Общежитие четырёх альф

      Весь следующий день Бомгю не мог найти себе места от волнения. Утро началось с того, что он долго ворочался в постели, так и не сумев заставить себя встать сразу — мысли слишком громко шумели в голове. В итоге он всё же вышел на улицу и, не имея ни малейшего плана, зашёл в первую попавшуюся кофейню.              Он устроился у окна с чашкой давно остывшего латте и сидел там уже битый час, бездумно мешая ложечкой жидкость. В зале было достаточно людно: звон ложек о фарфор, шорох страниц, приглушённый смех студентов за соседним столиком. Но всё это словно проходило мимо него, будто он был не здесь, а где-то в своём замкнутом мире. Просиживая здесь штаны уже битый час, омега успел несколько раз пожалеть о том, что сделал. Он то сцеплял пальцы в замок и прикусывал губу, то нервно проводил ладонью по волосам, стараясь хоть как-то унять нарастающее беспокойство. Потом пытался убедить себя, что всё же поступил правильно, ведь другого выхода у него попросту не было. Но эта уверенность держалась недолго. Всего несколько минут спустя он снова проваливался в пучину отчаяния, зацикливаясь на одном и том же: а вдруг всё это была ошибка?              Теперь ему снова казалось, что решение было неправильным. Мысль о том, что, возможно, стоило отказаться от всех, если он не способен определиться с одним, тяготила его особенно сильно. Горло перехватывало, будто он вот-вот расплачется, и сердце неприятно сжималось при каждом новом круге этих мучительных рассуждений.              Эти мысли терзали Бомгю без остановки, словно назойливый шум в голове, заставляя его нервничать всё сильнее. Он теребил край рукава, смотрел в мутное стекло окна, но никак не мог заставить себя отвлечься и перестать об этом думать. Ему нужно было с кем-то поговорить, но Чонин как назло ему не отвечал. Видать опять попал в очередное приключение, потому что обычно он довольно быстро отвечал на сообщения.              — Бомгю, — раздалася откуда-то сбоку голос.       Омега по-началу даже не понял, что обращались к нему, продолжая бессмысленно смотреть в окно, мысленно пребывая где-то далеко отсюда, поэтому вздрогнул от неожиданности, когда перед взором вдруг нарисовалось знакомое лицо Рикки.              — О… Рикки… привет… — растерянно заморгал Бомгю, торопливо моргая, словно прогоняя из глаз туман. — Ты… что ты здесь делаешь?              — Проходил мимо и заметил тебя, — с лёгкой улыбкой ответил китаец, опускаясь на свободный стул напротив. Он облокотился на стол, склонив голову набок. — Решил зайти поздороваться. Ты выглядишь напряжённым… что-то случилось?              Бомгю замялся, прикусил губу, отводя взгляд в сторону.              — Ну… да, кое-что случилось… между мной и теми альфами… — его голос прозвучал неуверенно. Он не знал, стоило ли рассказывать об этом Рикки. В конце концов они были знакомы не так близко, чтобы делиться личным, а груз вины за тот случай с избиением до сих пор лежал тяжёлым камнем на его сердце.              Рикки слегка нахмурился, тревога отразилась в его взгляде.              — Что-то плохое? Они тебе что-то сделали?              — Нет, нет, — поспешил успокоить его омега, качнув головой. — Это скорее я… кое-что сделал. И теперь… теперь просто нервничаю и не знаю, правильно ли поступил…              Он говорил тихо, стараясь не выдавать лишних подробностей. Слова казались какими-то плоскими и поверхностными по сравнению с тем водоворотом эмоций, что бушевал внутри, но чересчур нагружать этим Рикки не хотелось.              — Ладно, подожди тут, я кое-что закажу.              Прежде чем омега успел что-то возразить, китаец уже направился к стойке. Его лёгкая походка, спокойная осанка и уверенные движения контрастировали с зажатой фигурой Бомгю, который в этот момент казался ещё меньше и хрупче. Через несколько минут Рикки вернулся с двумя чашками какао и тарелкой пирожных, поставив их на стол.              — Вот, — он придвинул одну чашку к Бомгю, подталкивая ближе сладости. — Попробуй лучше это, сладкое помогает, знаешь ли.              Бомгю удивлённо моргнул, опустив взгляд на тёплую кружку в своих руках.              — Спасибо… — тихо сказал он, ощущая приятный аромат какао. — но тебе не стоило тратиться на меня, я верну тебе деньги!              — Не за что, и не переживай о деньгах, у меня их предостаточно, не волнуйся, — улыбнулся Рикки, устраиваясь поудобнее. Он немного подался вперёд, опершись локтями о стол. — А теперь, что же всё таки случилось?              Бомгю вздохнул, отвёл взгляд в сторону.       — Просто… я запутался. Всё слишком сложно, а я… не знаю, как правильно. — Он покачал головой и нервно взъерошил свои волосы.              — Эй, — тихо произнёс Рикки, привлекая его внимание. — Знаешь, иногда лучший способ разобраться это перестать раз за разом прокручивать всё в голове. Можно хотя бы на пару часов просто отвлечься. Пойдём прогуляемся после кофе? Или кино посмотрим, хочешь?              Его голос звучал мягко, а взгляд был внимательным и почти заботливым. Он говорил без давления, словно давая Бомгю пространство, но при этом предлагал руку помощи.              Омега, если честно, был удивлён смелостью парня. На его месте Бомгю, после всего случившегося, держался бы подальше от себя и альф, дабы снова не оказаться жертвой чужих недопониманий. Внутри всё ещё тянуло неприятное чувство вины: тот вечер с фотографией и последующими событиями оставил на сердце глубокий след, и Бомгю не мог до конца поверить, что Рикки не затаил на него зла. А тот, мало того что не избегал его, так ещё и сам предложил пройтись куда-то вместе, словно всё это в прошлом.              Омега задумался на несколько долгих мгновений, не уверенный в том, насколько это безопасная затея, идти с ним куда-то гулять. Однако перспектива остаться на весь этот день наедине со своими мыслями его радовала меньше, поэтому взвесив все за и против, Гю всё таки пришёл к решению. Он тяжело выдохнул, поднимая взгляд на Рикки. Тот смотрел на него спокойно, мягко, без тени осуждения в глазах. И эта простая теплая улыбка казалась такой искренней, что Бомгю не смог отказать.              — Ладно… думаю, небольшая прогулка не повредит никому, — наконец тихо кивнул омега, словно разрешая сам себе вырваться из затхлого круга тревожных мыслей.              Рикки довольно улыбнулся и чуть откинулся на спинку стула.              — Отлично, — отозвался он, будто с облегчением.              Бомгю же, принялся за любезно предложенное пирожное. Вкус сладкого крема растаял на языке, и омега понял, что за весь день это, кажется, его первый нормальный кусочек еды.              — Ты здесь уже освоился? — поинтересовался Бомгю, когда они вышли из уютной кофейни и неспешно двинулись по тротуару. Лёгкий ветерок трепал его волосы, а в воздухе витал запах свежеиспечённого хлеба из ближайшей пекарни.              — Да, и здесь, и на учёбе уже всё хорошо, — кивнул Рикки с лёгкой улыбкой, засовывая руки в карманы куртки. — Я не так давно на учёбе познакомился со старшекурсником, он мне помог освоиться, показал кампус, объяснил, где что находится. Теперь чувствую себя здесь вполне уверенно.              Бомгю слушал его и невольно расслаблялся, Рикки говорил спокойным тоном, а в голосе слышалась лёгкая гордость за то, что он смог справиться с трудностями.              — Это здорово, — тихо сказал Гю. — Я вначале вообще чувствовал себя чужим здесь. Даже сейчас, если честно, иногда ловлю себя на том, что не всё чувствуется родным.              — Думаю, это нормально, — мягко отозвался Рикки, чуть повернув голову, чтобы взглянуть на собеседника. — У каждого свой темп. Но знаешь… мне кажется, тебя здесь любят. Твои друзья… ну, те альфы, о которых ты говорил, они ведь не зря рядом с тобой.              