Десять доказательств

– Ты меня не слышишь, я не могу просто так вызвать четырех авроров! У меня нет разрешения, чтобы проводить операцию, дело временно приостановили за недостатком улик. – Гарри в очередной раз повторял одно и то же, обходя кухню. – Я только что переместился с тобой без разрешения Министерства в другую страну, а сейчас ты просишь меня, чтобы я воспользовался своим положением. Меня не то, что снимут с должности, нас могут посадить. – Давай, прохлаждайся дальше, Поттер, ведь твоя подруга не пропала и не ждет уже несколько недель, пока ты сделаешь хоть что-нибудь. – Потушив вторую сигарету, Драко выкинул окурок и закрыл окно, развернувшись к Поттеру. – Найди кого угодно, способного удержать антиаппарационный щит хотя бы полчаса. Нам нужны четыре гребаных человека. Скажи, что я заплачу им сколько потребуется.       Малфой не мог найти себе места и, повторяя за собеседником, мерил шагами комнату. Блейз ушел почти полчаса назад, не сказав, куда он направляется, пока им оставалось только ждать. Из всех, кого Драко собирался задействовать в операции по спасению Гермионы, быстрее всех сработала Джинни.       Когда Драко в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что Поттеры не закрыли для него камин, он практически сразу нашел Джинни, ругающуюся с Кикимером из-за домашних дел. Несмотря на положение, девушка выглядела угрожающе, от чего Драко даже смутился, боясь прервать монолог миссис Поттер о переложенных в подвал вещах. Наконец, поймав внимание Джинни, он объяснил ситуацию, стараясь опустить все подробности и умоляя ее вытащить Поттера из Министерства как можно скорее. – Если я сейчас пойду за ним, застряну на регистрации международных каминов минимум на час, мы больше не можем медлить.       После этого, всего одной фразой «Гарри, срочно, кажется, я рожаю», отправленной с патронусом, Джинни доставила к нему Поттера меньше, чем за минуту. Конечно, им двоим пришлось выслушать все недовольства начальника аврората, однако сбежать обратно на работу, он не решился.              Оставив рабочие принципы, Поттер все же отправил патронуса с требованием подготовиться к аппарации по его сигналу нескольким подчиненным. Драко уже перестал верить, что его просьбы сработают, и им придется срочно придумывать новый план на замену и так неидеальной стратегии.       Когда Малфой практически достал из кармана портсигар, чтобы выкурить еще одну сигарету, камин вспыхнул зеленым пламенем и в комнату вошел Блейз в сопровождении нее.       Драко никогда не сомневался в том, что его подруга была потрясающей, но сейчас он убедился в этом в очередной раз. Только переступив порог его дома, Пенси уже одарила всех оценивающим взглядом, пригладила идеально лежавшие волосы и сделала несколько шагов прямо к нему.       Если бы у них было больше времени, Драко бы обязательно объяснился бы с ней, тысячу раз извинился и признал свою вину, однако по одному ее выражению лица он понял, что все это ему придется сделать позже. – Ты, белобрысая задница, ответишь мне за все потом. – Ее острый ноготь, покрытый кроваво красным лаком, впился ему в грудь. – Сейчас ты достанешь свой портключ и перенесешь меня к дому, где живет Нотт. Блейз и Поттер, – Девушка наконец повернула голову в их сторону. На лице Поттера читалось удивление, вызванное то ли появлением Паркинсон, то ли ее приказным тоном. – Вы через камин отправляетесь в мой магазин в Лондоне, оттуда забираете вашу супер-команду и через камин попадете в магазин в Ливерпуле. Я уже предупредила управляющих. Оттуда мы с Блейзом перенесем вас к дому Нотта и вы начнете делать свою работу.       В комнате царила полная тишина, наступившая после последнего слова Паркинсон. Блейз толкал Поттера, оцепеневшего от неожиданных распоряжений, чтобы тот наконец отвел взгляд от Пенси. Драко пытался найти в подготовленных вещах портключ, с помощью которого перемещался в прошлый раз. – Работаем, мальчики.

