А страшно ли быть волком?

***

Страх. То, что движет любым живым организмом, который пытается

выжить. Именно страх является главным стимулом жизни. Кто бы что ни говорил, но

только испытывая его мы понимаем, что делать дальше. Бежать. Быстро. Так

быстро, как только могут нести ноги.

Загнанное в угол животное способно обнажить свои клыки, даже

если ранее никогда этого не делало. Страх. Именно он побуждает сопротивляться.

Смерти, судьбе, всему миру. Бойся, мой маленький волчонок. Бойся. Ты навсегда

запомнишь мой запах. И, надеюсь, он крепко врежется в твою память, как запах

агонии, сжирающей тебя изнутри.

*** 5 июня, 20ХХ год. Гравити Фолз, Хижина чудес. *** Утро никогда особо не радовало близнецов Пайнс. Мэйбл каждый новый день встречала с мыслью о том, что ее ожидает очередной скучный день. Подруги разъехались, брат вечно занят своими расследованиями, а дяди уплыли на край света. Мэйбл была совершенно одинока в этом безумно холодном городе. Воспоминания о той самой ошибке частенько всплывали в ее памяти. Странногедон, хоть и был остановлен, оставил огромный отпечаток в памяти девушки. Хотя многие и говорили ей, что тогда она была подростком и совершенно не виновата в том, что была наивна и желала в первую очередь счастья для себя самой. Дядя Стэн, как никто другой, понимал ее. Однако свою ошибку он сумел исправить. А Мэйбл — нет. По крайней мере, так считала она сама. Хоть и прошло достаточное количество времени, хоть ее никто больше не винил — она сама себя сжирала изнутри. И каждое утро эти мысли возвращались вновь и вновь. Однако Мэйбл понимала, что никто не спасет ее из этого замкнутого круга. Никто не сможет помочь тебе против твоей собственной воли. А девушка и не хотела помощи. Она желала разобраться сама в себе, желала простить прежде всего саму себя. А как это сделать — оставалось для нее самой большой загадкой. Именно поэтому Мэйбл каждое лето возвращалась туда, где когда-то умерла большая часть ее личности и родилось огромное количество страхов, неуверенность и комплексы… У Диппера утро происходило аналогичным образом. Только вина его не мучала совершенно. Было кое-что другое. Кое-что, в чем он сам боялся себе признаться. И каждый раз, увидев свое отражение в зеркале, его передергивало от омерзения. Вроде бы все те же карие глаза, все те же каштановые волосы, все то же худощавое телосложение, любая кепка, под которой скрывается созвездие Большой Медведицы. Но. Всегда есть свое «но»… Произошло это два лета назад. Казалось бы, сколько вреда может причинить обычная бродячая собака? Ну максимум, заразит тебя бешенством — повышенная температура, помутнение рассудка, миллиард побочек и в конце смерть. Однако, сейчас при помощи прививок можно избежать этого на ранней стадии, если вовремя обратиться за помощью. Два года назад Диппера цапнула бродячая шавка. Ее поведение изначально показалось странным парню, но в Гравити Фолз все странное, не так ли?.. Собачонка странно крутилась, скулила, будто предчувствуя свою смерть. Она обеспокоенно озиралась на улице, словно выискивая человека, с которым провести свои последние минуты жалкой собачьей жизни. Диппер шел по другую сторону улицы от шавки. Его привлек ее скулеж. Диппер повернул голову на источник шума и пересекся с невероятно странными для собаки глазами — кислотно-зелеными, с ярко выраженным вытянутым зрачком. Словно кошка находилась в теле собаки. Диппер не мог оторвать взгляд от собаки, а она — от него. Словно время вокруг них замерло. В глазах шавки будто проблеснула надежда, и время сорвалось с цепи. Диппер не успел отскочить в сторону — собака неестественно огромными прыжками пересекла улицу и в мгновение ока оказалась перед парнем. В тот момент Дипперу показалось, будто у собаки лапы стали более массивными, а шерсть слегка потемнела. Но позже он списал это на шок, а зря. Шавка пронзительно смотрела в глаза парня, который не мог пошевелиться. Дыхание сперло, ноги онемели и стали ватными. Его пригвоздило к месту, словно перед ним была не дворняжка, а сущность из иного мира, которая шесть лет назад чуть не убила его близких. Сердце билось настолько сильно, что било по барабанным перепонкам, тело прошиб холодный пот. Бежать. Бежать, бежать далеко и быстро — все, что билось отчаянной птицей о стенки разума Диппера. Невероятным усилием он двинул левую ногу назад, пытаясь отступить от странной собаки. Та заметила движение парня и обнажила ряд молочно-белых клыков, неестественно крупных для небольшой собачки. Диппер сглотнул. И без того узкие зрачки шавки сузились, превратившись в наитончайшую полоску. Парень понял, что вот она, его смерть. Он ощущал себя загнанным кроликом. Почему его пугала собака? Он не понимал. Никогда раньше их не боялся. Но с этой было что-то не так. Она не рычала. Она смотрела. Так, будто все решено. Будто она — сама судьба. И тут в мыслях Диппера прозвучал громкий вопль металлического голоса — «БЕГИ». Собака сорвалась с места и, высоко подпрыгнув, передними лапами пригвоздила парня к холодному асфальту. Ее морда вытянулась, лапы стали в несколько раз массивнее, будто она никогда и не была маленькой собачкой. Диппер забыл, как дышать. Страх. Страшно. Сердце билось все быстрее