Бал маскарад

Сегодня вечером должен был состояться бал-маскарад. Дамблдор велел проследить, чтобы все явились в карнавальных костюмах и масках. Лица, явившиеся без упомянутых атрибутов, будут отправлены праздновать в подземелье вместе с привидениями. Охотников на червивый сыр не нашлось, а потому — в масках явились все. Гермиона шла очень осторожно, придерживая и приподнимая подол платья принцессы — нежный серебристо-голубой шелк, расшитый искрящимися крохотными камушками ее буквально завораживал. Она мысленно прикидывала, как ее наряд будет сочетаться с костюмом Гарри и радовалась, что они составят гармоничную пару в льдисто-серебристой гамме. По лестницам носились восторженные младшекурсники. Они не принимали участие в карнавале, праздник предполагал присутствие только трех старших курсов, но поглазеть на разодетых выпускников хотели все, так что лестницы и переходы пестрели не только от кринолинов и пиратских шляп, но и от восторженных мордашек детей. Спускаясь, Гермиона столкнулась с корсаром в черном. Он учтиво подал ей руку, помогая «поймать» нужную лестницу и пропустил вперед. Грейнджер поблагодарила его кивком головы. Пират усмехнулся и прошел дальше. Девушка стала оглядываться в поисках Гарри, он должен был уже подойти, но нигде не видела своего «снежного» принца. Возможно, он что-то не так понял и ждет ее в зале. Она поспешила вниз. Едва войдя, увидела серебристый камзол и шляпу с пером.- Как хорошо, что ты уже здесь, а то я беспокоилась, что мы разминулись. Принц повернулся, на его лице мелькнула довольная улыбка: — Моя королева! Грейнджер шутливо шлепнула его по руке: — Не растягивай слова, как Малфой, тебе это не идет. Принц лишь широко улыбнулся и протянул гриффиндорке руку, затянутую в перчатку, приглашая на танец. Зазвучала рождественская мелодия, они закружились. -Когда ты научился так хорошо танцевать? Пара кружилась легко, принц держал девушку за талию и вел уверенно, четко лавируя между парами. -Практика, — короткий ответ. Так, танцуя, они продвигались к балкону. «Он хочет поговорить наедине?» — мелькнула мысль у Гермионы. Странно, они и так постоянно говорят в гостиной, зачем такие сложности, и, вообще, они же хотели найти Рона и Джинни? Принц утянул девушку на балкон, отвел к скамье и усадил. Сам оперся спиной о перила балкона и принялся разглядывать Грейнджер, будто в первый раз видел. — А тебе идет наряд, — уточнил он. — Спасибо, ты же уже видел меня в нем. — А такое ощущение, что вижу впервые, — голос принца странно тянулся. — Гарри, ты волнуешься, ты хотел мне что-то сказать? — Гермиона встала, подошла к принцу и коснулась его руки. Он отстранился и даже отвернулся: — да, то есть — нет. Пойдем со мной в Выручай — комнату? — Он ожидающе уставился на девушку. — Зачем? — Малфой. — Что — Малфой? — Я хочу тебе о нем кое-что рассказать. — Именно сейчас? Это не может подождать до конца бала? Принц странно усмехнулся: — Как раз сейчас-то и нужно, потом будет поздно. — Ну, хорошо, пойдем. Ответом ей была широкая улыбка, принц ухватил Гермиону за руку и быстро повел к выходу из зала. Когда они проходили через ворота, ей на миг показалось, что кто-то окликнул ее. Голос был похож на Гарри, но так как он шел рядом с Грейнджер, то она решила, что ей просто показалось. Пара быстро поднималась по лестнице, Гермионе было неудобно из-за длинного платья, а принцу явно мешала шляпа — все время норовила съехать на лоб. — Может быть, ты ее уже снимешь, зачем мучиться? — Девушка едва поспевала за ним. — Не раньше, чем попадем в Выручай — комнату, — прозвучал твердый ответ. Гриффиндорка пожала плечами. Если Гарри нравится мучиться с неудобным аксессуаром — дело его. Хотя она удивилась, он никогда не был тщеславен и меньше всего его заботил внешний вид. До Выручай — комнаты они добрались в рекордные семь минут. По одной минуте на этаж — удивительно, учитывая, что Гермионе пришлось почти бежать, поддерживая кринолин. — Гарри, да что происходит? — Девушка уже сердилась, когда они ввалились в Выручай — комнату. Она выглядела странно, обычно, когда они забирались в нее с Гарри, она больше напоминала чулан: такое большое захламленное пространство, где громоздились необъятные стопки книг, стояли буфеты со сломанными чашками и зонтами, лежащими поверх столешниц, зато всегда были все необходимые инструменты для приготовления зелий. Сейчас же комната выглядела странной. Точнее, сейчас она выглядела непривычно по сравнению с той «привычной» комнатой, к которой Гермиона привыкла. Она была такой же большой и высокой, но теперь больше напоминала гостиную или библиотеку загородного дома. Золотистый паркет, пахнущий воском, бежевые стены, лепнина, пылающий камин, отделанный дубовыми панелями, уютный потертый бархатный диван, полки с книгами и бюро у западной стены. Всё это настольно не вязалось с привычным видом комнаты, что на миг девушке показалось, что они ошиблись дверью. — Гарри, костюм здорово повлиял на твое сознание, даже комната вышла другой.