Дурак

Вокс мрачно отстранился и поймал спасованный от Хаска стакан. Они вновь пересеклись взглядами. — Ну и почему мы коротаем вечера за барной стойкой в этой помойке, а не в казино? — как ни в чем не бывало спросил Вокс, расплывшись в хитрой улыбке. Он подался немного вперед и перехватил бутылку, которую Хаск хотел только что опустошить. — Я не идиот. По тебе видно, что твое призвание явно не коктейльчики делать. Так в чем дело? Неужели в Аду не идет игорный бизнес? Вокс вроде бы просто любезно улыбался, но его взгляд пробирал до костей. — Э? Да че вы все до меня доеба… Матерное нытье Хаска перебил увлеченный вой Аластора. Аластор выпучил глаза, его зрачок казался неестественно маленьким. Этим взглядом он прожигал Хаска. Аластор повернул голову на бок и сузил взгляд: — Действительно, Хаскер! Может поделишься этой экстравагантной, интереснейшей историей с моим новым другом? Хотя…возможно, вам стоит сыграть вместе! Вокс, ты тоже эрудированный юноша. Сыграетесь. — Че…зачем мне с ним?.. Аластор, тебе, блять, рога на мозги давят? Аластор вытащил карты из кармана Хаска легким движением руки. Прогнал его кистью с места, где тот работал и на этом же месте вырос мужчина из земли, что заменил бармена. Вокс покосился на Аластора, недовольный его вмешательством в диалог. Он вернул бутылку Хаску и прикрыл глаза, раздраженно вздохнув. Как-то внезапно ощутилось все количество выпитого алкоголя за вечер. Сейчас даже этот писклявый дикторский голос с помехами как никогда резал слух, и Воксу ну очень хотелось чтобы тот заткнулся. Однако, прозвучавшее предложение заставило его смягчиться. — А я не против, знаешь. Почему бы нам и не сыграть, м, Хаскер? — голубой контур глаза мигнул яркой вспышкой. Его лицо не выражало ни капли сомнения, будто бы Вокс сюда за этой игрой вообще и пришел, хотя внутри его терзали сомнения: последний опыт при жизни был не то что бы сильно удачным. Но слиться с игры — еще хуже! К тому же, он прекрасно видел страх в глазах Хаска. Если тот и был игроком, то явно случилось что-то, что заставляет его сейчас с таким отвращением принимать приглашение в игру. С каким-то больным интересом и наслаждением Вокс наблюдал, как многое Аластор позволяет себе в общении с Хаском. Этих двоих связывало гораздо больше, чем просто знакомство за барной стойкой, это было очевидно. Он всем своим нутром чувствовал, что не знает чего-то очень важного и это ощущалась почти физически дискомфортно. Внезапно Вокс вздрогнул и от неожиданности чуть не свалился со стула, когда перед ним прямо из земли вырос какой-то блядский черт. Он вцепился рукой в стол, чтобы удержать равновесие и, округлив глаза, повернулся к Аластору: — ЭТО ЧЕ… ЭТО… ТЫ СДЕЛАЛ? ЭТО… КТО? ЕБАТЬ. Вокс схватился руками за голову и начал пялиться на этого черного демона, который вел себя как обычное разумное существо. Через секунду до него дошло, что со стороны это, наверняка, выглядит очень глупо, и, смутившись, он сел нормально и невинно засмеялся, даже скрестив ноги. — Я имею в виду, ха-ха, Аластор, это, ну… блять. Это пиздец, как впечатляет. Он живой? Грешник? Он на тебя работает? Восхищенная реакция Вокса на прислужника Вуду очень-очень польстила Аластору. Он даже слегка прикусил губу, восхищаясь собственной силой и возможностями. — Да-да, давний знакомый. Помогает по старой дружбе… Аластор услыхав, что Вокс согласен резко встал с барного стула, поднял руки вверх, за этим движением следовало неожиданное приглушение света в баре. Вокс и Хаск оказались посажены на против друг друга за столом из красного дерева. Аластор сидел посередине, немного опустив голову вниз и улыбался. Карты Хаска вылетели из колоды и разложились на столе, меняя свои значения, масти и изображения как новогодняя гирлянда. Кажется, на одном проскочил туз Аластор и шестерка Хаск, но этому никто бы и не предал значения. — Дорогие игроки, прошу скажите свои условия! Мое предложение как самоназванного ведущего вашей посиделки: игра на любое желание победившего. Если все согласны — пожмите руки. Хаск слегка помялся и поморщено посмотрел на Аластора. Он перевел взгляд на Вокса и глубоко выдохнул. Ему не казалось происходящее правильным, ведь Вокс не понимает, что происходит на самом деле. Когда он сам проиграл душу Аластору, он был в полном убытке и знал, что это рисковый шаг. Но тут! Использование неопытного грешника исключительно в рамках развлечения! Однако, то что свобода от цепи Аластора была почти на носу очень окрыляла и заставляла попустить моральные принципы. Хаскер протянул руку в сторону Воксу с целью пожать ее. — Я согласен. Играем в дурака на 36 карт? Вокс вообще на секунду подумал, что умер во второй раз. Только что он стоял рядом с Аластором за барной стойкой и планировал там и остаться… но свет погас и неведомая сила повалила его на стул, вплотную придвинув к огромному столу, которого здесь раньше в принципе не было. Вокс в панике впился в столешницу, но тут же брезгливо вскинул руки, потому что дерево ощущалось каким-то странным. Оно что, мокрое?! Не поверив самому себе, он дотронулся до стола во второй раз, но теперь поверхность была совершенно обычной и даже ощущалась богато. Весь воздух вокруг пропитался запахом болота и гнилой древесины. Вокс подумал, что они переместились в какие-то ебеня, загород, однако, прищурившись, заметил, что находится все в том же в баре. Просто за границей зеленого света было едва ли что-то видно, кроме любопытных сверкающих глаз… зрителей? Это что, блять, какое-то шоу? Он осторожно осмотрелся вокруг, увидев на другом конце стола Хаска, который, кажется, чувствовал себя так же некомфортно. От этого Вокс сразу же выдохнул и очень неумело состроил выражение, которое, как ему казалось, изображало абсолютное спокойствие и ебейшую уверенность в себе. Наверное, дергающийся глаз немного выдавал волнение, но Вокс не обратил на это внимание, переведя взгляд на Аластора. В этом кислотном зеленом свете он даже не сразу узнал друга. Такой перформанс выглядел конечно в разы эффектнее, чем его тупые радиопередачи. Какого хуя он вообще может делать так? Кому он там душу продал, самому Люциферу что ли? «Самоназванный ведущий» заговорил. Игра даже не на деньги? Вот это Вокса удивило и разочаровало. Желания — это ж для детей. Какие вообще могут быть желания? Что он может попросить у Хаска? Не то что бы сотка баксов от этого алкаша ему тоже была нужна, но придумывать что-то оригинальное хотелось еще меньше. Вокс покосился на другой конец стола. Ах, как же соперник его понимает. Тоже, видимо, смутился с таких странных условий. Вокс даже перестал испытывать к нему прошлое презрение. Когда выиграет, попросит у него какую-то хуйню, типа, пожизненно бесплатной выпивки в этой дыре, и разойдутся по-мирному. — Дурак? Меня устраивает, — Вокс привстал с места и пожал протянутую руку. Встретившись взглядом с Хаском, он заметил, что тот как-то стыдливо отвел взгляд. От такой странной реакции по спине Вокса прошел холодок и он вопросительно