От этих слов у Бомгю немного защемило в груди. Он улыбнулся, но эта улыбка была скорее грустной.              — Любят… может быть. Но иногда любовь — это не так просто, как кажется со стороны.              Рикки кивнул, не настаивая, и перевёл разговор на что-то более лёгкое:              — Кстати, ты был в новом книжном магазине возле кампуса? Говорят, там сделали уютный зал с креслами, где можно читать прямо в магазине.              Бомгю слегка оживился от такой смены темы.              — Нет, не был. Ты хочешь туда заглянуть?              — Почему бы и нет? У нас как раз есть время, — улыбнулся Рикки.              Они шли бок о бок по оживлённой улице, и впервые за день омега почувствовал, что его мысли перестают зацикливаться на тревожных сценах. Вместо этого он слушал Рикки, который рассказывал о своей родной провинции в Китае, о том, как ему не хватало родного языка в первые месяцы учёбы, но как приятно было встретить людей, готовых помочь.              — У нас дома есть маленькая чайная лавка, — рассказывал он с теплотой в голосе. — Моя бабушка сама собирает листья, сушит их. Когда я был ребёнком, я обожал сидеть рядом и смотреть, как она делает чай. Иногда даже помогал ей.              — Звучит уютно, — улыбнулся Бомгю, представив картину. — Я бы хотел попробовать чай, который она готовит.              — Когда-нибудь привезу тебе, — пообещал Рикки и легко коснулся плеча омеги, словно подбадривая его. — Считай, это мой способ отблагодарить тебя за помощь в первый день.              Гю удивлённо моргнул, а на щеках появилась лёгкая розоватая тень. Они продолжили идти, разговаривая то о местных кафешках, то о сложностях на учёбе. Если по началу Бомгю чувствовал некоторое напряжение, то со временем разговор стал идти легче и со временем, Гю расслабился окончательно.              Книжный магазин оказался именно таким, как описывал Рикки: уютным, с мягким светом и запахом свежих страниц. Внутри царила особая тишина, которую нарушал только лёгкий шорох переворачиваемых страниц и негромкая музыка на фоне. Полки тянулись вдоль всего зала, а в углу стояли широкие кресла-мешки, куда можно было устроиться с книгой.              — Смотри, как здесь классно, — Рикки одобрительно кивнул, беря в руки книгу с яркой обложкой. — Это место идеально для того, чтобы спрятаться от всего мира.              Бомгю улыбнулся и машинально провёл пальцами по корешкам книг. Он любил такие места: здесь можно было почувствовать себя в безопасности, будто никто и ничто не может тебя потревожить. Они с Рикки медленно ходили между стеллажами, обсуждая обложки и названия. Омега время от времени вытаскивал что-то интересное, листал пару страниц, а Рикки с азартом рассказывал про книги, которые уже читал. Через некоторое время они устроились в креслах: Бомгю с тонким сборником рассказов, а Рикки с большим фэнтезийным томом. Время словно растворилось. Солнце светило в большие окна, согревая их спины, и даже тревожные мысли, которые ещё утром грызли Гю, теперь казались далёкими.              — Знаешь, я понимаю, почему ты предложил сюда зайти, — сказал омега, не отрывая взгляда от страницы. — Здесь правда… спокойно.              — Я рад, что тебе нравится, — Рикки тепло улыбнулся, перелистывая страницу. — Я люблю такие места. Они напоминают мне дом.              Бомгю чуть заметно кивнул. Его пальцы скользнули по шершавым страницам, а глаза задержались на рисунке в книге. Время за прочтением пролетело незаметно, поэтому омега даже не заметил, как вечер медленно начал вступать в свои права за окном, окрашивая небо в красивые оттенки.              — Ого, уже вечереет, — проговорил удивлённо омега, встрепенувшись и поднимаясь с кресла. — Наверное, мне стоит уже пойти домой.              — Хорошо, — кивнул Рикки.              Парни стали потихоньку собираться, Рикки выбрал себе одну книгу и отправился оплачивать её на кассе, а Бомгю собрал все вещи и тоже раздумывал, не прикупить ли себе парочку книг. Он не знает, сколько времени парни будут думать над своим решением и ему все эти дни нужно будет чем-то заняться. Поразмыслив, омега всё же решил потратиться и отправился на кассу следом.              Звон колокольчика на двери возвестил их выход из магазина. На улице воздух уже стал прохладным, лёгкий ветер трепал волосы Бомгю. Рикки поправил воротник пальто, кинул короткий взгляд на омегу и тихо предложил:              — Если нужно, я могу проводить тебя домой.              — Нет, ему не нужно, — раздался знакомый голос позади.              Бомгю замер на месте и медленно обернулся. Рядом с ними стоял Субин с холодным взглядом, который сейчас был устремлён прямо на Рикки. Его руки были в карманах пальто, но в осанке чувствовалась сдержанная напряжённость, словно он готов в любую секунду подойти ближе.              Рикки тоже напрягся, его лёгкая улыбка исчезла, а взгляд стал настороженным. Он стоял прямо, не опуская плеч, и выглядел уверенным, будто был готов к этой встрече. Между парнями словно пробежал невидимый разряд, воздух стал плотнее, а шум вечернего города будто стих на фоне.              Бомгю почувствовал, как его сердце ускоряет ритм. Он инстинктивно сделал шаг вперёд, оказавшись ровно между двумя альфами.              — Субин… — осторожно сказал омега, его голос прозвучал чуть тише. — Что ты здесь делаешь?              — Я шёл из корпуса, — ответил он ровно, голос звучал низко и сдержанно, будто он тщательно выбирал слова. Однако взгляд, который он бросил на Рикки, был полон скрытого неодобрения, граничащего с враждебностью. — А вот что ты… то есть вы, тут делаете?              — Мы встретились недавно и решили прогуляться, — ответил Бомгю.              — Да, встретились и Бомгю выглядел очень нервным, поэтому я предложил ему немного отвлечься и сходить в книжный. — добавил Рикки, невинно улыбнувшись.              — Вот как… — протянул Субин, его губы изогнулись в холодной полуулыбке, но глаза оставались настороженными, — Что ж, спасибо, что присмотрел за ним. Дальше я сам.              В его голосе прозвучала едва уловимая властная нотка. Одним движением он притянул омегу к себе, прижимая к своему боку так, будто хотел обозначить границу между ними и Рикки. Глядя на такое собственническое поведение, становилось ясно, что Субин всё ещё видит в этом парне конкурента и был предельно напряжён в его присутствии.              — Ладно, в таком случае, я с вами прощаюсь, до скорых встреч. — ответил Рикки и вежливо поклонился, перед тем как уйти, оставляя парочку наедине.              — Субин, ты ведёшь себя неадекватно, — фыркнул Бомгю.              — Прости…мне не нравится всё таки этот парень, — отозвался альфа и опустил взгляд на Гю.              Тон его голоса заметно смягчился, а будучи прижатым к нему, омега почувствовал как напряженные мышцы его собеседника постепенно расслабляются. Однако, Субин не спешил отпускать Бомгю.              — Это ты ему должно быть не нравишься, и он имеет право на эту неприязнь, а тебе он ничего плохо не делал, поэтому прекрати петушиться на это невинное дитя, — фыркнул вновь омега.              — Ты прав…прости, — снова ответил альфа. — Я провожу тебя, ты ведь сейчас живёшь в квартире Кая?              — Да, тогда понеси пакет, — проговорил Бомгю и всучил альфе купленные книги, а заодно выпутался из плена его рук.              