- Грейнджер плюхнулась на диван и обернулась к принцу. Он стоял у двери и, не двигаясь, смотрел на девушку. — Гарри? — Я не Гарри, — произнес принц и снял шляпу. Он мог бы и не снимать маску, Гермиона уже поняла, кто перед ней: — Малфой? Гриффиндорка не рассердилась, просто очень удивилась, и еще пожалела, что оставила палочку в спальне. Кто знает, что ему в голову взбредет? За все годы, что они были с ним знакомы, он никогда не упускал случая сделать ей какую-нибудь гадость. — Грейнджер, не бойся меня, — Малфой устало снял маску, бросил ее вместе со шляпой на бюро и подошел к дивану.- Послушай, я не сделаю тебе ничего плохого, — он говорил спокойно и убедительно, как будто пытаясь внушить ей желание остаться. Он присел на ковер у камина спиной к дивану. — Давай просто поговорим? — В его голосе скрывалось отчаяние. — С чего бы это? Это что, извращенная шутка и сейчас из всех щелей полезут твои прихвостни? — Гриффиндорка нахохлилась и сложила руки на груди. -Гермиона… Девушка удивилась, он зовет ее по имени? И что — никаких грязнокровок и зазнаек, у него случайно не жар? Малфой потер лицо руками, будто смертельно устал. — Кстати, Малфой, почему ты нарядился как Гарри Поттер? Малфой возмущенно воззрился на Гермиону.- Да ничуть не бывало, Поттер вырядился корсаром. Кстати, совершенно идиотский наряд и не сочетается с твоим платьем, хотя, — он презрительно усмехнулся, — откуда бы Поттеру знать такие тонкости? — Малфой, ты хотел поговорить? — Грейнджер решила быстрее покончить с вопросами. — Да… Нет… в общем, тебе надо уехать, — слизеринец смотрел на девушку так серьезно, что она проглотила ядовитые комментарии, готовые сорваться с языка и уставилась на него в немом изумлении. — В смысле?! — Готовится что-то плохое, я не могу тебе рассказать, но тебе здесь будет небезопасно, и я хочу, чтобы ты уехала. — Увидев ее поднятые брови, он быстро добавил: — Я подготовил для тебя дом, так что ты будешь в безопасности. — Малфой, ты съехал с катушек? — Гермиона встала и заходила по комнате, платье тащилось за ней как хвост, девушка раздраженно оторвала подол на уровне колен. Зря — Малфой уставился на ноги гриффиндорки, не отрываясь. Грейнджер вообще не была уверена, слышал ли он ее.- Если ты знаешь о какой-то опасности, иди к Дамблдору, он поможет. И, вообще, — она возмущенно потрясла руками, — неужели ты думаешь, что я уеду и брошу здесь Гарри и Рона? — Опять эти мальчишки! — Малфой тоже встал, подошел, взял Грейнджер за плечи и как следует встряхнул. — Очнись, Гермиона, ты магглорожденная, ты — в опасности! Если Пожиратели смерти захватят замок, а это случится, Поттеру и Уизли ничего не будет — один знаменит, другой — из старинной чистокровной семьи, а вот тебе плохо придется. — Малфой уже кричал. Гриффиндорка отметила про себя, что никогда не видела, чтобы он настолько выходил из себя. — А тебе-то что за дело? — Грейнджер смотрела на него во все глаза. — Мне?! — Малфой задохнулся, как от удара, а потом резко качнулся вперед и — поцеловал девушку. Она настолько этого не ожидала, что в первый момент не оттолкнула его. А потом, потом ей уже не хотелось, чтобы он останавливался. Его губы были мягкими и нежными, и горчили, как дорогой кофе. Ладони его скользнули к ее затылку, пальцы зарылись в волосы, он потянул девушку на себя, а сам, споткнувшись, спиной упал на диван. Гермиона упала на него, заехав ему локтем в грудь, отчего он охнул, на мгновение прервавшись. Они целовались, а его руки гладили ее, изучая, как нечто неизведанное. Создавалось ощущение, что он пальцами пытается запомнить географию ее тела. И они — не остановились. Гермионе было страшно — настолько довериться Малфою. На задворках сознания еще мелькнула мысль — о розыгрыше. И — пропала в нежности и прикосновениях. Бархатная обивка дивана приятно холодила кожу, от камина было тепло, а на груди Драко уютно. Гермиона потерялась в ощущениях. Волосы ее рассыпались, и Малфой забавлялся тем, что щекотал нос девушки ее же локоном. — Ты уедешь.