посмотрел на Аластора. Заметив взгляд Вокса, Аластор мило покивал ему, однако это не выглядело как искренняя поддержка из-за его взгляда охотника и трясущихся уголков рта в безумной улыбке. Когда Хаск и Вокс пожали руки, Аластор резко поднялся и разбил их рукопожатие. В комнате на миг потух свет полностью. Лицо Аластора исказилось: по всей поверхности появились нитки, а цвет глаз стал более кислотного цвета. Люди, что наблюдали за происходящим стали напоминать кукол марионеток. Однако, эта картина была на такое короткое время, что можно было откинуть на то, что просто показалось. У Вокса и Хаска изменилась одежда: Хаску была дана клетчатая жилетка с красным платком в маленьком кармашке. Вокса переодели во фрак в полоску с длинным задним краем, также в рубашку с синим галстуком. Вокс, сев обратно, почувствовал будто ему уже не встать со стула. Как будто его ремнями прикрепили ко стулу, хотя их не было видно и они даже не ощущались на физическом уровне. Скорее, морально? — Начнем! Колода карт поднялась в воздух и перемешалась сама над столом. В руки Хаску и Воксу прилетели 6 карт. На картах были изображения существ, которых Вокс не знал, а вот Хаск кажется понял и закатил глаза. Аластор гордо поднялся со своего места и прошел сзади игроков, заглядывая в карты. Козырь черви. У Хаска на данный момент не было ни одной козырной карты, а у Вокса — восьмерка. — Игрок Вокс ходит первым. Удиви нас, новый житель Ада! Сказав это Аластор сел обратно на свое место. В толпе шептались «Оверлорды опять…», «Игры на душу такие волнующие!», «Я ставлю на песика». Хаск был погружен в мысли. Он уже играл с Аластором и знал, что тот никогда не говорит всех условий. Нужно только понять в чем подвох. Чувство какой-то недосказанности повисло в воздухе, и стало совсем не по себе. Вокс вроде понимал, что это просто элементы какого-то больного и красочного шоу, он и сам имел страсть к подобной показухе, но с эффектами друг его явно перебарщивал. Если Аластор пытался его напугать, то это, блять, почти получилось. Но, по крайней мере, Воксу всерьез ничего не угрожало? К этой визуальной крипоте можно даже привыкнуть… Когда его перестанут трогать! Смену своей одежды он ощутил из-за резкой невозможности нормально вздохнуть — какой-то клоунский полосатый пиджак обтянул его вплотную, сильно ограничивая передвижения. Вокс, небрежно осмотрев себя, начал опускаться на место, одной рукой нащупывая стул позади себя, а второй пытаясь расстегнуть злосчастную пуговицу, что, в общем-то, не получилось. Как только он сел, стул вновь подъехал вплотную к столу и, кажется застыл теперь там намертво. Вокс мрачно посмотрел на Аластора. Тот же вместо взгляда одарил его первой партией карт. Вокс попытался собрать воедино свои блуждающие мысли и настроиться на игру. Успев быстро оценить свою колоду, он прижал карты рубашками вверх к столу, когда за его спиной вырос любопытствующий силуэт. Вокс что-то недовольно пробубнил и повернул голову, но никого уже не было рядом. Аластор стоял за другим концом стола и невинно улыбался, заглядывая через плечо Хаска. А тот даже не противился, погрузившись в какие-то серьезные размышления. Вокс проводил Аластора взглядом и вновь осмотрел свои карты. Один козырь есть! Не так уж и плохо. Он скрыл довольную ухмылку за кулаком и приметил первую карту для хода, как вдруг его отвлек шепот толпы сзади. Он уже и забыл о существовании каких-то зрителей и так и не обратил бы на них внимания, но всего одно слово заставило все его нутро сжаться в ужасном осознании. За эти несколько месяцев Вокс так и не смог отложить себе в голове, что в Аду самая ценная валюта далеко не доллары, и в высших кругах, в которые он пока не был допущен, размениваются кое-чем подороже. Теперь он представлял, что могло скрываться за пресловутым «желанием». Он почувствовал, будто земля уходит из-под ног, и это была даже не магия Аластора. С трудом сдержав дрожь, он уперся ногами в пол и схватился рукой за ворот, нащупав там вместо привычной водолазки эти дурацкие рубашку и галстук. Он обреченно прикрыл ладонью лицо, распластавшись по столу. — Сука, — прошептал он себе под нос. Вокс понятия не имел, что сейчас выражает абсолютно неподвластное и так ненавистное им ТВ-ебало, да и знать не хотел, поэтому он склонил экран настолько, чтобы окружающим было видно как можно меньше. Ну это же не могло быть правдой? Нельзя просто так взять и в качестве желания попросить душу? А если просто отказаться? Это рукопожатие имело какую-то особую силу? Нарушив его, он, что, умрет второй раз? Ха-ха, это же бред. Или нет?.. Это вообще приятельская игра. Они же не по-серьезному! Из оверлордов здесь вообще только Аластор, он не играет… Нахуя Хаску душа? Точнее, сам Вокс бы, конечно, не отказался от его души у себя во владении, но этот алкаш и близко не имеет такие же амбиции. Какие ему души! Он выглядит так, будто бы сам… Дальше мысль Вокс не продолжил, потому что почувствовал на себе не один ожидающий взгляд и томительное покашливание. Сейчас че, его ход? Ах, да. Его рука все это время нервно мяла за уголок намеченную карту, поэтому он торопливо сбросил её в центр стола. — Сорян. Задумался. — он попытался усмехнуться, переводя взгляд с соперника на ведущего. У тех на лицах было какое-то неописуемое замешательство, пока они смотрели в центр стола, где небрежно валялась восьмерка червей. Если бы Вокс мог прямо сейчас убить себя, то непременно воспользовался бы этой возможностью. — Какой смелый ход на первом же раунде! Дамы и господа, кажется, в этот раз игра будет по-настоящему жгучей! Аластор наигранно скинул руки вверх, когда произнес эту фразу. Его тень позади него выросла примерно в два раза больше обычного. Люди в толпе захлопали, засмеялись и зашептались. Он сразу понял, что Вокс просто запаниковал, но в то же время он понял, что Вокс гениальный шоумен. Даже в панике, разрываясь от негативных эмоций, в некомфортно обстановке и странной ситуации он смог сделать вещь, которая разогрела толпу. Гениально! С неподдельным любопытством Аластор на момент залип на то, как Вокс глючит и мигает разными цветами. Ему показалось это таким симпатичным и жалким. Вокс даже при всем желании никогда не сможет нормально сдерживать то, что творится в голове и душе. Чувствуя превосходство над этой чертой Вокса, Аластор почти беззвучно хмыкнул. — Бля, ну, ты серьезно? Козырь в первом ходу?.. Хаск, недовольно и некультурно шмыкнул одной ноздрей, будто у него там застряла пыльца и взял карту, что Вокс кинул на стол. Он задумался. Кажется, Вокс выглядел крайне неуверенно и этот ход был не более, чем паника детсадовца в первый день… Однако, Хаску ли не знать, что блеф бывает абсолютно разным. Вокс может просто притвориться, что не держит свой разум и тело в своих руках, чтобы заставить игрока напротив расслабиться и плыть по течению. Эта дума помогала Хаску немного отойти от мыслей неправильности происходящего. Козырь не сменился. Проклятые черви. Снова ход Вокса. Новая