Идти рядом с Субином после его признания, на которое он так и не дал чёткого ответа, оказалось неожиданно тяжело. Неловкая тишина обволакивала их, а каждый шаг по вечерним улицам отдавался в груди чем-то странным и тревожным. Всё это казалось странным и Бомгю думал, стоит ли ему вести себя как-то иначе? Стоило ли позволять альфе брать его за руку и идти прилипшими друг к другу, не думая ни о чём? Позволять целовать и проявлять какую-либо заботу? Или стоило дождаться окончательного ответа? Всё это казалось неправильным… хотя разве он сам понимал сейчас, что такое «правильно»?              — Бомгю… что ты будешь делать, если мы все… откажемся от твоей затеи? — внезапно интересуется Субин, остановившись у подъезда, где находилась квартира Кая. Его голос прозвучал непривычно тихо и серьёзно.              Омега замер на несколько долгих мгновений, словно время вокруг замедлилось. Он ожидал услышать от альфы всё, что угодно, но только не этот спокойный и одновременно пугающий вопрос. Словно холодной водой окатило: сердце ухнуло куда-то вниз, дыхание стало резким и сбивчивым, а по спине пробежала неприятная дрожь. Ему показалось, что даже пальцы слегка подрагивают, выдавая волнение.              — Я… — начал было Бомгю, но слова застряли в горле. Он столько раз представлял подобный исход событий, прокручивал в голове варианты ответов, даже пытался готовить себя к подобной беседе. Но реальность всегда оказывалась жестче, ни одна заготовленная фраза не хотела слетать с губ. — Я… думаю… мне придётся какое-то время избегать встреч с вами, чтобы… чтобы чувства прошли… и жить дальше…?              Каждое слово будто приходилось вытягивать из себя силой. Голос дрогнул на последней фразе, выдавая внутреннее смятение. Омега старался говорить ровно, но в груди всё сжималось. Он отвёл взгляд в сторону, не в силах встретиться глазами с Субином в этот момент.              Субин молчал, но эта тишина давила на плечи, делала воздух вокруг ещё тяжелее. Взгляд альфы ощущался на себе физически, внимательный, изучающий, полный чего-то, что Бомгю боялся расшифровать. Под пальцами сквозняк играл лёгким холодком, вечернее небо окрашивалось в темно-синие тона, а вокруг было так тихо, что слышалось далёкое жужжание машин с соседней улицы.              — Просто спрячешься? Ты даже не рассматриваешь варианта выбрать только одного из нас?              — Нет…я ведь сказал, что не могу, вы все мне дороги и…думаю будет более честным, отказаться от всех… — с каждым словом голос омеги звучал всё более приглушённо.              Всё это время Субин кружил вокруг омеги и пытался заглянуть ему в лицо. Он пытался поймать взгляд Бомгю, но омега отворачивался, пряча лицо в ладонях, скрывая красный нос и дрожащие губы. Его плечи слегка вздрагивали от сдержанных всхлипов, а дыхание становилось всё более сбивчивым.              — Стой же ты на месте! Прекрати крутиться, Бомгю! — не выдержал Субин. Его голос сорвался на низкий рычащий тон, но в нём слышалось больше отчаяния, чем злости.       Альфа резко шагнул вперёд, схватил омегу за плечи и развернул его к себе. Даже так Бомгю не решился поднять глаза. Его длинные пряди упали на лицо, закрывая его словно шторкой, а плечи напряглись. Он выглядел таким хрупким в этот момент: маленький, сгорбленный, словно пытающийся стать невидимым.              Субин осторожно убрал руки с плеч и мягко обхватил ладонями лицо Бомгю. Его пальцы аккуратно скользнули по коже омеги, а большой палец бережно убрал пряди волос, прилипшие к влажным от слёз щекам. Перед ним открылось лицо, раскрасневшееся от эмоций, с дрожащими губами и глазами, в которых блестели слёзы, отражая свет ближайшего фонаря.              — Хей… я ведь сказал “если”, глупый, — тихо выдохнул Субин, его голос звучал мягче шелеста листвы. Он чуть склонился ближе, заглядывая в заплаканные глаза, и уголки его губ дрогнули в слабой, успокаивающей улыбке. — Никто не собирается тебе отказывать. Вернее… я не могу говорить за остальных, но я точно нет.              — О чём ты… — промямлил Бомгю сквозь слёзы, голос звучал надломленно, едва слышно.              — О том, что… боже, прости меня, — Субин тихо выругался сквозь зубы,, — я так сильно тебя расстроил… Прости, малыш.              Он не выдержал и прижал омегу к себе, укутывая его своим запахом и теплом. Ладони альфы легли на его спину, осторожно поглаживая, успокаивая дрожь. Голос Субина стал тише, он произнёс почти шёпотом, но с твёрдостью:              — Я согласен… на твою странную авантюру с отношениями.              Бомгю замер в его руках, словно не мог поверить в услышанное, и только крепче вцепился в куртку Субина, уткнувшись носом в его грудь. Омега перестал сдерживать себя и разрыдался ещё сильнее, слёзы ручьями катились по его щекам, а плечи мелко дрожали. Он судорожно хватал воздух, всхлипывая так пронзительно, будто в груди что-то разрывалось.              — Не задавай мне больше таких вопросов, придурок! — прорыдал Гю, его голос дрожал и срывался. — Я подумал… я думал…              — Тише, тише, всё хорошо, — перебил его Субин, обнимая крепче и чуть покачивая, словно успокаивал ребёнка. Его голос был низким, мягким, почти убаюкивающим.              Бомгю уткнулся носом в грудь альфы и замотал головой, никак не успокаиваясь.              — Всё хорошо? Да как тут может быть всё хорошо, Субин?! — возмутился он сквозь слёзы, голос звучал обиженно и надломленно. — Ты меня до истерики довёл! Я уже успел накрутить себя так, что решил… что вы все бросите меня! Что я останусь один, понял?! Я уже представил, как буду собирать вещи и снова переезжать, чтобы вас не видеть!              Его слова срывались на жалобный всхлип, он то и дело тёр кулаком покрасневшие глаза, но слёзы всё равно текли.              — Ты хоть понимаешь, как я испугался?! — пролепетал он обиженно. — Я тут чуть не умер от нервов, пока ты свои дурацкие “если” говорил… Я… Я даже руки перестал чувствовать от страха…              Бомгю жалобно вздохнул, его дыхание всё ещё сбивалось, а сердце колотилось так сильно, что он был уверен, что Субин его слышит.              Субин лишь сильнее прижал его к себе, тихо гладя по спине.              — Прости, малыш, прости… — шептал он, но в голосе слышалась виноватая дрожь. — Я дурак… больше никогда так не буду.              Субин понимал, что простых слов недостаточно, чтобы снять этот ком тревоги в груди Бомгю. Его собственное сердце болезненно сжималось от того, что омега дрожал в его руках, словно испуганный зверёк. Альфа глубоко вдохнул, позволяя своим феромонам мягкой волной окутать пространство вокруг. Воздух словно потяжелел, наполнился тёплым, густым хвойным ароматом, спокойным и родным для Бомгю.              Омега едва заметно вздрогнул, когда уловил этот запах. Его плечи начали постепенно расслабляться, дыхание стало чуть более ровным, хотя слёзы всё ещё блестели на ресницах. Субин медленно водил ладонью по спине Бомгю, другой рукой поддерживая его за затылок, позволяя ему полностью утонуть в объятиях. Феромоны окутывали омегу мягким облаком, словно тёплым пледом, и каждое дыхание становилось легче.              Бомгю всхлипнул ещё раз, но его хватка на шее Субина чуть ослабла, он уже не цеплялся так отчаянно, просто прижимался к нему всем телом.              — Субин… — тихо пробормотал он сквозь всхлип, носом утыкаясь в его ключицу.              — Ш-ш-ш… Я здесь, малыш, — повторил альфа, не переставая раскачивать его в такт собственному дыханию. — Ты в безопасности.              В какой-то момент запах альфы полностью заполонил разум Бомгю, из-за чего он потерял связь с реальностью, а ноги его опасно подкосились. Субин почувствовав это, подхватил омегу под ноги и поднял на руки. Каково же было его удивление, когда взглянув на затуманенное лицо омеги, Субин обнаружил, что у того ещё и кровь из носа пошла.              — Знатно я заставил тебя понервничать… — вздохнул виновато альфа и поволок того в квартиру, приводить себя в порядок.              Прошло около получаса, прежде чем в глазах омеги снова появилась осознанность. Он моргнул, словно вынырнув из глубины сна, и сфокусировал взгляд на Субине, который всё это время сидел рядом, держа его за руку. На лице альфы читалась тревога.              — Бомгю? Всё в порядке?              Несколько секунд парень глупо пялился вперёд, а затем, вспомнив всё, хотел было резко вскочить, но Субин удержал его в горизонтальном положении.              — Тише, после того как ты отключился у тебя пошла кровь из носа и если ты будешь слишком резко сейчас дёргаться, боюсь, станет только хуже, — проговорил альфа.              — И чья это вина? — фыркнул Бомгю, хотя в голосе не было настоящей злости, лишь усталость и лёгкое раздражение. Он обречённо выдохнул и остался лежать смирно, прикрыв глаза рукой. Голова пульсировала тупой болью, отдаваясь ноющей тяжестью в висках, а в теле чувствовалась слабость.              — Прости меня, я не думал, что ты так остро отреагируешь… — виновато проговорил Субин.              — Ладно…проехали… — вздохнул омега, не желая сейчас нервничать ещё больше. — Но…почему ты решил согласиться? Ты точно уверен в своём решении?              — Ещё утром нет, — произнёс он честно. — Но потом… я увидел тебя с этим парнем… и понял, что мне не нравится смотреть на вас вместе. — Его голос стал ниже и чуть грубее, словно сам факт того воспоминания вызывал раздражение. — Это натолкнуло меня на мысль… если бы вместо этого китайца был кто-то из нашей четвёрки и также ворковал с тобой… это вызвало бы у меня меньше неприязни. В общем, я пока не совсем понимаю, что из этого получится. Но… думаю, попробовать стоит.              Бомгю наконец довольно улыбнулся, позволив себе выдохнуть с тихим облегчением. Казалось, груз, давивший на его плечи последние дни, немного полегчал. Радость медленно разливалась по телу, согревая каждую клеточку и заполняя собой всё внутри. Ему нравился такой ответ. Он был честным, без громких обещаний, но в нём было достаточно решимости и искренности, чтобы дать Бомгю надежду. Оставалось только дождаться решения Кая с Ёнджуном. И если Кай казался тем, кто в целом может согласиться, то с Ёнджуном определённо будут проблемы. Однако сейчас омега не хотел об этом думать. Он уже достаточно нервничал сегодня и если начнёт снова накручивать себя, то ничего хорошего точно не выйдет.              — Знаешь, ты пока полежи здесь, а я кое что приготовлю для тебя, — проговорил Субин и направился на кухню.              Бомгю бы больше предпочёл, чтобы альфа остался с ним, но не стал останавливать того, глядя с каким энтузиазмом он отправился на кухню. Омега снова позволил себе милую улыбку, после чего уставился в потолок.       Давненько проблемы с давлением не появлялись. Это был самый верный показатель того, что Бомгю перестал жить в постоянном стрессе и был этому безусловно рад. Лишь сейчас, когда проблема снова его нашла, он вспомнил, что она вообще когда-то была. В череде всех дней он даже забыл об этом и это не могло не радовать.              В эту ночь Субин остался ночевать вместе с Бомгю. Забравшись в кровать, альфа крепко обнял омегу, притянув его к себе так близко, что между ними не осталось ни миллиметра расстояния. Тёплое дыхание Субина касалось макушки Бомгю, а его сильные руки, словно невидимый кокон, оберегали омегу от всех тревог. Он устроил подбородок на мягких волосах парня, вдыхая его родной запах, и не смог удержаться от довольной, почти детской улыбки, расползающейся по лицу.              — Если будешь храпеть, я тебя убью, — фыркнул Бомгю напоследок.              Тело Бомгю, уставшее от эмоциональной встряски, постепенно расслаблялось в крепких объятиях, а сердце замедлило свой ритм и он провалился в крепкий сон.