***

– Все поменяли штанишки перед тем, как мы наконец уже начнем?       Пенси постучала ногами по низкому забору, ожидая пока команда авроров закончит последние приготовления к началу операции. Даже в таких обстоятельствах она оставалась той самой Паркинсон, которую они знали в школе. Элегантная и властная. Малфой мысленно ухмыльнулся, заметив на ней черные туфли на шпильках, даже здесь она не изменяла себе.       Получив команду от Поттера, что щит до конца установлен, они вдвоем отправились на соседнюю улицу, где находился дом Нотта. Пенси не произнесла ни слова, а лишь крепко сжала палочку, лежавшую в кармане брюк.       В этот раз Драко предстояло зайти, как и всем нормальным людям, с улицы. Тихо произнеся «алохомора», он открыл дверь, стараясь избежать скрипов, и жестом показал Пенси подождать его снаружи. Несколько шагов по коридору, тишина в доме сбивала его с толку. Будто бы в доме никого не было. В первых двух комнатах он не нашел никого и, уже дойдя до последней, где он побывал в прошлый раз, заметил Нотта, сидящего на кресле. Казалось, Теодор не реагировал ни на один звук, его взгляд был уставлен в стену. Глаза выглядели так, будто он не спал уже несколько дней. Окруженные тенями, красные и раздраженными, они смотрели в стену, будто старались найти в ней ответы.       У Драко нет времени, у него нет возможности рассуждать. Он должен закончить все как можно быстрее. – Инкарцеро! – Из его палочки вылетело несколько веревок, мгновенно сковавших Нотта. Парень все еще не реагировал, сохраняя все то же беспечное выражение лица.       Драко подошел к нему, схватив за подбородок как можно сильнее. Он старался сдержать себя, чтобы не свернуть ему шею в тот же момент. Наконец, Теодор поднял на него больной взгляд. – Я знал, что ты придешь за мной. – Блаженный голос парня заставил Драко сжать его челюсть еще сильнее. Он знал, что его найдут. Но как? – Ты, выродок, сейчас же выдашь мне место, где прячешь ее. Не думай, что я убью тебя, если ты не сделаешь это. Я буду пытать тебя и снова лечить, пока ты, сволочь, не скажешь мне все. – На секунду Малфою показалось, что он не сдержится и отправит Нотта на тот свет тут же. Опустив руку, Драко впечатал кулак в скулу, от чего она сразу покрылась бордовыми пятнами. – Оставь это мне, – Пенси появилась в комнате в тот же момент, когда Драко хотел нанести второй удар. Парконсон присела рядом с креслом, где сидел связанный Нотт, и впилась ногтями в то же место, где уже побывал кулак мужчины. – Я не такая жестокая как Малфой, поэтому сделаю еще больнее.       Взгляд Пенси встретился с глазами Теодора, не ожидавшего подкрепления в виде Паркинсон. Малфой понял, что сейчас происходит в сознании Нотта. Он знал, как легилименты могут ломать стены в голове, не оставляя ни одного живого места. Как долго твое сознание могут прорезать тысячами ножей, а потом взрывать новыми натисками, разрушая все, что там было. Пенси не старалась узнать информацию, она сводила его с ума, чтобы он отдал им все сам, когда не сможет не то, что держать оборону, а даже выносить присутствие легилимента в собственной голове.       Спустя несколько минут между бессвязными криками они услышали хриплое и обессиленное: «Я все скажу, все скажу!»       Паркинсон поднялась, давая Нотту передышку. Если он ничего не скажет, она продолжит с новой силой, заново перетряхнет сознание наизнанку, снова заставит его кричать от боли, умоляя о пощаде. – Я не хотел ничего с ней делать, я правда не хотел! – Голос парня срывался на безумный крик, перебиваемы подступающей истерикой. – Я не хотел этого делать, поверьте мне! – Что ты не хотел делать? – Каблук Паркинсон вдавил его ногу к полу, разжигая новый очаг боли. – Мне продолжить, чтобы ты сказал нам все? – Я все скажу, все! Мы, мы пытались снять проклятья… – Ты меня за нос водить будешь, говори все. – Рука Драко схватилась за шею, пережимая дыхание. – Сука, говори все! – Но я знал, как его снять… Оно сделано на моей крови, мой отец придумал его, только я могу снять его. Но Гермиона догадалась, что оно сделано на крови, она была слишком близко к разгадке. – Рыдания стали чаще перебивать его речь, не давая продолжать. – Мне пришлось спрятать ее, чтобы она никому не сказала. Они бы упекли меня в Азкабан! Я ничего не сделал, я не хотел этого! Я не виноват в этом! – Из-за тебя умирали ни в чем невиновные женщины. – Малфой не мог сдержать себя, в нем кипела ярость, заполняя каждую клетку тела. Он снова ударил Нотта, поддавшись нахлынувшим эмоциям. – Сука, из-за тебя умерла моя жена! – Я пытался снять его сам, я хотел закончить это все и стереть ей память, но у меня не получилось. Все, что Гермиона придумала, было спрятано. Я бы никогда не поступил с ней так… Я не хотел… Я бы никогда так не поступил… – Но ты сделал это. Ты хотел убить ее, чтобы спасти свою поганую шкуру. – Малфой почувствовал, как его руку сжала Пенси, удерживая его от нового наплыва ярости. – Где она?       Теодор начинал терять сознание и периодически закрывал глаза, однако струя воды, выпущенная из палочки Паркинсон, вновь привела его в чувства. – Где она?       Вопрос, который приближал его к долгожданной разгадке. Он близок, он практически нашел ее, всего одна фраза и Гермиона будет свободна. – В моем особняке, в комнате для прислуги, я запер ее там.       Все это время Гермиона была там же, где было создано проклятье, из-за которого она попала туда. Она была той самой обители зла, где создавались самые страшные заклинания и проклятья, под руководством Темного Лорда. Она была рядом со злом, которому вновь противостояла. – Скажи Поттеру, чтобы он доставил его куда надо.