карта, что любезно прилетела ему в колоду козырной не оказалась. Одобрительный рев толпы стал для Вокса спасением. На лице проскользнула маниакальная ухмылка и его экран как-то совсем болезненно засиял, когда он понял, что благодаря своей тупой ошибке смог завоевать внимание зрителей. Теперь они думают, что это какой-то спланированный ход уверенного матерого игрока. Ха-ха, пускай!!! Воксу оставалось только приложить немного усилий, чтобы поддержать этот образ. Он гордо расправил плечи и окинул всех самодовольным взглядом, тряхнув воротом пиджака. Новая карта не дала ему повода для радости. Чтобы не наступить на те же грабли, он сосредоточил все мысли на игре и, в конце концов, очень банально сбросил на стол двойку бубны, оставив себя с полностью черной колодой. Хотя колени все еще остаточно подрагивали, паника начала потихоньку отступать. В ожидании хода соперника, он откинулся на спинку стула. А Аластор-то оказался действительно хорошим ведущим. Вокс бы никогда не признал этого вслух, но лестный комментарий, только что спасший его репутацию, действительно тронул его до глубины души. Он знал, что это просто часть работы, и любой, кто хоть немного умеет общаться с публикой, поступил бы так же… Но несмотря на это, Вокс просто по-человечески был ему признателен. Их взгляды встретились. Хаск отбил карту соперника бубновой тройкой. Он улыбнулся одной стороной рта, слегка хмыкнув. Вокс подкинул ему тройку другой масти и Хаск тоже смог это отбить. Первое бито. Хаскер посчитал, что игра двигается слишком медленно, но иногда это нормально для начала. Не всегда же по 6 карт отбивать каждый ход. Хаск заметил, что Аластор и Вокс на постоянной основе обмениваются взглядами. Как давно они вообще знакомы? Аластор общается с мужчинами? Будь они знакомы давно Хаск бы точно его уже видел. Аластор никогда не пропустит возможности понтануться заведением, которым даже не владеет, а такого колоритного «красавца» даже на 15-ти часовой смене запомнить несложно. — Первая бита! Игра в самом разгаре. Открывается ящик для ставок, прошу, не стесняйтесь! Где-то на барной стойки появились две урны для денег с именами игроков. Некоторые из наблюдавших людей действительно пошли делать свои ставки. Несмотря на то, что Хаск сейчас был в более проигрышном положении на него ставили будто больше. Он действительно хороший игрок? Но почему тогда в таком низком общественном положении? Аластор ответил на взгляд Вокса, слегка подмигнул и показал большой палец вверх. После чего обозначение козырной масти, что светилось посреди стола изменилось. С красных черви оно изменилось на черные крести. Послышались ошеломленные вздохи. Хаск нахмурился. Так и думал. Ничего удивительного, примерно такого от Аластора ждать и приходится. Он смог отбиться и сейчас его ход. Хаскер взял 2 карты шестерки из своей колоды, одна бубны, другая пики. Сузил взгляд, наблюдая как Вокс будет отбиваться. Вокс добрал две карты. Обе черви? Быть не может! Ну неужели небеса все-таки над ним сжалились? Он сумел скрыть свою радость и, пытливо изогнув бровь, поднял глаза на Хаска, чтобы считать его реакцию. А реагировать уж было на что. — Че?! Вы видели?! — Вокс показывал рукой на только что сменившийся символ козыря и переводил непонимающий взгляд с Аластора на Хаска. Потом он снова посмотрел на свою колоду. Он уперся рукой в край стола, чтобы отодвинуться, однако, несмотря на усилие, стул не тронулся с места. Вокс цокнул и метнул на невинно улыбающегося ведущего недобрый взгляд. Резко наклонившись в его сторону, Вокс перехватил его за запястье и притянул ближе к себе через стол. — Аластор, — он говорил сквозь зубы, сохраняя на лице улыбку, — ты язык проглотил? Может, соизволишь объяснить, какого хуя у нас сменился козырь в середине игры? Вокс говорил почти шепотом, не желая, устраивать скандал на публику, и от чрезмерного старания его на его голос в случайных моментах наложился механический эффект. — А ты? А у тебя вопросов типа не возникает, а? Он обратился к Хаску и заметил, что тот уже сделал свой ход. — Да вы, блять, издеваетесь… — Вокс… Аластор прогнулся в пояснице и нагнулся, чтобы их лица были на одном уровне. Он покрутил выступающей частью тела, что выглядело скорее по-детски глупо, чем сексуально. Где-то даже раздались смешки. Его дурацкая карешка упала немного вперед и слегка коснулась Вокса. Он приложил палец ко рту Вокса, надеясь того заткнуть? Успокоить? — Просто играй дальше. Я сделал все, чтобы вам не стало скучно в процессе игры. Этими действиями Аластор заставил Вокса ослабить хватку, тем самым он смог встать в свое привычное положение. Пока он так тесно общался с Воксом он успел заглянуть в его колоду. И, скажем так, весьма печальное зрелище. Однако, он знал, что будет дальше и возможно скоро все изменится. Вокс отбил пиковую шестерку пиковой семеркой. А вот с Бубновой шестеркой он прогадал. Отбил козырем. Хаск не поверил своим глазам. Вокс мог просто их взять и не показывать минусы свои колоды, но он выставил все слабости буквально напоказ. Хаскер подкинул ему бубновую семерку. Вокс отбил козырным валетом, далеко не самая слабая карта. Значит, выбора из козырей у него нет. Придется брать все, что на столе. Вокс не сводил с него глаз, и только нахальный жест на секунду заставил его переключить внимание на палец у своих губ. Нахмурившись только для вида, он не отстранился, и продолжил прожигать Аластора прищуренным взглядом с вызывающей улыбкой. Он почувствовал, как от спутанных красных волос неприятно и резко несет деревом и… нефтью?! На прозвучавшие слова никакого ответа не нашлось. Нам скучно? Аластор, да ты ебаная внимание зависимая сука! Очевидно, что он делал это только ради реакции публики, и, блять, Вокс его понимал как никто другой. Он был всецело «за» отыграть свою роль, схватить немного популярности и остаться только в плюсе, но сейчас он ощущал себя жертвой обстоятельств, которой, возможно, в случае проигрыша, придется платить по-настоящему и очень дорого. И что самое тупое, Вокс подписался на это сам! Он молча согласился со сказанным и ослабил хватку. Только сейчас Вокс заметил, как по-бабски Аластор нагнулся на столе, и мысленно пошутил, а не педик ли часом его странный дружок. Он раскрыл свою колоду веером и сбросил две карты, с горечью попрощавшись с единственным козырем. Бито? — Ты издеваешься? — прошипел Вокс, когда Хаск подкинул ему бубны. Ебаный рот этого казино, блять! Он так долго рассматривал свою крошечную колоду, надеясь, видимо, на магическое появление там новых мастей, и только чей-то нетерпеливый голос из толпы заставил его забрать лежавшие на столе карты. Интересно, сменится ли козырь еще раз? Хаск сдержался от порыва подкинуть еще карту масти пики. У него было большое подозрение, что Аластор сделает крайние масти — красными. И он оказался прав. Масть сменилась на! пиковую! и, скорее всего, Воксу было чем отбиться, но отступать нельзя. Или же… он глянул на то, как Аластор курлыкал с Воксом. Они