и быстрее, грозясь выпрыгнуть из тесной груди. Собака наклонила оскаленную пасть к уху парня. Он зажмурился, ожидая чего-то неизбежного. На тот момент его абсолютно не смутил тот факт, что собака весила в пару раз большего его самого, раз так легко пригвоздила его к асфальту, что она поменялась в размерах, что будучи умирающей с виду, она резво и быстро перемещалась по улице. В конце концов то, что люди в один момент попросту пропали с улицы. Страх окончательно поглотил едкой жижей остатки здравого разума. — Возьми… — из пасти собаки хрипло вырвалось нечто, похожее на человеческую речь. Диппер думал, что ему померещилось. Как и все остальное. Потому как в следующее мгновение его левую руку чуть ниже локтя пронзила адская боль. Собака впилась белоснежными клыками в чуть загорелую кожу парня, безжалостно разрывая ее и пуская на асфальт горячую кровь. Диппер не просто орал. Он визжал от боли, разрывая голосовые связки и, порой, хрипя. Боль была такая, будто через клыки собаки в его вены вливалась кислота, разъедающая кости, сжирающая клетки и разрывающая мышцы. Рана пенилась, кровь почернела и будто обуглилась. Диппер лежал в агонии на холодном асфальте. Комичная ситуация для него, сумевшего пережить Странногедон, для него, сталкивавшегося лицом к лицу с сущностью и выживая. Умереть от укуса собаки. Умереть от боли. Комично, очень даже. Боль оборвалась так же резко, как и возникла. Собака бесчувственно отвалилась от раны, иссыхая на глазах. Диппер резко вскочил, держась за руку. Бежать. Надо бежать. И он побежал. Не понимая, что происходит, не смотря назад, где иссыхало, превращаясь в мумию, тело шавки. Он бежал вперед, бежал от фантомной боли, а в висках бил все тот же металлический голос: «Беги, беги, беги!». Очнулся Диппер уже в больнице, где с ошалелым взглядом доказывал врачу, что его укусила бешеная собака, которая увеличивалась в размерах и разговаривала, и вообще, что он сейчас умрет. Единственный на весь Гравити Фолз врач лишь с недоумением качал головой, пытаясь понять, какое успокоительное вколоть ненормальному парню. Успокоился Диппер только тогда, когда увидел свою руку. Никакой кровоточащей раны там не было. Кости все были на месте, как и мышцы, как и ткани. Яда в крови тоже не было. Был лишь самый обычный небольшой собачий укус. Тогда ему прокололи уколы от бешенства, только бы парень успокоился. Вспоминая эти события, Диппер в очередной раз передернулся. Почему он не обратил тогда внимания на этот странный случай? Почему списал все на шок? Увы, но он знал ответ. Страх. Всему виной был именно он. Черный яд, который одурманил разум, заставил забыть, списать на другие обстоятельства важное, возможно, стоящее Дипперу жизни. Нет, была бы возможность, парень давно бы обратился к дедушке Форду за помощью. Но, увы, дяди уплыли на другой конец света на «Боевом Стэне» в поисках очередных приключений. И помощи ждать было неоткуда. В дневниках не было ни единого упоминания о подобном поведении ни монстров, ни обычных собак. Когда-то год назад Диппера терзали мысли о том, что это мог быть оборотень, но тогда он списал свои догадки на истощенность идей и излишнюю паранойю. Оборотни, хоть когда-то и существовали, редко выходили к людям. А после событий Странногедона и вовсе исчезли, как и вампиры, как и прочая нечисть. Поэтому идея с оборотнями была практически сразу отброшена. А зря. И понял это Диппер только недавно, всего пару месяцев назад. *** Заметки в личном дневнике наблюдений. *** »…Появился зуд. Небольшой, но вполне ощутимый. Зудить начало от области шрама от укуса. Пока ничего серьезного. Веду дальше наблюдения…» »…Волосяного покрова стало больше. Волосы на голове стали гуще и темнее. Мне кажется, что они более жесткие?.. Может, у меня снова паранойя. Наверное. Но зуда больше нет, это хорошо…» »…Мне плохо. Я не могу спать. Мне страшно. Каждую. Ночь. Сердце выпрыгивает из груди, начинается жар. Я не болею, я не болею, все хорошо…» »…Больно, выкручивает конечности. Будто ломка. Болят суставы. Горят кости, словно продолжают расти. Но я не прибавил в росте, что происходит?..» »…Манит. Я не могу. Хочу на улицу. Ночь…» »…Господи, я вчера чуть в окно ночью не выпрыгнул, слава богу, Мэйбл меня остановила. Она говорит, я стал часто лунатить. Но раньше такого не было. И, почему-то, симптомы обостряются именно в полнолуние. Не может же быть, что это…» »…МОИ ГЛАЗА СВЕТЯТСЯ…» »…Нет… Это был оборотень. Ха-ха… Меня укусил оборотень. И я на ранней стадии обращения. Все хорошо, Диппер. Успокойся. Это излечимо. Ха… Излечимо. Все хорошо. ДЯДЯ ФОРД, ГДЕ ЖЕ ТЫ…» *** И сейчас Диппера не радовало ни одно утро. Каждый раз просыпаться, не зная, когда ты превратишься в чудовище… Да, ему было страшно. Для человека, которому свойственна паранойя, это было сильным ударом для морального самочувствия. И еще этот странный голос, который периодически умолял во снах Диппера бежать. Металлический, такой знакомый. Но это невозможно. Диппер помотал головой. Нет, с сущностью покончено. Сейчас есть более насущные проблемы. Он не хотел быть монстром. Не хотел становиться частью паранормального. Не хотел… Ему было страшно. Страх. «Беги…» — металлический голос шептал, словно убаюкивая Диппера…