***

      Семь хлопков аппарации, бесконечные леса и огромное нетронутое поле – лишь это отделяло Малфоя от особняка Ноттов. Заброшенный после войны, он одиноко стоял среди бескрайнего поля, заросшего полевыми цветами. От него исходил лишь холод, создаваемый долговременным использованием темной магии. Она наполняла каждый камень, отталкивая каждого, кто посмел приблизиться.       Ветер сильнее бил в лицо, когда Драко, боясь потерять еще больше времени, бежал через высокую траву. Он был близок, всего несколько минут и она будет свободна. Дыхание начинало сильнее сбиваться, заставляя остановиться, несмотря на бушующий адреналин. Малфой не должен был медлить, он обязан найти ее.       Первый взрыв «бомбарды», и парадная дверь особняка разлетелась на мелкие куски, создавая небольшое пространство, через которое он мог попасть внутрь. В доме все осталось на своих местах, будто только вчера здесь собирались ближайшие приспешники Темного Лорда, будто несколько часов назад здесь пытали невинного маггла, будто здесь каждый день создавались проклятья.       Второй взрыв. Дверь, закрывающая проход в крыло прислуги повторила судьбу первой. Драко быстрым движение руки стер с лица пыль, оставленную взрывом. Он помнил планировку здания, это было единственным плюсом служения Лорду – за год войны он побывал практически во всех штабах пожирателей.       Одиннадцать дверей, но лишь за одной его ждала его цель. Он не мог рисковать, взрывая каждую. Он не мог так глупо навредить ей. «Алохомора» не дала никакого результата, все-таки чистокровные семьи не были так просты, чтобы избежать защитных чар. Ломая голову над тем, как пробраться внутрь комнат, и придумывая, какие чары могут сломать многовековую защиту, Драко пришел к единственному выводу – если времени ломать магическую защиту у него не было, приходило время самых варварских методов.       Ему придется открывать каждую дверь, взрывая замки и моля Мерлина, чтобы Гермионы не было рядом. Семь первых вспышек не дали никакого результата, в комнатах его ждали лишь покрытые толстым слоем пыли предметы мебели и разочарование.       Пытаясь взломать восьмую дверь, Драко задумался о том, что может не найти ее: Нотт мог с легкостью соврать, скрывая ее в совершенно другом месте, однако у него не было возможности рассуждать о тайных играх Нотта. Он должен пробраться как можно скорее. Наконец, дверь поддалась.       Драко уже собирался быстро осмотреть все ту же картину, однако эта комната была его разгадкой. Открыв дверь, он обнаружил Грейнджер, покорно сидящую в дальнем углу. Дыхание перехватило, Малфой и не мог представить, что найдет ее такой: Гермиона была привязана толстой цепью к стене. Разбросанная на полу мебель доказывала ее попытки избавиться от оков, она не могла позволить запереть ее здесь, она боролась до последнего.       Ее взгляд казался обреченным, весь ее вид доказывал, что она готовилась к самой ужасной участи. Безысходность, окружавшая ее несколько недель, испарилась вместе с прошлым выражением лица. Увидев Драко, тяжело дышащего после бега и попыток взлома дверей, она испугалось. В ее глазах читался самый настоящий страх.       Не думая ни о чем, лишь ощущая долгожданный миг победы, он подбежал к ней и, присев перед Гермионой, схватил ее за плечи. Грейнджер была все так же напугана, однако страх парализовал ее – неподвижная, она лишь смотрела на него глубокими карими глазами. – Ты пришел, чтобы убить меня?       Его руки крепче сжали ее, заковывая в объятья, необычные для него. Драко впервые хотел обнять кого-то настолько сильно, чтобы никогда не отпустить. Он опустить голову к ее шее, казалось, даже сейчас с ней был фантомный запах ванили. – Я пришел, чтобы найти тебя.