любовники? Такое в аду нередкость, даже он сам пару раз игрался с мальчиками. Но, если его теория верна, то при всех стараниях победы не получить. Да, скорее всего, Аластор бы не ценил жизнь даже своих любовных интересов, но для него была бы она хоть немного важнее, чем Хаск. Он гневно дёрнулся. Нечестно! Мерзко! Вокс обо всем знал изначально! Он просто хороший актер, притворяется припадочным придурком, чтобы вызвать жалость и заставить Хаска сдерживаться в игре. Блядская шлюха Аластора, ты не знаешь с кем играешь! Хаск нахмурился и кинул на стол пиковую даму. Если у него нет короля или туза этой масти — ему в жизни не отбить. — О-о-о! Кажется, соперник «Хаскер» наконец-то начал проявлять азартный интерес в игре! Аластор продолжал кружить вокруг стола. Когда ему казалось, что зрителям становится скучно в их руках появлялись красные алкогольные напитки. Скорее всего, в них было небольшое количество острого перца. Также с каждой сменой масти слегка менялся цвет освещения, что добавляло некой эстетики, но по большей части выглядело как дешевый выпендреж. Когда Аластор заметил гнев Хаска, он подошел сзади него и положил руку ему на плечо. Выглядело как лёгкое прикосновение, но Хаск почувствовал некое давление от ведущего игры. Вокс без долгих раздумий отбился королем пик. В данный момент ситуация его более чем устраивала, и он почувствовал приятную уверенность, которой ему до этого так не хватало. Следующий козырь должен быть бубны, верно? Только вот резкая смена в лице соперника ему не понравилась. Вокс не переставал за ним следить, и, конечно же, сразу ощутил на себе без причины презрительный взгляд. Что этот болван там себе надумал? Вокс просто уточнил у ведущего пару нюансов по поводу игры, только и всего. Его проблемы, если у него не хватает яиц, чтобы возразить. Терпила! Аластор тут как тут вырос за спиной Хаска. Выглядел там он намного более жутко, чем мгновение назад, когда был в сантиметре от лица Вокса и дурашливо вилял своим плоским задом. Было неясно, сказал ли Аластор что-то, или Хаск прижал уши просто от прикосновения, но от этой картины Вокс почувствовал холодок, пробежавший по его спине. Хотя… все-таки невероятно приятно видеть соперника настолько униженным без какой-либо причины. Что бы там не происходило между этими двумя, это было пиздец как на руку! — Ну так что, бито? Вокс расплылся в злорадствующей улыбке, прервав их молчаливый диалог, и увлеченно подался вперед. — И, Аластор… что насчет того, чтобы угостить игроков? Давай, не жадничай. А то во рту пересохло. Он махнул головой в сторону побухивающей толпы и игриво вскинул бровь. — Бито… Хаск похмурился и произнес это, пока на нем все ещё была тяжелая рука Аластора. Он старался не выглядеть жалким, так как замечал, как раскрывается гнилое нутро соперника, но никак не выходило. Но у этого была и приятная сторона медали…его было все меньше жаль. А значит, можно быть не таким добрым игроком. Пусть походит сейчас. Очевидно, козырь сменится на бубны. На это будет, что ответить. И масть правда сменилась на бубны. Аластор кинул взгляд на Вокса. У него были круглые, как пятирублевые монеты, глаза. Он усмехнулся и подошел к Воксу. Потрепал его за часть край экрана, слегка усмехнувшись. — Будет сделано, сэр Вокс… Кажется, эта фраза не была сказана искреннее, но напитки напротив Вокса и Хаска появились. Это был не чистый крепкий алкоголь, скорее, какой-то классический коктейль. Хаск пожал плечами и отпил, ему показалось, что этот напиток слишком хорош для алкашки, но в целом, устраивало. Аластор наклонил голову в бок и сложил ручки, как невеста с букетом, наблюдая, когда Вокс сделает глоток. Когда Вокс соизволил перестать насмехаться и наглеть, он сделал глоток. Вокс почувствовал, что не может проглотить, будто его шею сжали чем-то. В комнате воцарил запах сгоревшей древесины. Моргнув, он увидел, что в помещении больше никого не было. Ни зрителей, ни Хаскера. Только фигура, походившая на изуродованного вытянутого Аластора. Он увидел, что на нем зеленая цепь, которую с другой стороны держал жуткий силуэт. Ошейник цепи с каждой долей секунды становился все теснее, а дышать все труднее. Так ещё этот застрявший в горле глоток коктейля! Который становился все более мерзким. Из чего-то пряного и сладкого превращался во вкус рвоты с землей. Послышался искаженный голос, до боли напоминающий чей-то. — Будь добр, быть чуть вежливее. И через мгновение видение пропало, будто и не было. Люди вели себя, как ни в чем не бывало. Даже Хаск скучающе чесал ухо, ожидая, когда Вокс походит. Аластор все также стоял, держа ручки вместе и мило улыбаясь, смотря на Вокса. Вокс согнулся в приступе кашля, как только сумел нормально вдохнуть. Вдобавок ко всему он подавился пойлом, которое так и не смог проглотить, поэтому неловкая картина весьма затянулась. Все вокруг притихли в ожидании. Наконец откашлявшись, он начал таращиться куда-то в пустоту в полнейшем ахуе и далеко не сразу заметил, что его руки продолжают судорожно оттягивать ворот рубашки. Он нерешительно опустил их и с отвращением сплюнул в стакан остатки того говна, что было у него во рту. Отодвинув напиток от себя, он с трудом сдержал навязчивый порыв еще раз проверить свою шею на наличие ошейника. Он сверкнул полным ненависти взглядом на Аластора и хотел было что-то сказать, но так и не решился, опустив глаза. Ох, как же хотелось сейчас размозжить ебало этой охуевшей твари! Только вот силы были неравны. Он не умеет делать и десятую часть того, что творит «радиодемон», или как он там, блять, себя называет. А еще Вокс просто… боялся. Это видение было настолько реальным, настолько ощутимым физически, что он точно не хотел проверять, как далеко можно зайти в следующий раз. Вокс расправил колоду и начал выбирать карты для хода, но поток мыслей совершенно не давал ему сосредоточиться. А вот что если у Аластора каким-то образом уже его душа? Хотя, наверное, это бы как-то ощущалось? Но ошейник-то, сука, ощущался более чем! Вокс слышал, что в случае с оверлордами «быть на цепи» — не просто метафора, и прямо сейчас он почему-то был уверен, что на себе видел ту самую цепь. От этой мысли ему не на шутку поплохело и, засомневавшись в себе, он начал панически перебирать все их прошлые взаимодействия с Аластором на предмет заключения контрактов, но ничего подозрительнее сегодняшнего вечера найти не смог. Да и то, эта сделка была с Хаскером! И Вокс даже не проиграл… пока. Хотя стало казаться, что он в принципе обречен в этой игре. За что только Аластор с ним так? Что он хочет? Где он настоящий, а где его ебаная игра? Это шоу с цепью было только для Вокса? Неужели, он так оскорбился на слова? Да, возможно, за базаром не проследил чутка, но это того не стоило! Он мог бы просто послать его нахуй или отказать, как делают нормальные мужики. Сука, Аластор! Ну почему ты такой?! Почему ты такой… охуенный? Воксу стало еще хуже от осознания, что, в конце концов, он злится даже не на то, что его только