Искупление особо буйного

Раннее утро. Хотя в подземелье это не особо легко понять и сказать честно: не особо имеет смысл. Позади бессонная ночь полная кошмаров. Очередная. Тёмные круги под глазами дают о себе знать в отражении зеркала, на которое уже тошно смотреть. Даркмен лежал на холодном полу своей темницы, полностью погружённый в тяжелые мысли. Факелы на стенах не горели, было темно. Пауки мирно плели паутину в углах, пахло заточением и влажностью. Как-никак конец сезона дождей. Забираться обратно на койку не хотелось, холод спиной не ощущался, ничего не имело значения. Окружённый бардаком, что творился не только в камере, но и в самой его тёмной душе, он бесстрастно глядел в одну точку на потолке холодной темницы. «Я не справляюсь, хозяин. Укрепления, что они создали… Я не могу. Уже нет сил. Я всё перепробовал. И даже если выберусь… Вас нет так долго. Почему вы не подаёте мне знак?.. Я же знаю, что вы живы. Где-то там, но живы. Или все же… нет?..»: Даркмен сморщился. Думать о таком не хотелось. Иначе всё потеряет смысл. Иначе само его существование потеряет смысл.

Иллюстрация 1

Тело всё-таки заныло от холода, и узник с неохотой повернулся на бок. И тут же застыл, округлив свои глаза. Поток! Поток воды прямо под полом темницы! Едва заметное журчание! Пленник резко повернулся и максимально плотно прильнул ухом к полу. «Подземная река?! Да! Вода пробила путь по низу камеры, прямо под полом! Сезон дождей, конечно же! Теперь у меня есть шанс! Наконец-то!» Даркмен оживился, азарт и воодушевление переполнили его до краёв. Теперь он точно сбежит! Пророет туннель вниз и сбежит! И пусть с последнего побега прошло немыслимо колоссальное количество времени. Он сбежит и напомнит Перекрестку Грёз, что такое страх, что такое хаос и разруха. И отыщет, наконец, хозяина. В этот раз — точно! Даркмен забегал глазами. Теперь осталось только составить план и собрать всё необходимое. Бежать надо следующей ночью: в единственное время, когда над ним нет надзора. За несколько часов ему удастся прорыть проход. Всё получится! Услышав грузные шаги и звук открывающейся двери, Даркмен поспешно поднялся на ноги и изобразил на лице типичную для него усталую нахмуренность. — Доброе утро, Рэймезис, — оптимистично произнес Мордолот, старший брат Кларка. В его руках красовался поднос с ароматным завтраком. Он зажёг факелы на стенах зала и произнёс: — Сегодня я наготовил сливовую запеканку, от которой в восторге все мои коллеги. Но не ты, конечно же, — он по-доброму ухмыльнулся и добавил: — В любом случае приятного аппетита! — с этими словами страж здоровяк отпёр толстенный замок, открыл небольшое решетчатое «окно» внутри основной решетки и положил поднос на тумбочку по ту сторону. Узник кивнул, пытаясь изображать на своем лице невозмутимость. Мордолот, привыкший к его молчаливости, повернулся и неспешно направился обратно к дверям. Но вдруг встал на пороге и обернулся: — В последнее время ты выглядишь более… мрачным, чем обычно. Но сегодня будто… получше. Что-то произошло? Тот занервничал и, сделав бесстрастное лицо, отрицательно качнул головой и поспешно отвернулся, изображая, что заправляет койку. — Ну ладно, — протянул Мордолот по-простецки. Рэймезис с облегчением выдохнул. — Ах да, забыл сказать, — стражник снова обернулся. — Сегодня к тебе придет гость. — Какой еще гость? — узник недоуменно свёл брови. — Точнее гостья, — уточнил тот с легкой добродушной улыбкой.