пальцы возвращаются к лону, входя медленно и нежно — тут же она меняет положение, уже нависая над Март и не разрывая тем самым поцелуя. Едва различимые стоны, что срывались с уст Март, становились менее слышными в поцелуе. Она сразу же двинулась навстречу пальцам галовианки, в желании насаживаясь на них. Робин наращивала темп со всей осторожностью, стараясь не навредить Март, но и доставить удовольствие лучшими ощущениями. После разрыва поцелуя Март тяжело восстановить дыхание в связи с ритмичными движениями пальцев Робин, заставляющими ее терять восприятие всего вокруг. От желания Март не может пересилить себя и касается крыльев нависающей над ней Робин, заставляя ту остановиться и выгнуться, простонав — данная зона была самой чувствительной у галовианцев, и Март всегда чувствовала себя по-особенному, когда Робин становилась уязвимее и податливее под касаниями. Пытаясь сфокусироваться, Робин не прекращает движения и раз за разом задевает чувствительную точку, чем сбивает Март с толку и снова берет абсолютный верх — хоть она и не прекращает касаться крыльев Робин, все же девушке тяжело было остановить свое внимание на чем-то еще помимо тонких пальцев, танцующих меж ее ног и ультимативно проникающих все глубже. Март выглядела так мило, не сопротивляясь и подаваясь навстречу Робин, то и дело постанывая, пока в уголках глаз сверкали едва заметные слезинки. Робин готова была позволить ей все, что угодно, даже если это в той или иной мере отвлекает ее от действия.  Выгнувшись, Март окончательно размякает, как только ощущает кульминацию.  Время словно остановилось в тот момент и девушки растворились в ярком блаженстве, покрывающим их с головой — Робин осторожно выходит и ложится рядом с Март, которая не дает своим действиям отчета и не может перестать касаться чувствительных крыльев — но Робин ничуть не против ненавязчивого продолжения ласк. Март улыбается, не отрывая помутившегося взгляда от Робин, которая была способна свести с ума кого угодно, но решила выбрать Март. Безымянная снова не может поверить, что ее девушка столь идеальна и любвеобильна. Робин точно такого же мнения о Март и благодарит вселенную за то, что свела их в один день, который изменил жизни обеих.  Время никуда не торопило их, а это значило, что они могли наслаждаться компанией друг друга сколько угодно — и обе подсознательно желали, чтобы этот момент продлился вечно.