что в каких-то извращенных воспитательных целях пытался придушить друг, а на то, что он сам, блять, не может так!!! И… хотя бы ради этого стоило продолжать общение с этим психом. «Главное не подохнуть,» — усмехнулся про себя Вокс и вернулся мыслями в реальность. Он очень хотел помедлить с ходом еще чуть-чуть чисто из принципа, чтобы показать свое неуважение к участникам игры, но когда он услышал чье-то нытье в толпе, его вниманиеблядская натура все-таки не выдержала. Ну… по крайней мере схема, по которой менялись козыри, наконец стала ясна. Вокс бросил две шестерки: пики и черви. Как же ему уже было похуй на игру. Он просто до смерти хотел чем-нибудь запить блевотный привкус во рту и съебаться отсюда поскорее. Ему не нужно никакое желание, и если бы можно было закончить на «победила дружба» прямо сейчас, то он бы согласился. Аластор не мог перестать наслаждаться реакцией Вокса. Очень-очень давно никто уже показывает такой эмоциональный отклик на его безобидные игры. Примерно, с тех пор, как Аластор включал свою последнюю кричащую радиопередачу. Обидно! Раньше весь ад был в ужасном восторге, а сейчас всего один новый житель. Но уж ладно, это лучше, чем полное ничего до появления Вокса в его жизни. Однако…ранее он замечал только страх в глазах испытуемых, а у Вокса явно все не так однозначно. Ему, что, понравилось? Аластор с улыбкой без зубов глянул на карты, что вкинул Вокс. Довольно безопасный ход для него, но не легкий для Хаска. Все-таки, его приятель чертовски умный мальчишка! Пожалуй, только поэтому он может один заменить целую толпу зрителей. — Ты че? Напиток настолько хуйня? Хаск произнес это и сделал ещё пару глотков из своего стакана. Абсолютно стандартная ссанина от Аластора в которую забыли добавить любую сладость, но это можно пить. Не может же Вокс быть настолько привередливым? Или… Хаск перевел взгляд на Аластора. Напитки были поданы после того, как Вокс повел себя нагло и указал Аластору, что делать приказным тоном… Аластор его проучил? Хаск усмехнулся, но немного болезненно, он знал насколько это может быть неприятный опыт. Вернувшись к игре, он посмотрел на шестерки, а потом на Вокса исподлобья. Немного приподняв брови и ухмыльнувшись, он вытащил из своей колоды шестерку другой масти и перевел карты на соперника. Соперник, так издевательски потягивающий свой напиток, заставил вновь почувствовать тошнотворный привкус во рту, и Вокс отвел взгляд в сторону. Ждать хода Хаска долго не пришлось. Увидев на столе еще одну шестерку, Вокс удивленно вскинул брови, а потом, прикрыв глаза, засмеялся. Он медленно наклонился вперед. — Да-а-а? С каких это пор? Он положил руку на карту и отодвинул её из центра стола обратно к противнику. — У нас не переводной. Его угрожающий тон очень не вязался с широкой улыбкой, из последних сил пытающейся скрыть усталость и сильное раздражение. Хоть и звучал он очень убедительно, но на авторитет ведущего посягать не хотел. Вокс осторожно покосился на Аластора, ожидая подтверждения своих слов. — Пока обратного не доказано — не ебет, что сказано! Хаск усмехнулся и практически разлегся на свой стул, зная, что соперник проигнорирует его слова. Но плевать, главное, чтобы Аластор подыграл. А тот даже, если Вокс прав и переводного не было — согласиться чисто ради того, чтобы не терять внимания алкашей и шлюх. — Что ж… Аластор подошел к Воксу сзади. Наклонился и ласково положил ему свой подбородок на плечо, заглядывая в карты, — Хаскер все же, к сожалению, прав. Я опрометчиво проморгал эту часть, когда диктовал правила. — Аластор провел по шее Вокса когтем, снизу вверх. — А это значит, что ограничения на такую игру не имелось. Чтобы случайно не пиздануть подлезшего Аластора краем своего экрана, Вокс склонил голову на другой бок и недовольно покосился на него. Такой угол обзора, конечно, едва ли позволял видеть что-то, кроме куска лохматой шевелюры, которая, наэлектризовавшись, стала торчать во все стороны еще сильнее. Часть волос очень забавно облепила боковую стенку ТВ-головы, и, кажется, никто из них двоих даже этого не заметил. От неожиданного прикосновения холодной руки Вокс выгнулся, и по его спине пробежали мурашки. Черт! А ведь если бы это сделала женщина, то было бы даже… сексуально. Правда, коготь, конечно, ощущался куда острее, чем женский маникюр, и не было никакой уверенности, что его шаловливый друг не решит внезапно надавить чуть сильнее. — Я… — непроизвольно расплывшись в смущенной улыбке, Вокс тут же сделал серьезное лицо, — тебя услышал. Значит, если б не Хаск, то переводного и не было бы. Сын шлюхи! Вокс с досадой сжал карты в кулаке, но, почувствовав, как они не поддаются и лезвием впиваются в его ладонь, тут же ослабил хватку. Эта самодовольная рожа на другом конце стола сейчас заставляла Вокса терять все имеющееся самообладание. Он смотрел на Хаска в упор, прожигая его яростным взглядом почти насквозь, в ожидании, когда уебок положит свою шестерку обратно. Как же заебало быть таким беспомощным! Стоп. Но он ведь не был беспомощным. Да, с Аластором шутить точно не стоило, но Хаск! Кто он вообще? Хуй с горы! У него на лбу написано, что он жалкий неудачник и выебывается он сейчас, только потому что Вокс ему позволяет. На лице выросла лукавая ухмылка. Действовать надо было прямо сейчас. — Хаскер. Воксу удалось поймать его взгляд на себе. Волнение тотчас сковало его тело, поэтому, пытаясь не дать тревоге захватить и голову, он торопливо начал. Прищурившись, он закрыл свой левый глаз, будто подмигивая, и сосредоточил все свои мысли только на одном. На широко раскрывшемся глазу появился гипнотический узор. Почувствовав, что все идет по плану, Вокс довольно оскалился. Ему показалось, что зрачок противника стал постепенно копировать желанный орнамент, как вдруг правую руку Вокса пронзила жгучая боль. С трудом сдержав стон, он так сильно дернулся, что точно бы упал вместе со стулом, не будь тот прибит к полу магическими гвоздями. Помехи перед глазами не давали ему разглядеть, что именно случилось с рукой, поэтому он просто затряс ей, а другой стал панически прощупывать свой экран на наличие каких-то повреждений. От безысходности он скорчился на стуле и почти сполз куда-то под стол. Очень туманно до него стало доходить, что только что он получил предупреждение за попытку сжульничать. Видимо, заключенная сделка подразумевала честную игру. Как удивительно, да? Зрение почти полностью восстановилось, а вот руку продолжало жечь. Визуально с ней было всё в порядке, кроме, разве что, какого-то зеленоватого еле заметного свечения, напоминающего языки пламени. Вокс осмотрелся. Два любопытных взора уставились на него, и судя по всему, Аластор был удивлен происходящим не меньше Хаска. Переведя стыдливый испуганный взгляд на свою колоду, Вокс наспех набрал три карты и, не проронив ни слова, отбился от трех шестерок. Он осторожно пытался шевельнуть больной рукой и тут же прикусил губу от боли, убедившись, что больше так делать не стоит. И что, это