- Он смотрел серьезно и обеспокоено.- А я присмотрю за Поттером. Грейнджер закатила глаза. — Конечно, он будет не в восторге, но он — переживет. А вот если что-то случится с тобой, я — не переживу. — Малфой пристально вглядывался ей в глаза. — Малфой… Он поморщился. — Драко, — Гермиона улыбнулась, — почему? — Что? — Почему? — Грейнджер обвела рукой их, комнату, имея в виду все, но больше — их двоих. Драко погладил Гермиону по волосам, задумчиво глядя в огонь. — Думаю, я люблю тебя лет с одиннадцати. — Девушка потрясенно пискнула. Он покосился на нее и продолжил: — Когда я понял это, то был в ужасе. Отец всегда внушал мне, что я должен желать лишь лучшего, а ты в эти понятия никак не вписывалась — по стандартам моего отца. — Он виновато покосился на Гермиону. Она прикусила губу. — Прости. Он продолжил: — Да, я был в ужасе, потому что у Малфоев существует такой изъян, или особенность, в общем — мы влюбляемся один раз и на всю жизнь. Это может быть благословением — при взаимной любви, как у моих родителей, когда нет препятствий к тому, чтобы быть вместе, а может быть проклятием, когда любовь безответна, или когда она невозможна. — Как у нас? Он покосился на гриффиндорку. — Нет, у нас возможна, если ты меня полюбишь. — Но я же — магглорожденная.- Грейнджер смотрела на него и ожидала приговора. — Это не важно, — Малфой запнулся, — точнее — важно для твоей безопасности, и для моего отца, но — он посмотрел ей в глаза, — не для меня. Я тебя увезу и спрячу. Ты будешь в безопасности, пока все не закончится. Потом я вернусь за тобой, и мы будем вместе. — Прости, Драко, я не могу. Он вздрогнул: — Ты не хочешь быть со мной? — Нет, не так, — Гермиона обняла его за шею и поцеловала, — я не могу бросить Рона и Гарри, мы должны… — Ты должна только сохранить свою жизнь! — Он яростно смотрел на нее, и глаза его были, как снеговое небо. — Больше ты никому ничего не должна! — Нам нужно возвращаться, наверняка нас все потеряли, — Грейнджер встала и начала одеваться. Малфой не шелохнулся. — Гермиона, прости. Девушка посмотрела на него. Он упрямо продолжил: — Ты отсюда не выйдешь, только — трансгрессировав со мной. Вот портключ, — он поднял висевший на шее знак ликанта. Гриффиндорка направилась к двери. — Дверь заперта, ключ ты не найдешь. — Малфой! — Он поморщился. — Отдай ключ! — Гермиона, пожалуйста! — Он смотрел так умоляюще, что она почти согласилась, но, подумав о Гарри, поняла — не сможет. — Ключ! Малфой тяжело вздохнул, встал, Гермиона отвела глаза. Он отдал ей ключ, лежавший под томиком «Бури» Шекспира. Эта книга оказалась символическим намеком и предвестником последовавших перемен. Едва Грейнджер успела добраться до гостиной, как все завертелось. Удачно, что до этого она экспериментировала с заклятием незримого расширения, и в сумке у нее было запасено множество необходимых мелочей, включая одежду и палатку. Все это им пригодилось, когда пришлось скрываться в лесу Дин. Они слушали радио и боялись услышать имена родных. А Грейнджер думала о Малфое — где он и чем занимается. Она надеялась, что ему не приходится мучить и убивать людей, она не смогла бы быть с ним после этого. Где-то через три недели Гермиона поняла, что не все в порядке. Ее мутило, она списывала это на плохую еду и воду, но когда начал расти живот, поняла все. Парни были в шоке. Кроме того, Грейнджер отказалась сообщить имя отца ребенка. Сперва они подозревали друг друга, но когда она объявила, что оба ни при чем, почему-то расслабились. С Малфоем Грейнджер увиделась только, когда Снейп передал меч. Гриффиндорка была уже на седьмом месяце, Драко чуть удар не хватил, когда он увидел Гермиону во всей красе. После этого, не слушая отговорок, он забрал ее в «Дубовые холмы», где она и провела время до родов, которые совпали с победой Гарри над Волан-де-Мортом. Драко ему помог. А куда было деваться, он хотел, чтобы его ребенок родился в безопасном мире. Родился сын. Гарри стал крестным. Малфой помирился с отцом. Тот смирился, что наследник нечистокровный. Обдумав что-то, он даже с весельем в голосе заявил, что свежая кровь не помешает, как и порция мозгов. Все посмеялись, и вопрос уладился сам собой. Они живут очень тихо. Гермиона много читает. Снейп привозит ей заказы на зелья из лондонских аптек. Малфой смеется над ее стремлением к самостоятельности, но не запрещает работать. Сын растет. В мире все спокойно. Грейнджер счастлива.