типа теперь навсегда?! Как же было обидно, до слез обидно. Какой же он идиот! Заметив, как распушились его то ли волосы, то ли мех от электрического воздействия Вокса после трения о его экран, Аластор провел рукой под волосами, немного откинув их назад. Затем, достал из кармана красную ленточку и заплел волосы в хвостик, завязав ее в бантик. Трюк Вокса не остался незамеченным, Аластор удивился. Он не до конца понял, что именно Вокс сделал, но точно адское жульничество. Только, какое? Аластор считал, что ему было бы полезно знать о сверхспособностях Вокса, чтобы не стать следующим испытуемым. Надо будет внимательнее следить за юношей. — Отбился, значит… Ну, бито, что тут скажешь? Хаск убрал руки за голову и откинулся на стул. Ему уже было плевать на исход игры. Он заметил по взаимодействиям Вокса и Аластора, что эти парни очень близки. А идти на уступки ради «подружек» Аластор ещё как может. Вспомнить ту же старую прошмандовку Мимзи: заходит, когда сама по колени в дерьме, а старый рыжий обсос ей во всем помогает. У Хаска нет шансов, ему было противно смотреть на Вокса. Когда Вокс отбил карты, Аластор наигранно выдохнул, будто бежал марафон и скинул с себя свой длинный пиджак. Он сразу исчез, когда Аластор его снял, а заместо него на нем образовался классический жилет. Хаск закатил глаза, стыдясь от очередного вниманияблядства Аластор. Из-за Аластора Вокс внезапно осознал, насколько ему самому жарко. Он чувствовал, как накаляется воздух вокруг и, пощупав свое лицо, понял, что сам и был буквально живым обогревателем. Походив как-то на отъебись, он старательно принялся расстегивать пуговицу пиджака здоровой рукой. Сука! Ну почему не поддается-то? Не мог же Аластор специально запаять ее? Совсем долбаеб что ли? Что ж, раздеться не получалось (хотя он не оставлял попыток, продолжая нервно теребить пуговицу). Но ведь так нельзя! Сейчас даже глоток прохладной воды улучшил бы ситуацию. Вокс задумчиво посмотрел на стакан с отправленным коктейлем и уже прикинул, что удавиться цепью в целом немного лучше, чем сжариться здесь из-за фетишей ведущего. Если бы не растаявший лед, то он бы определенно решился на повтор. А вообще, если тут так почитают правила, то, наверное, кто-то да заинтересован в том, чтобы игрок не подох от перегрева в процессе? Разве это честно? Вокс пока был плохо знаком с собственной физиологией, и ему очень не хотелось узнавать на личном опыте, может ли его мозг расплавиться в прямом смысле. То ли он совсем накрутил себя, то ли техника реально начала сбоить, но когда шум в голове стал громче, чем шушукающаяся толпа, Вокс всерьез обеспокоился своим состоянием. — Аластор, — он страдальчески улыбнулся, когда поймал на себе внимание собеседника, — ты ведь разделся, не чтобы похвастаться своим изящным девичьим станом, верно? В подтверждение своих слов, Вокс оценивающе окинул его взглядом с ног до головы, отметив, что талия-то была реально пиздец какая тонюсенькая. Такую рукой обхватить можно. — Не находишь, что стало как-то жарковато? Он нервно усмехнулся, изо все сил стараясь сделать свою пассивную агрессию менее агрессивной и более пассивной. — Мне кажется, это не те условия, в которых можно говорить о честной игре. Ты так не считаешь? Вокс намекающе оттянул край пиджака за пуговицу, не желая вслух говорить, что не может расстегнуть её. Это, несмотря на правдивость, все-таки прозвучало бы унизительно. — Приятель. Рассчитываю на твое понимание… Это прозвучало ровно настолько жалко, насколько не планировалось. Голосовые эффекты сработали совершенно рандомно и так не в тему, что Вокс почти вслух выругался и стыдливо прикрыл лицо рукой. Такой жалкий. Такой глупый. Даже температура его собственного тела мешает ему жить! Как же это… отвратительно тоскливо. Но Аластору нравилось. Ему правда нравилось, что демонская форма Вокса не дает тому ни секунды спокойствия. Все, что делал Аластор: увеличение в размере, изменение внешнего вида, голосовые (и не только, вспомним закадровый смех) эффекты — было по его собственному желанию. Вокс же был заперт. Заперт внутри. Аластор чудливо хмыкнул. — Дамы и господа, а также Хаскер, что вы думаете на счет того, чтобы сделать небольшой перерыв в игре? Могу предположить, что игроку Воксу нужна маленькая передышка. Ровно 5 минут, не больше! Хаск закатил глаза и встал из-за стола. Он все это время мог это сделать? Аластор его не держал? Хаск пошел к привычной для себя барной стойке, захватив там пару недорогих бутылок с алкоголем. Сел на барный стул, поглядывая за работой Вуду-прислужника, он размышлял. Победить хоть и не выйдет, но это все же забавно. Никогда бы не подумал, что Аластор по мальчикам, это крайне неожиданное открытие. Будь у него ресурсы на болтовню и сплетни, он бы точно это растрепал всему бару, когда Аластор покинет помещение. После того, как люди разошлись на импровизационный перерыв Аластор кинул взгляд на Вокса. Стул Вокса слегка отъехал назад от стола, но он все ещё не мог встать. — Сильно жарко? Оу, это ужасающе, ненавижу, когда моим друзьям плохо… Аластор подошел к Воксу. — Тебе просто обязательно нужно попить чистой холодной воды! Вокс ожидал, что сейчас на его столе появится стакан с водой или ещё какая магическая ерунда, но… Аластор просто взял и сел на Вокса лицом к нему!!! С невинной улыбкой расстегнул две верхние пуговицы на рубашке Вокса. Положил свою руку на его шею, потом на плечо. Тело Аластора было таким же трупно холодным, что слегка освежило. В правой руке появился стакан воды со льдом. Аластор приложил край ко рту Вокса, начиная поить того. Но когда Вокса попытался отобрать стакан, чтобы попить самому, он не дал провернуть этот трюк. — Тебе полегчало? Твоя кожа и правда разгоряченная, как лава… пауза была совсем не зря. Вокс не понял, в какой именно момент Аластор оказался прямо на… нем. Практически невесомый, очень ловко и грациозно, тот разместился на его коленях и прижался вплотную. Ситуация казалась настолько абсурдной, что Вокс сначала решил, что бредит, но прикосновение холодных рук под рубашкой ощутилось слишком реально. Когда по горячей коже пробежала волна прохлады, он, не сдержавшись, прикрыл глаза от удовольствия. Руки тут же дрогнули, поддавшись какому-то инстинктивному порыву. Он все еще помнил, как обращаться с женским телом, и, черт, он ведь так жаждал этого! Рука как-то сама скользнула на талию партнера, а может куда-то чуть ни… ЭТО ЧТО, ХВОСТ?! Минутную слабость тут же сменило осознание: сейчас его лапал мужик, мать твою! Аластор терся об него своей филейной частью, без доли какого-то стеснения. Пиздец! Вокс моментально смутился и выгнулся назад, пытаясь хоть как-то увеличить дистанцию между ними. Избегая зрительного контакта, он замешкался, не зная, как именно оттолкнуть Аластора, чтобы не совершить никаких неоднозначных прикосновений к тем частям тела, которые, как назло, находились прямо под рукой. Ему было так стыдно, что он повелся на одно мгновение… и так обидно, что ему теперь приходилось прятать глазки, как десятилетнему мальчишке! Сука, Аластор, пидарас ты ебучий! Однако, стакан воды, появившийся прямо у рта, отвлек его. Вокс даже не успел ничего возразить, и не то что бы он был против. Он ведь правда хотел пить, а холодная вода сейчас казалась вкуснее, чем любой существующий напиток. Он не стал упрямиться, хотя и попробовал перехватить стакан. Не отдает? Что ж, плевать. Пои сам, раз так хочешь! Он рассматривал Аластора, пытаясь считать его мотивы, пытаясь, блять, вообще понять, что происходит! Не мог же тот таким образом привлекать внимание? Этот издевательский взгляд едва ли выражал хоть какое-то реальное желание… Зато очень искренним, кажется, был свет пылающего от стыда экрана. Вокс понял, что сияет, как ебаная полярная звездочка, только когда Аластор стал недовольно прищуриваться. Отстранившись от стакана, он почувствовал, что чужая рука все так же покоилась на его груди под рубашкой, уже немного нагревшись, но еще принося приятный холодок. Вокс горько усмехнулся про себя: больше всего на свете он хотел, чтобы ему это не нравилось. Конечно, ему нравился именно отступивший жар, а не сам, боже упаси, Аластор, но это все равно ощущалось так неправильно! — Ты… закончил? — процедил Вокс сквозь зубы, намеренно игнорируя вопрос. Пусть уже слезает. Сам. Пожалуйста. Когда Вокс ненамеренно дотронулся до талии и хвоста Аластора, уши прижались к голове, а хвостик недовольно завилял. Нечего распускать руки! Столько лекций вел о том, как тебе отвратительно при виде обнимающихся мужчин! Но все же Аластор стерпел и напоил его, заметив как Вокс расплылся от легкого холодка его тела. Аластор отложил стакан и убрал руки от Вокса. Встал на пол, издав негромкий стук маленького каблука, и похлопал Вокса по плечу. — Горжусь тобой. Когда мне приходилось делать подобное с другим мужчиной — он…испытал эрекцию. Отвратительно, не так ли? Взмахом руки Аластор придвинул Вокса обратно близко к столу, а Хаска вынудил вернуться за стол. Тот издал какие-то недовольные звуки, что его оторвали от расслабона с алкоголем, Вокс успел расслышать в этом бубнеже только «Че вы такие скорострелы то, бля». Игра далее проходила в более менее спокойном темпе, однако Вокс разыгрался и стал без страха вкидывать любые карты, что привело к неприятным последствиям. У Вокса и Хаска по три карты. У Вокса они все разных мастей. Однако, сейчас ходит Хаск и нынешнего козыря у Вокса не наблюдается. Хаск кинул на стол козырную карту, довольно слабую по силе, однако, все-таки, козырную! Вокс знал, если он сейчас не отобьется — Хаск его победит. Придурок кошачьего семейства сто процентов подстроил, чтобы его последние 3 хода были под нужные козырные масти. Смотря на свои 3 несчастные карты, которые по силе были неплохими, но сейчас абсолютно бесполезными, он случайно дёрнул мизинцем. Карта нужного козыря! Да ещё и сильнее, чем та, что кинул Хаск! Пряталась за одной из карт! Карта была козырем, а нарисован на ней Аластор. Сверху он сам собственной персоной, а снизу его тень. Это не было прям странно, на этих картах постоянно нарисованы какие-то поганые существа, Аластору самое место. — Ну…забирать карту будешь или что? Мы уже играем пиздец как долго…у меня по расписанию бытовой алкоголизм… Вокс даже смутился, не ожидав услышать из уст друга настолько откровенный комментарий. А Аластор-то, выходит, далеко не ханжа. И не… гомик? Ему отвратительна эрекция? Это че, была проверка какая-то? Типа, встанет или нет от ерзанья оленьего зада? Тест на пидараса? Поток мыслей Вокса пошел в какое-то не то русло, когда он пытался понять, а так отвратительны ли стояки по своей сути. На Аластора вставать, конечно, не должно, но к чему уж такое принижение своего собственного мужского достоинства? Неужели он не бывал в ситуациях, когда дружок в штанах реагировал быстрее, чем успеваешь подумать? Да и, допустим, просто в теории, даже если бы у него бы и что-то дрогнуло… Это вовсе не показатель. Главное, в итоге, сунуть туда, куда заложено природой! Сразу видно, Аластору в жизни не хватало нормального мужика, который выбил бы из него всю эту бабью дурь. Пускай лучше за своими руками следит, а то ведет себя хуже грязной шлюхи. Вокс усмехнулся. Он снял галстук, и распахнул ворот рубашки, насколько это было возможно. Хах! А пиджак-то Ал так и не расстегнул. Вот сученыш. Но, в целом, Вокс был удовлетворен перерывом, хотя и чувствовал себя каким-то грязным. Сначала он только и думал о том, как хочет помыть с мылом все части, к которым прикасался этот извращенец, но спустя пять минут благополучно об этом забыл. Вокс вроде старался играть хорошо, но усталость делала его внимание очень рассеянным, и даже внутреннее напоминание о том, что на кону может быть его душа, не сильно помогало. Время шло, а колода все не кончалась и не кончалась. Мыслями он был не здесь: он вовсю мечтал о мягкой постели, думал о том, как завтра под маской партнерства отожмет у очередного лоха бизнес-идею… И как-то очень неожиданно для себя он осознал, что карт в общей колоде больше не осталось. Они с соперником оказались на финишной прямой, в конце концов сравнявшись. Три у него, три у Хаска — каждый ход теперь был решающим. Смена козыря. Блять. У Хаска козырь! Сука! Вокс был уверен, что эта карта вышла из игры. Черт. Дело плохо. Ему же… нечем отбиться. Он сейчас возьмет карту и проиграет? Он проиграет? А что потом? Удастся ли договориться с Хаском? Насколько сильно он будет унижен? Что ему придется отдать? Долбаеб. Строил планы на завтра, не зная даже наверняка, будет ли наутро владеть своей душой. Он нервно сглотнул. До того стремительный темп игры вновь замедлился. Вокс потянулся к своей колоде, заметив дрожь в руках. Что он вообще надеется там найти? Запутался в трех картах? Он заметил, как на лице Хаска выросла самодовольная ухмылка. Конечно, радуется, догадливый уебок! Вокс обреченно откинул голову назад и как-то жалобно еле слышно хныкнул. Посмотрев в сторону, он встретился взглядом с Аластором. Что ж, пускай одарит злорадной усмешкой, сядет на коленочки, или, нет, пусть лучше сразу удавит цепью! Нахуй эти унижения терпеть! Однако, на лице на ведущего он не увидел никакого коварства. Наоборот, тот улыбался как-то слишком дружелюбно, прожигая Вокса взглядом насквозь. Он че, не врубается, что происходит? Нахера уставился так? С экраном что ли что-то? Блять, и не проверить же никак… Заметив озадаченность игрока, Аластор сладко зевнул и потянулся так, что его тень упала прямо на руку Вокса. И Вокс бы ни за что этого не заметил! Просто ему показалось, что он… ощутил её? Он почувствовал словно какое-то потусторонние холодное прикосновение на своей руке, держащей карты. Подняв глаза обратно на Аластора, он увидел, что тот уже не смотрел на него. Это все было так… странно. Он взял колоду (тут же услышав раздраженный нетерпеливый вздох Хаска), и раскрыл веером свой жалкий набор… ЧТО?! Да нет. Быть не может. Откуда? Ему кажется? Он же помнил, что у него были только… Откуда у него, блять, появился козырь? Это же козырь, да? Это настоящая карта? Её точно не было раньше, Вокс мог просто поклясться! На ней был изображен Аластор, он бы такое точно заметил. Не мог же так сильно отвлечься… Что это за помутнение рассудка? Либо реально он сошел с ума, либо… Не веря в происходящее, он как в тумане бросил карту на стол. Сердце колотилось так быстро, и он почти был готов взорваться от предвкушения своего триумфа. Увидев шок на лице Хаска, он хотел закричать от счастья. Он засмеялся себе под нос, и сделал вид, будто бы сам не был нисколько удивлен произошедшим. А все, что было минуту назад, — искусный блеф, не больше. Заветное «бито», и вот он, не медля ни секунды избавляется от двух последних карт разом. — ВЫКУСИ-И-И-И, СУКА! А-ХА-ХА! — рывком Вокс протянулся почти через весь стол, только чтобы, расхохотаться в самое лицо Хаска. Тот же был больше сосредоточен на одной из своих карт, переводя взгляд с нее на Аластора и обратно. — УХ, БЛЯТЬ! Ну, это было хорошо. Как считаешь, Ал? Я был, блять, так хорош! Он откинулся обратно на стул, скрестив руки на груди. Проиграл. В самом деле, проиграл. Нечему удивляться. Правда нечему. Аластор уже второй раз дает Хаску ложную надежду, а тот ведется как малолетняя девственница на предложение поиграть в монополию в гостях у парня, когда у родителей ночная смена. Но надежда то все равно есть! Не зря в народе Ада есть насмешливо-злобная поговорка: «Коли мозга совсем нет — будет покерный совет!», отсылавшая на то как недолго ликуют и живут сладкую жизнь азартно-карточные оверлорды. Жизнь очень яркая! Богатая! Насыщенная всеми извратами, что можно найти в аду. Но короткая. В среднем, владыка такого типа властвует от 5 до 10 лет. Хаску было выделено 6 лет сладкой жизни. Не так уж и плохо для такого типа. Каждому покерному оверлорду заранее уготована судьба быть прикованным к цепи, которую свысока сжимает чья-то когтистая рука. Но взгляд ослеплен самомнением. Да, эти лохи, которые возомнили себя карточными гениями может и достойны такого места, но точно не я. Я же самый классный и умный азартный игрок здесь! Ну, да, как же. Возможно, Аластор не худший вариант для владельца души? По крайней мере, его консервативная, пропитанная устаревшей моралью, личность не дает делать с прислужником что-то непотребное. Да и он такая вниманиеблядь, что при людям над ним можно даже постебаться, слишком уж он любит сенсации и реакцию публики. Однако…у него есть особенность. Он не похож на типичного современного хозяина души. Сейчас в аду контракты соглашаются на облегченных условиях: «Я тобой владею только, когда ты на своей работе или нужен мне прямо сейчас.». На такое легче повестись, да и меньше мороки. У Аластора же все по закоренелым правилам. Никакой личности. Никакого старого себя. У тебя не останется ни единой части тела или разума, что принадлежит не ему. Ты всегда окажешься рядом, если он того пожелает. Ты всегда и везде сделаешь то, что он пожелает. Его владение твоей душой настолько безгранично, что если он однажды скажет: «Ну что ж, ты мне надоел парнишка! Ты свободен! Катись на все четыре стороны!» — ты все продолжишь искать свет красных каждую ночь в темноте своей комнаты. Хаск бы соврал, что не мечтал победить. Он не знал как, но был уверен, что Воксу Аластор дал смухлевать. Он просто бы не позволил уйти тому, кто принадлежит ему абсолютно целиком. — Ха-ха…ну, че тут скажешь…поздравляю с победой, квадратнобашковый…. Хаск произнес эти слова с некой болью, ему даже показалось, что в низком басе его голоса прозвучал жалкий писк. Он прокашлялся, чтобы такого больше не повторилось. Аластор медленно захлопал в ладони, возвышаясь над Воксом. Корзина ставок на Хаска сама по себе поднялась в воздух и деньги пересыпались в урну за Вокса. После чего, деньги, порционно аккуратно сложенные, прилетели в руки тем, кто голосовал за победу Вокса. Из толпы послышалось что-то вроде «Тупая псина! Вот бы ты сдох, эти деньги я откладывал на новый сервиз» и у Хаска непроизвольно опустились ушки. Подсказывать Воксу просто невыносимо. Редчайший вид идиота. Если бы тень Аластора, которую он не просил помогать, не вмешалась в процесс — этот дуралей бы точно профукал победу. А Аластору совсем не нужен Вокс в роли миньона. Что он вообще умеет? За ним сначала трусы стирала мама, а потом жена. Даже, стоя за барной стойкой он бы опозорился, разбив пару бокалов из чистого серебра или, разлив дорогое красное вино на блузку уважаемой дамы. Ладно-ладно. Он догадался. Спасибо тень, конечно, но нам ещё предстоит с тобой поговорить о сомнительных решениях без соглашения. Стол исчез, Вокс стоял рядом с Аластором, а Хаска отправили за их спины. Аластор поднял руку Вокса вверх, показывая всем победителя. — Невероятный поворот! Совсем зелёный житель Ада одолел в карточной игре бывшего азартного оверлорда! Поздравим же его, народ! В баре послышались хлопки, те старые дамы, что всего час полтора назад издевались над Воксом начали подозрительно игриво шептаться. Аластор повернулся к Воксу с улыбкой и шепотом произнес: — О да, хорош. Действительно хорош. После чего вернул свой старый сценический голос с более сильным эффектом, чем обычно: — Так, что же пожелает наш победитель? Напоминаю: можно загадать любое желание. У Хаскера или меня, Аластора. Значит, действительно уделал карточного оверлорда. Ну охереть! — Ох, спасибо-спасибо! — Вокс положил руку на грудь и поклонился, сквозь обольстительный прищур оглядывая толпу, — Я глубоко признателен каждому, кто был сегодня с нами в этот вечер. И особую благодарность я бы, конечно же, хотел выразить нашему неподражаемому ведущему. Ох, Аластор… Без твоего поистине уникального подхода эта игра не была бы и ни на йоту столь зрелищной. Вокс жестом поощрил толпу на еще одну волну аплодисментов и, хитро покосившись на Аластора, небрежно похлопал того по плечу. — Господа, поверьте, я совсем не рассчитывал на победу и согласился на игру ради чистого интереса, — он наигранно пожал плечами и усмехнулся, не переставая следить за реакцией публики, — Но, чтобы соблюсти условия сделки, я обязан сделать выбор, верно? В таком случае, моим желанием будет… Он выдержал паузу для драматичного эффекта, поправив ворот пиджака, а потом на каблуке повернулся к Аластору. — Им будет одолжение. Одна услуга, в выбранный мною момент. Толпа недовольно зашепталась. Послышались раздраженные вздохи и мычание. — Друзья, я понимаю ваше негодование, — его голос заметно похолодел, однако улыбка с лица не сошла, — но оставим некоторую интригу. И, кто знает, возможно, однажды вы вновь сможете увидеть наше с Аластором сотрудничество. Следите за новостями! А поможет вам в этом ВоксТек Энтерпрайз! Бесспорный лидер ТВ индустрии в Аду, рад представить вам новостной канал «666». Только у нас самая свежая и достоверная информация. Следите за нами и вы всегда будете в центре событий! Подключайтесь и окунитесь в будущее вместе с телевизорами от ВоксТек!